Глава 124

После возвращения из Страны Дождя, Данзо больше не давал никаких указаний. Тот решающий порыв ветра, похоже, оставил серьёзную занозу в его сердце. Впрочем, несмотря на это, Кано не беспокоился. Ведь сейчас он достиг того уровня, что ему не нужно опасаться многих вещей. Данзо словно затих, больше не подавая признаков жизни. А Сарутоби, несмотря на нехватку людей, почему-то дал команде номер девять неделю отдыха. Внезапно появившееся свободное время Кано решил использовать с пользой. Он поручил Йенахе тренировать Куренай, чтобы та набралась опыта в реальном бою. Что касается Гая, то ему было предписано тренироваться еще интенсивнее, а все его расходы взял на себя Кано. В последующие дни Кано много раз ходил в лабораторию Нанако, но каждый раз никого не заставал. Наконец, он понял, что здесь что-то не так. Ведь даже если бы Нанако отправили на долгосрочное задание, то он был уверен, что она оставила бы ему сообщение. А сейчас её нигде не было, и никаких сообщений она не оставляла. Что же произошло? Кано знал, что Нанако — человек Данзо. Но он не мог спросить у Данзо. А других людей, к которым он мог бы обратиться, поразмыслив, не оказалось. В огромном Корне было немало людей, но сейчас, похоже, только с Нанако и Орочимару у него была хоть какая-то связь... "Орочимару может что-то знать." - Кано молча смотрел на пустую лабораторию. Об исчезновении Нанако не было ни малейшей зацепки, и он не мог придумать ничего вразумительного. Значит оставалось только пойти к Орочимару. Приняв решение, он направился прямиком в лабораторию Орочимару. Она находилась в отдаленной части Корня, в зоне, куда обычным людям вход был запрещен. Но Кано прошел прямо внутрь, миновал несколько темных коридоров и, добравшись до лаборатории, без лишних церемоний распахнул дверь. В тот момент, когда дверь скрипнула, склонившийся над рабочим столом Орочимару, не обернулся, но его лицо мгновенно стало ледяным. Войти без предупреждения — такое было недопустимо даже для Данзо. Если бы это был кто-то незначительный, то Орочимару бы точно вынес ему смертный приговор. "Орочимару" — Кано посмотрел на спину Орочимару, а затем перевел взгляд на юношу, лежащего на столе. Его глаза расширились. Даже сквозь промежуток между рукой и телом Орочимару он смог разглядеть Шаринган на руке юноши. Как минимум две пары. Шаринган Учиха, имплантированный в руку? Юноша еще дышал. Эксперимент на людях? Кано знал об экспериментах Орочимару на людях. И из-за пережитого им в детстве опыта он испытывал отвращение к таким вещам. Но теперь, когда его интересы не затрагивались, а, наоборот, совпадали, он, несмотря на отвращение, не высказывался против. "Кано?" — услышав знакомый голос, Орочимару выпрямился и повернулся. Его ледяное выражение лица немного смягчилось. Он посмотрел на спокойного Кано и спросил: "Что-то случилось?" Будь это кто-то другой, то Орочимару, вероятно, уже задушил бы его своими Скрытыми Тенью Руками-Змеями. "Хочу кое-что спросить" — Кано кивнул, искоса поглядывая на юношу на столе. Исследование по имплантации глаз, безусловно, привлекало его внимание. Видя, куда направлен его взгляд, глаза Орочимару зловеще блеснули. Он знал, что исследования Нанако шли в том же направлении, что и его собственные. Поэтому, сделав паузу, он отошел в сторону, позволяя Кано увидеть все своими глазами. На длинном рабочем столе лежал темноволосый юноша со связанными руками и ногами. В его левую руку были имплантированы четыре Шарингана. Сознание юноши, казалось, еще не угасло, но он находился в полубессознательном состоянии. Увидев Шаринган на руке, Кано не смог скрыть своего удивления. В этот момент, Орочимару издал смешок. Это был большой шаг вперед в его экспериментах на людях, шаг, который открывал врата к вечной жизни. "Что ты хотел спросить?" — Орочимару отложил инструменты, привлекая внимание Кано. Кано посмотрел на него, и задал интересовавший его вопрос: "Ты знаешь, где Шимура Нанако?" "Знаю" — без колебаний ответил Орочимару. У него не было никаких соглашений с Данзо, поэтому и скрывать ему было нечего. Взгляд Кано стал напряженным. Он ждал продолжения. "Данзо заключил эту женщину в тюрьму" — спокойным голосом ответил Орочимару. Кано молчал. Заключена в тюрьму? За что? И как это связано с ним? "И что ты собираешься делать?" — спросил Орочимару. Кано не ответил, размышляя о причине заключения Нанако. Как ни крути, это могло быть связано только с исследованиями по имплантации клеток и пересадке глаз. Но разве за это сажают в тюрьму? Сейчас он был свободен, но он не мог спасти Нанако. У него не было ни единого шанса. "Помоги мне" — Кано посмотрел на Орочимару. Орочимару слабо улыбнулся и спросил: "Почему?" "Она очень важна для меня" — серьезно ответил Кано. "Не думаю" — возразил Орочимару. Кано слегка нахмурился, словно услышав в словах собеседника скрытый смысл. "Все исследовательские материалы Нанако у меня. С ней или без нее — уже неважно" — в голосе Орочимару прозвучала легкая нотка сожаления: "Эта женщина пошла против воли Данзо. Теперь её ждет только смерть. Нельзя отрицать, что она была выдающейся женщиной, но сейчас она для тебя уже не представляет никакой ценности. Так что пусть катится к чертям." "Раз уж она потеряла свою ценность, то выбросить её, как мусор, — вполне разумно." Кано не думал о том, как спасти Нанако, а о том, стоит ли её вообще спасать, особенно теперь, когда она утратила свою ценность. К тому же, какая цена должна быть заплачена за её спасение? Зная принципы Орочимару, он понимал, что тот не станет её спасать и не хочет, чтобы он сам это делал. Тихая смерть Нанако от рук Данзо была бы для него лучшим исходом. Логично было бы предположить, что Кано проявит хладнокровие и откажется от этой идеи. Однако в этот раз он колебался. В этот момент он думал не о том, чтобы бросить Нанако, а о сложности её спасения и о том, стоит ли игра свеч. Хотя у него не было острой необходимости оставаться в Конохе, стоило ли жертвовать своими планами ради Нанако? Истинная ценность вещей познается в сравнении. Кано не хотел терять множество возможностей только ради Нанако, но и не желал, чтобы она погибла в руках Данзо. Поэтому, ему нужно было найти решение, которое удовлетворило бы обе стороны. Наконец, он снова посмотрел на Орочимару и твердо сказал: "Я хочу спасти её." Лицо Орочимару исказилось гримасой, и он ответил: "Это того не стоит. Когда я усовершенствую технику пересадки, то я поделюсь ею с тобой." "Но я всё равно хочу спасти её." "Ты не сможешь." "Поэтому помоги мне." Орочимару замолчал. Он не хотел, чтобы из-за Нанако, Кано совершил что-то, что навредило бы Конохе. Такой исход был для него нежелателен. Но оставался ли у него сейчас какой-то выбор, кроме как помочь? Да, был еще один вариант — как можно скорее избавиться от Нанако, чтобы Кано оставил эту затею. "Хорошо" — ответил Орочимару... Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend