Конец

Кладбище никогда не казалось ему приятным и хорошим место. Наоборот, 007n7 находил его мрачным и не желал находиться там. Будь его воля, он не посетил бы это место никогда. Уж слишком много плохих воспоминаний и эмоций связано с этим местом. Даже если не у него, то у других жителей Роблоксии. Единственная причина по которой он мог бы оказаться тут в будущем это смерть близкого человека. И, учитывая что близкий человек у 007n7 был лишь один, он точно не хотел терять его. Своего драгоценного сына. И даже если его сын даже близко не походил на человека, он бескрайне любил своё дитя, потеря которого была бы равна разрушению всей жизни бывшего хакера. Что тут говорить, даже сейчас, когда вроде как с Кулкидом всё хорошо в плане здоровья, 007n7 чувствовал себя убитым. И всё из-за того, что сын выжившего оказался на стороне убийств. Смотреть на то, как его сын с лучезарной улыбкой преследует беззащитных перед его лицом людей и сворачивает им шеи... Это не было зрелищем лёгкого характера. Мысли о том как остановить собственного сына не могли перестать лезть в голову 007n7. Но видеть то как сын убивает невинных людей и думать о том как остановить его это одно, а смотреть на то как выжившие бьют его по лицу, разрезают красную плоть и кожу мечём, а также стреляют из пистолета было ещё больнее. Каждый раз, когда он видел как его сына ранят, сердце 007n7 обливалось кровью. Ощущение было такое что наносили увечья не Кулкиду, а самому хакеру с бургером на голове. И не просто по тому месту по которому били Кулкида, но и по душе 007n7. Ему хотелось побежать к нему и обнять. Утешить и подуть на место, что ранили, а после наклеить синий пластырь, ведь синий “очень крутой цвет”! А после приготовить любимую еду Кулкида, дабы смотреть как сын наслаждается любимой пищей. И кстати о еде. 007n7 ни разу не готовил ничего для своего сына после того момента как они оказались в этом месте. А если быть точнее Кулкид ни разу не ел то, что его отец приготовил. Каждый раз, когда была очередь хакера готовить, он оставлял порцию для Кулкида. Даже если не знал точно, где находился его сын на данный момент, он надеялся что тот найдётся и он сможет покормить его. И даже в те дни когда это была не его очередь готовить он старался оставлять будь то ужин или обед для своего сына. Просил готовящего приготовить чуть больше еды, а при отказе сам не ел, лишь бы потом накормить Кулкида. Иногда выжившие, замечая это его поведение, говорили ему поесть и просили забыть о сыне. Ведь называть убийцу своим сыном... 007n7 не хотел думать об этом. Он не хотел чтобы Кулкида воспринимали как убийцу. Ведь он столь замечательный ребёнок! По крайней мере был таковым до того как попасть сюда... Нет. Кулкид всё ещё был ребёнком. Просто не таким замечательным как раньше. И это не было его виной. Кулкид никогда не хотел убивать людей. Для него это просто игра. 007n7 верил что его сын и не подозревает о том что убивает кого-то. Так что у 007n7 была возможность остановить череду убийств со стороны своего сына. Если объяснить всё как надо, он точно перестанет делать. По крайней мере хакер надеялся на это... Хотелось как можно скорее покинуть кладбище. И для этого 007n7 решил использовать свой телепорт, “кулгай”. Именно так Кулкид назвал изобретение своего отца. И так было всегда. Что бы красный мальчик не посчитал крутым, отец старался дать своему сыну. И плевать было на то, что он мог избаловать его. Ведь, всё таки, Кулкид был его всем. Он стал смыслом 007n7 когда тот устал от хакерства. Он стал тем, кто подтолкнул бывшего хакера к спокойной жизни, что оказалась намного очаровательнее чем 007n7 думал раньше. Но без Кулкида она бы не