Таро

Я с неверием смотрела на то, как Ровена спускается по грязной бетонной лестнице, где в углах проросла трава и даже цветы, к железной двери какого-то подвала. Это было совсем не похоже на ту самую ведьму, смотрящую пренебрежительно на все отели и рестораны, где стояло ниже пяти звёзд. В то время как я думала, почему с самого утра Ровена ведёт себя так необычно, сначала рассказывая о Таро, а теперь ещё и отправляясь в неблагоприятный район Нью-Йорка, она постучалась по железной двери странным кодом. Сначала её кулак ударил один длинный раз, затем – три коротких, а потом ещё один длинный. В этот момент моё удивление достигло потолка. А когда мужчина с недоверчивыми глазами открыл дверь, сказав что-то вроде: «Ровена? Не ожидал увидеть тебя здесь. Да ещё и с какой-то девчонкой», то неверие пробило этот самый потолок, окончательно взрывая мой мозг. За ржавой дверью подвала в одном из самых опасных районов Нью-Йорка скрывался настоящий город. От входа далеко-далеко вглубь простиралась длинная улица, выделанная камнями и, кажется, построенная ещё давно. Она была довольно широкой, около метров шести. Также с помощью камней с двух сторон от улочки выстроили цельные стены. Примерно через каждые десять метров в стенах виднелись отверстия для входа. Там же висели разнообразные названия: «Котелки у Джессики», «Скважина знаний», «Верный слуга», «Травушки и камушки». Кроме того, тут и там на уровне глаз висели белые листы бумаги, исписанные чем-то. В каких-то местах предлагали помощь в решении вопроса, где-то, наоборот, искали помощника. Иногда можно было заметить просто объявление или слоган. Однако немногие смотрели на эти листы или названия магазинов. В основном местные женщины и мужчины спокойно шагали по улице с сумками и рюкзаками. Они переговаривались друг с другом, смеялись с разных шуток и что-то оживлённо обсуждали. В удивительно людном месте виднелись и те, кто старался заработать. Помимо обыкновенно стоящих на проходе людей с флаерами в руках, здесь были некоторые товарищи, которые, кажется, продавали что-то запрещённое. Они прятали товары за длинными плащами и подзывали только тех людей, кто шёл по улице в одиночку. Ровена шла, гордо смотря вперёд. Я замечала, что некоторые оглядывались на неё и перешёптывались о чём-то. Но мне сложно было услышать эти самые разговоры. В основном, потому что я шла следом за Ровеной, то есть автоматически становилась её подругой или подчинённой. Чтобы не искать ответов об этом месте у здешних бедняг, которые, видно, не горели желанием обсуждать со мной что-либо, я осматривалась. Это место было очень старым и довольно грязным. Электричества тут не было, только огонь, либо другие магические источники света. И как бы некомфортно не ощущалось это спрятанное от общества, грязное, странное и, кажется, довольно опасное пространство, тут не было больных и нуждающихся. Я не видела тех, кто находился на грани жизни и смерти, бомжей или наркоманов. Только люди, шепчущиеся за спиной Ровены, и странноватые магазинчики. И лишь тогда, когда я обратила внимание на ассортимент магазинов, я поняла, что это за место. Сначала мы проходили лавку, где стояли чёрные котлы разнообразных размеров. В некоторые, казалось, мог уместиться даже слон, а некоторые были меньше, чем муха. Далее расположился магазин с книгами. Полки покрывали все стены, но даже так всем бумажным работам не хватало места. Поэтому некоторый товар стопками стоял на полу. Потом шли магазины с какими-то животными и лавка с ингредиентами для заклинаний. – Это настоящий ведьмовской торговый центр под землёй... – ошеломлённо прошептала я. – Сравнение что надо, – с ухмылкой похвалила Ровена, шедшая впереди, – Но в тот момент, когда построили это место, понятия «торговый центр» ещё не существовало. Я нагнала Ровену с горящими глазами. Мне казалось невероятным, что такое вообще существует. И ведь охотники навряд ли хоть раз ступали на эту территорию. – Это место появилось раньше Нью-Йорка? Ровена нахмурилась на секунду, но тут же снова вернула лицу спокойное выражение: – Знаешь, я никогда не интересовалась историей городов. И тебе не советую. Та ещё скука. Я постаралась скрыть улыбку, не желая злить