План
20 мая 2025, 15:55 Две недели и два дня – ровно столько времени прошло с тех пор, как Чишия ушел.
Все началось на следующий день после нашей игры, когда каждого из ее участников, по очереди, Шляпник пригласил к себе на ковер и заставил отчитываться об успехах. Как я узнала позже, никому и никогда не приходилось проходить эту процедуру, что было очень странно, и порождало еще больше вопросов. Но, по словам самого Шляпника, повышенный интерес объяснялся высокой сложностью игры – да еще и противоречивой мастью. Поэтому, чтобы лучше понимать, как действовать в будущем, нам нужно анализировать успешные опыты прохождения. Звучало складно, но что-то в его поведении и взгляде заставляло сомневаться в искренности слов, хотя своих подозрений я не показывала.
А после этого мы узнали, что за несколько часов до нашей игры, несколько человек были убиты Шляпником из-за того, что они прятали свои карты. Эта новость была дикой, мне казалось, что людей убили просто не за что. Бессмысленная жестокость! Уверена, что наш допрос и это событие были связаны. Шляпник из-за этого инцидента провел собрание совета и ввел новое правило «смерть всем предателям», суть которого заключалась в том, что все карты должны быть отданы первому в рейтинге жителю, и никто не может покинуть Пляж, будучи допущенным на него. Нарушение этого правила будет считаться предательством. Я еще сильней почувствовала, как стискиваются тиски власти, еще больше ограничивая свободу жителей.
Чишия поддержал мои мысли, однако своими толком и не поделился. Мне захотелось его немного спровоцировать и добиться живой реакции, поэтому я решила использовать свой козырь и рассказать о том, что создателям игры известен его план. Я надеялась, что эта новость сможет его поразить, ну или хотя бы произвести впечатление, и какого же было мое удивление, когда мои ожидания оправдались!
Он выискивал во мне тень сомнения, недоверчиво всматриваясь в мое лицо с прищуром, однако я была уверена в этой информации. Когда Чишия понял это, он глубоко о чем-то задумался и помрачнел, снова оставляя меня в неведении. Меня это стало раздражать, поэтому я высказала ему свои недовольства, на что он пообещал мне все рассказать, но позже. С тех самых пор он стал загруженным, отдаленным, словно его что-то гложет изнутри. Но все мои попытки узнать причину были бесполезны.
За день до его ухода, мне удалось подслушать странный диалог между Агуни и Шляпником, явно не предназначенный для чужих ушей.
– … не пудри мне мозги! Один раз – совпадение, но два – это уже закономерность! – Шляпник буквально шипел, плохо сдерживая свое раздражение. – Они явно что-то задумали, и я намерен выяснить, что именно.
– И что ты собираешься делать? – поставленный голос Агуни нельзя было спутать ни с чьим другим.
– Нам нужно следить за ними, но так, чтобы об этом никто не знал, – наступила тишина, а потом послышался какой-то шорох, словно они сменили позу. – Можешь подключить к этому делу своих прихвостней, только смотри, чтобы они не наделали шуму.
Внезапно раздались шаги, так что мне пришлось поскорей уйти. Хоть я и услышала совсем мало, не знала контекста разговора, не знала о ком речь и что вообще все эти слова значат – я все равно почувствовала неуместную тревогу, будто происходящее как-то меня касалось.
Я практически не спала той ночью – слишком много разных событий навалилось на меня. Чувствовала, что вокруг что-то назревает, но была лишь сторонним наблюдателем, обреченная на догадки, лишенная информации и возможности повлиять на происходящее. Будто слепой котенок, ставший жертвой чужих игр. В совете крутили какие-то интриги, а я не то, что не участвовала в них, меня даже не пустили посмотреть со стороны, попросту игнорируя. Меня это злило до бешенства, я была пустым местом, словно находилась запертая в клетке, слабая и беспомощная.
Той ночью я дала себе обещание. Нужно перестать быть пешкой, показать свои когти, занимая не последнее место в этой шахматной партии.