была такой очаровательной. И даже сейчас 007n7 думал таким образом. Ему бы хотелось чтобы его сын был рядом с ним, как раньше. Ведь если бы тот оказался на стороне выживших вместе с ним, эти непрекращающиеся дни наполненные беспрерывными цепочками смертельных раундов не казались бы такими длинными и мучительными. “Кулгай” загрузился и обстановка вокруг 007n7 изменилась. Теперь он не стоял на кладбище, он стоял на зелёной траве около земляного столба. Недалеко от него находился холм с поместьем. А также кое-что ещё. А если быть точнее, то кое-кто. Убийца преследовал одного из выживших. Самым худшим было то, кем был этот самый убийца. Кулкид. Он с широкой улыбкой и смехом преследовал других с намерением убить. Нет, это было неправильное выражение. Он преследовал выживших с намерением поймать, но это ловля могла закончиться летально для преследуемых. И Кулкид этого не осознавал. Для ребёнка концепция смерти вовсе не была известна. Если другие видели в холодных, ужасающих телах, – мертвецов, то Кулкид видел в них всего лишь усталых взрослых, решивших отдохнуть. Пытаться изменить это могло привести к ужасным последствиям. И именно поэтому в который раз мужчина отвернулся от своего сына, уходя подальше от места погони. На душе засело навязчивое, отвратительное чувство. Как если бы на сердце упал ошмёток гнили, что никак не желал сойти. А вместе с этим он заставлял гнить душу самого 007n7, вызывая сильную боль. Нужно было заставить себя отвлечься, ведь такими темпами бывший хакер просто бросился бы к своему сыну несмотря на последствия, что это может повлечь. Мужчина сел перед машинкой, начав выполнять задания в ней. Раунд шёл своим чередом. За всё время, 007n7 увидел своего сына лишь раз. И то был раз когда он отвернулся и ушёл делать машинки. В целом, мужчина был немного рад такому раскладу событий. Смотреть на то, что делал Кулкид без возможности как либо это изменить было больно. Из-за этого 007n7 просто предпочитал не смотреть на это. Так тяжёлые мысли становилось легче игнорировать. – Ауч! Знакомый голос. Именно это вылетало изо рта Кулкида когда он ранился. В стену около 007n7 прилетел его сын, больно ударяясь о препятствие. Сам хакер замер, не в силах пошевелиться от столь внезапной встречи. Широко раскрытые глаза стали хаотично бегать по чужому телу, будто бы сканируя его. Красное, состоящее из неестественной субстанции тело было изранено. Несколько дыр от выстрела пистолета, порезы, странные вмятины от ударов. Все они выглядели до ужаса болезненно. При виде каждой из ран душа 007n7 сжималась, готовая разорваться на куски. Финальным ударом стало то, что сам Кулкид сжался и держал израненную руку, словно стараясь укрыться от ударов которые последуют со стороны выживших. Ему было больно. Он страдал. Получал удары от взрослых, хотя 007n7 обещал защитить его. Зубы больно впились в нижнюю губу, когда бывший хакер осторожно потянулся к своему сыну. – К... Кулкид..? – Папа? – голос ребёнка был наполнен радостью от вида своего отца. Сердце 007n7 снова болезненно сжалось. – Прости! Я поиграю с тобой в следующий раз! Я ведь почти их поймал! Кулкид быстро опомнился, вспоминая что он в самом разгаре игры. Не дожидаясь ответа 007n7, он побежал к выходу из поместья, спеша продолжить салки. Вот только во время своего бега он хромал и придерживал руку, стараясь не упасть от боли. – А! – когда Кулкид побежал в сторону выхода, безуспешный отец потянул за ним руку. Но он так и не смог схватить своего сына. Рука так и замерла в вытянутом положении, когда глаза полные боли и разочарования в самом себе смотрели вслед за непоседливым ребёнком. И было бы неплохо просто принять это, уйти в