новоиспечённого учителя. Но на этом мой интерес не позволил закончить расспросы: – А как Ковен относится к тому, что ты здесь? – Никак, – она фыркнула, – Все местные недолюбливают этих недалёких нарциссов, сующих нос не в свои дела, – Ровена тяжело вздохнула, а мне снова пришлось сдерживать улыбку. Её обида всё ещё казалась похожей на детскую, – Поэтому Ковен даже не знает об этом рынке. Я нахмурилась, ничего не понимая. Все эти ведьмы и ведьмаки, которых явно было больше двух сотен, недолюбливают организацию, и так еле справляющуюся со всем после инквизиции. – Почему тогда Ковен до сих пор существует? – Все эти существа настоящие трусы и слабаки, – сказала она с полным пренебрежением, – Надеюсь, хотя бы ты не станешь такой же жалкой, как они. И Ровена мельком глянула на меня, потерявшую всякие эмоции на лице. Её слова выбили землю у меня из-под ног. «Что я могу ответить в такой ситуации?» Мне нужно было сделать так, чтобы Ровена удовлетворилась моим ответом. Нужно было заверить её, что мне стоит доверять. Потому что в ином случае я подвергну свою жизнь опасности. Я мельком глянула на сгиб локтя. «Нужно что-то ответить», – я зажмурилась, – «Думай, думай, думай!» Но в тот момент, когда я, кажется, уже почти отыскала правильные слова, Ровена произнесла: – Мы пришли. Я чуть не ушла вперёд, слишком сильно задумавшись. Благо, рядом с Ровеной я всегда была на чеку, а потому её голос быстро дошёл до моего сознания. Мы остановились около магазина «Туз желания». Рядом с названием была нарисована колода карт. Сначала я не поняла, что здесь происходит, но когда мы вошли внутрь... Это был магазин Таро. Настоящий магазин, заполненный разнообразным товаром. «Невероятно», – подумала я, забыв, как дышать. На полках в один ряд стояли коробки разных цветов и размеров. Шкафы были разделены секциями: «Райдер-Уэйт», «Золотая Заря», «Ошо Дзен Таро», «Алистер Кроули» и многие, многие другие. Это были виды карт, разделённые по авторам. Просто огромное количество колод и их подвидов. Я никогда не видела столько Таро в своей жизни. – Я хочу скупить весь магазин, – честно призналась я, всё ещё немного ошеломлённая. Дядечка лет семидесяти, непонятно когда подошедший к нам, усмехнулся: – Я не против, ведь вы меня озолотите. Однако мне всё же хочется продолжать свою работу здесь. А без товара это будет весьма проблематично. Я долго смотрела на незнакомца, вспоминая, когда вообще он успел появиться рядом. Походу, мой мозг слишком увлёкся и вообще не заметил его появления. Но вину за это я не чувствовала, ведь старичок выглядел безобидно и даже по-доброму. – Ты наконец-то взяла себе ученицу, Ровена? – Скорее, наконец-то нашёлся хоть кто-то, способный пройти моё обучение. Я вскинула брови. Ровена не смотрела на меня, уделяя внимание только старичку, который, кажется, был его знакомым. Но меня интересовало исключительно то, что она сказала. Это был комплимент и похвала. От Ровены. Сказанные не для выгоды слова. «Какая муха её укусила?» – пронеслось в моей голове. Старичок рассмеялся и, наконец, обратил на меня внимание. Он осмотрел меня долгим, задумчивым взглядом, после чего сказал: – Здравствуй, юная леди. Меня зовут Стэфан Бёрли. И я – владелец этого небольшого магазина. Он протянул мне ладонь, кажется, желая поцеловать мою руку. Но я поняла это слишком поздно. А именно в тот момент, когда моя рука уже жала его, немного нервно тряся вверх-вниз. Я ему смущённо улыбнулась, пытаясь казаться уверенной в происходящем: – Алекс Джоунс. Приятно познакомиться. Мы распустили рукопожатие. И мне потребовалось много сил, чтобы не спрятать взгляд от недоумённых глаз Стэфана. «По сути, я сделала всё правильно», – успокаивала я себя, – «По этикету нашего времени мужчины не целуют женщинам руки. Но он, наверное, далеко не из этой эпохи». – Что же привело вас сюда? – без капли бывшего недоумения спросил он. – Если честно, я без понятия, – я вымученно улыбнулась, покосившись на Ровену. Стэфан тут же всё понял, улыбчиво протянув: – А-а, понятно... Что же, этого следовало ожидать. Ровена навряд ли слушала бы слова хоть кого-то, даже своих учеников. Так что если вы сюда пришли, значит, ей так было нужно. Я не позволила