Глава 24 - "Покидая рай".

      Время — 7:34, день и месяц неизвестны, 1081 год.       Место — Город Латерано, квартира Мостимы.       Событие — Жизнь входит в однообразное русло.       Проснувшись, я какое-то время пялился в потолок, вспоминая события предыдущего дня.       Наконец, когда мозг полностью заработал, аккуратно, стараясь не потревожить девушку, встаю с кровати, пристраиваю на привычное место кобуру с пистолетом и беру в руки свои часы, показывающие «7:34»…       Утро, причём раннее, чего ж я встал? Или организм, не имея в себе отравы, которую все мы называем «алкоголь», банально выспался?       Широко зевая, направляюсь в ванную комнату. После утренних процедур заглядываю во вторую комнату к «виновнице торжества», что сейчас спала на уютном диванчике.       Горе горемычное…       Захожу на кухню и ставлю на плиту кипеть большой чайник, заодно исследуя холодильник и ящики на предмет съедобного…       Готового ничего нет, да и пустовато в целом, что неудивительно. Но, по крайней мере имеется крупа, что замечательно. Красноволосой самое то будет.       Нам же с коллегой сделаю яичницу, благо нехитрые ингредиенты в наличии.       Разбиваю на греющуюся сковородку 4 яйца и ставлю кашу вариться, после чего делаю всем троим зелёный чай.       Из пакетиков, правда, но заварку делать слишком лень.       В процессе готовки замечаю движущуюся ко мне сигнатуру.       — Ох… Ё… С добрым утром, э… Лика?       Эксия, мучительно потирая голову, аккуратно присела на стул.       — Ага. С добрым, хотя для кого-то оно и не такое…       Ставлю перед вкусившей первое похмелье чашку с чаем, которая принимается с благодарностью.       Шутить или не шутить… Вот в чём вопрос… С одной стороны, я не садист.       А с другой стороны, упустить такой шанс поприкалываться и провести воспитательную работу будет банально грешно…       И вообще, во всём виновата Рененет, нефиг было своего ученика закалять вечными подъёбками, прививая особое чувство юмора.       — Ну? Как выпускной? Уже прочувствовала вкус взрослой жизни? Знаешь, я тут вспомнил про один классный бар — стоит зайти, отметить уже неофициально, как думаешь?       — Лика, пожалуйста, хорош… Не надо, я поняла всё уже… Мы же чуть-чуть взяли, откуда я знала, что настолько плохо будет?       — От водки Урсуской? Действительно, откуда? Ладно, этот урок проходят практически все, но смотри — жизнь ведь твоя.       Шуточно грожу ей пальцем, видя очень грустное лицо, после чего отворачиваюсь, чтобы проследить за яичницей, слыша печальный вздох.       — Блин, ты как моя сестра прямо… 2 сапога пара, вот как всё в порядке — вас не видно и не слышно, в делах пропадаете. А стоит что-то не то сделать — тут как тут.       — Согласился бы всё списать на банальное неудачное совпадение, но Мостима говорила ещё про каких-то 2 эпизода…       — Да не виновата я там! В первом случае мне бумажку выдали без какой-то печати, когда на стрельбище пошла. Там народу было много, ну я тихо и проскочила… а на выходе дотошный говнюк из 5 стоял, «плановый досмотр разрешений на стрельбу» у них, видите ли! Ещё и меня заметил сразу, и сразу же в оборот взял, «ну что, Эксия, бумаги то есть?»… Вот почему с документами накосячила не я, но задержали меня?       — Ладно, тут верю, бюрократия — страшная штука. А второй раз?       Замечая молчание, оборачиваюсь и вижу мнущуюся Санкту.       — Ну… Кхем… Это… Там как-бы моя вина… Но опять — я петарду бумкнула в тихом переулке, никому не мешая, а тут как патруль прибежит… Что за бред, почему именно тот замшелый сарай оказался каким-то историческим зданием? На нём даже таблички не было! Все равно задержали…       А пойти и «бумкнуть» на специальном полигоне слишком сложно или просто неинтересно?       