Часть 1

— Ах, майор, расскажите, как это — сидеть за рулём истребителя… — Майор, скажите, я в школе летал на свупе, и это не так сложно, как кажется… — Майор, я уверен, что… — Майор… — Майор… — Майор… Фел никогда не любил светские разговоры, тем более не любил самовлюблённых напыщенных аристократов, кичащихся заслугами предков, но самих ничего полезного не сделавших. На эти лица он достаточно насмотрелся дома, на Кореллии. Там они спешили подчеркнуть дистанцию между ними, избранными и благословенными, и между такими, как он, простыми фермерами. Сейчас они настойчиво требовали его внимания, желали погреться в лучах его славы, и все, буквально каждый, хотели показать ему, пилоту-асу, насколько они разбираются в лётном деле. Нескончаемая череда фраков, смокингов, френчей, мундиров, стилизованных под военные, изредка мелькает хорошенькая головка с пустым взглядом породистой аристократки и взбитыми по последней моде кудряшками. От однообразия тупых вопросов голова шла кругом, и новоиспечённый майор уже начинал прикидывать, кому можно без опасения двинуть в челюсть и сбежать. Или просто нырнуть за колонну и сбежать, воспользовавшись всеобщим замешательством. Его взгляд снова скользнул по одинаковым лицам, по однообразным фракам, смокингам, френчам, мундирам и зацепился за яркое, красное, выделявшееся на общем фоне. Это было глубокое, на грани приличия, декольте. Переливчатая ткань идеально красного цвета нежно обхватывала и поддерживала полные груди, формируя волнующую ложбинку. Небольшой рубин в форме капли, окружённый мельчайшими самоцветами коруска лишь подчёркивал соблазнительность плавных линий того, что скрывала тонкая и плотная ткань вечернего платья. Край выреза слегка отходил, и если подойти ближе, неприлично близко, то можно разглядеть пунцовые шишечки сосков в центре светлых, почти в тон кожи, ореолов… А вот и продолговатая чуть выпуклая родинка, над ней — едва заметный ожог бластера… Фел поднял взгляд и встретился с ответным взглядом, насмешливым и слегка ироничным. Обычно белые пряди сейчас были ярко-рыжего цвета. В уложенных в сложную причёску волосах россыпью рубиновых огоньков сверкала диадема. — Я обещал танец, — моментально нашёлся он. — Нехорошо заставлять даму ждать, господа, сами понимаете… Неоконченная фраза повисла многозначительной паузой. «Тем более такую даму», — мысленно добавил Фел, подхватил женщину и увлёк на площадку, где уже извивались в ритме модной мелодии этого сезона пары. — Я решила, что оказаться на столичной гауптвахте в первый же день присвоения очередного звания — это, несомненно, захватывающе, но совершенно непродуктивно в плане служебного роста, — её губы слегка коснулись уха. Фел довольно зажмурился. — И поэтому ты решила вмешаться и спасти меня. — Там присутствовало очень древнее дерьмо банты. Воняло бы долго. — Обожаю, когда ты так выражаешься, — признался Фел. Айсард рассмеялась в ответ: — До тебя мне далеко.