себе сказать хоть что-то или показать любую эмоцию. Только покосилась на своего учителя, переживая, что эти слова разозлят её. – Стэфан, хватит пустых разговоров! – прикрикнула Ровена, входя вглубь магазина, – Помоги ей выбрать карты. – Ой, кажется, я её разозлил... – насмешливо сказал мне продавец, похлопав по плечу. Я скрыла озорную улыбку за кивком. Кто бы ни был этот старик, Ровена не угрожала ему и не пыталась убить даже после того, как он подшутил над ней. А значит, тот либо силён, либо хороший союзник. Пробиться в такие ряды у этой ведьмы практически нереально, поэтому я автоматически начала уважать Стэфана. – Почему в твоём дряхлом магазинчике нет ни единого стула? – возмущённо спросила Ровена, оглядываясь по сторонам. Стэфан улыбнулся так, будто ему сказал это маленький ребёнок, высказывающий возмущение. «Как же я его понимаю...» – пронеслось в моей голове. Иногда Ровена ведёт себя глупо, показывая свою силу и статус. Например, как сейчас. – Потому что в основном мои гости приходят по одному. В ту же секунду из-за стойки, на которой располагалась касса, вылетел стул с подлокотниками, похожий на мягкое кресло. Я посмотрела на Стэфана и увидела его поднятую руку. Стало очевидно, что этот старичок передвигает стул с помощью телекинеза. А значит, я была права. Этот мужчина явно силён, раз с таким обыкновением пользуется магией. Конечно, это не самое сложное ведьмовское заклинание, но за месяц обучения у меня ни разу не получилось его сделать. А значит и лёгким передвижение вещей и предметов считать нельзя. Ровена аккуратно села на предоставленный стул, поставленный в середине магазина. Несколько мгновений она потратила на то, чтобы поправить подол своего платья, после чего облокотилась о спинку и ожидающим взглядом посмотрела на меня и Стэфана. В тот момент продавец, наконец, заговорил: – Что ты знаешь о картах Таро, Алекс? – То, что их огромное множество подвидов. Карты обладают определёнными сюжетами, которые обычно показывают чувства, которые ты будешь испытывать в тот или иной момент. А ещё карты могут давать советы. В целом, к картам лучше прислушиваться, но только от человека зависит его судьба, поэтому он волен делать всё, что захочет. Стэфан секунду смотрел на меня нечитаемым взглядом. От этого в моей груди появилось волнение. Я переживала, что сказала что-то не так. Губы Стэфана превратились в одну тонкую линию. Я нахмурилась, ища подвох. Однако в следующий миг он улыбнулся и посмотрел на Ровену с одобрительным взглядом. – Неплохо. Женщина кивнула, чуть улыбнувшись: – Она сидит над картами денно и нощно. Всю энергетику моей колоды уже испортила, – Ровена изящно заправила яркую рыжую прядь за ухо, после чего продолжила, – Поэтому мы к тебе и пришли. – Хм... Понятно-понятно... – Стэфан покивал, после чего снова взглянул на меня, – Ты любительница гаданий? – Можно и так сказать, – я кивнула, улыбнувшись, – У меня... Как бы правильно выразиться, хм... – я подняла взгляд в потолок, секунду думая над пояснением, – У меня при гадании появляется ощущение связи со всем миром. Как будто я прикасаюсь к невероятной силе. И при том, я точно знаю, что, гадая на Таро, я как бы на своём месте. Будто бы занимаюсь тем, чем должна. Стэфан долго и хмуро смотрел на меня во время моей речи. В тот же момент, как я произнесла последнее слово, его брови поднялись вверх, а голова задумчиво кивнула. Посмотрев на Ровену, я с удивлением поняла, что эти слова заставили задуматься и её. Возможно, я говорила о том, чего не понимала до конца. Но, к сожалению, задать назревший вопрос мне не дали, ведь Стэфан вдруг поменял тему разговора: – Какую колоду ты предпочитаешь? – Райдера-Уэйта 1910-го года, – без промедлений ответила я, – Раньше я гадала на колоде этих авторов. Они уже стали для меня понятнее. К тому же, я ещё слишком новичок во всём этом, поэтому будет нецелесообразно отходить от классики уже сейчас. – Хорошо сказано, – похвалил он, – Я рад, что ты не хочешь торопиться раньше времени. – Спасибо, – я благодарно кивнула. Мы направились в сторону стеллажей с колодами этого вида. Ими была занята четверть, если даже не треть всего магазина. Так что, у меня была возможность разгуляться. Мои