Чишия, которого я не видела весь день и всю ночь, заявился ранним утром. Он разбудил меня, выглядел немного взвинченным, сел рядом со мной на кровать, не зная, куда деть руки. Я поняла, что нас ждал серьезный разговор.
– Я же обещал тебе все объяснить – пришло наконец время, – он попытался улыбнуться, но получилось у него плохо. Я недовольно посмотрела в ответ, складывая руки на груди.
– Чишия, в последнее время ты только и делаешь, что заставляешь меня нервничать.
Даже засыпая в одной кровати в объятиях друг друга, я все равно чувствовала себя неспокойно. Я знала, что он о чем-то думает, строит планы, но ничего мне не рассказывает, хотя я могла бы ему помочь. Такое недоверие с его стороны немного задевало меня, но после сотой попытки достучаться до него, я бросила это дело.
– Почему ты в моей кофте? Забыл про правила? – нехорошее предчувствие закралось ко мне. Он не выглядел сонным или расслабленным, сидел как на иголках. Потом еще вдобавок почесал лоб и посмотрел с серьезным видом мне в глаза.
– Хина, я должен уйти, – спокойно сказал он. Такой интонацией обычно озвучивают неутешительные диагнозы врачи в сериалах, которые я раньше смотрела. Наверное, такому тону их учат в медицинском, сразу после пар по неразборчивому почерку.
– Решил бросить меня? – с насмешкой спросила я. Его слова меня напугали, было ощущение, словно он собирается оставить меня одну в логове хищников, готовых растерзать меня, но даже несмотря на это я была рада тому, что узнала наконец главные плохие новости. Жить в постоянном неведении оказалось просто невыносимым, так что любая информация казалась лучше, чем это.
– Ты выглядишь слишком довольной, – Чишия поднял одну бровь. – Неужели услышала приятные вести? – его слова показались мне неуместными, и я не до конца поняла подкалывает он меня или нет.
– Не говори ерунды, – я отмахнулась от него, переключая внимание на ленточки на своем топе, стараясь выглядеть максимально непринужденной. – Надеюсь, у тебя есть веская причина оставлять меня здесь одну, – и все равно это прозвучало слишком жалко. Естественно, Чишия это заметил.
– Прости, что так долго тянул с объяснениями, но мне было необходимо время, чтобы все обдумать, – он придвинулся ближе ко мне. – Зато теперь я готов рассказать тебе мой план.
– Еще один? Его мы выполняем до предыдущего или после? – съязвила я, но Чишия проигнорировал мои слова.
– Ты сказала, что на игре одной из предложенных стратегий было рассказать о моем плане, так? – я кивнула. – Но они не могли о нем знать, поскольку кроме тебя я его никому не рассказывал. Соответственно, напрашивается вопрос: откуда создателям игр известно о плане?
И он замолчал, смотря на меня так, словно ожидает ответа на свой вопрос. А мне совсем не хотелось играть в гадалку, поскольку было слишком невтерпеж услышать наконец долгожданные объяснения. Я посчитала, что он и так достаточно долго надо мной издевался, поэтому смотрела на него в упор исподлобья, всеми силами подавляя грубые слова, которые вертелись на языке.
– Ты стала очень нетерпеливой в последнее время, – разумеется Чишия это заметил, но решил опередить мои недовольства, продолжая свой рассказ. – Либо, ты все-таки кому-то рассказала про план, – я хотела начать протестовать, поэтому Чишия снова перебил мои невысказанные слова. – Но я доверяю тебе, поэтому эта теория отпадает. Либо, нас кто-то подслушал, либо, у создателей игр есть собственные способы следить за нами.
– Так это же очевидно, что за нами следят, разве нет?
– Ты права, но я имел в виду сам отель Пляжа. Сомневаюсь, что внутри есть средства слежения, поскольку, когда мы только обживались здесь, то первым делом проверили именно это.