какой-нибудь уголок и дождаться того момента когда раунд закончится, вот только... В голове стали всплывать воспоминания. Воспоминания о том, какие ранения были нанесены его сыну. И тем, кто не смог защитить слабого ребёнка был 007n7. Немощная рука сжалась в кулак, когда бывший хакер крепко встал на ноги. Бегом, мужчина побежал в сторону выхода из поместья. Поиски сына не продлились долго. Он оказался совсем недалеко. При спуске со склона от главного входа можно было увидеть поляну. На этой поляне он пытался поймать некоторых выживших. Именно тех, кто мог дать отпор убийце. – Оу, я расскажу всё папе! Голос, полный обиды, процитировал это когда в лицо красного нечто прилетел кулак бывшего военнослужащего. Красная, израненная рука, потирала место удара, в то время как глаза были сильно зажмурены. – Это нечестно! – Кулкид нахмурился, убрав руку, когда он продолжил погоню. И вот, он был готов схватить одного из выживших за горло, когда не так далеко Шанс поднял пистолет, готовый выстрелить в ребёнка. Прозвучал звук выстрела. Чувствовался запах пороха. Пуля попала в плоть, проделывая в ней дыру. 007n7 стоял перед своим мальчиком, широко раскрыв руки, будто пытаясь укрыть его настолько, насколько это было возможно. В его груди виднелась дыра. Маленькая, от патрона. Из неё вытекала кровь. Голубая ткань впитывала красную жидкость, неприятно намокая. Мужчина раскашлялся, харкая той же самой кровью. В груди ужасно жгло. Болело настолько сильно, что 007n7 был готов умереть. Но эта боль не могла сравниться с той, которую он чувствовал тогда, когда,видел своего сына раненным. – Папа..? – голос Кулкида странно исказился. Как если бы он был немного грустным. Понимал, что только что произошло. – Папа! Ты ведь пришёл поиграть, да?? Это странное искажение в голосе быстро исчезло, заменяясь радостью от вида отца. Чужая шея хрустнула в руках мальца, после чего массивное тело полетело в сторону, противоположную от 007n7. – Раз ты так близко я начну считать до трёх чтобы ты убежал! Если ты мне поддашься будет неинтересно! 007n7 медленно повернул голову в сторону сына, видя его самодовольное лицо. Будто он хвалился: “Смотри какой я честный!” На бледном лице появилась слабая улыбка. – Раз... Ноги дрожали. Становилось тяжелее дышать. – Два..! Силы быстро покидали тело, вместе с кровью. Зелёная трава внизу окрашивалась в чёрный при прикосновении с тёплой жидкостью. – Три! Тело мужчины упало на колени, после быстро меняя своё положение на лежачее. Лицо больно упало прямо в траву. 007n7 даже не пытался прикрыть голову руками чтобы приземление не было таким болезненным. Изо рта текла кровь. Во рту скопился отвратительный привкус железа. Под упавшим телом скоплялась красная жидкость, образуя лужу. Одежда становилась мокрой. Она неприятно липла к телу. – Папа? Почему ты не бежишь? Израненный ребёнок, придерживающий свою руку от боли, присел около своего отца, с любопытством смотря в его лицо. Голова 007n7 лежала боком, благодаря чему Кулкид всё-таки мог увидеть выражение лица его отца. Ослабшее, будто ему не хватало сил на какое-либо выражение лица. Тело 007n7 медленно покидала жизнь. – Ты что, устал? – голос был полон детского любопытства. – ...да..немного устал.... Голос ослаб. Голосовые связки мужчины были способны лишь на хриплый шёпот, слышимый одному лишь Кулкиду. – Оувв... – разочарованный вздох. – Так ты не будешь со мной играть?! – нет малыш... не буду.. Губы 007n7 задрожали, преобразовываясь в слабую улыбку. На глазах появились слёзы. – Хорошо, поспи немного, а потом мы поиграем, хорошо?! Пообещай мне! 007n7 с улыбкой смотрел на своего сына. Он молчал. Округа наполнилась отвратительным запахом железа.