глаза прыгали от одной упаковке к другой. Отличались как цвета рубашек, так и размер самих карт. Некоторые Таро были чем-то помяты или испачканы. Возможно, они были второго использования, а, возможно, их случайно задело чужое заклинание. От таких карт я тут же отводила взгляд, будто они не стоили моего внимания. Интуиция подсказывала мне, что те карты, которые я вижу испорченными, точно не для меня. Ну а я всегда, когда дело касалось гадания, привыкла доверять своей интуиции. – Алекс, есть упаковка, привлекающая твоё внимание? Кажется, я услышала вопрос только с третьего раза. – Думаю, нет... – неуверенно ответила я, – Тут так много вариантов... – Понятно... – ответил он, – Попробуй походить у шкафа. Может, даже взять какие-то карты в руки. Я послушалась совета и начала двигаться рядом со стеллажами. Мой взгляд встречался с разнообразными картами красных, синих, зелёных и фиолетовых цветов. Некоторые из них, казалось, ярко горели, словно солнце в яркий летний день. Другие же были обрамлены чёрными пятнами, будто бы повреждённые чем-то. При ближнем рассмотрении я, наконец, поняла, что карты на самом деле были новые, однако почему-то при моём восприятии на упаковке появлялись странные тёмные пятна, отпугивающие меня. Пообещав себе спросить об этой странности у Ровены, я возобновила движение. Около третьего шкафа с Таро мне на глаза попалась колода, которая светила ярким светом больше других. Будто заворожённая, я потянулась к ней и взяла на руки. Снова в моей душе появилось чувство, словно через карты я связывалась с кем-то, знающим всё. Моя энергия, казалось, уходила к колоде, но я чувствовала, что благодаря тому самому яркому свету колода заменяла мою энергию своей. Я открыла коробку и только после этого остановилась: – Можно? Стэфан чему-то улыбнулся, отвечая: – Конечно. Я достала карты из упаковки, откинув ту куда-то в сторону. Таро всё так же светилось. Голубые глаза, полные интереса, смотрели на это и не могли оторвать взгляд. Мои руки стали двигаться уже как-то привычно. Одна взяла часть карт и начала перемешивать колоду. Какое же облегчение я чувствовала, когда делала это... Неожиданно одна из карт упала на пол и закатилась куда-то под шкаф. Перепугавшись, я полезла за ней, положив своё тело прямо на грязный пол. Остальную колоду Стэфан молча забрал у меня, почему-то вообще никак не отреагировав на случившуюся оказию. Со всей силы тянувшись до упавшей карты, я случайно задела шкаф локтём. Мой испуг вышел на новый уровень. Стеллажи наклонились и покачнулись. Я уже собиралась встать, чтобы привести шкаф в нормальное состояние, но он сам стал принимать устойчивое положение. С моей стороны последовал выдох облегчения. В тот момент, когда я уже со спокойной душой вновь тянулась за картой, которую сама же по глупости уронила, мне на спину упало что-то невероятно тяжёлое. – Ауч! – я тут же вскочила, оглядываясь. На полу валялась коробка с колодой. Прекрасной колодой карт Таро. Тёмно-синяя упаковка была украшена золотыми точками, крайне напоминающими звёзды. В центре виднелась одна большая четырёхконечная звезда, вокруг которой был проведён золотой круг. По углам тоже находились четырёхконечные звёзды вместе с приятным орнаментом, чем-то напоминающим фазы луны. Она была словно звёздное небо, которое в детстве я наблюдала с отцом. Она была словно та тьма в крапинку, под которую мы разговаривали с братом по душам. Она напоминала мне о подруге, всегда с интересом рассказывающей о новых созвездиях. Она напоминала мне о том, чего у меня больше нет. О моей прошлой жизни. – Что эта колода делает у тебя, Стэфан? – краем сознания я услышала возмущённо-испуганный голос Ровены и её быстрые шаги. – Я хотел изучить её. После смерти хозяйки колоды мне захотелось узнать её секрет. – Она была гениальна. В этом её единственный секрет. Я чувствовала задумчивый взгляд двух пар глаз на колоде. Но меня это не волновало. Свет, исходящий от этой упаковки, манил, словно мотылька в тёмную ночь. Я покрутила Таро в руке, чувствуя невероятное спокойствие. И силу. Силу изменять судьбы, силу глядеть в будущее. Если обычно колода карт забирала силы и возвращала часть из них обратно, то эта колода только