Пролог

Под чужими ветвями

Пролог

      В воздухе витала смерть, настоящая и безжалостная. Подпитываемая непрекращающимся звоном клинков, воем боевых рогов и тяжёлым топотом тысяч, десятков тысяч шагов. Люди, эльфы, дварфы, казалось бы три не жалующих друг друга расы объединились, чтобы дать последний бой нескончаемой толпе безобразных в своей природе орков, гоблинов и троллей, что всё продолжали наступать через разлом в самом мироздании, болезненно окрашенный в красный цвет.              И во всём этом аду, через беспорядочные ряды людей, что вот-вот готовы были ринуться в бой, пробирался один единственный эльф. Он был одет в простую чёрную накидку, держа в одной руке меч, сияющий чистейшим серебром, а в другой — длинный, исписанный рунами и узорами посох, вырезанный из кости некоего, никому неизвестного существа. По всей его длине он был украшен серебряными линиями, которые как лианы, извиваясь, тянулись к вершине, где, ярко сияя, покоился ромбовидный оранжевый кристалл, вокруг которого парили небольшие осколки серебристого металла.              Он — Феанор, архимаг этого мира, и в этот момент именно на него надеются все те расы, что сдерживают неумолимую толпу, которая с каждой минутой напирает всё сильнее и сильнее...       

* * * *

             На улице стояла ночь. Тёмная и необычайно спокойная, отчего по-своему прекрасная. Тишина лишь изредка прерывалась несильными подёргиваниями ветвей деревьев посреди густого леса, у самого края которого стоял пусть и небольшой, но невероятно удивительный особняк из белого камня, с золотой, начищенной до блеска крышей, что сейчас сияла лунным светом, и небольшой, выступающей из общего строения башенкой сбоку.              И именно там, в крупной и весьма богато обставленной комнате, на большом кресле молча сидел мужчина, неспешно покуривая табак из своей излюбленной трубки и читая незамысловатый роман про очередную принцессу в беде и героического принца на белом коне.              Наконец дойдя глазами до конца главы, он бросил быстрый взгляд на часы и, удивившись, что такая книга завлекла его так надолго, звонко захлопнул её одной рукой и отложил вместе с трубкой на столик рядом, после чего поднялся на ноги, направившись к тёмной деревянной двери.              Проходя мимо высокого зеркала, мужчина не смог не заметить весьма печальное положение своих длинных, свисающих до плеч, серебристо-белых волос, что, как бы он не старался, вечно выглядели так, словно их кто-то усердно теребил целые часы напролёт. В остальном это был всё тот же подтянутый эльф, которого ему счастливится видеть каждый день, заглядывая в зеркало. Отражение всё так же смотрело в ответ молодым и приятным на вид лицом, после взгляда на которое даже самый неопытный собеседник увидит в нём многовековую мудрость и тяжесть всех прожитых лет. Но даже не смотря на это, лицо украшала небольшая, почти незаметная улыбка, и яркие, золотистые словно два небольших солнца глаза, которые так и норовились посмотреть в один из углов, где терпеливо дожидаясь, когда рука хозяина коснётся его, лежал посох, тихо опираясь об стенку.              Отведя взгляд от угла, Феанор немного поправил свой домашний костюм, состоявший из простого светло-серого балахона, и неспешно вышел на каменную винтовую лестницу, держа путь в столовую.        В которой, к слову, уже во всю суетилась маленькая девочка-тифлинг лет шестнадцати. У неё была светло-фиолетовая кожа, и очень длинные, чёрно-синие волосы, заплетённые в косу, с редкими прядями фиолетового в них. Из верхушки лба у девушки росла пара козьих рогов всё такого же светло-фиолетового цвета с чётким затенением в конце. А глаза, будто поглощённые туманом, были исключительно белого цвета, без каких-либо намёков на зрачки. Впрочем, девушке это, кажется, ни капельки не мешало. Она была одета в белую рубашку и чёрные брюки с небольшим вырезом сзади для её свисающего хвоста, похожего на драконий. Тифлинг что-то радостно напевала себе под нос, паралельно раскладывая на овальный стол чуть ли не для десятка персон всего-лишь две наполненных тарелки.                     — Добрый вечер, Орианна, — спустившись вниз, с тёплой улыбкой поприветствовал эльф девушку.                     — Привет, Па-а-ап! — в своей обычной манере протянула Орианна.                     О да, он помнил, помнил, что освободившись от своих обязанностей, наконец-то решил осуществить свою мечту: построить небольшой домик и, встретив свою суженную, провести следующие века, живя простой, размеренной жизнью.              Но мечты на то и есть мечты, что часто являются недосягаемой целью. Так получилось и с ним... Сначала небольшой деревянный домик по воле благодарных королей превратился в поместье, ну а встретить безумку, что согласиться провести с ним остаток вечности, так и не удалось. Ну а дальше словно волной... То крестьяне со своими проблемами, то знать обратится за помощью, то затаившиеся твари со времён Великой войны Раскола решают повылезать из своих нор.              Ну а апогеем всего этого стал случай, когда к порогу его дома прибежала разъярённая толпа людей с вилами и факелами и одна девушка начала тыкать ему в лицо младенцем-тифлингом, крича что-то об адском отродье и чтобы он спас их всех.                     Простого вопроса «Неужели, вы, люди, настолько опустились, что готовы забить младенца вилами только потому что она не похожа на вас?» хватило, чтобы лица крестьян опустились, с последующим вопросом от них. Что же он собирается с ней делать?                     «Я позабочусь о ней...»                     И кто бы знал, что эти слова окажутся для него решающими...                     — Во-у-у? Есть кто дома? — вернувшись в реальность, перед своим лицом Феанор обнаружил две махающих руки и одну очень недовольную девочку.                     — Да-да, немного задумался. Итак! Первый раз как ты готовишь! Чем удивишь? — хлопнув в ладоши, Феанор уселся за стул.                     — Та-да-а-а! — воскликнула Орианна, открывая металлическую крышку, под которой лежал почти сожжённый стейк.                     «...»                     — Играть на лютне у тебя получается явно лучше, чем готовить, — выждав несколько неловких секунд, посмеиваясь, подметил Феанор, заглядывая на вторую тарелку, где в гордом одиночестве лежало тоже самое.                     — Да, я это поняла где-то на полпути... Когда мясо загорелось... — стыдливо покраснев, согласилась тифлинг, после чего, надев очень серьёзное лицо и скрестив руки на груди, возразила: — И вообще! Ты уже давно обещаешь научить меня магии, но так это и не сделал! Если бы я умела пулять из рук блестяшками, этого бы не случилось!                     — И как бы магия помогла тебе в готовке, позволь спросить? — приподняв бровь, спросил эльф.                     — Ну... Э-э-э-э... Я-я... Я бы смогла вовремя затушить пламя, вот! — топнув ногой и мило надувшись, продолжила свою тираду Орианна. — Я даже составила список того, почему меня нужно научить магией! Смотри, во-первых, это круто! Во-вторых, это та-ак красиво! В-третьих, это...                     — Знаешь, тебе нужно было всего-лишь попросить меня, — перебив её, архимаг слабо улыбнулся, смотря на водоворот эмоций которые сейчас бушевали на лице его приёмной дочки.                     — Э-э-а-э...                     — Лучше иди готовься, завтра утром пойдём в лес на пару дней. Мне нужно собрать кое-какие травы... Ну и заодно покажу тебе пару заклинаний, не боясь, что ты кого-то случайно убьёшь.                     — Ура-а-а! Спасибо-спасибо-спасибо! Люблю тебя, папочка! — осознав слова, сказанные ей, Орианна, вскочив со своего места, бросилась обниматься. И получив любящие объятия отца в ответ, быстро побежала в свою комнату, что-то радостно напевая себе под нос.              

