Первая встреча

Утро в Конохе было ясным и тёплым, словно сама природа приветствовала перемены, которые вот-вот наступят. Вчерашний дождь оставил только воспоминания, а сегодня воздух был свеж и чист. В кабинете Хокаге царила привычная суета. Шизуне с её короткими чёрными волосами то и дело вбегала и выбегала, неся важные документы и распоряжения. Цунаде стояла у окна, держа в руках небольшой ворох бумаг, её взгляд был задумчивым. Она тяжело вздохнула и вновь погрузилась в раздумья о важном решении, которое ей предстояло принять. — Шизуне, что ты думаешь о этой девушке? — спросила Пятая, не отрывая взгляда от окна. — Госпожа, я не видела её вчера, но судя по тому, что вы мне рассказали, она не врет. Она как Какаши-сенсей, такая же загадочная и уверенная в себе шиноби. У неё есть что-то, что сразу привлекает внимание. Цунаде кивнула, понимая, что Шизуне говорит правильные выводы. Личное дело Мирай Учихи, с печатью «Совершенно секретно», было полным белых пятен. АНБУ не смогли собрать много информации, но факт, что за восемь лет никто не знал о её существовании, внезапно появившийся как тень в сводках разведки, заставлял задуматься. Эта девушка не оставляла следов, использовала липовые имена и скрывалась, Она явно не договаривала важные детали. Но что именно? В дверь кабинета постучали, и она отворилась. Вошёл Какаши Хатаке, лениво почёсывая затылок, с книгой Джирайи в руках, полученной от самого автора. Его явно отвлекли от важного дела, но сейчас его внимание было приковано к серьезному лицу Пятой. — Вызывали, Госпожа Хокаге? — спросил он, убирая руки в карманы. Цунаде протянула Какаши личное дело Мирай Учихи, покрытое печатью «Совершенно секретно». Он взял его, немного отодвинул бумагу в сторону и внимательно начал читать. На первом листе стояла фотография девушки. Мирай была изображена с серьезным выражением лица, её глаза скрыты тенью, а волосы слегка растрепаны, словно она только что прошла через бой. Внизу была указана дата её рождения — 21 год. Под фотографией было краткое описание её характеристик. «Мирай Учиха. Родом из Клана Учиха. Информация по месту жительства неизвестна. В последние годы использовала несколько липовых имён, скрывая свою личность. Не имела контактных связей с известными преступными организациями, такими как Акацуки. Отличается высокой скрытностью и умением оставаться незамеченной. Способности в области шиноби на уровне чуунина, что подтверждается данными разведки. Стихия "молния". Местоположение до момента её появления в Конохе неизвестно». Какаши поднял взгляд и осмотрел Цунаде. Эта информация удивляла его, потому что, несмотря на её скрытность, она явно была не новичком в этом мире. — Она использовала липовые имена... и скрывала свою личность так долго. Не похоже на обычную шиноби, — сказал Какаши, задумчиво поглаживая подбородок. — Учитывая её способности и прошлое, она может быть опасной, но есть что-то, что мне не даёт покоя. Цунаде кивнула, внимательно следя за его реакцией. — Данные об её прошлом крайне ограничены. Но я уверена, что она что-то скрывает. И, возможно, её возвращение связано с чем-то большим. За восемь лет ни одного упоминания о ней в официальных сводках. Это заставляет насторожиться. Какаши кивнул, отложив личное дело в сторону. — Я понял, — сказал он, глядя на Цунаде. — Я постараюсь разобраться в её прошлом и в её настоящем. Какаши слегка приподнял бровь, но молчал, продолжая ждать. В его глазах было трудно прочитать, удивлён он или нет. Учиха… Это фамилия всегда отзывалось в его сердце болью. Он потерял одного из них, одного из своей команды. Саске, как и другие, стал для него близким, и теперь, возможно, он снова встретит человека, связанного с его прошлым. — Её сила внушительна, но она потеряла всех своих близких. Ты знаешь, что это такое, Какаши… Он кивнул, не отвечая, просто в знак согласия приняв её слова. — Понял. Когда встреча? — спросил он, уже предвкушая предстоящую задачу. — Уже сегодня. Ты знаешь, где её найти. Цунаде внимательно следила за его реакцией. Знала, что Какаши всегда осторожен в своих суждениях и не спешит с выводами. Именно поэтому она доверяла ему такие задачи. Она вспомнила ту ночь, когда Итачи принял на себя тяжкий груз... Возможно, Мирай сможет пролить свет на происходящее тогда. Время шло, и солнечные лучи проникали сквозь густую листву деревьев, отражая свет на старых каменных дорожках. В воздухе пахло свежей травой и древесной корой. Территория клана Учиха была тихой, словно время остановилось в ту ночь. Мирай шагала по этим улицам, чувствуя, как воспоминания возвращаются, как картинки детства вспыхивают в её сознании. Но с каждым шагом её мысли становились всё более темными. В её голове снова возникали образы той ночи, ночи, когда