Часть 1

— Привет. Когда на подоконнике материализовался Копирующий, Ирука удивился. Он, конечно, был знаком с Хатаке, но всё их общение вне службы сводилось скорее к приятельскому, от случая к случаю, и уж точно не предусматривало подобные визиты с утра пораньше. К счастью, у Ируки был довольно лёгкий характер, а ежедневное общение с толпой будущих «защитников Конохи» один другого хлеще могло подготовить к любым выходкам. — Э… Сочтя невнятный звук за приглашение, Какаши тут же переместился в комнату, осмотрелся и, снимая рюкзак, сообщил: — У меня крыша протекает. Не против, я поживу пару недель, пока не всё? Видимо, по выражению лица чунина сообразив, что тот понял сказанное как-то не так, он пояснил: — Крышу перекрывают, ремонт. Можно у тебя пожить? Ирука каждый раз недоумевал, каким образом Какаши ухитряется выражением всего одного глаза донести до окружающих всё, что не говорит. Наверно, это была его личная тайная техника. Вот сейчас во взгляде Копирующего за улыбкой читалось грустное «все отказали, больше не к кому». Ирука вздохнул и, не говоря ни слова, полез за запасным футоном. Судя по всему, свою постель придётся подвинуть, иначе им вдвоём нормально не разместиться. В конце концов он, чунин, вряд ли может вытолкать за дверь или выкинуть в окно элитного шиноби. А так может к следующему утру всё прояснится, и Копирующий уйдёт сам. — Одежды твоего размера у меня нет, — сообщил он. — Ага, — отрешённо сообщил Хатаке, по-военному быстро раскатывая постель, распаковываясь и воткнувшись в книгу. Кажется, особо обременительным соседство стать не грозило. Во всяком случае, Ирука составил о Какаши своё мнение, за время общения, как о человеке спокойном и ненавязчивом, и в какой-то мере добром. Несмотря на это он, как и почти все, держался в стороне, не пересекая невидимую границу. Копирующим большинство предпочитало восхищаться на расстоянии. И не зря. В бою это был страшный противник. А уж слухи о прошлом могли отпугнуть любого. — Я тихий сосед, — сообщил Какаши так же не отрываясь от книги и, будто бывал тут не раз, практически не глядя ушёл на кухню.

***

Ирука и раньше подозревал, что скорость распространения слухов, не будучи отмечена ни в одном учебнике или справочнике, является близкой если не к скорости света, то уж к скорости звука точно. Во всяком случае в Конохе. Но теперь он имел возможность убедиться в этом на личном опыте. — Слышал, у тебя Копирующий остановился? Ирука едва лапшой не подавился, когда Асума дружелюбно хлопнул его по спине. Кажется, удалось не покраснеть от стыда, что позволил застать себя врасплох. Или не удалось? Уж очень довольная улыбка расцвела на лице Асумы. — И как он тебе? «Каких ему подробностей надо? Остановился и всё» — подумал Умино, чувствуя, как начал чесаться шрам на переносице. — Не мешает, — осторожно, с деланным спокойствием ответил Ирука. Вроде и ничего особенного, но вопрос настораживал. — Ну ты потом захочешь поговорить, не стесняйся. Выслушаем. — Асума ещё раз хлопнул его по спине, едва не отправив на встречу с тарелкой, и вразвалочку удалился, пыхая сигаретой.

