Часть 1

Холодный осенний ветер пронизывал насквозь не давая насладиться долгожданной небольшой прогулкой. События дня острыми паучьими лапами лезли в голову. Засидевшись ночью он не заметил как вместо полуночи часы били трижды. Убрал телефон. Сон не шёл, заставляя ворочаться, скидывать одеяло. Спустя время он смог погрузиться во тьму сна, но почти сразу же за дверью послышался голос Карла: - Ребята, пора вставать! - по сценарию эта фраза сопровождалась надоедливым стуком в дверь. И да, он последовал, от чего захотелось свернуть парню шею. Это был пожалуй первый день когда он полностью согласился с выкриками сонного Дилана. Поднявшись Лололошка пошёл на кухну. В полудрёме яичница подгрела, но выбора не было и пришлось есть. Опоздав на автобус он вошёл в аудиторию в середине пары под хохот одногрупников. Единственный человек с которым можно было общаться, Ричард, не пришёл. Слушать старого профессора было до ужаса скучно, хотелось заснуть на своих тонких белых руках, но увы, каждый раз когда разум отдалялся от аудитории надоедливая отличница тыкала его в спину. Спустя восемь часов пары наконец-то закончились и можно было идти домой. Став частью потока учащихся, что сбегали вниз. Налетевший сзади парень заставил мироходца пропустить пару ступеней и свалиться вниз. Чьи-то ноги отпихнули в сторону и он в очередной раз больно ударился, но теперь уже об стол, что так неудачно стоял. Поднявшись и отряхнувшись парень поплёлся к остановке на пути доставая кейс наушников. И конечно же они были абсолютно разряжены, это очень скрашивало ситуацию. Стоя на остановке он чувствовал как меняется сезон, ветер метался поднимая ввысь листья. Проезжавшая рядом машина не утрудившись притормозить окатила Лололошку грязной водой. Не удержавшись он чертыхнулся и продолжил ждать автобус с нужной цифрой. Прождав с четверть часа он наконец-то приехал и проехав по луже, от чего уже только ботинки парня вторично приняли ванну. Сев на кресло мироходец уткнулся в стекло. Его глаза бесцельно бегали: от дерева к крыше дому, к дорожному знаку, к разметке дороги и обратно к дереву. Наконец-то автобус остановился. На парня тут же налетел охолодевший ветер от которого сырая одежда не спасала. Зайдя в здание общежития и поймав неодобрительный взгляд вахтёрши поднялся в свой блок. Распахнув дверь он зашёл в комнату где сидел Дилан. Брюнет не упустил шанс подколоть соседа: "Как тебе водица, утёнок?". Схватив сухую одежду мироходец скрылся за дверью ванной комнаты. Лололошка прислонился к ней и сел на пол. Кажется сейчас, будет покой, он наконец-то вернулся в общежитие. Но нет, ужасные и странные чувства находились в душе, били по сердцу и рёбрам, как будто совсем скоро выскочат. Вроде это его обычные будни, обычная рутина. Но почему с каждым днём всё сложнее и сложнее её переживать? Через некоторое время парень встаёт и направляется в душ. Горячая вода стекает по телу. Но чувства не затихают, а становятся только громче. Такая рутина будет ещё несколько лет. А может, и больше. Лололошка это осознаёт, наверное из-за этого, становится только больнее. Но сейчас, в душе, он отключает разум и старается расслабиться. Парень начинает уверять сам себя, что, это просто неудачный день, всё нормально, но это не срабатывает. Такой же неудачный день был и вчера, и всю неделю, и весь месяц. Открывая глаза он поворачивает голову, чтобы взять шампунь с полки. На ней по мимо банок лежат бритвы и лезвия в упаковке. Лололошка берёт в руки не шампунь, а упаковку с лезвиями. Достаёт одно из них и кладёт коробочку обратно. Резким движением проводит по руке. Глубокая рана в миг наполняется кровью, которую смывает вода. Не успев ничего обдумать, парень делает ещё порез. Легче. Становится легче. Плохие чувства исчезают и утекают как кровь с рук под струйками воды. Вместе с облегчением приходит и боль. Жгучая и кошмарная боль давила на порезы. Она подбирает к мозгу. Лололошка резко откидывает лезвие на полку. Парень смотрит на свою кровавую руку. Кто-то другой наверное бы побежал обрабатывать рану. Но Лололошке сейчас это не нужно. Резкими движениями лезвия он избавил себя от надоедливых и мучительных чувств. Он садится и прислоняется к стене. Тишину в ванной нарушала вода которая не переставала идти и стекать по волосам, рукам и всему телу. И сейчас, ничего не надо, ничего не нужно. На душе наконец-то покой. И неважно что с руки стекает кровь, главное, что стало легче