Глава 3'я: Ежедневные проблемы и мысли, которые приводят к неприятностям.

             Я с нетерпением жду возможности нарисовать дом своей мечты. Это может быть что угодно, лишь бы это не противоречило законам физики. Я не могу решить, чего хочу. Уютный коттедж? Современный уродливый дом из квадратов? Дом на дереве, сделан Тоадами?       Я думал спросить ее, но не хотел беспокоить, так как она была занята макияжем, а я не хотел, чтобы она все испортила и начала все сначала. Я определенно хотел небольшой дом, достаточно большой, чтобы я и некоторые друзя могли повесилитьса.       После долгих раздумий я решил подождать с планированием дома и дать себе немного времени на отдых. Прошло 2 часа с тех пор, как Пич сообщила мне новость о том, что есть свободный участок для строительства моего дома. Я пошел на кухню и начел искать в интернете рецепт блинов.       Я подготовил все ингредиенты для них, начал готовить тесто. Пока я готовил тесто, я начал понимать, что мне нужно приготовить больше, на случай, если кто-то еще в замке захочет их.       После того, как я закончил готовить 2 тарелки блинов (планируя готовить еще 2), Марио и Луиджи спустились на кухню и уставились на меня. — «Сядь, табуретки не кусаются.» — Сказал я в шутку. Марио сел, пока Луиджи колебался, прежде чем сделать это. Я подвинул 2 тарелки блинов, которые я приготовил к ним. Марио и Луиджи наконец попробовали их, и тут они начали задыхаться. — «Что это за чушь!» — Закричал Луиджи очень возмущенным тоном. — «Почему он такой соленый?» — Спросил Марио с очень отвращением на лице. Я взглянул на сахарную банку, покрытую сахаром. Я сдул сахар с названием банки, и на ней было написано «соль». Вошла Пич, спокойно наблюдая за происходящим. Я чувствовал себя таким виноватым за то, что сделал. Пич подошла ко мне и начала говорить. — «Давайте приготовим бекон, а затем смешаем его с солеными блинами для соленого вкуса.» — Предложила Пич, встретившись глазами со мной.       Я согласился, и мы приготовили еще этих блинов, а затем начали готовить бекон. Я чуть не сделал свои сырыми, потому что боялся сделать их слишком хрустящими или сжечь их.        После того, как мы закончили, мы попросили Марио и Луиджи попробовать их снова. На этот раз они остались довольны тем, что мы приготовили, и тогда мы с Пич попробовали их.               После завтрака я вернулся в свою комнату и выбрал дом своей мечты — домик на дереве, с некоторым пространством внутри ствола дерева.       Закончив планировку дома и даже спроектировав мебель, которая могла бы там стоять, я нашел Пич и показал ей. — «Это такая замечательная идея! Мне нравится идея домика на дереве, где каждая часть соединена с центром мостами!» — Воскликнула Пич с удивлением на лице. — «Спасибо.» — Сказал я с улыбкой на лице, которой у меня давно не было. — «Я отправлю это строителям в полдень.» — Сказала Пич, теперь с серьезным, но спокойным выражением лица.       Я вышел из комнаты, чувствуя волнение от того, что будет дальше. Прошло несколько дней, и строительство началось. Когда я рисовал розу, чтобы подарить Пич на ее день рождения, вошла Пич.       Я вышел из комнаты, взволнованный тем, что будет дальше. Прошло несколько дней, и строительство началось. Когда я рисовал розу, чтобы подарить Пич на день рождения, вошла Пич. — «Через неделю я собираюсь устроить королевский бал, пригласив членов королевской семьи из разных королевств в этот замок, в честь 80-летия со дня основания Грибного королевства. Хочешь стать его частью?» — Спросила Пич с глазами, полными волнения. — «Да!» — Воскликнул я, сверкая от счастья глазами.       Прошло несколько дней. Пич выбирала себе платье, Марио и Луиджи помогали Тоадам с украшениями. А я тем временем, очень нерешительно, а меня оставили за главным в кухне. — «Как вы думаете, какая цветовая гамма подойдет для кексов?» — Вежливо спросил пекарь. — «Я думаю, что ванильные кексы должны быть покрыты зеленой глазурью, шоколадные — белой, а клубничные — розовой.» — Вежливо ответил я. — «Какая глазурь должна быть у печенья?» — Спросил один из пекарей, собираясь начать готовить глазурь. — «Я думаю, что лимонные должны быть покрыты фиолетовой глазурью, ванильные — красной, а клубничные — светло-голубой.» — Уверенно ответил я.       Было так много вопросов о еде. Когда они перестали спрашивать, я был свободен. Я решил выглянуть в окно, из которого открывался вид на мой будущий домик на дереве, и посмотреть, что строительная бригада сделала с прошлой недели.        Ствол был наполовину построен, а ветви были немного построены. Он был сделан из металла, покрытого корой. Затем я пошел в свою комнату и начал искать и пытаться выбрать, какой смокинг лучше всего подойдет к какой куртке, прежде чем я смог выбрать, какой комплект я мог бы использовать.       Затем я пошел в свою комнату и начал искать и пытаться выбрать, какой смокинг лучше всего подойдет к какому пиджаку, прежде чем я смог выбрать, какой комплект я мог бы использовать.       