Часть 1

      Тёмное холодное утро встретило девушку спустившейся с небес сыростью, что так приятно обволакивала изрезанную наконечниками стрел и лезвиями стальных клинков кожу. Нежный ветерок лениво прогуливался по заставленной деревянными ящиками гавани, небрежно пробегал между узких проходов каменных стен. Словно сотканные из тончайшей паутины, белоснежные облака - одно прикосновение к которым, казалось, в ту же секунду могло развеять их непрочную пелену - скромно расположились по всему небосводу. Гонимые потоками морозного воздуха, они бережно скрывали ото всех глаз этого мира хрупкий девичий силуэт, даруя ему долгожданный, не менее желанный душевный покой.       Едва заметные глазу птицы изящно парили где-то там, высоко над землёй, одаряя ещё дремлющий регион своим пением, отчаянно старались устремиться ввысь, чтобы разглядеть огромнейшие владения немалой части самого континента. Подобно этим крохотный птицам, в небе медленно вальсировал одинокий фонарь, яркое пламя свечи в котором постепенно угасало, заставляя саму конструкцию опускаться всё ниже и ниже, ближе к блестящей водной глади. Неизбежно. Он вольно идёт к собственной же гибели. Отчаянно и целеустремлённо, коротая свой срок, выполняя свой жизненный долг - освещать людям путь.       Далеко не секрет, что сейчас в Ли Юэ множество горожан готовились к одному из самых масштабных и величественных праздников, в честь которого весь город был украшен невероятно красивыми декорациями, подготовленными одной из самых умных и проницательных девушек группировки Цисин. Но, несмотря на приближающееся торжество, даже самым ранним утром улицы были пусты и так беспечны, отчего сердце неспокойно замирало, наслаждаясь грядущим мгновением, когда шелестящие листья деревьев глухо и по-настоящему нежно ласкали чуткий слух посетившей террасу путешественницы. Её короткие пшеничные волосы, которых хотелось коснуться, аромат которых хотелось вдохнуть, наполнить им истерзанные пылью и терпкой гарью лёгкие, никогда не выдыхать, охотно сияли в невзрачном свете ночного фонаря.       Грациозные запястья, испещрённые невидными шрамами, её шея, ноги, что ежедневно преодолевают огромнейшее расстояние, не жалея ни себя, ни девушку, бесконечно напоминая ей о неизбежной усталости, глубочайшие янтарные глаза, тонуть в которых было самой красивой и сладостной смертью. Той смертью, на грани которой хотелось находиться как можно чаще.       Сегодняшний день не стал для Люмин исключением. Подготовка к празднику, безусловно, приятно воодушевляла, но и немало утомляла прославленную странницу. Это событие также было посвещено могущественным и благороднейшиим существам этого мира - Адептам, что из покон веков оберегали Ли Юэ от всевозможных опасностей, сохраняя жизни людей, незримо отгораживая их от тяготящей суеты кровавых сражений. Скромные подношения для каждого защитника, как и предполагалось, должны были расположить их к нынешнему правлению обыкновенных смертных, которое казалось им весьма не устойчивым и до крайности безответственым. Так и сложилось. Своим поступком Нефритовое Равновесие не только укрепила свою репутацию среди сильнейших божеств, но также устроила им небольшой сюрприз на кануне грандиозного торжества.       Но смогли ли они посетить их всех? Охотник на демонов - именно его девушки не застали этим днём на постоялом дворе. Оставлять роскошные дары в столь людном месте не было смысла, а дожидаться их получателя - то же самое, что быть готовым ожидать целую вечность. Колкое разочарование, сравнимое с бесчисленным количеством мельчайших заледенелых капелек воды, метко пронзало трепещущую душу, ненароком впитывая её тепло, растекаясь по ней навязчивым беспокойством, что так упорно и бесстыже пустило корни прямиком в хрупкое юное сердце. Дело ли в потраченном времени? Вряд ли. Неужели в волнении от чувства невыполненного долга? Тоска и бесконечное ожидание неизвестной угрозы, идущей за тобой по пятам, лёгкое, такое невесомое дуновение тревоги, всё больше усиливающееся изо дня в день. Так что же мешает назвать его имя? Чтобы пришёл, чтобы увидел. Согрел чувственным взглядом проницательных глаз. Уделил время или вымолвил слово..       Какой бы страшной не была опасность, а делать это в планы девушки не входило. И маловероятно, что когда-либо вошло бы. Не было смысла. И не было повода.. ...       