– Но ты же понимаешь, что камеры могут быть очень маленькими, и вы просто могли их не заметить? – Чишия слегка улыбнулся, немного наклоняя голову в мою сторону.
– Я рад, что ты наконец влилась в мои рассуждения и задаешь правильные вопросы, – прозвучало довольно высокомерно, но это же Чишия, другого от него и не ожидала, но все равно не смогла сдержать насмешку. – В любом случае, о плане мы с тобой говорили только в моей комнате, а ее, поверь мне, я проверил досконально.
– Хорошо, допустим, но что, если средства слежения появились здесь уже после того, как вы заселились сюда и начали обживаться?
– Очень хорошо, Хина, – Чишия слегка приподнял брови. Увидеть удивление на его лице… редкость. – Слушай, быть может, я действительно зря с тобой не делился.
Это были самые приятные слова, которые он говорил мне за все время нашего знакомства. Чишия задумчиво посмотрел в сторону, а я почувствовала себя победительницей, ведь наконец получила настоящее признание от, не просто умного человека, а от Чишии. Более того, я поняла, что мне наконец удалось до него достучаться и теперь, я уверена, он будет со мной считаться.
– Что ж… – начал он спустя небольшую паузу, возвращаясь на землю. – Ты своим предположением немного забегаешь вперед, так что для полноты картины давай вернемся к теориям о том, откуда создателям известен план. Итак, моя последняя гипотеза – создатели игр блефовали, – он выжидающе посмотрел на меня, прекрасно понимая, что меня такое предположение поставит в тупик. Похоже, он просто упивается сложившейся ситуацией.
– О чем это ты?
– Не знали они ни о чем конкретном и знать не могли! – постучал он пальцем по своей ноге в такт последним словам. – В стратегии же не было никаких уточнений, просто «план»?
– Ну… вроде да… Но, честно говоря, я не уверена, – я старалась вспомнить точную формулировку, но у меня не получалось.
– Но знаешь, что меня во всем этом смутило больше всего? – я с любопытством взглянула на него. – Что они в целом это написали, к тому же предложили тебе за него… сколько баллов, напомни пожалуйста?
– 6 или 7, точно не помню…
– То есть очень много баллов для одного факта. Соответственно, они очень хотели, чтобы ты про него написала, но почему? Откуда они вообще узнали про то, что какой-то план существует, что он связан со мной и почему им так сильно хотелось узнать про него? – я задумалась, примерно понимая, куда он ведет. – Время мне нужно было как раз для того, чтобы ответить на эти вопросы.
– И ты нашел ответ? – по самодовольной улыбке Чишие все стало понятно без слов. – Как тебе это удалось?
– На самом деле, ответ сам меня нашел в виде Шляпника. После той ситуации с убийством двух предателей он был на взводе. Устроил мне самый настоящий допрос. Он, кстати, подозревает тебя во всех грехах.
– Что?! – я резко повернулась всем телом в сторону Чишии. – Какого хрена я снова оказываюсь крайней?!
– Успокойся, – он положил руку мне на колено, слегка сжимая его. – Он решил, что именно с твоим приходом у Пляжа начались проблемы. То какой-то сумасшедший с ножом, то предатели, которые прячут карты. Он думает, ты во всем замешана и хочешь разрушить Пляж, а я, поскольку тебя сюда привел, являюсь твоим сообщником.
В голове вспыхнул отрывок разговора, который мне удалось послушать. Так значит, интуиция меня не подвела, и их слова действительно касались меня! Вот только я думала, что лишь косвенно, но, как оказалось, очень даже напрямую.
– Но… какой во всем этом смысл? Он разве не понимает, что эти события в принципе не связаны, более того, во время второго инцидента я вообще была на игре!
– Ты разве не заметила странное поведение Шляпника? Он постепенно сходит с ума, и такие вещи его мало заботят.