Вопрос, разумеется, риторический…       — И вообще, я же не просто балду пинаю? Прекрасно всё осознаю. Да, умником как Мостима мне не стать, и в университет не пойду — но у меня с скоростной стрельбой всё отлично. В курьеры пойду работать, денег поднакоплю, и буду самостоятельной! Вон, уже в пустоши звали, просто нужно возить грузы до Виктории и всё. Я, правда, сказала, что подумаю, но через неделю…       — Не смей.       У меня перед глазами промелькнули мёртвые лица, отдавшие свои жизни на бесплодной земле.       — …Лика, ты чего?       Встречаюсь глазами с слегка напрягшейся Эксией.       — У тебя глаза странные…       Усилием воли улыбаюсь и начинаю накладывать нам завтрак.       — Просто поверь мне — не стоит. Грязно, пыльно, опасно… И денег по итогу не сказать, чтобы много… Тем более, ты же не маленькая. Должна понимать простую вещь — «бесплатный сыр только в мышеловке». Как думаешь, почему зазывают в пустоши?       Ура! Наконец-то я вижу активизирующуюся работу мозга.       Лемуэль, ненадолго задумавшись, удивлённо посмотрела на меня.       — Ты хочешь сказать, что там опасно? Ты... Видел... Ну...       Помявшись, она не нашла чётких слов.       — Разбитые караваны Латерано? Встречались, к сожалению. Не буду описывать тебе мёртвые и обгоревшие тела, просто знай, что ни я, ни твоя сестра, ни Мостима не хотим подобной судьбы для тебя. Поверь, ты просто не видела, что там творится. В последнее время особенно. Ладно я, из-за отсутствия других вариантов, начал там работать. Но слушай, тебе зачем это? Начни с чего попроще. Насколько знаю, внутри территории Латерано также требуются курьеры. Для начала поработай в спокойных условиях, наберись всевозможного опыта, а там дальше видно будет. Ты же сам город облазила почти полностью?       — Ну да…       — Вот. У сестры и Мостимы поспрашивай, вакансии точно будут. Не стремись стать «супер-взрослой» моментально. Поверь, великое счастье, когда нет острой нужды гнаться за деньгами.       С удовольствием накалываю аппетитную яичницу (даже не пригорела, успех!) на вилку и отправляю себе в рот.       Вкусно. Хоть я и не являюсь шеф-поваром.       Эксусиай, тем временем, начала потихоньку есть кашу.       — Спасибо тебе, Лика. Я как-то не думала над этим.       — Ой, перестань.       Махаю рукой, добавляя в тарелку перца.       — И всё же… Просто… Мостима в 7 трибунале учится, вон, даже квартиру недавно купила. Лемуэль тоже не отстаёт. А я как-то…       — На меня посмотри.       — В каком смысле?       Поскольку типичные слова, которые говорят в таких ситуациях, смысла не имеют, решаю пойти нестандартным путём.       — Я понимаю, к чему ты клонишь. «Ууу, Мостима талантливая, Лемуэль талантливая, а я нет». Поэтому взгляни на Санкту преступника, который до 18 лет вообще был никем, скорее даже ничем. У меня-то талантов вообще никаких нет.       Подмигиваю, наблюдая, как эмоциональный фон красноволосой окончательно приходит в норму. По крайней мере, лёгкое смущение лучше апатии.       — Брось. Ты не преступник, знаю я всё прекрасно. Джон тем ещё мудаком был. И… Ты крут все равно, да.       — Спасибо. Приятно такое слышать.       Эксия внезапно смотрит на мою яичницу, а потом на свою тарелку с кашей.       — Стоп. А почему я ем кашу, а ты вкусные яйца? Ещё и с перцем?       — Потому что после пьянки тебе нужно вывести шлак из организма. Непереваренная клетчатка, словно большой мешок, соберёт всё ненужное. И состояние станет ещё лучше.       — Ааа… Поняла.       — Всем добрейшего утречка… О.       Пришедшая на кухню и зевающая Мостима уставилась на Лемуэль, широко расставив руки в бока.       — А вот и наше чудо проснулось… Ну ты кушай кашку, кушай.       — Это… Мостима, Лика уже мне всё объяснил, да!       — Я ему за это благодарна, однако не думай, что сбежишь от заслуженного ремня. Так уж и быть, возьму свой, с маленькой бляшкой.       — Нет… Изверги… Всё, прощайте…       Притворно схватившись за сердце, Эксия закрыла глаза и откинулась на спинку стула.       — Хорош притворяться… О, за завтрак спасибо большое.       — Пожалуйста.       — Это чудо уже успело нажаловаться насчёт «несправедливых» Законов? Не верь ей.       — Да и не думал.       Эти слова стоило сказать только ради смешной реакции от Эксии.       — Ну и славно.       После завтрака я начал собираться на улицу.       — Какие планы?       — Сегодня у меня выходной, а уже завтра... Ты понимаешь.       — Ага. Ты главное нашего знакомого займи.       В шутку прикладываю руку к голове.       — Кидаешь на амбразуру меня? А ты?       Мостима ехидно подмигивает.       — Не дело, когда такая красивая девушка занята по 9 часов в день, с редкими выходными. Поэтому пожалуйста, ну хоть чем-нибудь займи.       Сложив ладошки вместе, на меня посмотрели очень печальные глаза.       — Ладно-ладно. Посмотрим.       Крепко обнимаю на прощание синеволосую, после чего смотрю на Эксию, которая сейчас морщилась, ничего не поняв из нашего диалога.       Недолго подумав, задорно треплю ей волосы.       — Эй, я вообще-то не маленькая уже!       — Живи свободно. И достойно.       Видимо, что-то в моих глазах заставило Эксию замолчать и лишь внимательно кивнуть.       — Давай, Мостима, увидимся ещё.       — Ага. Пока, Лика.       Дверь за мной закрылась, и я пошёл по ступенькам вниз.       Выйдя на улицу, встаю под приятным солнцем. Погода, на удивление, великолепная.       Пойду-ка я домой.       

***

      Немного поплутав среди небольших улочек, я наконец вышел к знакомой дороге. Идти было недалеко, поэтому просто наслаждался прогулкой…       Пока мои цепкие глаза не заметили один довольно известный магазин. По крайней мере, в кругах всех родителей... Достаточно обеспеченных.       Я неожиданно наткнулся на магазин игрушек.       Нет, я, разумеется, уже взрослый и ответственный разумный, далёкий от инфантилизма. И моё детство давно ушло…       Но на витрине я заметил его... Бронетранспортёр для транспортировки личного состава, сделанный в Колумбии. Что неудивительно — эта страна всегда славилась своим техническим развитием…       Ой, блять, кого я обманываю? Зайду, разумеется.       С тихим перезвоном стеклянный дверной колокольчик сделал «дзинь».       Подойдя к внутренней стороне витрины, начинаю разглядывать желаемое.       Модель была примерно с мою ладонь, железная. Поворачивающая башня с гранатомётом и открывающиеся лючки…       Нет, я не был каким-то чокнутым фанатом бронетехники. Скорее я её ненавидел, ведь эта паскуда легко могла сдержать даже огонь лёгкого пулемёта. А фугас требует запаса времени на установку и маскировку…       Однако в моей голове всплыла сцена из детства.       Тогда я, будучи маленьким, точно также стоял и разглядывал классную игрушку. Правда, стоя снаружи магазина…       

***

      — Всё, Лика, я с покупками закончила… Игрушку рассматриваешь?       Я оторвал голову от крутого БТР-а и оглянулся вправо. Там, держа в руке пакет с едой, стояла моя мама и грустно улыбалась.       — Ты уж прости, но… Я такое не потяну. 1 000 лмд… Это дорого.       Конечно не потянешь. 1 000 лмд — это не такие уж и маленькие деньги…       Вообще, к своим 14 годам я быстро осознал простую истину — что-то наше государство вообще несправедливо, несмотря на всю духовность, религию и возвышенность…       К примеру, мои одноклассники ходили в новой одежде. Я ходил в старой, купленной с рук, иногда перешитой. Они спокойно обсуждали, как недавно ели в не самом дешёвом ресторане. Я же даже в обычном кафе был только на случай дня рождения. Почти у всех был отец, лишь у ещё одного паренька он был мёртв — «герой» из какого-то там трибунала, погиб при исполнении. Хоронили его, кстати, с почестями, даже в классе делали минуту молчания, и 100% делали выплаты. А моего папу равнодушный чиновник даже признавать пропавшим без вести не хочет, поскольку по Закону ещё не прошло достаточно времени.       