Пара редких, до того красивых деревьев осторожно возвышались на краю тернистого склона, с которого открывался замечательный вид на разукрашенную огнями гавань. Ожидать рассвет в одиночестве, наблюдая, как облака мягко передвигаются из стороны в сторону, расчищая путь золотистому солнцу, что вот-вот осветить порт своим сиянием и разбудит сонный городок, вновь заставив работу в нём кипеть, а его жителей - работать, не покладая рук, - в данный момент это было главным занятием златовласой путешественницы, так упорно поднимающейся на знакомую возвышенность. Постоялый двор "Ваншу" также должен был стать одним из объектов её наблюдения, всё такой же уютный и великолепный, ожидающий, как и его постояльцы, наступления праздничной церемонии, время от времени дожидаясь момента, чтобы увидеть, как сотни морских фонарей взмывают ввысь, кружа в медленном стеснительном танце, разжигая в глубине души каждого надежду на чудо, столь же яркую, каким ярким являлся исходящий от них свет. Но, в отличие от него, надежда в сердцах людей никогда не угаснет, она будет сопровождать их всю оставшуюся жизнь, стараясь сделать её лучше, чем она может быть на самом деле.       Наверное, это одна из прелестнейших фишек самого праздника, потому Люмин так захотелось встретить его, хоть и в этот раз ей пришлось сделать это в одиночестве. Как бы там ни было, а вечернее гуляние понесло за собой, пускай действительно незначимые, но последствия: малышка Паймон настолько устала, что девушке пришлось уговаривать её передохнуть в их собственной обители. Ожидаемо - спутница заснула. Было бы глупо тревожить её сон. Путешественница пообещала своему компаньону принести ей множество различных вкусностей с праздничного стола. От одного подобного упоминания, можно не сомневаться, слабость Паймон как рукой снесло бы. Но эта затея была лишь маленьким и неожиданно приятным сюрпризом, реализацию которого обладательница медовых глаз решила оставить на конец праздничного торжества.       Сейчас её мысли были заняты совсем другими вещами. Она думала обо всём: о жизни, о неиссякаемой вечности, о боли, о бесконечном скитании, о недостигаемой цели, приближение к которой считалось невозможным. Девушка была готова опустить руки, но сдаваться так скоро она не намеревалась. Увидеть брата - всё, чего ей хотелось в данный момент. И, пожалуй, это желание будет ещё долго томиться в списке неисполнимых надежд, как бы сильно ей этого не хотелось. Одиноко. Люмин считала себя чужой в этом мире. В этом месте. На всём континенте. Все усилия и старания были направлены лишь на помощь окружающим людям, но кто был готов помочь ей самой? Множество друзей. Девушка очень дорожила ими, дорожила так, что нельзя было представить. Когда-то она помогла каждому из них, они же в свою очередь помогли ей.       Мягкий морской бриз неуловимо рассеивался на побережье и за его пределами. Прохладно. Осталось идти совсем не много. Чем меньше становилось преодолеваемое путешественницей расстояние, тем больше её сердце наполнялось непонятным волнением и предвкушением поистине незабываемого мгновения. Она едва поёжилась, потирая друг о друга вспотевшие ладошки, оказавшись на вершине, внимательно огляделась по сторонам.       Потрясающее зрелище. Искрящийся порт, вечно занятой корабельными предложениями, неравномерно рассаженные группы деревьев, листья которых игриво трепал порывистый ветер, заставляя их поддаваться его намерениям, небрежно срывая их с тонких ветвей. Облака и звёзды; чуть различимые скопления сияющих фонарей, грациозных и изящных, что так искренне радовали девичий глаз. Хотелось замереть, лишь бы ненароком не спугнуть повисшую в округе тишину. Воздух становился настолько редким, что, казалось, было невозможно дышать. Взгляд девушки отчётливо видел каждые мельчайшие детали, уделяя им особое внимание, запечатляя их в её памяти, даруя возможность вновь и вновь наслаждаться этим блаженным моментом, обволакивающим душу покоем.       