Я понимала, о чем он говорит, поскольку допрос, который он нам устроил, сразу показался мне неуместным. Теперь все встало на свои места. Скорей всего, он хотел поймать нас на лжи, раз считает, что мы причастны к сокрытию карт, поэтому и допрашивал нас по одиночке. Наверняка надеялся, что мы будем путаться в показаниях и выдадим себя.
– Вот же мерзкий таракан! – все-таки не сдержала я возмущений. – Пусть только попадется мне на глаза, я ему тогда..!
– Притормози, – он поймал мою руку, которой я размахивала от злости и уложил на колени. – Нам сейчас нельзя высовываться и привлекать к себе лишнее внимание.
– О чем ты?
– Как я уже говорил, Шляпник начал подозревать, что у нас есть план, еще до того момента, как он в принципе появился, – Чишия выдохнул и помотал головой, закатывая глаза. – Наверняка он делился своими мыслями с членами совета.
– И что с того? Переживаешь о том, что остальные плохо обо мне подумают?
– Сама подумай, Шляпник создает вокруг себя верный кружок подчиненных, именуемый советом, рассказывает им о своих переживаниях по поводу нашего плана, а потом неожиданно на игре тебя буквально заставляют рассказать о плане, который якобы у нас есть.
– Ты хочешь сказать… – до меня постепенно доходил смысл его слов. – Что в совете есть предатели, которые заодно с создателями игр? – только произнеся эти мысли вслух я поняла, насколько бредово они звучат. Готовая к смеху со стороны Чишии, я прищурилась, переживая о том, что после таких предположений он снова понизит меня в должности и перестанет делиться своими мыслями.
– Бинго! – Чишия щелкнул пальцами, а я незаметно выдохнула от облегчения. – Не знаю сколько их, кто они, как именно слили информацию, напрямую или установили средства слежения, но я уверен в том, что они есть.
Мне нужно было немного переварить полученные новости, поэтому я отвернулась от него и устало потерла лицо, прикрывая глаза. Если Чишия прав, то это может доставить нам тонну проблем. А еще, никому больше нельзя будет доверять, даже простым жителям. Ведь если среди членов совета есть предатели, то почему бы им не быть среди простых смертных?
– Погоди, но зачем им все это? Я имею в виду, разве не только Шляпнику все это выгодно? Зачем это нужно создателям игр и члену совета? – Чишия в ответ пожал плечами.
– Одна из моих теорий заключается в том, что Шляпник знает о предателе, более того, работает с ним сообща, – насладившись моим удивлением, он продолжил. – Может, предатель выдал себя случайно и теперь вынужден сотрудничать со Шляпником и выполнять его прихоти. Я не знаю наверняка, но это и не важно.
– Допустим, а что касается создателей?
– Также сложно сказать, поскольку мы не знаем наверняка, каких глобальных целей они пытаются добиться. Но одно я могу сказать тебе точно: им нравится помещать людей в неоднозначные ситуации и наблюдать за их поведением. А что может быть интересней смуты на Пляже? Я бы сам на это посмотрел. Как ни крути, а большая часть игроков сейчас находится именно здесь.
– Голова кипит… – я недовольно потерла виски. Проснулась буквально двадцать минут назад, голодная, не выспавшаяся, а сверху наваливают тонну новой информации, которую еще только предстоит осмыслить. Глаз зацепился за штаны Чишии, и я вспомнила его самое первое заявление. – Погоди, но почему ты собрался уходить? Неужели решил сбежать от проблем? – да еще и без меня… хорошо, что не стала это озвучивать.
– Нет, конечно, но посуди сама. Это наш лучший вариант со всех сторон. Я собираюсь участвовать по максимуму во всех возможных играх, которые встречу на пути, что поможет нам приблизиться к нашей цели. Кроме того, сидя здесь мы не найдем ответы на наши вопросы об этом мире, так что в моих планах собрать максимум информации о Пограничье, – он замолчал на какое-то время, а потом продолжил, но как-то нехотя. – Да и к тому же, Шляпник все равно мне проходу не дает после того, как я настоял на том, чтобы участвовать с тобой в одной игре.