И, самое главное, моя мама приходит домой поздно, часам к 8 вечера, ещё и всегда берёт с собой кипу каких-то бумажек, которые с задумчивым видом разгребает, что-то записывая и исправляя…       И все равно платят мало.       Нет, прекрасно понимаю, что в мире есть места намного хуже. Но и Латерано своей ситуацией напоминает забавный Урсуский анекдот, который я прочитал в старой газете.       «Я ем капусту. Граф ест мясо. В среднем мы едим голубцы, и мы сыты. Слава Урсусу.»       Я, надеюсь, не самый тупой Санкта. Прекрасно понимаю, что, даже если я единственный «малоимущий», засунутый чисто по ошибке распределения мест, в класс бездельников и тунеядцев, что без усилий получат отличную работу по наследству, то не стоит выделяться.       Я один, их много.       Если тот же Джон кичится своей семьёй — не стоит говорить вслух, что он только сын оружейного механика 2 класса и в настоящий момент сам нихуя из себя не представляет.       Фраза Кардинала Вальтерье, из 7 трибунала, которую я отыскал в старой потёртой книжке на чердаке, стала моим своеобразным девизом: «Ждите. Как бы лицемерные ублюдки, тунеядцы и серое стадо, ни способное ни на что, не молились на Закон, все мы прекрасно понимаем одну вещь. Настоящий закон жизни настигнет их в любом случае. И расставит всё по своим местам».       Кстати, по какой-то причине одним вечером к нам пришли два Санкты в форме, и, ссылаясь на какое-то постановление, книжку забрали, благо к тому времени я прочитал её всю, и она просто пылилась на своём месте. Сказав что-то в роде «Просим прощения, но данная книга согласно постановлению 19-298 изымается из гражданского оборота», они тихо ушли с искомым, даже компенсацию в 500 лмд дали. Что было приятно.       — Эй, Лика.       Мама, видя, что я крепко задумался, с любовью погладила меня по плечу.       — А? Прости, что-то задумался.       — Я говорю, что эту машинку…       — Брось. Я так, думал над конструкцией башни… Зачем мне эта игрушка, я что, маленький?       Улыбаюсь ей тёплой улыбкой и беру пакет в руки, начиная путь к дому.       — Кстати, на.       Покопавшись в кармане, достаю помятую бумажку номиналом в 100 лмд, после чего протягиваю её маме.       — Ой, а откуда у тебя деньги?       — Рассчитались со мной за полный конспект по математике.       — Но… У тебя же 3 по ней выходит… На собрании говорили…       — Мне лень учиться для аттестата. Всё, держи уже, а то с пакетом неудобно.       Засовываю деньги ей в руку, которые она, с кивком головы, кладёт себе в кошелёк.       — Ох, Лика, спасибо тебе. Как раз сахар закончился… Но всё же не ленись. Кто знает — вдруг в университет поступить сможешь? Хотя мы платное не потянем…       К чёрту идёт твой университет. Поступлю на кого? Гуманитарий? Связей нет. Технарь? Да, тут связи играют роль меньше, но, если я не хочу быть всю жизнь на должности того, кого ебут много, а платят мало, «извольте знакомства иметь».       Да и как поступить? Платно? Денег шиш. По учёбе? Заучек никто не любит. У нас итак класс «позора», учителя уже на собраниях аккуратно, но настойчиво просили родителей «простимулировать» своих деток на учёбу выше чем четыре с жирным минусом, и то, натянутую.       Если я, весь из себя такой красивый, начну демонстрировать великолепные результаты… Будет как-то не очень.       Вслух я, разумеется, сказал совсем другое.       — Университет не потяну. И вообще, пойду на курсы какие-нибудь, как ты. Спокойно клерком работать начну. Хоть и платят маловато.       — Это да…       Мама вздохнула.       Люблю её. Прекрасно же вижу, как ей тяжело. Причём, в какой-то мере, из-за меня. Работать-то я не могу ещё, а вот есть и пить хочу.       

