Часть 1

Итак, я больше не Мадао, думал я. Теперь я снова Хасегава Тайзо! Когда-то потеряв все, я сохранил самое важное: солнцезащитные очки и чувство собственного достоинства. Я коротал дни на скамейке в парке, вечерами пытался забыть о суровой реальности за бутылочкой сакэ, а в свободное от бессмысленного времяпровождения время ходил на собеседования. И мне неизменно отказывали в месте — не потому, что у меня недостаточная квалификация, а из-за того, что я отказывался снять очки и побриться. И вот, поднимаясь на лифте на последний этаж здания компании «Тамамото»… удивительное название для такой огромной корпорации, не правда ли? «Шары и компания». Так вот, я прошел пять уровней собеседования на эту должность, я взял напрокат костюм, причесался и почистил зубы. Я был готов к простой офисной работе. И они мне сказали, что очки снимать не потребуется и что я могу оставить бородку. Наконец-то будут востребованы мои навыки независимо от внешнего вида! И мой возраст тоже не стал проблемой: в конце концов, в тридцать восемь лет жизнь только начинается! Я больше не «никчемный старик», не Мадао! Мне даже сказали, что костюм необязателен, но я-то знаю, как важно произвести первое впечатле… — Вы ведь господин Хасегава, наш новый сотрудник? — обратился ко мне молодой человек со светлыми волосами, в очках (заурядных, не солнцезащитных) и совсем не офисной одежде, а очень даже в зелененьком кимоно. Взгляд у него был неприятный, цепляющий за живое, так что я немного занервничал. Я был беспечен и так погрузился в свои радостные мысли, что и не заметил, как кто-то еще вошел в лифт. — Да, — только и сумел я пролепетать. — Я — Ито Камотаро, ваш начальник. Следуйте за мной. Господин Ито полностью соответствовал первому впечатлению, которое произвел на меня: он был невыносим. В тот первый рабочий день, вместо того чтобы ознакомить меня с моими непосредственными рабочими обязанностями, он устроил мне экскурсию по компании, провел по бесчисленным офисам, заполненным толпами сотрудников, назвал их всех по именам и представлял им меня. Я только и мог что кивать, потому что слова закончились приблизительно на тридцать восьмом офисе по счету. На этом господин Ито не остановился. Он предъявил меня вице-президенту, господину Сасаки. Это был бледный надменный господин с моноклем, который холодно попросил господина Ито не беспокоить его по таким пустякам, как представление новых сотрудников. — Хотя это и входит в вашу должностную инструкцию, но будьте так любезны игнорировать этот пункт, благодарю вас за понимание, — завершил он разговор. Это несколько охладило пыл господина Ито, и мы с ним отправились еще в какой-то офис, где я, уже не держась на ногах, рухнул в кресло. Это оказалось мое рабочее место, как любезно сообщил мне господин Ито. И это было последнее, что я от него услышал в тот день. Шли дни, я приходил в офис, поднимался на нужный этаж, со всеми здоровался, садился напротив господина Ито и… ничего не делал. Так происходило не потому, что я был ленив и никчемен. Мне просто ничего не поручали. Я несколько раз осторожно спрашивал господина Ито, что мне делать, и он отправлял меня копировать свою должностную инструкцию сто раз. У него было плохо со зрением, несмотря на то что он носил очки: ему постоянно казалось, что документы скопированы дурно и криво, он настаивал на ручном копировании, что занимало меня надолго. Но это было абсолютно бессмысленное времяпрепровождение. Зато я узнал, что по инструкции он действительно обязан представить нового сотрудника всем подряд. Иногда господин Ито просил приносить ему кофе, что вносило некое разнообразие в долго тянувшиеся дни. Иногда кофе требовалось господину Сасаки и никогда — главе компании. К концу второй недели не-работы я сам придумал себе занятие: стал бродить по офисам и менять дату в настенных календарях на актуальную. Теперь я видел, что здесь работают другие люди, а не только господин Ито. По обрывкам разговоров сотрудников я сделал вывод, что компания «Тамамото» занимается всем: и продажами всего на свете, и какими-то космическими перевозками, и даже поисками домашних питомцев принца Хаты. Но лишь только я стал ближе к разгадке, господин Ито узнал о моих вылазках и нагрузил меня идиотским копированием. Теперь я копировал трактаты об очках. Этого господину Ито показалось мало, и он стал давать мне время от времени задания в духе «составьте письмо к президенту компании по поводу отгрузок альтаны», но ему не нравился ни один из предложенных мной вариантов, ведь я понятия не имел о том, что такое альтана, а главу корпорации никогда не видел, только дверь в его кабинет, но она всегда была заперта. Мне так хотелось спросить у главы компании, зачем он принял меня на работу, что как-то раз, улучив момент, я отправился прямо к заветной двери. И надо же было так случиться, что оттуда как раз выходил господин Сасаки. Он едва