делилась энергией, но не забирала её. – Но что, если нет? Откуда у неё такая сила, Ровена? – задумчиво спросил Стэфан. Я слушала его краем уха, – Она была ведьмой не по крови. Да ещё и белой. – Природный дар? – Не может же так сильно повезти... – он покачал головой, – Поэтому я хочу изучить колоду. – Стэфан, это же... Начала было говорить что-то Ровена крайне возмущённо, но я перебила её. Мой голос звучал так, словно я была далеко от этого мира. В целом, так оно и было. Ведь с этой колодой я чувствовала связь со своей прошлой жизнью, а не этой. – То есть, эта колода не продаётся? Две пары глаз удивлённо посмотрели на меня. – Нет, – Стэфан сочувственно покачал головой, – Эта колода не новая, ей пользовались раньше. – Но ведь владельца уже нет в живых, да? – с надеждой, удивившей даже меня саму, спросила я. Стэфан с Ровеной удивились ещё больше. – Алекс, почему ты спрашиваешь? Ты хочешь эти карты? – Да. Я не отводила от этой колоды глаз. – Дорогая, эта колода опасной ведьмы. Ровена встала прямо передо мной и взяла за плечи, призывая посмотреть ей в глаза. Я не могла ослушаться. Правда, пришлось сильно постараться. Карты всё ещё привлекали меня, словно мотылька. Но у меня получилось, и я заглянула в серо-зелёную бездну глаз моей учительницы. Там скрывалось множество эмоций: страх, неверие и беспокойство. Последнее удивило меня, но я предположила, что Ровена беспокоилась совсем не из-за меня, а из-за колоды в моих руках. Но, что самое интересное, все эти эмоции – лишь ширма, за которой скрывалось главное. Ровене было интересно. Огонь горел в её глазах так, словно перед ней стоял создатель всех карт Таро. «Ещё никогда она не смотрела на меня этим взглядом», – подумала я. – Таких сильных провидиц никогда больше не было, только она одна. Так что, колода сильнее даже меня. Она заберёт все твои силы. Я хмуро посмотрела на неё. Нутро подсказывало мне, что это неправда. Колода только подпитывает меня. Мы с ней идеально созданы друг для друга. – Нет. Не заберёт. – Но... – Проверим? – перебила её я, решив не тратить время на бесполезные споры, – Я погадаю. Стэфан и Ровена посмотрели друг на друга, а потом снова на меня. Молчание было долгим. Прервал его Стэфан, положив руку Ровене на плечо: – Ты не вправе запрещать ей. Не в такой ситуации. Не знаю, о какой ситуации шла речь, но Ровена тяжело вздохнула: – Хорошо. Алекс, ты погадаешь нам, – она развернулась на своих высоких каблуках и пошла прямо к стойке, где расположилась касса, – Но вопрос выбираю я. – Окей. Вскоре мы втроём окружили стойку. Стэфан и Ровена встали с одной стороны, а я – с другой. – Почему ты уже начала мешать карты? – с тоном вроде «ну почему всё в жизни такое сложное?!» спросила меня Ровена, всё ещё думая над вопросом. Я удивлённо взглянула на свои руки. «И в правду», – подумала я, видя, что колода была в двух ладонях сразу, а не в одной, – «Откуда у меня это необычное желание просто так помешивать колоду?» Так как Ровена, скорее всего, засекла бы мою ложь, пришлось сказать правду. Мне всё ещё не хотелось вызывать у этой женщины хотя бы небольшой повод для злости. – Если честно, понятия не имею. Просто так, – я пожала плечами, отвечая наигранно-спокойно, – А это плохо? – Думаю, нет, – ответил за Ровену Стэфан, – Так карты быстрее напитаются твоей энергией. – Хм, понятно... – задумчиво ответила я, опуская взгляд на колоду в руках. Сейчас света было уже меньше. Но меня это совсем не печалило. «Наверное, я просто привыкла к нему, вот он и исчез», – предположила я. – Так, ладно, я придумала вопрос, – прервала мои размышления Ровена. Я с готовностью посмотрела на неё: – Слушаю. – Что сделал Стэфан, чтобы заполучить этот магазин? На Ровену были направлены два удивлённых взгляда: мой и Стэфана. Но ей хоть бы хны. «Эта женщина иногда просто непоколебима...» Я с вопросом глянула на старика. Тот еле видно кивнул. Ну, раз уж сам человек, про которого задают вопрос, не против такого, то меня ничто не должно останавливать. Я начала вновь перемешивать колоду, в этот раз практически неслышно повторяя тот вопрос, что задавала мне Ровена. Пальцы делали уже привычные движения. И хоть эта колода была чуть меньше той, что я обычно