В какой-то момент путешественница, неожиданно для себя, задержала взор на подозрительном, скрытом в ночной тени силуэте, что находился недалеко от неё, мирно наслаждаясь обширными городскими просторами. Пальцы инстинктивно коснулись рукояти меча, а дыхание опасно участилось в ожидании наступительных действий, но ничего не происходило. Только тихий шелест листвы заботливо успокаивал девушку, позволяя ей прислушаться к собственным ощущениям. Она пригляделась. Тёмные волосы незнакомца, из общей массы которых свободно выбивались светлые бирюзовые пряди; незамысловатое одеяние и болтающаяся на поясе маска, что терпеливо дожидалась своего часа. Каково было удивление странницы, когда она узнала в этом человеке его персону - того скрытого и холодного защитника Якса, отстранённого от оживлённой людской суеты, ведущего жестокую и бесконечную битву, которой никогда не будет конца.       Волнение исчезло так же быстро, как её оружие разлетелось по воздуху блистающими искорками. Стало спокойнее. Люмин осторожно подошла ближе, продолжая вглядываться в знакомую фигуру, тихо и почти незаметно, аккуратно расположилась рядом с ним, на небольшом заросшем поваленном дереве, стараясь не испачкать белоснежный наряд.       - Луна сегодня красивая, правда? - невольно сорвалось с губ путешественницы, что с нескрываемым интересом рассматривала усыпанный звёздами небосвод.       Ответа не последовало. Охотник на демонов неторопливо окинул её томным безучастным взглядом, после вновь перенёс свой взор к пустующей морской гавани, наблюдая за таинственным затишьем, но копьё из рук не убрал. Девушка заметила пару кровоточащих царапин на его плече, стекая с которых, маленькие капельки крови показательно затмевали собой нанесённый на его руке узор. Небольшая полоса на шее и тёмные кровавые пятна на его одежде. Свежие.       Парень тяжело вздохнул, запустив пальцы между едва растрёпанных пушистых прядей, сделал пару шагов назад, присаживаясь рядом со знакомой спутницей. Морозный воздух моментально заполнил его лёгкие, неприятно обжог собой обветренную кожу. Последний выдох дался ему довольно тяжко. Адепт ещё какое-то время восстанавливал сбившееся дыхание, поглядывая на благородную девушку, чьи глаза поразительно блистали золотом. Казалось, она уже собиралась разрушить возникшую между ними стену ожидания и молчания, наконец-то начать разговор, но не успела - Сяо перебил её.       - Что ты здесь делаешь? - шероховатый шёпот бесцеремонно проник в её разум, плавно растворился в нём мягкой воздушной пылью. Парень прекрасно осознавал, как людям важно восполнять потерянные днём силы в ночное время суток, а увидеть путешественницу здесь, да ещё и в такое позднее время, для него было немалым удивлением.       - Сон не идёт, - Люмин лениво скрестила руки на груди, упорно укрывая от холода нежные ладони. - Здесь очень красиво.. - в её голосе ясно различались восхищение и чувство манящего трепетного счастья, что неосознанно заставляли следовать за собой, всё чаще дожидаясь её речи, тех сладких, ласковых и тёплых слов, какими она обращалась при каждой неожиданной встрече. - Не думала, что смогу встретиться с тобой.       - Демоны никогда не спят, - он снова устремил свой взгляд куда-то вдаль, беспристрастно вглядываясь в каждый тёмный её уголок. Металлический блеск ледяных глаз, способный напугать всех и каждого, от одного веяния которого уберегал себя любой жаждущий жить смертный, лишь нередко отталкивал, по-своему уберегая от дальнейшего столкновения, невольно рассеивал в слабой и непрочной человеческой душе своё порочное, не менее губительное влияние. Страх и оцепенение охватывали всех тех, кто посмел однажды встретиться с ним лицом к лицу, не разбирая его личности за устрашающей злобной маской, что придавала ему сил для длительного поединка со всем злом. Его старались остерегаться все, бережно дорожа своей жизнью, но только не она. - Не стоит появляться на улице в такое позднее время.       Сяо медленно коснулся воспалившихся ран, растирая рубиновые капли грубой тканью скрывающей пальцы перчатки, едва заметно свёл брови к переносице, недовольно разглядывая неутешительный результат недавнего сражения. Девушка заметно оживилась, охотно протянув руки к небольшой набедренной сумке, которую она приобрела в славном Королевстве ветров. Хоть предмет был и не такого большого размера, в нём прекрасно умещалось достаточное количество необходимых в путешествии вещей.       - Позволишь? - Люмин осторожно вынула из неё кусочек мягкого белоснежного материала, опытно смочила его бесцветной обеззараживающей жидкостью. Парень сердито ухмыльнулся, бросив на девушку кроткий недоверительный взгляд, но возражать не стал. Нежные, такие ласковые женские руки заботливо проходились по каждой безобразной царапине, стараясь остановить кровоток. Безуспешно. Нужно было время. Ещё немного. Ледяные капли противно обволакивали каждую рану, скоропостижно опускались ниже, вынуждая вновь и вновь обратить на себя внимание. Долго. Ветер был совершенно не к месту. Резвая стайка зябликов ловко огибала раскидистые ветви деревьев, прижимая к груди тонкие озябшие лапки, невинно расположилась на одной хлипкой погнутой ветке, что в любой момент была готова упасть.       - Концентрация слизи слайма, - тишину вновь прервал знакомый голос. - Если..тебе интересно, чем я обрабатываю порезы, - неторопливо произнесла девушка, не отвлекаясь от самого процесса, - безвредно, поможет ускорить заживление, - она снова увлажнила ткань, аккуратно вытерла излишки подтёкшего вещества. Старательно и кропотоливо. Меньшее, что она могла для него сделать, зная, как много раз он помогал ей в различных ситуациях, оставаясь верным своим принципам, в лишний раз спасая от неминуемой гибели.       Якса озадачено наблюдал за её движениями, казалось, даже не слушал путешественницу, пропуская её слова мимо ушей, однако в какой-то момент коротко кивнул, скромно выражая свою благодарность. Странница хотела добавить к своим словам что-то ещё, но, помедлив, решила тактично промолчать и вместо этого развлечь парня интересной беседой. Она помнила, он не мог терпеть жалости к своей персоне, прекрасно осознавая всю тягу повисшего на его плечах груза бесконечных убийств и страданий. Тоскливо и неприятно. Безнадёжно. От подобных мыслей становилось больней. Адепт тяжело вздохнул, не отводя взгляд от давней знакомой, внимательно изучая каждую её деталь: от блестящих шелковистых волос, редкие длинные пряди которых струились по её плечам золотым водопадом, до изящных, утончённых контуров хрупкого девичьего тела, что ненароком приковывали к себе его взгляд.       Неловко. Он заострил внимание на крохотном, вероятно, уже подзажившем ровном шраме, красующемся рядом с одной из её ключиц. Небрежный узор смело раскинулся вдоль оголённого участка чувствительной бархатной кожи, невинно выглядывал из-под небольшой полосочки ткани, что обвивала её шею, подобно шарфу. Сяо недобро ухмыльнулся, охотно перенеся свой взор к её рукам - нежные. Такие грациозные и невероятно родные, тепло которых хотелось ощущать как можно чаще, не только на своём окровавленном плече, а абсолютно везде; покрытые множеством мелких царапин, которые девушка ненароком скрывала под белоснежными перчатками - элегантным элементом костюма.       Парень не успел опомниться от спутавшихся в его голове мыслей, как ощутил нечто невероятно мягкое на своей щеке. Её ладонь. Люмин осторожно провела по ней большим пальцем, стараясь привлечь его внимание, чтобы не напугать неожиданным действием со своей стороны. Пальцы путешественницы плавно скользнули чуть ниже, бережно касаясь видного ранения на его шее. Она заинтересованно осмотрела алое пятнышко, что со временем разрослой подобным образованием, неторопливо прошлась по всей его длине, обволакивая кожу Адепта своим неровным дыханием - ей очень редко удавалось находиться рядом с ним на таком расстоянии, настолько близко, - но, к её удивлению, самоотверженный защитник резко подался назад, отведя от неё взгляд, тем самым показывая, что ему неприятно подобного рода прикосновение. Врал.       - Мы хотели поблагодарить тебя, - девушка убрала использованные ею материалы в отражающую своей поверхностью блеск мерцающих на небе звёзд сумочку, - представители группировки Цисин, Нефритовое Равновесие и я, - она неловко улыбнулась, устремив свой взор куда-то вдаль, заправила за ухо лезущие в глаза пряди, - было приготовлено несколько скромных подношений, мы хотели найти тебя и вручить их лично, думали, это могло тебе понравиться, - снова этот беззаботный беспечный тон. Люмин ненадолго задумалась, поймав в поле своего зрения солидный постоялый двор. Так чувство ли невыполненного долга тревожило её теперь, когда он был здесь, рядом с ней?       - Ты вспоминаешь обо мне только в такие моменты? - глухо процедил парень, показательно скрестив руки на груди.       Златовласая неуверенно посмотрела в его сторону, отчаянно надеясь, что мутная, почти рассеявшаяся ночная мгла скроет выступивший на её лице румянец. Ветрено. Облака постепенно расходились, купаясь в тонких лучах восходящего солнца, которое заботливо одаривало пару своим теплом. Что она должна была ответить? Неужели прямо сказать всё так, как оно есть на самом деле? Глупо проговориться о том, что подобные мысли своевольно посещают её так же часто, как он безустанно ведёт эти ожесточённые кровавые войны - каждый день?       - Нет, конечно нет! - растерянно произнесла та, не пытаясь прятать своего возмущения.       - Так почему не зовёшь?       Обещала. Дала слово звать его в трудную минуту, когда понадобится помощь и защита. Звать, чтобы позволить ему овладеть своей жизнью, огородить её от страшнейших невзгод и опасностей. Помнила. Не считала нужным. Не находила правильным тревожить его покой ради собственной прихоти.       - Не хотела беспокоить тебя из-за таких мелочей, - пара изумительных ангельских глаз, подобно вражеской стреле, в очередной раз пронзили его сердце, ненароком участив дыхание юноши, заставляя парня поддаться такому древнему и забытому, укромно упрятанному в его груди чувству.       Сяо осторожно придвинулся ближе, бережно запустил пальцы в пушистые локоны её волос, перебирая ими короткие пряди. Удивленный взгляд путешественницы моментально обратился к защитнику, невольно, но по-настоящему нагло скользнул к его губам. Гложащая и тяготящая, тишина мгновенно растворилась в томном шорохе шумящей листвы.       - Твоё благополучие - лучший подарок, который ты могла бы мне приподнести, - серьёзно и наказательно, однако - любя.       Он уверенно накрыл её губы своими, скоро и нетерпеливо, так, как будто от этого прикосновения зависела вся его жизнь. Его руки, холодные, облитые кровью, скрытые за аккуратно пошитой тканью, бережно скользили по хрупкой девичей талии, невольно прижимая странницу ближе. Осторожно. Якса боялся навредить ей, боялся погубить своей аурой последний лучик ускользающего солнца, что так настойчиво и непринуждённо сопровождал его вдоль тёмного и тернистого, полного мучений и бесконечных страданий пути. Тепло. Девушка ненавязчиво расположила ладони на его груди, опустила их ниже, сжимая пальцы, стараясь ощутить каждую клеточку его тела, досадно вздохнула, неохотно разорвав поцелуй.       Кровавые пятна на его одежде сильно напрягали, не дозволяя думать о чём-либо, кроме своего существования, вызывали у путешественницы много вопросов, привлекая к себе её внимание.       - Чужая, - (кровь). Он неторопливо коснулся тёмных подтёков, тщательно вытер перчатку и, спустив её со своей руки, ласково накрыл её ладони своей, не допуская, чтобы она касалась этой жёсткой затверденелой грязи. Знал, что вспомнит, побеспокоится, отметя все заботы на второй план.       Она снова прильнула к его губам, смелее и решительнее, не переставала ощущать, как его дыхание бесцеремонно обволакивало её кожу, заставляя девушку вздрагивать каждый раз, когда он, желая насытить кислородом свои лёгкие, жадно оставлял укусы на её шее, что так наровила покрыть свои изгибы поцелуями. Светало. Солнце заботливо освещало обширные просторы региона, предвещая начало нового дня. Ночная сырость негласно покинула множество полей, даруя землям долгожданное тепло. Где-то вдалеке, среди возвышающихся над уделом смертных горных склонов, пронёсся краткий истошный вой. Тёмное небо, на некоторых участках которого всё так же беззаботно сияли мельчайшие звёзды, становилось чище с каждой секундой, вновь готовясь блеснуть всем своим великолепием перед показавшимися на улицах людьми.       - С Праздником морских фонарей, путешественница, - прошептал парень, невольно перенеся свой взгляд в сторону опустошённых ущелий.       Ещё один поцелуй. Краткий и мягкий. Последний. Адепт скоропостижно растворился в малахитовой дымке, стремясь уничтожить пробудившееся в округе зло, оставив девушку наедине со своими мыслями. Пускай его уже не было рядом, но она отчётливо ощущала на себе редкий жар его тела, что был приятным напоминанием о сегодняшней встрече. Якса исчез. Снова ушёл в неизвестность. Отправился причинять себе боль применением собственных сил, неизбежно умирая изнутри, чтобы вновь жертвовать своей кровью, чтобы защитить, оберегая жителей от возможной опасности. Словно одинокий фонарь, яркое пламя свечи в котором постепенно угасает, заставляя саму конструкцию опускаться всё ниже и ниже, ближе к блестящей водной глади. Он вольно идёт к собственной же гибели. Отчаянно и целеустремлённо, коротая свой срок, выполняя свой жизненный долг - освещать людям путь. ☼