удостоил меня надменным взглядом из-под монокля, как сразу все понял. — Вы не можете жаловаться главе компании раньше меня, а мне — раньше господина Ито, — холодно заметил он. — Возвращайтесь в отдел мотивации и начинайте цикл жалоб правильно, в соответствии с инструкцией. Всех благ, господин Хасегава. Да-да, ошибки тут не было. Господин Ито возглавлял отдел мотивации. Чем именно этот удивительный отдел занимался, я понятия не имел, меня же так и не ввели в курс дела. Но сюда часто приходили другие сотрудники. Они обращались к господину Ито, иногда на повышенных тонах, он им что-то говорил в своем неповторимом стиле, они замолкали, кидали напряженный взгляд в мою сторону и уходили. Я не мог пожаловаться на то, что не знаю, каково мое место в компании. Вернее, мог, но только одному человеку, к которому было бесполезно обращаться. И мне пришлось обратиться к своему непосредственному начальнику — господину Ито, который сидел прямо напротив меня, уткнувшись в компьютер. Стекла его очков зловеще поблескивали в полумраке (он любил экономить электричество), я пересилил свою неприязнь и сказал: — Господин Ито. Вы же мой начальник? — Хорошо, что вы это заметили, Хасегава, — пробурчал он, даже не взглянув в мою сторону. Он сидел так близко к монитору, словно там показывали «Гинтаму», а ведь любому идиоту очевидно, что «Гинтаму» следует смотреть в хорошо освещенной комнате подальше от экрана. — В таком случае растолкуйте мне, пожалуйста, какие у меня обязанности. Я здесь уже полтора месяца работаю и, по сути, просто сижу и ничего не делаю. С таким же успехом я мог бы сидеть на скамеечке в парке… — Нет-нет-нет, — возразил господин Ито. — Сидя на скамеечке в парке, вы не заработаете ни единой йены. Разве что кто-нибудь обронит, и вы подберете с земли. К тому же в парке вы можете курить где угодно, а здесь вы можете курить только в специально отведенном месте. Вы спрашиваете, какие у вас обязанности. Их нет. В этом и заключается ваша работа. Вы и не должны ничего делать, потому что вас взяли на должность мадао, а вы — лучший в этой области, практически гуру. Чего??? Я так растерялся, что замолчал и думал эту мысль до самого вечера. И даже не пошел вечером заливать это все в баре Отосэ, потому что в голове никак не укладывалось. Вернее, как раз теперь стало ясно, почему все так. Итак, я узнал, что меня приняли на работу в эту фирму только потому, что я Мадао. А я ведь как раз хотел перестать быть Мадао! Сложилось некоторое противоречие. Я провел наполненную печальными мыслями ночь, а утром мне снова пришлось обратиться к господину Ито, потому что я не мог пойти к господину Сасаки и не мог пойти к неизвестному президенту корпорации. — Вы вчера сказали, что меня взяли на должность мадао. — Да, именно это я вам и сказал. — И я не должен ничего делать. — Верно. Я рад, что вы все поняли с первого раза и мне не нужно объяснять снова. — Но я так не могу! — в отчаянии закричал я. — Я хочу работать, хочу быть полезным! Можно я буду уборщиком? Вы можете определить меня мыть туалеты? — Знаете, я всегда мечтал попасть в «Такатаму»… — сказал господин Ито без всякого перехода. — Это самая лучшая компания на планете Земля! «Высокие шары»? Он мечтал попасть в компанию с таким… многозначным названием? — Я был уверен, что здесь меня оценят, что я достигну неземных высот. И вот я здесь, но… что за высот я достиг? Глава отдела мотивации. Мотивации? Ха, скорее демотивации! А Сасаки Исабуро не такой, он вице-президент, элитный хрен, да? Ну вы видели его. А Хиджикате, этому деревенщине, он доверил такую должность, как будто бы тот учился в университетах! Отдел планирования! Ох, что он там запланирует? Господин Ито все распалялся и распылялся, но наконец устал и замолчал. Я вклинился в недолгую паузу с вопросом весьма для меня значимым: — А для чего вообще ввели такую должность — мадао? — Ну, это все новые веяния, темные пути, — непонятно произнес господин Ито. — Слушайте, вы же курильщик, Хасегава? Сходите покурите во время перерыва на крышу. Там, быть может, вы получите более прямой ответ. Я решил, что это очередная шутка господина Ито, но тем не менее уточнил: — А что там? — Там? Штатный психолог компании. Это входит в соцпакет со страховкой, обучением, спортзалом и боулингом. Я к нему как-то сходил, он мне все объяснил про меня, и я больше не жалуюсь. Работаю и, как видите, весел, — кисло улыбнулся он. А я не обратил внимания на то, с какой горечью он все это сказал. Напротив, я испытал воодушевление, что можно пожаловаться кому-то кроме господина Ито, и, еле дождавшись перерыва, отправился на крышу. Там было красиво: синее небо над головой и воздух, которого так не хватает в душных помещениях, даже если работает кондиционер. У самого края крыши сидел человек и курил длинную трубку. Такой бы шары гонять в боулинге. Из трубки выплывали облачка дыма и тянулись вверх — выше крыши, выше