занимала у Ровены, карты не валились из моих рук. Свет от колоды исчез совсем. Складывалось ощущение, будто Таро как бы сосредоточились на вопросе, а не на том, чтобы создавать лучи своей энергией. «Возможно, тот свет был разовой акцией», – пронеслось у меня в голове. «Да ё-моё! Хватит думать не по теме, Алекс!» – разозлилась я на себя, ведь из-за проскочившей не о вопросе мысли, мне пришлось ещё несколько лишних раз помешать колоду. На всякий случай, чтобы результат был максимально точным. И вот, я наконец-то почувствовала, что готова выложить карты. Но так как вопрос был задан Ровеной, то брать карту должна она. Имея вид уверенного в себе человека, я протянула к ней колоду. Ровена отодвинула её часть пальцем, а потом достала одну карту. Я посмотрела на выпавший аркан. Мгновение потребовалось, чтобы вспомнить примерное значение. «За все поступки придётся платить по заслугам» или что-то про суд. В общем, значение примерно понятно по названию. Мне выпал старший аркан. «Почему старший аркан? Сильная карта. Что такого произошло со Стэфаном?» – я задумчиво посмотрела на старичка. Спокойный вид показывал, что воспоминания не тревожат его. Однако я видела не до конца заглушённую печаль в его глазах. «Платить по заслугам»... – Это же Справедливость, да? Ровена кивнула мне: – Но его значение не подходит, – она с улыбкой посмотрела на меня. В её серо-зелёных глазах читался блеск победы, – Магазин достался Стэфану по знакомствам. И даже не пришлось много разбираться с судом или связанными с ними вещами. Так что... Кажется, Ровена хотела сказать что-то вроде: «Отдай карты и выбери другие», ведь протянула мне руку. Но Стэфан прервал её тихим, задумчивым голосом. – Я никогда не рассказывал об этом... – он поднял взгляд и посмотрел на меня ошеломлённым и серьёзным лицом, – Но карта точна, как никогда. – Что? – брови Ровены взметнулись вверх, – И что же ты мне не рассказывал? – Помнишь Руди? Стэфан всё ещё был задумчив, окунувшись в воспоминания. – Бывшего владельца этого магазина? Конечно. Он умер, так и не отдав мне тот долг, который держался на нём лет десять. Я удивлённо посмотрела на возмущённую Ровену. Мне в голову не могло прийти и мысли, что кто-то мог что-то ей задолжать. Обычно она пользуется чужой добротой, а не наоборот. – Да... – Стэфан ухмыльнулся, – Этот сукин сын умел правильно просить... – Это походило скорее на кражу, – фыркнула Ровена, сложив аристократичные руки на груди. Выдержав паузу, она перевела тему, – Так что с этим Руди? Я отметила не прикрытую заинтересованность в её голосе. «Похоже на интерес старушек на счёт чего-то, связанного с давно минувшими днями». Ох, сколько же сил мне потребовалось, чтобы не засмеяться из-за своих же мыслей. Никогда раньше поведение Ровены не было похоже на поведение пенсионерок. «Но ей охренеть как много лет. Она пережила всех среднестатистических старушек». Мысленно я уже давно валялась на полу, перекатываясь туда-сюда из-за приступа смеха. Но в реальности я стояла на месте, словно статуя, и ничем не шевелила. И тут Стэфан, наконец, ответил: – Руди несколько лет подряд был в постели с моей женой. Я боялась дышать. Настолько тяжёлая тишина повисла в магазине. Весёлое настроение улетучилось, сменившись искренним сочувствием и беспокойством. Резкие слова Стэфана, произнесённые излишне жёстко для такого доброго старичка, каким он представал передо мной, пробирали до мурашек. Мои руки, всё это время продолжающие мешать колоду, остановились в воздухе. Я смотрела на густые брови старика и опущенную вниз голову, понимая, что тот чувствует вину. Однако из-за его длинных седых волос мне не удавалось разглядеть его глаза. Пряди закрывали лицо, словно шторы. Но я примерно понимала, что могла бы увидеть там. Ностальгию, печаль, сожаление... И где-то там, глубоко внутри, за закрытыми дверьми... Злость. Настоящее желание убить. Я встала, словно статуя, стараясь не издавать ни звука. Ощущение, что в данный момент я лишняя, глубоко засело в моём подсознании. Поэтому я старалась не отсвечивать. – Ты что... Стэфан резко прервал: – Я убил его. И свою жену. Мурашки пробежали по моему телу от тона его голоса. Это был жёсткий, стальной ответ. В нём