Эпилог. Полная чепуха

      У ведьмаков издавна повелось приезжать на зимовку в Каэр Морхен. Раньше их толкали на это страх смерти и желание выжить. Сейчас они приезжали, чтобы повидаться со своими близкими, побыть с семьей. Весемир не мог вспомнить, как давно в крепости одновременно собиралось столько народа. Самыми последними прибыли Эскель и Мелита. – Ну наконец-то! Я уж думал отправить кого-нибудь на ваши поиски. – Здравствуй, Весемир, – Лита с радостью обняла старого ведьмака. – Проходите в главный зал, все уже собрались.

***

Ведьмак нашел Геральта развалившемся в мягком кресле около камина, на его коленях сидела пятилетняя Калантэ. – А дедушка Весемир расскажет ещё раз про дракона? Ты ведь попросишь его? – Конечно расскажет, куда ж ему деваться то. – Ой, дядя приехал! – седоволосая девочка мигом слезла с коленок Геральта и понеслась к Эскелю, он тут же поднял её на руки. Она давно его не видела и старалась за пару минут пересказать события последних месяцев – Представляешь, дядя Ламберт выстругал мне второй деревянный меч, я потом тебе его покажу! Я теперь буду совсем как мама. Бабушка Йеннифэр пыталась научить меня делать шар из воды, но я только облила её с ног до головы, и она сказала, что больше на пушечный выстрел меня к магии не подпустит. И обещала отлупить, если я ещё раз назову её бабушкой. А ещё дедушка Геральт научил меня стиху про дядю Ламберта, – и тут же шёпотом добавила, – только мне нельзя его никому рассказывать, там есть слова, которые мне нельзя говорить. – Ты главное при своей маме его не рассказывай, – смеясь, проговорил Эскель, – А то дедушки лишишься. – Ага, тётя Кейра тоже самое сказала. Ой, а тетя Лита тоже приехала? – Да, она была во дворе с Васильком. – Ура, а то она в прошлый раз обещала мне мозг утопца показать, я побегу, ладно? – Ага, давай, – Эскель поставил девочку на пол, и она с криком умчалась в сторону выхода. – Я не совсем уверен, но, кажется, нормальные люди растят детей немного по-другому… – Ну, мы же с тобой как-то выросли, и ничего, – ответил Геральт. Эскель приземлился во второе кресло около камина. Если бы ему лет десять тому назад сказали, что в Каэр Морхене появятся мягкие кресла, ребёнок, одна бывшая послушница, две чародейки, да ведьмачка в придачу, то он бы покрутил пальцем у виска. Но жизнь идёт и всё меняется.

***

– Говорю, так и было. Она разбила колбу в зале, а уже через секунду спорила с Ламбертом во дворе. Это точно была телепортация, – Весемир стукнул кулаком по столу. – Да брось, Весемир, ещё слишком рано. Может у вас тут домовой завелся? – Йеннифэр, только из уважения к тебе, я сделаю вид, что не слышал эту глупость. – О чём спорите? – Цири села рядом с чародейкой. – Весемир уверен, что Калантэ пользуется телепортацией, представляешь, какая чушь? – Ага, действительно, полная чепуха – ведьмачка фальшиво засмеялась. Йеннифэр сердито посмотрела на дочь, но вслух ничего не сказала, позже всё выскажет. Слава богам, Весемир, кажется, ничего не заметил. – Глядите, кого я поймал, – в зал зашел Ламберт с девочкой, перекинутой через плечо. Она нарочито театрально вопила и стучала кулачком по его спине: «Пусти меня, тролль!» – Ламберт, отпусти ребенка, она же девочка, – Кейра шла вслед за ведьмаком. – И что с того, что девочка? С ней теперь играть нельзя? – ведьмак бережно поставил Калантэ на землю. – Можно, но по-другому. – Не учи меня, женщина! – Ещё одно слово и я снова превращу тебя в ледышку! – Вот поэтому я и ненавижу чародеек, – Кейра тут же шарахнула своего суженного ладонью по затылку. – Женщина, учти, запасных ведьмаков нет. Если ты меня покалечишь, второго такого же не получишь. – Второго такого же я уж точно не вынесу. – Как и я, – Геральт сел за стол. – Калантэ, не смей идти на кухню. Больше ты мёда сегодня не получишь, иначе попа слипнется. – Ну мам! – А где Лита? – Эскель оглядел зал в поисках девушки, её нигде не было. – Была во дворе, – ответил Ламберт.

***

      Она сидела на берегу озерца опустив ноги в воду и подставив лицо солнцу, длинные темные волосы развевались на ветру. Они были вместе уже семь лет, а Мелита была также прекрасна, как и во время их первого поцелуя у озера, ни на день не постарела. Эскель нащупал деревянный амулет, вшитый в подкладку куртки, и в очередной раз подумал: «А может и вправду русалка?.. К чёрту, всё равно люблю её. А она – меня».       – Наслаждаешься последними тёплями деньками? – ведьмак сел рядом с девушкой.       – А также видом. Здесь так красиво, жаль, что нельзя остаться тут навсегда.       – Мы приедем сюда на будущий год.       – Знаю, но так хочется, чтобы время остановилось именно здесь и сейчас. Не люблю снег, везде будет лёд…       – Не переживай, у нас с тобой впереди ещё куча времени.       – Я так рада, что ты есть у меня, – Мелита обняла мужчину. – И что есть все остальные. Знаешь, я везде чувствовала себя чужой, нигде не находила себе места. Но здесь…       – Здесь мы дома, – закончил за неё Эскель и поцеловал девушку в губы.       – Фу! Дядя Эскель поцеловал тетю Литу в губы! – громко визжа, Калантэ побежала в сторону крепости.       – Как ей всё время удается так незаметно подкрадываться?..

***

      Эскель и Мелита вернулись в общий зал, обед шёл полным ходом.       – Калантэ, я не буду ещё раз повторять про мёд, это последнее предупреждение.       – Передай, пожалуйста, картошку.       – И что ты будешь делать со сломанным мегаскопом?       – Не знаю, попробую вытянуть хоть что-то.       – А Эрвелюс есть?       – В кладовой ещё осталась пара бутылок, сейчас принесу.       – Может остаточные следы магии есть?       – Да пыталась я уже, но образы такие размытые, что ничего не разобрать.       – Да их было всего три, они даже не пытались на нас напасть!       – И тут Геральт мне говорит: «Мы не будет убивать троллей, давай просто оставим мечи и тихо пройдём мимо». Я тогда решил, что у него совсем кукушка поехала, – рассказывал Ламберт.       – Эх, молодежь, – Весемир смеялся во весь голос. Внезапно со стороны кухни послышался дикий грохот посуды, отчетливое детское «Ой», а через секунду Калантэ как ни в чем не бывало зашла в зал со стороны двора. Головы сидящих за столом разом повернулись в сторону Цири, ожидая объяснения.       – Действительно, полная чепуха… – передразнивая дочь, сказала Йеннифэр.