19. Короткий допрос.

Министерство магии Великобритании встретило нас привычной суетой. Золотые статуи в Атриуме равнодушно взирали на спешащих по делам волшебников, а над головой, как встревоженные стайки птиц, метались фиолетовые межведомственные записки. В отличие от прошлого раза, когда мы приезжали с папой, дядя Сильвестр не позволил мне тащиться за ним в качестве хвоста. Он держал меня за руку, и его хватка была жесткой — не грубой, а скорее предупреждающей. «Веди себя тихо, смотри, слушай и не встревай», — говорил его холодный взгляд. Мы спустились в подземный уровень, где пахло сыростью и отчаянием. Отдел Тайн. Потом ещё ниже. Кажется, туда, где находились допросные камеры. Магический свет давил на глаза, создавая неестественную, почти больничную белизну. — Сильвестр Найт, — дядя кивнул аврору, преградившему нам путь. — И сопровождение. У меня разрешение от самого Корнелиуса Фаджа. Охранник скользнул по мне взглядом, хотел было возразить, но дядя достал из кармана мантии пергамент с золотой печатью, и споры прекратились. Нас провели в комнату для наблюдения. С одной стороны стекла — толстого, зачарованного, — был тускло освещённый кабинет, где за столом сидел тот самый Уильям Шац, организатор кражи Чёрной Жемчужины. Бледный, с чёрными кругами под глазами, он выглядел сломленным. Рядом с ним на стуле ёрзал тощий, ничем не примечательный человечек — тот, кто подлил яд маме в чай. — Это Лаусон, — тихо сказал дядя, кивнув на второго. — Наёмник. Пойман при попытке сбежать из страны через портал в Грецию. Его уже «пообщали» с веритасерумом, но он почти ничего не знает. Просто исполнитель. — А Шац? — спросила я шёпотом. — Молчит. Глотает яд, если чует веритасерум. Говорит только без сыворотки, но тогда почти ничего не выдаёт. В комнату зашёл мрачный аврор с застывшим лицом и включил звук. Из динамиков донёсся надменный голос Шаца: — Я уже всё сказал. Артефакт был нужен заказчику. Имя? Я его не знаю. Связь через посредника. Получил задание и деньги — принесите Чёрную Жемчужину в условленное место. — Где место встречи? — спросил второй аврор, сидевший напротив. — В лесу за городом. Но никто не пришёл. Дементоры напали, и… вы меня схватили. — А покушение на Кристину Найт? Вы работаете в связке с Лаусоном? — Какое покушение? — Шац приподнял бровь и устало усмехнулся. — Моя цель была только Жемчужина. Если кто-то ещё решил навредить этой семье, это их личный интерес. Я перевела взгляд на дядю. Тот был неподвижен, как статуя, но желваки на скулах играли. — Он не врёт, — через пару секунд вынес я тихий вердикт. — Насчёт покушения он не в курсе. Это два разных заказа. — Я тоже так думаю, — кивнул Сильвестр. — Но тогда у нас два врага. Один хотел украсть наш артефакт и дискредитировать семью через публичный хаос на матче. Второй… второй хотел убить твою мать, Ксения. Или, скорее, убить ту, кто носит наследников Найт. — Эмбрионы, — прошептала я, и дядя бросил на меня быстрый, внимательный взгляд. — Мама потеряла двойняшек, да? — Ты знаешь? — спросил он. — Догадалась. И видела, что она грустит, хотя скрывает. Сильвестр вздохнул — впервые за долгое время. — Дело не только в крови Найт. Твоя мать — ключ к наследию кристаллов. А ты и Макар — следующее звено. Кто-то очень умный и очень терпеливый пытается ослабить наш род. Убрать взрослых, подставить детей… Готовится что-то большое. — Война? — спросила я. — Возможно. Та, о которой пока никто не говорит вслух. Он резко развернулся и вышел из комнаты наблюдения. Я поспешила за ним, едва поспевая на своих