чувствовалась не та горячая ярость, не тот огонь, который стоило ожидать. Нет, это было нечто другое. Холодная, пробирающая до самых косточек злость. Не зря говорят, что месть – это блюдо, которое подают холодным. – Я расплющил его тело двумя валунами, пока кровь не начала капать на пол, а потом... Стэфан остановился, подняв взгляд. Я вздрогнула, увидев его глаза. Они были переполнены благоговением. Чувством, что всё случилось так, как должно было случиться. И сейчас эти глаза смотрели прямо на меня, будто бы сканируя душу. Стэфан искал одобрения. Слов, что убийство было заслуженным. – Я сжёг его. Крики моей жены и мольбы остановиться наконец-то заставили меня почувствовать свободу. Только когда я убил их обоих, то чувство мести и злость наконец-то отпустили меня. – И зачем ты начал торговать в этом магазине? – как у глупого ребёнка спросила Ровена. Меня поражало то, что слова Стэфана не произвели на неё никакой эффект. – В память о Руди. – Ты сам себя слышишь? – она усмехнулась. – Наша дружба была хорошей, – старик поджал губы, – И лишь факт измены омрачил конец. Я, наверное, проглотила язык. Сказать мне было нечего. А Ровена, видимо, не считала нужным говорить что-то ещё. – Так что, Справедливость подходит идеально. Я восстановил её, когда убил их. Не имея сил возразить словестно, я возобновила перемешивание колоды. Если я права, то, выложив следующую карту, Таро покажут, насколько неправильно было убийство двух дорогих людей сразу. «И лучший друг, и жена. Поверить только...» – подумала я, доставая карту. Я была права. Потеря чего-то дорогого, депрессия, разочарование... – Пятёрка Кубков, – вкрадчивым голосом практически прошептала я, только потом поднимая взгляд на Стэфана, – Принесло ли вам убийство двух дорогих людей свободу? Я не уверена в этом. Стэфан удивлённо посмотрел сначала на карту, а потом на меня. Злость и благоговение исчезли. Им на смену пришло то самое сожаление, которое я видела там изначально. – Ты права, Алекс. Потом мне было нелегко, – он вздохнул, – Сразу два человека покинули меня... По моей же вине... Следующая пауза затянулась. Каждый был в своих мыслях. И только Ровена, которой, кажется, меньше всего было дело до этой истории, сказала: – Удивительно, но Алекс права, – я в шоке посмотрела на неё, чувствуя победу, – Ей подходит эта колода. За сколько мы можем получить её у тебя? Стэфану потребовалась секунда, чтобы заглушить нахлынувшие чувства и воспоминания и натянуть на лицо слабую улыбку. – Она будет стоить дороже обычной колоды, ведь она не продаётся... Ровена вздохнула: – Просто скажи, что ты хочешь. – Ты мне ещё должна за несколько прошлых разов. – Не помню такого, – Ровена посмотрела в другую сторону, скрестив руки на груди, – Это у тебя на старости лет с памятью проблемы. Я пыталась сдержать улыбку, но когда поймала точно такой же усмехающийся взгляд у Стэфана, то веселье всё же показалось на моём лице. В этом была вся Ровена, я совсем не удивлена, что она должна что-то. – Я могу заплатить за колоду. Она всё-таки моя... – сказала я. В очередной раз платить придётся мне. И за долг Ровены, вероятно, тоже. Но я, в общем-то, за этот месяц уже привыкла к этому... – Не говори глупостей, – Ровена посмотрела на меня, как на дурочку, – Речь идёт не о деньгах. Я открыла рот и молча закрыла его, кивнув. Не знаю, о чём тогда идёт речь, если не о деньгах, но тут я уже бессильна. – Вместе со мной найдёшь одного хмыря, который украл новую партию моего товара. Тогда ты выплатишь долг и заплатишь за эту колоду, – тем временем продолжил Стэфан, смотря исключительно на Ровену, – Согласна? Ровена долго молчала, взвешивая все «за» и «против». – Что известно о воре? – наконец, спросила она. – Это должен быть вервольф. Он оставил капли крови. Ровена, до этого всё ещё смотрящая куда-то в сторону, покосилась на Стэфана: – Реагирует на заклинания? – Да, – Стэфан почему-то улыбнулся. – Чистокровный? – Именно. Теперь я поняла, почему Стэфан улыбнулся. Ровена попалась на крючок. При поимке вервольфа она может получить его кровь и другие органы, которые иногда пригождаются в заклинаниях. Подобное просто так на дороге не валяется, а торговцы на рынках продают эти вещи за