И когда я выбрал, какой комплект я хотела бы надеть на королевский бал, я положил его в шкаф и спустилась вниз, чтобы проверить кухню. Там были Тоады, спорящие друг с другом, обсуждающие цвета для торта. — «Торт должен быть в основном розовым!» — Крикнул какой-то Тоад, с гневом на лице. — «Нет! Он должен быть синим! С белыми акцентами!» — Крикнул в ответ другой Тоад, покрытый глазурью, как будто он сражался с глазурью в качестве оружия. — «Ребята, вы же не Мерриуэзер и Флора, вы не можете уже решить? У меня глазурь начинает таять!» — завыла Жаба, покрытая розовой глазурью. — «Я думаю, нам стоит сделать и то, и другое. Можно сделать белую основу, а половину украшений на торте сделать розовыми, а половину синего — синим», — предложил я. Тоады переглянулись, понимая, что все это время существовало простое решение. — «Конечно, почему бы и нет?» — С облегчением согласился какой-то Тоад. Две жабы, покрытые розовой и голубой глазурью, пожали друг другу руки и вернулись к работе. Я решил пойти и проверить Пич. Когда я подошел к двери ее спальни, я постучал. Я ждал целых пять минут, прежде чем она открыла дверь. — «Пожалуйста, заходи.» — Быстро прошептала Пич, втягивая меня в свою комнату. Она напомнила мне розовую комнату Глинды в общежитии в фильме «Злая».       Она провела меня в свою гардеробную. Там были аккуратно разложены на полках платья и наряды, но три лежали на полу. То, что слева, было розовым пышным платьем с тремя слоями розового цвета, каждый из которых становился темнее от талии, с V-образным вырезом и без рукавов.       То, что посередине, было розовым платьем на одно плечо с белыми рукавами, фиолетовыми буфами на плечах и двумя слоями красивых струящихся юбок. То, что справа, было светло-розовым, с тремя слоями пышных длинных рукавов, бальным платьем с лентой и бантами, украшающими их. — «Я не могу решить, какое надеть!» — В панике завыла Пич. — «Какое из них, по-твоему, лучше? И, пожалуйста, будь честной.» — Продолжала Пич завывать.       Платье посередине было милым, но не для королевского бала, который мы собирались устроить. Тот, что справа, совсем не подходил для королевского бала, он был похож на платье, которое собиралась надеть Золушка, пока ее сводные сестры не разорвали его. Тот, что слева, был идеален для королевского бала. — «Я думаю, тот, что слева, лучше всех трех подходит для бала.» — Уверенно сказал я. — «Да, я понимаю, почему. Спасибо.» — Ответила Пич. — «Пожалуйста.» — Ответил я, выходя из шкафа. Я был рад помочь всем, и уже близился вечер, и мне хотелось встать пораньше, потому что мне хотелось побыть немного дольше один. Я упал замертво на кровать и провалилась в мир снов.       Бал состоится сегодня вечером. Все напрягаются, пытаются что-то сделать. Пич обсуждает прически со своим парикмахером. Марио и Луиджи все еще не могут выбрать смокинги. И я остался один, медленно надевая смокинг и глядя в окно. Гости должны были прибыть через час!       Я был немного напряжен, тяжело дыша. Затем я начал делать прическу, используя технику создания кудрей с помощью выпрямителя для волос, в отличие от Марио и Луиджи, которые наносили на волосы кучу геля для волос.              Мне было интересно, кто придет на королевский бал. Конечно, Розалина и Дейзи определенно придут. Но кто еще? Пич сказала, что пригласила 50 человек из как минимум 20 разных королевств! Это может быть кто угодно!              После как минимум 45 минут укладки волос я вышел из своей комнаты и начал еще немного исследовать замок, так как у меня не было времени сделать это.       Я никогда не ходил в подвал замка. Мое любопытство взяло верх, и я толкнул одну из дверей, за которой открылась винтовая лестница, ведущая вниз, и я начал спускаться шаг за шагом. Не зная, что будет дальше, я продолжал спускаться, осторожно, чтобы не поскользнуться, не упасть и не умереть.              Когда я достиг подножия лестницы, я увидел длинный бесконечный коридор из камер подземелий, некоторые с костями, черепами и ничем внутри, кроме кровати из камня и сена. Когда я огляделся, все глубже и глубже в бесконечный коридор из камер, я понял, что мне нужно вернуться наверх, чтобы поприветствовать гостей, потому что они, вероятно, уже прибыли.              Но когда я повернулся, чтобы вернуться наверх, Луиджи схватил меня за руку и ударил по голове сковородой, как будто он был Рапунцель. — «Теперь Пич будет моим, ублюдок». — Сказал Луиджи угрожающим тоном, как будто он был самым большим злодеем. Поверх черного смокинга он носил объемную зеленую куртку, а также черные джинсы.              Но дело в том, зачем ему нужно было вырубать меня? Я не гонюсь за Пич, но почему он? Почему он нацелился на меня? Как я могу ему помешать? Я задавал себе все эти вопросы, пока терял сознание.       Когда я проснулся, я был заперт в одной из камер, но я услышал крики девушки. Это была Розалина! Я увидел, как ее тащил Луиджи в мою камеру, и понял, что это мой шанс сбежать! Но когда я встал, я тут же упал. Видимо, к моим ногам были прикреплены цепи со стен. Луиджи рассмеялся, очень по-идиотски и угрожающе.       — «Ты слабая маленькая дурочка!» — Крикнул он, волоча Розалину, открывая дверь камеры. Она была в сознании, но когда она попыталась идти, она захромала, надавив на левую ногу, и упала. На ней было платье с открытыми плечами, с юбками разных оттенков бирюзового и голубого цветов, со сложными деталями.              Я начал думать, не сломал ли он ей ногу. Он толкнул ее, но приковал ее правую ногу цепью. Она начала плакать от ужасной боли, отчего он рассмеялся еще сильнее.       Розалина схватила мою правою руку и крепко держала ее, рыдая от страха и боли. Что мы будем делать? Как мы сбежим? И что еще важнее, какого черта она здесь и почему этот ублюдок сломал ей ногу?