самой высокой сосны. Одежда у человека с трубкой была какая-то совсем неформальная. Никакого костюма, никакого галстука, никаких начищенных туфель, на нем было шелковое кимоно цвета ночи без дзюбана и гэта. Надобно заметить, что выглядел он как человек из другой эпохи, давно ушедшей в прошлое. Я не был уверен, что господин Ито имел в виду именно этого человека, тем более он совсем не походил на штатного психолога. Но больше никого на крыше не оказалось. Я собирался вернуться в офис, как вдруг человек с трубкой посмотрел на меня таким убийственным взглядом, что я немедленно пожалел о том, что послушался господина Ито. Я захотел провалиться сквозь крышу и оказаться в парке среди шума цикад. — Здравствуйте! — закричал я что есть сил. — Прошу прощения за беспокойство! Я сейчас же удалюсь! Сделайте вид, что вы меня не заметили! Но сила его взгляда была столь велика, что я не мог и шелохнуться, ноги не двигались. — Вас Ито прислал? — спросил он красивым бархатным голосом. — Да. Господин Ито… Мадао… хочу быть полезным компании, хочу быть уборщиком, — бормотал я, а он терпеливо слушал. Когда я закончил, он задумчиво промолвил: — Да, Ито говорил про вас. Должность мадао очень важна, я не могу перевести вас на должность уборщика. Видите ли, уборщиком может быть даже Хиджиката, и только вы можете быть мадао. Вот это у него мания величия! Он же просто штатный психолог. А говорит так, словно в его власти повысить меня до уборщика или низвергнуть в мадао-пучины. — Знаете, господин психолог, — на этом месте бровь этого господина поползла вверх, но он ничего не сказал, и я счел нужным продолжить: — Я бы лучше жил в парке и ночевал в коробке, если бы знал, что все так сложится. Не хочу я тупо сидеть, как будто я ни на что не гожусь, когда все работают… — Но ведь для этого вы и нужны, — перебил меня этот странный субъект. — Для вдохновения других сотрудников. Любой, кто подумает о том, что работа его не устраивает, при виде вас — мадао — поймет, что лучше уж работать, чем просто так сидеть. Знаете, сколько вы уже сэкономили ресурсов компании за полтора месяца работы? Продолжайте в том же духе, вы весьма полезны. И он весело рассмеялся. Безумно весело, я бы сказал. И тут до меня дошло: никакой он не психолог. Да он просто псих! Псих с убийственной аурой. Но надобно отдать ему должное — он сумел мне объяснить сущность должности мадао. Здесь господин Ито не солгал. Тут у психованного психолога зазвонил телефон, он отвлекся и перестал гипнотизировать меня взглядом. — Да. Отправить ворон? А что, Шишио не справляется? Судя по его отчету, терраформирование идет по плану. Хорошо, я посмотрю записи и приму решение. Он, очевидно, давал психологическую консультацию по телефону другому психу. И я счел нужным вернуться на свое рабочее место. Рабочее место мадао. Я снова стал ходить менять даты в календарях, чтобы господин Ито не заставлял меня зря переводить бумагу на ксероксе, и в один из дней столкнулся на лестнице с Гинтоки — он понуро брел вниз со стопкой документов. — О, и ты здесь, — сказал он, ничуть не удивившись. Вид у него был еще более унылый, чем мой. — Начальник задолбал, — пояснил Гинтоки в ответ на мой немой вопрос. — Я в отделе инноваций, там есть подотдел детских игрушек. Господин Урукхара — это что-то с чем-то! Чем-то смахивает на Сакамото, только невыносимее раз в сто. А ты в каком отделе? — А я — главный мадао корпорации, — с кислой улыбкой отозвался я. — А, ты у Ито в отделе, — равнодушно сказал Гинтоки. — Да мы тут все мадао, если так посмотреть. Урукхара мне так и говорит. И что, устраивает тебя такая должность? Я покачал головой. — Я сходил к штатному психологу… и он мне сказал, что… — Штатный психолог? В компании нет штатного психолога. Тебя надули, Хасегава. — Такой странный парень на крыше. С убийственной аурой, с прибабахом и в кимоно. Гинтоки махнул свободной от документов рукой. — Такасуги-то? Да он не психолог никакой, а просто глава компании «Низкомото»… «Такамото», в которой ты, мадао Хасегава, работаешь. Ты даже этого не знаешь? Ты не знаешь название компании? И чем тут занимаются в свободное от уныния время? Ох, что ж поделать, придется бросить все дела и рассказать тебе, куда ты попал. Это высокая компания, она меняет миры к лучшему! И Гинтоки рассказал мне, куда я попал. Оказалось, что компания «Такамото» ведет настолько обширную деятельность, что невозможно себе и вообразить. И что они занимаются всем на свете: от терраформирования планет до выращивания грибов, от производства якульта до развития новых технологий. Вот, кстати, про инновации и господина Урахару… И я слушал все, что говорил Гинтоки про свой отдел, и понимал, что, к счастью, у меня другие задачи. И хвала богам, что они именно такие! Если бы меня определили в любой другой отдел, я бы, скорее всего, не выдержал таких нагрузок. Но я, к счастью, работаю мадао. Просто я работаю мадао.