***

Вопреки опасениям, Хатаке и в самом деле оказался очень тихим и даже незаметным. Достаточно того, что уходил он до рассвета, возвращался затемно, и неизменно, прежде чем уснуть, втыкался в книгу, ограничиваясь двумя-тремя вопросами и ответами, по которым понять что-либо было сложно, оживляясь лишь когда речь заходила об учениках. Так прошло три дня. И все эти три дня дежуря на выдаче миссий и принимая отчёты Ирука то и дело ловил на себе любопытствующие и почему-то сочувствующие взгляды, от которых становилось неуютно. На четвёртый день на миссию ушёл Какаши. Ушёл без учеников, с командой таких же, как он сам. Ранг А был не для генинов. За окном давно стемнело. Ирука сидел за стопкой непроверенных работ учеников за кухонным столом. Впервые за четыре дня ему не надо было высчитывать время появления на собственной кухне или как-то оповещать, что сейчас войдёт. Собственно, случайно пересекались они с Какаши здесь всего дважды. Первый раз Копирующий, не иначе как спиной почувствовав его присутствие, жестом дал понять, что просит подождать и через несколько секунд повернулся уже в маске. На второй они просто столкнулись у холодильника среди ночи на этом крошечном пространстве, когда один по привычке вошёл через окно и сразу к источнику еды, а другой как раз вышел на кухню перехватить ещё что-нибудь, засидевшись за отчётами и включив свет обнаружил прямо перед собой своего гостя, пока ещё в маске. Так и застыв с кружками и тарелками они воззрились друг на друга. — Неожиданно, — пробормотал Какаши. — Ещё как, — Ирука попятился. — я сейчас выйду. Ешь. — И не хочешь подловить, когда я сниму маску? — глаз Копирующего выражал искреннее удивление. — Нет, — почти не соврал Ирука. После такого почти предложения и впрямь захотелось попробовать подгадать момент. От учеников, что ли, заразился желанием шкодить? — Не будь таким серьёзным, Ирука-сенсей, — Хатаке улыбался. Даже голос потеплел. Тем не менее Ирука ушёл. А теперь квартира была полностью в его распоряжении. Допроверив последнюю работу он с удовольствием потянулся, сполоснул чашку и прошёл в единственную комнату. Взгляд против воли зацепился за пустой футон с аккуратно застеленной постелью.

***

Прошли сутки, завершались вторые. Половина дня полностью занята попытками призвать к порядку и вбить хоть какие-то знания буйной малышне и вторая — сидеть принимая отчёты вернувшихся и выдавая задания свободным командам. И по-прежнему взгляды. Теперь откровенно любопытные. От вопроса в лоб «Что?» удерживало нежелание становиться уж совсем объектом сплетен. — Да ты не переживай, он всегда возвращается. Аоба, вспомнил Ирука. С этим токубецу он обычно дела не имел. — Почему я... В смысле, с чего все взяли, что я переживаю? — предел терпения учителя подходил к концу. — Так он вроде как у тебя обосновался, — пожал плечами спецджонин. — Вдруг поддержка нужна, моральная. — А что не у тебя? Вы вроде бы знакомы, — недомолвки всё-таки заставили Ируку высказаться. — А у меня это, обстоятельства сейчас, в общем, — отбоярился Аоба, отходя. — Но ты обращайся, если поговорить захочешь. И сбежал. Ирука мог поклясться, что спецджонин просто сбежал от разговора. Почему-то в памяти всплыли слова Хатаке про протекающую крышу.