коротких ногах. В коридоре нас перехватил знакомый сухой голос: — Мистер Найт. И юная мисс Найт. Северус Снегг в чёрной дорожной мантии выглядел так, будто спал не больше трёх часов. Но глаза его цепко осмотрели нас обоих. — Дамблдор просил передать, — сказал он, протягивая Сильвестру тяжёлый конверт с алой печатью. — Он наслышан о произошедшем и предлагает для детей Найт «особый присмотр» в стенах Хогвартса. Независимо от того, в какую школу они в итоге поступят. — Покровительство? — усмехнулся дядя. — Предложение руки и помощи, — поправил Снегг. — Альбус считает, что английская школа магии сможет дать вам то, что не даст Колдотворец или Дурмстранг. Связи. Информацию. И защиту. — А что взамен? — прямо спросила я. Снегг посмотрел на меня так, будто видел впервые. Потом медленно ответил: — Лояльность. В нужный момент. Дядя положил руку мне на плечо. — Мы подумаем, Северус. Передай Дамблдору, что Найт не продаются. Но и от разумной помощи не отказываются. Когда Снегг растворился в полумраке коридора, я спросила: — Дядя, а ты ему веришь? — Верю, — ответил Сильвестр, — что он верит в свою правоту. И этого достаточно. А теперь… поехали домой. Дедушка заждался. По дороге к выходу из Министерства я всё крутила в голове разговор. Два врага. Два заказа. Кража и отравление. И Хогвартс, который внезапно так настойчиво предлагает свою защиту. — Дядя, — окликнула я его у самой каминной сети. — А если этот кто-то общий? И кража, и покушение — это две части одного плана? Просто разным людям раздали задания, чтобы не светить главного? Сильвестр замер. — Возможно, — протянул он. — И тогда главный — тот, кто сидит в тени и дёргает за ниточки. И он пока даже не запачкал руки. — Тогда мы должны узнать, кого связывает и кража, и покушение, — сказала я. Дядя посмотрел на меня долгим взглядом. Потом кивнул. — Умна не по годам. Как я и говорил твоему отцу. Ладно. Вернёмся — поговорим серьёзно. Он шагнул в зелёное пламя и назвал: «Особняк Найт, Эклипсбург!» Я шагнула следом, и огонь сжал нас в своём стремительном объятии. Дома, в своей спальне, я долго гладила Шутника, который урчал как маленький моторчик. — Мы обязательно найдём этого «главного», — прошептала я коту. — Кем бы он ни был. Кот только прищурил свои голубые глаза — точь-в-точь как у Смерти — и, кажется, понимающе кивнул. Я шагала из стороны в сторону, сосредоточенно думая. На что надеялась, когда думала, что меня допустят до всех допросов или, по крайней мере, полноценного? Пятилетнего ребёнка к ним просто не пустят, вот и дали информации с гулькин нос, чтоб успокоилась. Порой, всё же забываю о своём физическом возрасте. Придётся работать с тем, что имеется. Дядя и так уже подозревает меня в излишнем уме и понимании. Кому нужна война с одним из самых сильнейших родов магического мира? Только для умалишённых или непосвящённых. Есть другой вариант моих мыслей! Кто-то захотел ослабить нашу семью, чтоб быстро взять под контроль и подчинить. Вот это звучит более логично! Как бы я не хотела спихнуть это на приспешников Володю (так называю Сами-Знаете-Кого), нужны точные доказательства, ведь все думают, что Тёмного Лорда больше нет. А так это просто домыслы маленького ребёнка. Обидно, ведь так я могла бы уже приступить к ликвидации проблемы Смерти. Как же сложно быть ребёнком, я ещё и досрочно учиться, как братик не могу. Ангрх! Поскорее бы что-то случилось или день рождения Виктора Крама наступил. Кстати, а что там насчет подарка? Вот этим я и займусь, а то от этих перемещений туда сюда тело конкретно устало.