***

      — Кхм... С вами всё в порядке?       Очнувшись от своих мыслей, натыкаюсь взглядом на пожилого Санкту, который встал около меня.       — Да, простите, задумался.       — Говорю, хотите игрушку купить?       Раскрываю свой кошелёк. Несмотря на всю опасность моей работы, есть один жирнющий плюс — денег достаточно. 3 000 лмд, которые остались после всех «развлечений», это подтверждали.       — Ага. Вот этот Колумбийский «бэтэр». Сколько с меня?       — 1 100 лмд. Популярная модель.       Ууу, инфляция чёртова. Долой капитализм!       Кхм.       — Беру.       Подходим к кассе. Санкта, аккуратно закрывая прозрачную коробку и принимая деньги, покосился на мой чёрный нимб.       — Бэтэр? Кхм… Простите уж за любопытство старика, а вы… Павший?       Начинается…       — Ну есть такое. Предвещая вопрос — убийство по неосторожности.       — Кхем. Я не об этом… Чувствую, что вы не какой-нибудь отморозок, вон, даже ребёнку игрушку купили…       — Себе, вообще-то.       Под слегка удивлённым взглядом пожимаю плечами.       — Необычно… Но о чём это я? А, да… Вы же… Работаете за пределами Латерано? Наёмничество, верно?       — Ага. Дело-то в чём?       — Вот.       Достав из ящика стола фотографию, он протянул её мне.       — У меня внук… Скорее всего погиб. В охрану каравана нанялся. Уже год точно прошёл. Думал, вдруг что-то знаете? Может, видели его…       Вглядываюсь в лицо молодого Санкты, вспоминая его…       Фух.       Не моя работа.       Тот самый случай, та самая встреча с Рики и Марфой.       — Да. Вспомнил. На нас тогда тяжёлый отряд Виктории напал. Не знаю почему. Ваш внук… был в головной машине. Мы с остатками выживших после вернулись, дабы хоть личные вещи поискать, но… Всё спиздили до нас рабы короны.       — Вот как…       Уголки глаз Санкты слегка намокли.       — Вы уж простите меня за такие вести…       — Да нет, наоборот — спасибо вам. Хоть ясность внесли.       — Ага. До свидания.       — До встречи.       Выхожу из магазина, на ходу закуривая. Пулемётчика Санкту не стал упоминать специально, пусть…       Один хер он мёртв давно.       