***

Третий день, наполненный суетой, завершился очень поздно. Работа в Академии потребовала полной самоотдачи, даже дежурство в штабе пришлось пропустить. Да и в Ичираку он попал едва ли не под закрытие. Хорошо, его, как постоянного посетителя, не стали выпроваживать. Но ел он в кои-то веки в полном одиночестве. Пусть Ирука и занимался преподаванием, это не отменяло того, что он был обученным шиноби, никогда не забрасывающим тренировки. Потому достаточно было открыть дверь, чтобы даже без света понять, что дома кто-то есть. Чуть более высокая влажность, еле различимый чужой запах и, наконец, попавшие под ноги сандалии. Значит, пропустив дежурство, он пропустил и возвращение группы Копирующего. Тихо-тихо проскользнув в комнату Ирука взглядом наткнулся на пустой, всё так же аккуратно застеленный футон. Недоумевающе поморгал и только тогда догадался осмотреться. Какаши спал, обосновавшись на его постели, запрокинув голову под каким-то немыслимым углом, свесив руку и натянув одеяло едва не на нос. Но и в темноте было заметно, что маска и хитай никуда не делись. Первой мыслью Ируки было согнать Копирующего, пусть досыпает на своей постели. Но мысль испарилась под давлением вылезшего сочувствия. Миссии ранга А были тяжёлыми и иногда неожиданно переходили в S. Неизвестно, отдыхал Какаши за эти дни хоть раз или нет. Махнув рукой, Ирука побрёл на кухню. В холодильнике, да и на кухне всё осталось без изменений. Похоже, спать Какаши рухнул почти сразу. Ирука навёл себе чай и сел, глядя в окно. В густой темноте тёплым светом горели редкие огоньки окон. Странно, но сейчас эта картина ощущалась как-то иначе, чем обычно. Без щемящей тоски. Ирука сидел медленно отпивая чай и уходя в мысли о странных вывертах в его жизни в последние дни, когда из комнаты донёсся невнятный звук и следом падение чего-то тяжёлого. Навыки сработали на автомате. Кружка оказалась на столе, а сам Ирука уже влетел в комнату, на ходу включив свет, и порадовался, что так же на автомате спрятал выхваченный кунай. На полу у кровати сидел сверзившийся с неё и непонимающе моргающий Какаши. Ируке и в голову никогда не приходило, что джонин такого уровня может просто упасть с койки во сне. Тем временем Какаши заполз обратно и растянулся на постели. Кажется, даже не осознав, что произошло, и не проснувшись. Ирука обречённо посмотрел на футон, который станет его прибежищем на эту ночь, подобрал свалившееся одеяло, набросил его на Копирующего и погасил свет. Под тихое ровное дыхание заснуть на жёстком футоне, хранящем чужой запах, удалось куда легче, чем Ирука предполагал, пусть и пришлось повертеться, устраиваясь. Всё-таки расслабился он, отвык от неудобств. Хоть тоже на миссию просись. Утром, пробудившись, Ирука чувствовал себя абсолютно невыспавшимся. На кухне кто-то бодро шуршал. Хатаке, одетый по принципу «что нащупал, то и натянул», выставил на стол что-то, похожее на завтрак. — Привет, — поприветствовал он немного взбодрившегося Ируку, созерцавшего происходящее на кухне, — кажется, я уснул на ходу и перепутал направление. — И с кровати упал, — машинально сообщил Ирука, отмечая украшавшие Копирующего где видно было свежие пластыри и повязки. — Был в госпитале? — С этой мелочью? Зачем? — Какаши глазом демонстрировал дурашливую улыбку. — Кто упал? «Не помнит», — сообразил Ирука. Стоило ли посвящать Копирующего в подробности его ночных перемещений? К счастью, Какаши уже сменил тему. — Пойду своих оболтусов проверю, как они без меня тренировались. Ирука поперхнулся. — Вот в этом? Если рано утром на кухне то, во что был одет Какаши ещё куда ни шло, то выйти в этом в люди означало подвергнуть их психику испытанию. — А что, не подходит? До Ируки дошло, что Какаши вопреки обыкновению не просто более разговорчив, а ещё и шутит. «Это он так извиняется или радуется, что вернулся?» Тем временем джонин вышел, и через минуту появился уже в своей форме. Сырой! — По пути досохнет, — сообщил Какаши и бодро вышел в окно. Ирука про себя отметил, что тайна причёски Копирующего, кажется, раскрыта. Тот, похоже, просто не причёсывался проснувшись и даже не знал, что такое расчёска.