* * * *

             — Ну-у-у, ты там идёшь?! — ускакав вперёд, тифлинг нетерпеливо подзывала сонного эльфа за собой.                     — Я бы мог идти быстрее, если бы ты не разбудила меня в четыре часа утра! — сонно возмутился Феанор, которого бесцеремонно стянули с кровати около получаса назад. Всё, что он успел сделать, это накинуть на себя свою чёрную мантию и взять посох с клинком, после чего всё так же бесцеремонно был вытолкан из тёплого дома на улицу.                     — А нечего так много спать! — поправляя походный рюкзак, сбоку которого была небрежно привязана богато украшенная лютня, упрекнула отца тифлинг. — И эй, когда мы уже начнём?!                     Устало помотав головой, Феанор облокотился о ближайшее дерево, обращаясь к дочери:                     — Да прямо здесь. Хмм, что бы тебе сперва показать...                     — О! О! Ночью я прочитала книгу про заклинание света! Я всё-всё поняла! Давай покажу, — наконец добившись своего, и даже не удосужившись снять рюкзак, Орианна, чуть ли не светясь от радости, начала медленно двигать руками, произнося простейшее заклинание света.                     Феанор лишь с улыбкой смотрел на энтузиазм дочери, пока не заметил несвойственные руны, возникающие вокруг девушки.                     — Орианна, стой! — только и успел выкрикнуть беловолосый эльф, как руны, парящие в воздухе, сложились в круг на земле, а уже через мгновение Орианна бесконтрольно падала с высоты, крича и размахивая руками.                     Без особого промедления архимаг кинулся вслед, после чего руны пропали, так же неожиданно, как и появились. И лишь небольшая статуэтка прикованной к дуге женщины, скрытая за толстым слоем мха и листьев, слабо издавала небольшой, едва заметный золотистый свет.              

* * * *

             Орианне повезло упасть на спину чего-то большого и, по всей видимости, спящего. По крайней мере до этого момента. Удар девушкой по спине существо восприняло не как жест доброй воли, и только тифлинг начала понемногу приходить в себя, как в паре метров от неё взревел огромный тролль, намереваясь растоптать бедняжку здесь и сейчас.                     — Папа... — прошептала девушка, пытаясь сжаться в маленький комочек.                     И словно услышав её слова, само пространство, где стояло существо, пронзило чёрно-красной трещиной, идеально разрубая тролля на две части.                     Феанор клялся, что больше в жизни не притронется к подобной магии, но да простят его боги, он не мог иначе...                     — Орианна! — воскликнул архимаг, подбегая к дочери и помогая ей подняться на трясущиеся ноги.                     Заливаясь слезами, тифлинг повисла на шее отца, уткнувшись лицом в чёрную ткань его мантии.                     — Ну всё-всё, не надо плакать, — пытаясь утешить дочь, Феанор поднял взгляд на небо, где над самими облаками возвышалось огромное, золотое древо. — Что же ты натворила...                     — Я... А там... А потом... А я... А потом он... И... И... — шмыгая после каждого слова, начала заикаться девушка, ни на секунду не ослабляя свою хватку. Оно и не удивительно, Первый раз в жизни побывать так близко к смерти... — А... А где мы?                     — Хотел бы я знать, — задумчиво произнёс мужчина, пытаясь вспомнить похожие пейзажи из своей долгой жизни. К сожалению, как бы он не старался вспомнить, в голову так ничего не приходило...