её мир был разрушен, когда Итачи с окровавленными руками встретил её взгляд. Словно сама память пыталась удержать её здесь, в этом месте. Как только она подошла к дому, с дерева взлетел ворон и исчез в небе. Мирай не придавала этому особого значения, но её насторожило, что это было единственное живое существо в округе, кроме неё. Она провела рукой по холодной поверхности старого дома, ощущая шершавость дерева. Всё, что было связано с её детством, с её семьёй, осталось здесь, в прошлом. Но она вернулась не для того, чтобы скорбить. В её сердце горела решимость. Она была готова к новым вызовам. — Не так часто сюда кто-то заходит, — раздался спокойный голос позади неё. Она обернулась. Перед ней стоял мужчина, на голову выше ее. Его серебристые волосы слегка развевались на ветру, а один глаз, пристально изучающий её, выдал в нём опытного шиноби, способного разобрать любую ситуацию. — Здравствуйте, — произнесла она спокойно, слегка поклонившись. — Что вы тут делаете? — Меня зовут Какаши Хатаке, я командир команды номер 7, — сказал он, подойдя ближе. — Цунаде уже всё рассказала. Мирай изучала его взглядом, зная о нём из рассказов, как копирующего нинзя Конохи, но видеть его лично было совсем другим. Какаши был осторожен, не спешил с выводами, но явно что-то его в ней заинтересовало. — Это твой дом? — спросил он, глядя на старое деревянное строение. — Нет. 8 лет назад это было моим домом, — ответила Мирай с холодом в голосе. — Сейчас это просто пустая постройка, о которой все забыли. Её слова поразили Какаши. В них не было ни боли, ни ненависти. Она просто говорила факты, как данность. Мирай не была похожа на обычных детей, которых он обучал. Она была взрослее не только физически, но и морально. В её голосе звучала уверенность, приобретённая через испытания, и это напоминало ему его собственное прошлое. Какаши невольно задержал взгляд, изучая каждую деталь её облика. Мирай была ниже его на голову, её длинные черные волосы свободно спадали по плечам, придавая ей загадочный вид. Её глаза, глубокие и темные, отражали ту же боль, что когда-то терзала его самого, и одновременно искру решимости. На ней была надета одежда, полностью выполненная в черном цвете — типичный наряд ниндзя, облегающий и удобный для быстрого и точного движения, словно сливающийся с тенями. Несмотря на кажущуюся хрупкость её телосложения, каждая линия её фигуры выдавала силу и выносливость, не уступающие даже такой легенде, как Цунаде. Как и я… — промелькнула в его голове мысль. В её спокойствии он узнал знакомое эхо собственного прошлого — пережитую утрату, принудившую стать сильнее, но не разрушившую душу. эта мысль мелькнула в его голове. Он увидел в её спокойствии ту же холодную решимость, что когда-то была в нём. Слишком рано осознавшая тяжесть потери, слишком рано столкнувшаяся с жестокой реальностью. Это было похоже на его собственное прошлое. Когда-то и он был таким — потерянным, одиноким, с пустотой в душе, которую никто не мог заполнить. Но в её глазах не было ненависти, не было разрушительного желания отомстить. Это удивляло его. Она, похоже, не позволила себе стать тем, кем стал бы он, если бы не встретил Наруто и остальную команду. Она продолжала двигаться вперёд, даже потеряв всё, что имела. Она была не просто сильной; она была выживающей, сдержанной, скрывающей свою боль за маской равнодушия. И всё же, несмотря на внешнюю уверенность, Какаши знал, что внутри неё бушует шторм воспоминаний и потерь. Он чувствовал, что эта девушка многое перенесла, и не раз видел, как подобные судьбы в какой-то момент могут сломаться. Но Мирай отличалась: в её голосе не звучали слёзы или обида. Она приняла свою утрату как данность и продолжала двигаться вперёд, словно бы сумев сохранить свет даже в самые темные моменты. Её образ, её движения и спокойствие говорили о том, что боль, пережитая ею, стала не только грузом, но и источником силы. Эта схожесть с его собственным прошлым не оставляла его равнодушным. Он не знал, чем закончится их встреча, но одно было ясно: ему предстояло внимательно наблюдать за её путём, ибо в её душе он увидел отражение своего собственного. И, возможно, она, как и он, уже сделала свой выбор, чтобы бороться за свою правду, несмотря на все испытания судьбы. Недолгое молчание прервалось голосом мужчины. — Мирай, я хочу провести с тобой тренировку вместе с остальными членами команды. Мы проверим твои умения и ты познакомишься с новыми товарищами, — сказал Какаши. — Будь готова, что тебя могут не сразу принять, но дай им время. Они тоже потеряли близкого им человека. — Я не разочарую вас, Какаши-сенсей, — ответила она, улыбнувшись с лёгкой грустью. — Это мы скоро узнаем, — ответил Какаши, коротко улыбнувшись в ответ. — Пора к остальным.