***

День прошёл странно. Несмотря на недосып, Ирука был бодр, что первыми отметила мелюзга. И тут же сели на шею, потому что: «Ирука-сенсей, сегодня вы добрый!» И правда, быть строгим получалось из рук вон плохо, будто надышался чем-то. Нахождение в штабе превратилось в пытку. Он чувствовал себя экспонатом музея, подозревая, что мимо него специально прошли все, кто только мог. И все исключительно с целью посмотреть. Хоть бы отчёты заодно принесли, так нет. К середине дежурства Ирука был уверен, что от него можно прикуривать. Но тут его вызвали в госпиталь. Непосредственно к Цунаде. В кабинет Ирука входил с опаской. — Как прошла ночь? — в лоб встретил его вопрос. — Чья? — оторопел Ирука. Он вроде ни на что не жаловался. — Ваша с Хатаке, — припечатала Цунаде так уставившись, что Ируке захотелось провалиться. — Его, дурень. Он не обращался к медикам, а по отчётам несколько ранений. — Спокойно, — Ирука озадачился. Неужели Какаши соврал, и никакая не мелочь? — Он сказал, что ерунда, а не ранения. — А ночью что? — не отставала Цунаде. Ируке захотелось ответить что-нибудь едкое и непристойное. Но он сдержался. В конце концов, медикам виднее, какими могут возвращаться шиноби с миссий. Разное бывало. — Спал он всю ночь, — сообщил Ирука, наконец взяв себя в руки. — Хоть над ухом ори. Кажется, ответ оказался неожиданным. Цунаде что-то отметила у себя. — Хорошо, можете идти, — разрешила она, — но если что, лучше его к нам. — Если что? — Ирука был сыт по горло недомолвками. — Миссия была непростая, — уклончиво ответила Цунаде, — но раз всё в порядке... Иди уже, у меня много работы. Выйдя и прикрывая дверь Ирука услышал бульканье и бормотание. Неожиданно его посетила мысль, что с задания могли вернуться не все.

Несмотря на странный день, вечер, казалось, не принёс никаких тревожных изменений. Хатаке появился поздно, по обыкновению тихий и молчаливый, будто утром здесь был совсем другой человек. — Как команда, не одичали без тебя? — поинтересовался Ирука, отчасти чтобы услышать ответ, отчасти потому что самому было интересно. Со всей кутерьмой он несколько дней не видел Наруто. — Куда им дальше дичать? — встречно спросил Какаши, оторвавшись от книги. — Кажется, обрадовались, пытались сбежать. Поиграл с ними в догонялки. Ирука не был уверен, хочет ли он знать, что такого разглядели в наставнике его оболтусы, что бросились наутёк, и чем закончилась игра. И так ясно, что счёт три-ноль в пользу Копирующего. — Не переживай, — будто прочтя мысли ответил Какаши и вновь углубился в чтение. У Ируки так и остался незаданным вопрос о прошедшей миссии. Он и так всё прочтёт, но хотелось услышать именно от Какаши. Наверно это из-за Цунаде.

***

Даже не участвуя в миссиях Ирука спал чутко. Потому моментально проснулся на вторгшийся в его сон звук. Какаши снился кошмар. Тяжёлое сбивающееся дыхание, невнятные звуки из сдавленного горла, судорожные подёргивания, скребущие пол пальцы. Ирука даже не задался вопросом, что могло терзать во сне привычного ко всему джонина. Его просто надо было разбудить. Разбудить не прикасаясь. Шиноби в таком состоянии убьёт не заметив, прежде чем очнётся. Решение было простым. Ирука прошёл на кухню и вернулся с кружкой холодной воды. Если кошмар не прекратился за эти секунды... Кошмар не прекратился. Какаши подскочил, мгновенно просыпаясь, когда ему на лицо и грудь выплеснулась приличная порция холодной воды, напрочь перебивая сон. — Извини, — смущённый Ирука не знал, куда деть себя и злополучную кружку. — Я споткнулся. — Хорошо не кипяток, — неожиданно флегматично отозвался Какаши и встав и порывшись в вещах ушёл в ванную. Вернувшись уже в сухой маске и без майки он уселся на корточки и зачем-то потыкал пальцем в мокрую постель. После чего озадаченно почесал и без того встопорщенную, а теперь ещё и мокрую шевелюру. — У меня был кошмар и ты меня разбудил, — констатировал он. — Не прикидывайся. Ирука чувствовал себя студентом, которому учитель разъясняет все ошибки. — Ты чунин с отличными навыками, так что я не поверю, что ты можешь споткнуться в своей комнате на ровном месте, — эмоций в голосе Копирующего было не больше, чем во взгляде. — А воду ты и вовсе мог на кухне выпить. Значит, вылил её на меня намеренно, чтобы разбудить, оставаясь на безопасном расстоянии. Спорить и отрицать было бессмысленно. Но Ирука решил молчать. — А ещё тебя сегодня вызывала Цунаде. Из-за меня, полагаю, — припечатал последним аргументом Какаши. — Наверняка предлагала отправить меня в госпиталь? Ирука только кивнул. — И что делать будешь? В госпиталь или за дверь? — Спать отправлю, — огрызнулся Ирука, сытый по горло этим раскладыванием по полочкам среди ночи. — Места на кровати хватит, завтра вставать рано. Полезай и спи. «И не конопать мозг», — добавил он мысленно. То ли Какаши мог читать мысли, то ли внял доводам разума, но его отпустило. Странно посмотрев на взъерошенного чунина он, не говоря ни слова, перебрался на кровать, устроившись носом к стенке. Спать спина к спине с кем-то оказалось непривычно. И жарко. Ирука долго лежал не шевелясь, убеждая себя уснуть и стараясь не потревожить кажется заснувшего джонина. И только под утро отрубился. Проснувшись, Ирука обнаружил, что, вообще-то, утро уже некоторое время как наступило, а Какаши мало того что никуда не делся, так и лежал ровно в той же позе носом в стену, как и когда только улёгся. Не то спит, не то прикидывается. Проверять не хотелось, ну как и правда спит. Тихо сползши с кровати Ирука сообразил который час и забегал. Не осталось времени ни на разминку, ни на завтрак. Хоть умыться-одеться бы. А до академии уже бегом, хорошо если не по крышам. Выскочив из ванной, он обнаружил Какаши, ни разу не спящего, зато пакующего рюкзак. — Зачем? — только и нашёл что спросить, затем спохватился и начал одеваться. В конце концов, оба мужчины, стесняться нечего. — Ты не решил, куда меня девать, — сообщил Какаши как о чём-то очевидном, не прерывая деятельность. — Зачем тебя куда-то девать? — таких вывертов сознания Ируке ещё не попадалось даже у совсем малышни. Он так и замер на одной ноге со штанами в руках. — Оставайся. Теперь пришла очередь Копирующего зависнуть. — Уверен? Кажется, он не поверил услышанному. Вместо ответа Ирука кивнул, натянув-таки штаны, жилет, распихал по сумке и карманам оружие и свитки и стартовал к выходу, на ходу бросив «До вечера». Хатаке посмотрел в сторону захлопнувшейся двери и также спокойно распаковал вещи обратно. Затем сел на край кровати, будто впервые осматривая светлую комнату. Такая же, как её обитатель. Тот тоже светлый. Даже странно, что его понесло в шиноби, с его немыслимой добротой. Добротой, которая не позволит хладнокровно перерезать горло или вогнать нож в спину человеку, с которым минуту назад дружески разговаривал. И неважно, насколько он хорош в техниках, этот Ирука Умино, а он очень хорош. Какаши уже видел, на что способен тихий, добрый, весёлый чунин. Потому то и знает, что ему не место на поле боя. Там, где он не сможет бездумно убивать, но закроет собой товарища. И останется там, а на мемориале появится ещё одно имя. Как вчера. «Оставайся». Сказать такое даже не задумываясь, не взвешивая за и против, поперёк здравого смысла и мнения Цунаде. Хорошо, он останется, даже если Умино не знает, какой подарочек свалился ему на голову. Надо всего ничего, прошедшая бессонная ночь, да загнать себя до полусмерти. И тогда он будет спать как убитый, без кошмаров. Кстати, про загнать до полусмерти. Ученики ждут, но это ничего, пусть тренируют терпение. Надо же прибрать немного и отправить на просушку футон.