Глава 128

В итоге, Кано завершил свой поход против двадцати шести мисок рамена. "Спасибо за угощение" – произнес он, довольно отставляя пустую посуду. Иногда, подумал он, бывает приятно пощипать толстосума. Минато и не подозревал, что его внезапный порыв щедрости станет оправданием для такого пощипывания его кошелька. Узнай он о мыслях Кано, то кто знает, какова была бы его реакция. Расплатившись и под восхищенным взглядом Теучи покинув раменную, они какое-то время шли бок о бок. Улицы были полупусты, и те немногие, кто встречал Минато и Кано вместе, неизменно бросали на них удивленные и недоуменные взгляды. Почему Минато идет рядом с этим монстром? Не нужно было расшифровывать смысл этих взглядов – он был слишком очевиден. Каждый, кто оказывался рядом с Кано, испытывал разные чувства: боль, печаль, бессилие? Минато же чувствовал досаду, смешанную с любопытством. "Почему ты так спокойно встречаешь эти враждебные взгляды? Почему ты всегда так невозмутим? Это же нелогично." – тихим голосом, произнес Минато. Кано приподнял бровь. Кажется, каждый, кто шел с ним по улице, считал своим долгом что-то сказать. Действительно, нелогично. Почему человек, сделавший так много для Конохи, вынужден терпеть подобные сплетни и враждебность? Многие это понимают, но никто не пытается что-то изменить. Вот почему это нелогично. Если бы Минато знал, что у Кано есть еще и личность Анбу по имени Райкири, и то что он выполнил множество миссий S-ранга, то он бы еще больше убедился в несправедливости деревни по отношению к этому юноше. "Мне все равно" – ответил Кано, глядя прямо перед собой. В его глазах не было места для подобных бессмысленных эмоций. Минато притих. "Что ты за человек? Настолько сильный..." – думал он, разглядывая того, кому отдала свое сердце Кушина. "Я пойду" – сказал Кано, внезапно остановившись на перекрестке. Они с Минато хоть и редко общались, но были знакомы много лет. "Хорошо" – ответил Минато, не сводя с него глаз. Кано кивнул и направился к своему дому. Путь Минато же лежал в противоположную сторону, поэтому когда Кано отошел на некоторое расстояние, он тоже повернул к себе. Один перекресток, два разных направления, словно две разные дороги, простирающиеся вдаль. Вернувшись домой, Кано вышел во двор и для проформы начал бессмысленную физическую тренировку. Когда на улице стемнело, на деревянной веранде послышались чьи-то тихие шаги. Услышав звук, Кано отбросил каменную гантель и посмотрел на Орочимару, появившегося на веранде. "Что?" – спросил он, пристально глядя на него. "Мертва" – коротко ответил Орочимару, его ответы всегда были прямыми и лаконичными. Кано замер. Вот так просто? мертва? Как это могло произойти так внезапно? Он ведь совсем недавно просил Орочимару о помощи? Неужели все его действия под контролем Данзо? Неужели Нанако казнили сразу после его визита к Орочимару? "Она все-таки из клана Шимура" – прошептал Кано, сжимая кулаки. Орочимару поднял голову, глядя на багровый закат, спокойно произнося: "Фамилия и кровные узы для Данзо ничего не значат." "Хах" – Кано горько улыбнулся. Семейные узы – самое нерушимое, что есть в этом мире? нет, на всей Земле. В этом огромном людском море, перед лицом неизвестного завтра, на трудном жизненном пути, только семья остается рядом. "Какой бессердечный человек" – с презрением подумал он о Данзо, чья жестокость и беспринципность далеко превосходили его собственные. Коноха? деревня, в которой он прожил столько лет, так и не стала для него домом. Если говорить начистоту, то Коноха была лишь временным пристанищем, своего рода трамплином. Это были его самые сокровенные мысли, и смерть Нанако лишь укрепила его негативное отношение к деревне. Он не обращал внимания на сплетни именно потому, что не считал Коноху своим домом. Ведь сплетни постепенно утихли бы сами собой, но чья-то невидимая рука снова продолжала раздувать пламя, из-за чего неприязнь, которая почти угасла, вспыхнула с новой силой. "Рано или поздно я уйду" – эта мысль отчетливо промелькнула в его голове. Орочимару наблюдал за молчащим Кано, опустившим голову. Его лицо и взгляд были спокойны. Он и не думал рассказывать Кано, что именно он организовал смерть Нанако, ведь он считал, что девушку не стоит спасать. Она всего лишь женщина, умерла, и умерла. Если из-за неё Кано еще больше возненавидит Коноху, то это явно пойдёт наперерез с его планами. Однако чего Орочимару не знал, так этого того, что Кано и так уже питал неприязнь к деревне. Эта неприязнь со временем угасала, но слухи, распускаемые чьей-то рукой, разбудили ее вновь, сделав еще сильнее, чем прежде. Ведь он попросту не мог игнорировать тот факт, что эти слухи, кем-то умело направляемые, были целенаправленной клеветой со стороны деревни. "Почему?" – пронеслось в его голове. Он столько раз рисковал жизнью, так много сделал для процветания Конохи, добыл для нее столько ресурсов, и за что деревня так с ним поступает? Возможно, в этом мире найдутся люди, способные великодушно простить подобное, но он не из таких. На месте любого другого ниндзя, столкнувшегося с такой несправедливостью, он бы уже давно дезертировал или покончил с собой. "В ближайшие дни займемся решением проблемы твоего тела" – неожиданно произнес Орочимару. Кано вздрогнул и тут же перевёл взгляд на него. "Шимура Нанако нашла способ" – продолжил Орочимару: "Согласно исследованиям, клетки Хаширамы могут замедлить процесс твоего старения." "Правда?" – Кано опустил веки. Перед его глазами промелькнула улыбка Нанако. Внезапно он вспомнил ночь накануне войны, лунный свет, ночной ветер и решительный голос девушки, пообещавшей ему помочь. Но? она мертва. Умерла ради него, а он даже не успел поблагодарить ее как следует. Он снова подумал о Данзо, человеке, способном расправиться даже с собственными соклановцами, и в этот момент он твердо решил: "Рано или поздно, если представится возможность, то я убью его своими руками." "Выращивание клеток требует времени" – продолжил Орочимару: "Сейчас их недостаточно, но я ускорю процесс и постараюсь имплантировать их тебе в течение недели." "Хорошо" – кивнул Кано. "Отдыхай" – бросил Орочимару, направляясь в свою комнату. Он оставил Нанако шанс на спасение. Если бы она не была глупой, то воспользовалась бы им и сбежала из Конохи. Что с ней будет дальше – его не касалось. Однако... как известно, изначально он всё же планировал просто избавиться от нее, так зачем же давать ей шанс? После ухода Орочимару Кано продолжил тренировку, но на его сердце было тяжело, словно его придавил огромный камень. Когда-то он решил не создавать никаких привязанностей в этом мире, но, сам того не замечая, они появились. Чем больше он думал, тем больше воспоминаний о Нанако всплывало в его памяти. Ее лицо, которое он видел каждый раз, открывая глаза после операции, ее образ в лаборатории? Все это, словно разбитое стекло, рассыпалось на бесчисленные осколки и медленно исчезало. Он прекратил поднимать гантели и посмотрел на луну. Ему хотелось кричать, выплеснуть всю накопившуюся в душе тяжесть. Но он сдержался, а желание тренироваться пропало... Если вы хотите ознакомиться с другими моими работами, то можете перейти на мой Boosty: eximend или же по ссылке boosty.to/eximend