***

      Дойдя до дома, почувствовал 2 сигнатуры внутри. Слегка напрягшись, прохожу к калитке.       И кого опять занесло к нам?       Стучусь в дверь и вижу вышедшую ко мне маму, которая, в шутку, сощурила глаза и упёрла руки в бока.       — О, пришёл. Как сходил?       — Да нормально.       Пожимаю плечами, затягиваясь папиросой.       — С хорошей подругой увиделся, мы с ней поели, попили, в парк сходили… Но чёт перебрал в баре, по итогу у неё остался переночевать… Потом с духовным Настоятелем встретился, Исповедь отсидел, а там в кафе с Лемуен случайно пересёкся. Поели, поговорили, а тут Мостима, тоже подруга моя, вместе Лемуен и её сестрой Эксией, перепившей на выпускном. Ну помог пьяную Санкту до дома довести. Потом байки Мостиме потравил, о работе рассказал, чай попили. К тому времени темно уже стало, так что у неё остался…       Докуриваю и аккуратно тушу бычок об землю, наблюдая, как выражение лица мамы становится слегка странным.       — Что?       — Да нет, ничего… Выспался хоть?       — Ну да. Хорошо же, когда на кровати мягкой. А то в пустошах приходилось кое-как спать…       — На кровати?       — У Наставницы даже дивана не было, а у Мостимы его заняла Лемуэль. Пришлось вместе спать.       И чего у неё глаза такими удивлёнными стали? А хихикает почему?       Ничего смешного тут не вижу.       — А… Ясно… Ты и правда вырос, Лика… а у нас тут гостья неожиданная, по всей видимости твоя «Наставница». Говорит, к тебе… Большая и высокая. На кухне сидит, я ей чаю налила.       — Э…       Рененет, что ли?       — Только… Ты ведь с ней встречался, верно? Просто она Фидия… Нет нет, ты не подумай, я приму любое твоё решение, но как это необычно…       — Ты о чём?       — Ну… Ты же большой мальчик. Уже, поди, внуки будут.       Ой, всё. Мне иногда кажется, что у матерей вся эта тема врождённая.       — Поживём — увидим. Давай зайдём уже внутрь.       — Ага.       Прохожу на кухню и вижу это чудо, около двух метров ростом. Попивая чай, задорно машет мне рукой.       — О, Ко… Лика, привет!       — Привет.       — Я тут просто мимо проходила, дай думаю, заскочу к своему ученику.       — Ученику?       Вопросительно смотрю на Фидию, которая почему-то отвела свой взгляд в потолок.       — Я, признаться честно, даже не знала, что ты Саргонский учишь.       Мама, зайдя вслед за мной, налила мне чаю и начала доставать какое-то печенье.       — А. Ну да, клиенты разные есть, думаю — дай-ка расширю кругозор.       Она, покивав внимательно, обратила взгляд на мою ношу.       — Ой, а это что? Игрушка какая-то? И для кого?       — Не игрушка, а модель Колумбийского БТР-а. И она для меня.       — Для тебя?       — Да.       Важно кивнув, ставлю коробку на стол.       — Я такой давно хотел.       — Эээ… Хорошо, как скажешь. Давайте, не буду вас отвлекать.       Мама, по-доброму улыбаясь, пошла к себе в комнату, закрыв за собой дверь.       Делая глоток чая, замечаю прикрывающую рукой рот Рененет.       — Ой, такой взрослый, важный Корн — и с игрушкой. В детство впал? Как-то поздновато, нет?       Почему-то эта классическая подъёбка слегка задевает меня.       — Я этот кусок железа ебать как хотел в 14 лет. Пока ленивые твари не могли даже домашку в школе сделать нормально сами, спуская на одну только одежду значительные суммы — я стоял и облизывался на эту модельку, потому что даже сраную 1 000 лмд мы не могли потратить на такое.       Замечаю, что даже моя Длань слегка вышла наружу, пассивно работая словно аура. Усилием воли подавляю её.       Блин, как знал — хоть маленькая проблема, но вылезет…       С другой стороны, это что, я смогу пародировать Наставницу в моменты, когда она готова к бою? Неплохо.       — Эх… Прости, Рененет, чёт как-то задело.       — Да ладно тебе. Это ты прости, не подумала… Кстати, а ты когда успел ауре обучиться?       Поддерживаю смену разговора.       — Я и сейчас не умею её использовать.       — Ага, верю. И сейчас ты вот вообще ничего мне не продемонстрировал?       — Это Длань была. Просто ненаправленная.       — Да? Не похоже…       Задумавшись, пока я пью чай, Фидия почесала свою щёку.       — А хотя, с другой стороны, отбросив весь бред. Что такое аура? Это ненаправленное воздействие, главным образом ментальное, источаемое в воздух. Многие кличут её «Взглядом смерти» или чем-то подобным. Обычно такому учатся к более старшим годам, имея за собой шлейф из трупов и неприятных воспоминаний, а также сильно тренированный артс, но…       Задорно погладив меня по волосам, Рененет продолжила.       — …Я же знала, что мой ученик особенный.       — И какие плюсы от этого?       — Сразу к делу, да? Ну… Как минимум, будешь выглядеть более внушительно в важные моменты. Это не посчитать за атаку, но польза есть… Главное, чтобы не спалиться или не использовать в ненужный момент, тренируйся.       Фух. Знал же, что какой-то аспект искусства нужно будет тренировать. Получите и распишите, как говорится, цель задана.       — Понял и принял… Так, а ты чего зашла? Учитель Саргонского, блин.       — Я? А разве нужна причина проверить моего ученика? И вообще, откуда же я знала, что ты с мамой живешь? Ещё и Кардинал, скотина, не предупредил, только сказал: «Будь потише». Вот прихожу я, вся такая красивая, стучусь в дверь, к счастью без анекдотов матерных, а тут твоя мама, очень сильно удивлённая, открывает и спрашивает: «Здравствуйте, а вам кого?». Что мне было говорить, и… Эй, хорош, ржать!       Задорно смеюсь, после чего решаю перейти в наступление.       — А вообще, классно, как раз собирался тебя искать. Да и теперь все пункты выполнены…       — Ты это о чём?       Начинаю загибать пальцы.       — Ну смотри. Знакомы мы с тобой давно? Давно. На свидании были? Были. По-настоящему близкими стали? Стали, у тебя в квартире причём. Покупку домика обсуждали. Так что собирайся, поехали.       — К-куда?       — В ювелирный магазин, разумеется. Кольцо подбирать. Да и с тёщей уже познакомилась…       Не сдержав смеха, смотрю на зависшее лицо Рененет и начинаю гоготать. Она же, 10 секунд «потупив», показывает мне какой-то Саргонский жест.       — Иди-ка ты в пень. Со своими шуточками.       Пью чай с широкой улыбкой, показав ей сердечко из рук.       — Ну ё маё… Взяла ученика, на свою голову. Уже не хуже меня прикалывается… Вот так и умирают легенды…       Притворно потирая глаза кулачками, она показывает свой длинный язык.       

***

      — Не, ну а если серьёзно, чего пришла? Нет, не подумай, тебе рад всегда, но что что-то срочное случилось?       — Не. В настолки давай сыграем. Скучно, что капец. Работы-то нет пока… Но тебе большое спасибо за это.       Улыбаюсь и показываю рукой на вытащенные ею из рюкзака коробки с играми.       — Итак. Во что сыграем?       