большие суммы. Так что получить ингредиенты бесплатно кажется практически манной небесной. Ровена полностью обернулась, наконец-то взглянув на Стэфана в открытую: – Кровь и сердце твоего вора – мои. – Можешь забрать всё тело, если хочешь, – Стэфан пожал плечами, – Я не практикую заклинания, где нужны эти ингредиенты. – Ты не понимаешь, от чего отказываешься. Но мне это только на руку, – Ровена улыбнулась, очевидно, довольная сделкой. Следом она повернулась и посмотрела на меня, – Бери колоду и иди на выход отсюда. В другие магазины заходить не советую. Я кивнула: – Хорошо, поняла. Вечером тебя не ждать? – получив кивок от Ровены, я обрадовалась, что могу в этот вечер, наконец-то, заняться своими делами, – Можно задать вопрос? – Да. – Почему некоторые колоды я видела испорченными, а некоторые – светящимися? Ровена, почему-то подняв брови в удивлении, ответила: – Это так ты увидела энергетику колоды. Светящиеся подходили тебе, а испорченные – нет. – Хм... – Стэфан наклонился через стойку и пристально посмотрел в мои глаза, – В твоём роду были ведьмы? Вопрос был неожиданным, а потому я ответила не сразу: – Не-а, – я нахмурилась, – А к чему вопрос? – Видеть энергетику Таро могут немногие. Удивительно, что такая, как ты, способна на это, – Стэфан, наконец, отодвинулся, – Теперь я понимаю, почему она твоя ученица, Ровена. «Он что, говорит, что я талантлива?» – не поняла я. – Изначально она выглядела слабачкой, – Ровена пожала плечами, – Я сама не ожидала от неё такого. «И Ровена говорит, что я талантлива? Да что здесь вообще происходит?!» – способностей в колдовстве я не ожидала, хоть это был и второй раз, когда Ровена признавала мою силу. Первый был в день нашего знакомства, – «Я что, правда, как попаданка Мери-сью? Такого же в жизни не бывает! Но попаданчества тоже в жизни не бывает...» Я запуталась. А потом вспомнила, как чуть не умерла от одного пореза на локте. «Нет, у обычных Мери-сью такого не случается...» Стэфан хмыкнул. От двух взглядов, сканирующих меня, становилось неуютно. Чтобы чувствовать себя комфортнее, я задала следующий вопрос. – Почему Ровена была не в праве отказывать мне в выборе колоды? И что не так с этой колодой? – я показала карты в своих руках, заодно убирая те две, что лежали на стойке. – Не только ведьма выбирает карты, но и карты – ведьму, – ответил Стэфан за Ровену, – А вы с этой колодой, похоже, сошлись даже лучше, чем сходятся с Таро другие ведьмы. Такого хорошего слияния я давно не видел. Я не могла не улыбнуться, ведь гордилась собой. Хоть всё происходящее и было удивительным. Я не верила, что могу быть такой крутой. – Ещё страннее ваше слияние выглядит, учитывая, что колодой раньше пользовались. Обычно после такого карты не принимают нового хозяина. – Но меня приняли... – я с удивлением посмотрела на колоду в своей руке. – Именно. А её прошлой владелицей была сильная ведьма. Значит, и поток энергии у колоды сильнее. Такие обычно не подходят новичкам. В моей голове возник закономерный вопрос: – А как звали прошлую владелицу? – Изабель Энрикес, – неожиданно подала голос Ровена, смотрящая на колоду в моих руках задумчивым взглядом, – Она родилась в Испании в 17 веке. Позднее переехала в Америку. Я встречалась с ней однажды. В ней нет нужной для ведьмы жёсткости, она не хотела никого убивать, оставаясь белой ведьмой. – И всё же она обладала невероятным даром и точно предсказывала будущее с помощью своей колоды? – предположила я. – Да, – Ровена, наконец, посмотрела мне в глаза, а не на колоду, – Она была гениальна. Смогла заполучить силу, не являясь ведьмой по крови и не продавая душу демону. – За несколько веков своей жизни она так никого и не убила, – добавил Стэфан, – Удивительно, но даже так ей удалось добиться уважения от других ведьм. – А как она умерла? – я нахмурилась. – Никто не знает, – ответила Ровена, а Стэфан вздохнул. Я поникла: – Понятно... – Ладно, хватит расспросов, – резко прервала наше обсуждение Ровена, – Иди уже отсюда. Я посмотрела на неё, улыбнувшись из-за резкой смены темы: – Хорошо, до завтра. – Ага. И я ушла, задумчиво смотря на колоду. «Изабель Энрикес», – пронеслось имя в моей голове, – «Нужно поискать информацию о ней».