3. Планы на город

      Настоящий Снегг! Быть того не может! Какого чёрта он забыл в нашей дыре?! Да ещё и в такую совсем не весеннюю погоду…       Мама со мной на руках присела на тёмно-синий бархатный диван напротив камина. Лично мне сразу понравилась эстетика нашей семьи: всё в тёмных и редко светлых тонах и эстетика космоса.       На чёрном журнальном столике стоит чайный сервиз: синий фарфор с белоснежными рисунками звёзд, соединённые светло-голубыми линиями, рисуя созвездия. На каждой чашке своё созвездие, а на таком же красивом круглом чайнике — рисунок Млечного Пути. В левой руке Северуса сейчас чашка с созвездием змеи… Как иронично.       Я спокойно сидела у мамы на коленях, рассматривая гостиную для гостей, в которую пока редко попадаю. Всё равно пока все не решаются начать разговор.       Папин ворон разместился на подлокотнике кресла, в которое он сел напротив кресла со Снеггом. В его птичьих умных глазах читалось подозрение.       Помимо тёмно-синих кресел и дивана, сама гостиная очень походила на комнату в доме Блэков одной общей вещью — фамильным деревом. Только тут оно было такой же эстетики, какая тут везде. В больших звёздах находилось изображение каждого члена моего рода, и к последующим тянулись нежно-голубые нити. Я сначала подумала, что это тоже гобелен, но нет. Это «дерево», как я его называю «небо предков», тут вместо обоев и занимает все четыре стены.       Пока родители и Снегг ещё молчали, я заметила прямо под потолком самые яркие звёзды: голубую и изумрудную. Первая, судя по лицу в ней, принадлежит той самой Авроре Найт… А вот изумрудная звезда осталась без иллюстрации, а надпись имени не разглядеть.       Странно… Это единственная звезда зелёного цвета на «небе».       — Итак, Северус, что вас привело в наши места в такую недоброжелательную погоду? — в гостиную зашёл дядя Сильвестр и холодным взглядом обошёл каждого в помещении, останавливаясь на госте. Его ворон, точная копия папиного, недовольно гаркнул Снеггу и уселся на спинке дивана. Сам дядя уселся на диван чуть правее мамы.       — Извиняюсь за бестактичность своих действий, но вы, наверняка, догадываетесь о цели моего визита в Эклипсбург, Сильвестр, — холодным решительным тоном ответил Снегг и не спускал глаз с дяди. Внешне Снегг действительно похож на Алана Рикмана из прошлой жизни, и, как тогда, от его холодных фраз у меня пробежались мурашки.       Это чувство не дало мне вовремя сообразить, что Северус Снегг назвал дядю по имени. Хотя в книгах он делал это чрезвычайно редко. Эти двое явно знакомы раньше!       — Последний раз мы виделись с тобой, Мистер Снегг, ещё когда Макару было года два. Много воды утекло, и все мы немало изменились, — сказала мама, поглаживая меня по головке. Года два… Значит, мама, вероятно, была на ранних сроках беременности мной. А-а-а… Она намекает на моё рождение.       — Прошу заметить, что до вас очень медленно доходят слухи и новости магического мира, Мистер Найт, — с осуждением в голосе проговорил Снегг, не сводя глаз с папы и дяди. — Полгода назад Тёмный Лорд исчез, а мальчик, чью семью он убил и хотел убить, выжил. Тёмный Лорд пропал, вы можете уже убрать свои барьеры вокруг города.       Гарри Поттер! Значит, это произошло совсем недавно. Но это не объясняет, какого лешего он тут забыл и как вообще он прошёл через барьер?!       Аврора Найт их установила от маглов, но он отлично сгодится и от Пожирателей Смерти — ни один из них не смог пробиться через него в город. Но если его убрать, то маглы двинут сюда!       — Барьер очень древний, Мистер Снегг, он стоит уже более тысячи лет… — попыталась вразумить его мама.       Отхлебнув чая из чашки, гость продолжил:       — Насколько мне известно, он, как и многие артефакты, созданные вашими предками, подчиняется вам, как своим наследникам, — он снова кинул взгляд на близнецов Найт. — Вероятно, и барьер вам убрать под силу, беда миновала.       — Изначальное предназначение барьера — это укрыть город от маглов и отталкивать их на подсознательном уровне. Если уберём его, они двинут сюда очень скоро, с учётом их растущих технологий обнаружения, — возразил папа, его ворон утвердительно гаркнул, вздыбив перья.       — И с чего такое рвение открыть Эклипсбург? — холодно спросил дядя. — Не думаю, что ты сам решил открыть его магическому сообществу, Северус.       Ого, какая дискуссия! Хотя с семьёй я полностью согласна: барьер — важная часть защиты города, его нельзя с бухты барахты убрать! Тем более обратно мы его не сможем поставить.       — Может, вы и не в курсе, но ваш барьер не впускает в ваш город и других магов магического мира! — повысил голос Снегг, поставив на половину выпитую чашку на журнальный столик. — Политическая дружба между нашими магическими странами уже стоит как десяток лет, а наши маги не могут даже попасть сюда. Такое ощущение, что вы нам не рады. Под угрозой политический союз и Министерство магии от этого вне себя.       — С каких таких пор тебя волнует мнение Министерства магии? — подловил его на слове дядя Сильвестр.       — Большинство магических семей тоже вне себя, Сильвестр. Ваша страна, сам город несёт огромную ценность магическому сообществу. Если беспокоитесь о вашей безопасности, то Министерство готово устроить несколько баз мракоборцев, — всё не унимался Снегг.       Я ещё по книгам запомнила, что он добивается своего, но… Единственное, мне не понятны его цели сейчас. В книгах всё было понятно после прочтения полностью, но сейчас не ловила никакого смысла его действий.       Папа и дядя с мамой немного пошушукались и пришли к заключению, что можно немного ослабить барьер, чтобы он впускал посторонних магов, но тогда он не сможет опознавать, кто желает зла или служит Тёмному Лорду до сих пор. Они согласились, чтобы в городе было парочку баз мракоборцев и обсудят это с заведующим по мракоборцовству.       Я не отрывала глаз от Северуса. Какой-то он подавленный… Ах, да. Смерть Лили. В какой-то момент мы пересеклись взглядами.       — Это ваше пополнение в семье? — с небольшим презрением в голосе спросил он. Я нахмурилась.       — Да, это Ксения Найт, — представила меня мама. И вовсе не обязательно, раз он такого мнения о детях. Как он вообще стал преподавать в Хогвартсе?       Мы встретились с ним взглядами. Я максимально постаралась придать глазам холодный вид, и, судя по его реакции — хмыканью с неуместным на его лице недоумением, — всё получилось. Хотя это было довольно просто. Все же ожидают, что малыши глупенькие и перетрусили, увидев серьёзные глаза на лице малыша.       Мама недоуменно взглянула на Северуса, а потом на меня. Но я успела придать своему личику безмятежный вид невинного ангелочка.       — М-м-мв! — сквозь соску проворковала я, немного подёргивая ручками в воздухе.       Мама передала меня дяде, и они с отцом вышли за нужными документами. Не могут же они просто так это дело совершить, надо всё делать по закону. С глухим щелчком дверь из тёмного дуба закрылась, и в гостиной воцарилась давящая тишина. Мда, молчаливая у меня семейка в присутствии гостей…       Дядя и Северус скрестили холодные и усталые взгляды. Первым не выдержал тишины Сильвестр.       — Северус, я знаю тебя со времён обучения в Хогвартсе. Не верю, что ты это проделал ради Министерства магии. Признавайся, что ты задумал, — устало, но с хитринкой отчеканил дядя.       — Ты знаешь моё положение, Сильвестр, — Снегг приподнял рукав на левой руке, показывая тёмную метку, и тут же убрал её обратно. — Нас теперь отлавливают. Дамблдор простил меня, но Министерство… Мне нужно тихое убежище.       — И всем твоим тёмным дружкам тоже? — скептически поднял бровь дядя. Вот-вот! Если ослабить до нужного ему уровня барьер, то он не сможет определять тёмных сторонников. Им это на руку! — Они один за другим дурят Визенгамот, предположительно были под заклятием Империус.       — Они залегли на дно, никто не хочет отправиться в Азкабан, — ответил гость, отпив из своей чашки. Дядя к своей так и не притронулся. — Я понимаю, что это будет прямая угроза вашему городу, если они ринутся сюда, поскольку дементорам сюда дороги нет…       — Действительно, если учесть это всё, то тут рай для тёмных приспешников, — саркастично отчеканил Сильвестр. Его ворон недовольно гаркнул в сторону Северуса и вздыбился перья пуще прежнего, став похожим на перьевой шар.       — Ярость их направлена на маглов, грязнокровок и редко полукровок, чистокровных они не трогают, а тут все с чистой кровью, — подытожил Снегг. Не хочу, но придётся тут с ним согласиться. Весь город состоит из чистокровных семей благодаря полной изоляции от маглов.       — Вот только ты не можешь отрицать частого визита семей из вашей страны. И готов поспорить, не все они будут с чистой кровью, — подловил его дядя. — И если тебя Люциус Малфой подговорил, то пусть он имеет в виду, что пока я его в городе видеть не желаю. Этот павлин везде ищет себе место потеплее, если Тёмный Лорд вернётся, он тут же к нему обратно прискачет, и дорога в город будет открыта, — недовольно пробурчал он.       — Это так очевидно? — вздёрнул бровь Северус и ещё немного отпил из чашки.       — Кристально, Северус.       — Сильвестр… Нельзя всё время прятать город от опасностей снаружи, и ты это прекрасно понимаешь, — ответил ему Снегг, не сводя с него взгляд.       — Эх… Хорошо, я поговорю с братом, но если что-то случится и в этом будут виноваты темные, то за это будут отвечать они по полной, — холодно подытожил дядя, и в гостиную вернулись мама с папой, а за ними Макар с Паниным вороном на голове.