***

      С этого момента время полетело вскачь, отмеряя оставшиеся дни от выделенных двух недель «на отпуск», поскольку ярких событий больше не происходило. Я учился обращаться с передатчиком, повторял шифр, изучал выданный «самый обыкновенный» сборник Законов Латерано, да и маялся фигнёй с Рененет.       Также, пока не подошёл час X, прошёл полное исследование от той группы учёных и… Ничего.       Симбионт всё также спокойно «живёт» и не доставляет проблем. Подключенный к моей центральной нервной системе, он послушно обеспечивал работу артса, при этом не давая Оригиниуму разрастаться в моём теле…       В последний вечер перед выездом из Латерано, ещё раз контрольно поговорив с Кардиналом, а также попрощавшись с Мостимой, я лёг спать. Наобнимавшись и попрощавшись с матерью, выслушав все нотации об питании и сне, после слов «Береги себя, Лика», я потопал к пункту назначения.       Разумеется, просто так доехать до Каздела из Латерано я не мог. А значит, нужно было искать обходные пути.       Решение нашлось быстро. Махнуть до Рим Биллитона, после чего добраться до базы «Чёрный Рог», что располагалась к северо-востоку.       Усилиями 7 трибунала маршрут был построен, а подходящий караван найден. С наймом тоже не возникло никаких проблем. Всё же репутация решает.       Уладив все формальности, кидаю взгляд на часы. До отправки ещё 15 минут… И где моя надзирательница пропадает? Специально же вчера встретился и чётко время сказал, во избежание возможных эксцессов…       Почувствовав сенсором резко появившуюся сигнатуру, успеваю заметить мелькнувший кончик белого змеиного хвоста, что скрылся в подворотне неподалёку.       С усмешкой встаю с лавочки, кинув взгляд на суетящихся работников каравана, снующих у машин, в метрах 50 от меня, иду «по следу Фидии».       Там, вполне ожидаемо, наблюдаю гордую Рененет, скрестившую руки под своей впечатляющей грудью.       — Ну что, Корн, уезжаешь?       — Ага. Работа не ждёт.       — Понимаю… Хоть и жаль мне. Подольше бы остался, нафиг этот Каздел тебе?       Улыбаюсь в ответ на широкую лыбу.       — Мне за отдых не платят.       — Эх…       Она подошла поближе.       — Береги себя. Правда, возвращайся живым.       — Постараюсь настолько сильно, насколько это возможно.       Рененет наклонилась вперёд и очень крепко обняла меня.       Я, с теплотой в душе, крепко обнял её в ответ.       Через 30 секунд, расторгнув объятия, она скомкано пробурчала.       — Если сдохнешь — найду в Саргоне одного некроманта и воскрешу. А потом сама убью.       — Верю.       Киваю ей, глядя на разумную, что за не самый большой временной промежуток, стала мне… достаточно близкой.       Хотя я и не люблю привязываться ни к кому.       Подмигнув, она легонько стукнула своим кулаком мне по плечу.       — Живи достойно, Корн.       — Умри достойно, Рененет али Шубат.       Моргнув, понимаю, что Фидии уже и след простыл. Только небольшое облачно пыли сигнализировало о том, что здесь кто-то был ещё.       Выпендрёжница, как есть…       Но красивая. Тут не поспоришь…       Но больше выпендрёжница.       Хотя мы оба друг друга стоим… Павший и Фидия, самые внушающие доверие окружающим, хех…       Кидаю взгляд на часы. Осталось всего 5 минут, а Тени нет… Только бы успела прийти. Ждать её в Рим Биллитоне, тратя драгоценное время, вот вообще не хочется.       Подойдя к грузовику, уже поставив ногу на подножку кузова, замечаю бегущую ко мне Исполнительницу.       За какие-то секунды, преодолев оставшееся до машины расстояние, она «птичкой» залетела внутрь. Даже руки вперёд выставила.       Тоже заползаю и размещаюсь на свободном сидении.       — С добр…       — Я не проспала! Просто ну, там задание было… Вот… Да, и тебе с добрым.       Усилием воли гашу желание хлопнуть рукой себя по лицу.       — Ага. Ну, я рад, что успела. Не придётся ждать в Рим Биллитоне.       — И я рада… Фух…       Откинувшись на спинку сидения, Тень вздохнула.       Наконец-то караван тихо тронулся. Из-за размеров грузовика, который был почти под завязку набит ценными товарами, в его кузове будем ехать лишь мы вдвоём.       Что, конечно, радует.       Каздел. Следующая глава моей жизни началась, сопровождаясь тихим шумом мотора.