Часть 1

Свет ночной лампы освещает пространство стола и лежащие на нем письма. В такой час у Эльфарии нет ни сил, ни желания ими заниматься. Внутри будто черная дыра при одной мысли о том, что этот день, как все последующие будут проходить точно так же. За окном на ночном небе сияют звезды – одна ярче другой, время идет к холодам и, несмотря на природу своей магии, Эльфи зябко поводит плечами. Ей неожиданно холодно в этот час. Эльфария смотрит на черные облака, нависшие над башней, а после широко распахивает глаза, потому что со стороны ее балкона мелькает золотистый росчерк молнии, сияющий в темноте словно комета. Мгновенно холодеют ладони, такое своеобразное приветствие явно показывает, что на эту ночь у кое-кого есть планы. Ледяная дева поднимается с места и открывает балконную дверь, впуская холодный воздух. Зео стоящий к ней вполоборота не отрывает глаз от небесных светил. Вокруг него клубятся молнии – не те, что бывают при раскатах грома, а маленькие послушные проявления его магии, которые по приказу хозяина все же могут укусить неприятеля. А еще они теплые, как знает Эльфария не понаслышке. Зео теплый. - Зео, не самое лучшее время для визитов. Торзеус оборачивается, сверкая широкой улыбкой и говорит: - Что попасть к тебе в «лучшее время» приходится заполнять кучу бумаг. Ты знаешь, это не мой способ. На губах Эльфарии мелькает тень улыбки, а в хрустальных глазах расцветают искры неподдельной нежности, с которой она смотрит на своего гостя. И взмахнув льдистыми волосами, уходит обратно в помещение, слыша неторопливую поступь шагов, следующую за ней. Насколько у него хватит терпения? Сорванный выдох издают ее губы, когда вокруг ее талии оборачивается его рука, не дав ей даже сделать пары шагов, а губы прижимаются к затылку. В этот миг, как и все предыдущие, тепло Торзеуса, его близость заставляют Альбис Вину чувствовать себя воистину подарком небес, который Торзеус Фаше принимает со всей благосклонностью. Эльфария нежно хранит воспоминания о мальчике, оставшемся внизу в академии. Эльфария любит Уилла больше всего на свете, но жадные прикосновения, которые стягивают с плеч ее облачение, покрывая нежную кожу следами своих губ и пальцев, будто пробрались в самое сердце, вместе с желанием, чтобы эти мгновения длились как можно дольше. Они отступают к кровати и падают под балдахин. В голове Эльфарии все еще Уилл – робкий, невинный мальчик, в глазах ледяной девы слезы. Эльфария с невообразимым напряжением смотрит на то, как чужая мозолистая рука освобождает ее лодыжки от сандалий, а потом кончиком пальца ведет по обнаженному бедру, а после все ее внимание приковывает Зео, расстегивающий форменную куртку. Он удивительно сложен, под загорелой кожей перекатываются мышцы, и пахнет от него теплом и озоном. Эльфария и не думает противиться, когда ухватив ее за мягкие волосы, Зео приближает их лица друг к другу, а после его горячие губы, будто выдергивают мир из-под ног, пока он медлит, пока не заходит дальше границ, которые они установили. Эльфарии холодно, можно оправдывать себя этим сколько угодно. Эльфария жаждет большего и поэтому подается вперед, обнимая Зео за шею и отвечает, выпуская наружу все свое отчаяние и страх, о котором даже не подозревала. Страх того, что Альбис Вина стала зависима от визитов этого варвара, который относится к ней, словно к самому желанному подарку. И осознание этого заставляет ее испытывать любопытство, когда она ведет ладонями по обнаженной груди Зео, мысленно пересчитывая частые шрамы. Торзеус словно молния, сильный и смертоносный, но когда он целует костяшки ее пальцев, чтобы развести в стороны ее ноги, Эльфария нетерпеливо двигает бедрами. Улыбка Торзеуса становится шире, припоминая, как годом ранее, она впервые легла к нему в постель и в тот день была не в пример решительнее, чем сейчас. Ледяная дева может сколько угодно говорить о любви к тому мальчику, но только перед Зео она являет свою «добродетель» жадной и властной женщины, с которой он занимается любовью. Простыни еще хранят запах их тел, легкой изморози и костра, невообразимое сочетание, но волнующее до дрожи. Эльфария смотрит в окно – звезды уже погасли и прорезались первые лучи рассвета. По венам девушки, разгоняя кровь, течет первобытная сила, которая огнем опаляет ее душу. Эльфарии больше не холодно, когда она лежит на груди Торзеуса. В голове Эльфарии больше не осталось места для Уилла, в миг, когда ей так хорошо.