– Кстати о Шляпнике, как ты собираешься объясняться перед ним? Не мог же он забыть про собственное новое правило и про то, что покидать Пляж нельзя?
– Технически, я не собираюсь покидать Пляж. Можешь считать, что я отправляюсь в командировку. В целом, сказал ему то же, что и тебе – собираюсь участвовать в играх, чтобы повысить свой рейтинг на Пляже. И хочешь верь, хочешь нет, но это решение благосклонно повлияло на повышение лояльности Шляпника ко мне.
– Это еще почему? – казалось, что в словах Чишии совсем не было логики.
– Он переживает о том, что я к тебе привязался, но раз собрался уходить один, оставляя тебя в, как ему кажется, опасности, то значит его переживания напрасны. Более того, информацию о плане ему так и не удалось получить, а также поймать нас на лжи во время допроса – все это доказывает то, что мы с тобой не работаем сообща. А еще, что плана нет, ну или по крайней мере его выполнение откладывается до тех пор, пока я не вернусь. Так что, как видишь, одни плюсы. Главное тебе сейчас вести себя максимально тихо, не попадать в передряги, не вступать в конфликты, в общем, вести себя тише воды, ниже травы, и Шляпник успокоится. Поймет, что его райскому месту ничего не угрожает, расслабится со временем, а потом уже мы нанесем свой финальный удар, – воодушевляюще закончил он свою речь.
Я молчала, уставившись в пол. Внутри все спуталось в тяжелый клубок противоречий. Чишия, как всегда, рационален до бесчувствия и прав: его уход принесет больше пользы. Я это понимаю головой… Но что-то внутри болезненно сжимается, чувство, что меня бросают, что я остаюсь совсем одна, без него, гложет изнутри. Я не хочу, чтобы он уходил.
Чишия прекрасно понимает мое состояние. Его пальцы едва касаются моего лица, очерчивая скулы. Он мягко поворачивает мою голову, заставляя посмотреть в его глаза. Губы его находят мои в поцелуе – нежном, почти невесомом прикосновении, которое длится совсем недолго.
– Почему я не могу пойти с тобой? – шепотом спросила я, не открывая глаз.
– Потому что я собираюсь участвовать во всех играх подряд, а это слишком опасно, – также тихо ответил он, касаясь своим лбом моего. – Мне будет спокойней, если ты останешься здесь.
– Я подслушала разговор Шляпника и Агуни, – подняла голову я, встречаясь взглядом с Чишией. – Они говорили о том, чтобы следить за мной. Шляпник предлагал подключить к этому Нираги и его дружков… Не думаю, что здесь мне будет безопасней, Чишия.
– Пусть следят, какая разница? Ты же не будешь делать ничего незаконного, – его уверенный тон меня немного успокоил, но тревога по-прежнему скреблась где-то глубоко внутри. – Все будет хорошо, доверься мне, – Чишия прижал меня к себе, и я обняла его в ответ.
Мне было страшно. Я боялась, что не скоро смогу обнять его, что он не справится с игрой, что его обманут или подставят другие игроки, что он поранится, но никто ему не поможет. Я боялась того, что Чишия больше не вернется на Пляж, что Пограничье навсегда заберет его у меня, но была уверена в том, что никакие слова не смогут изменить его решения. Поэтому я делала только то, что мне оставалось – обнимала его так крепко, как только могла. В эти объятия я вложила все свои переживания, всю свою надежду и любовь, желая донести до него то, насколько сильно он дорог мне и как сильно я жду его возвращения.
***
В очередной раз дежуря на кухне, одновременно отваривая рис и нарезая морковку, я поняла, что мне нужно что-то менять в жизни. Такое ощущение, что, покидая Пляж Чишия прихватил с собой заодно все веселье, загадки и непредсказуемость. Нет, ежедневные вечеринки никуда не делись, в совете каждый продолжал плести свои интриги, жители регулярно участвовали в играх, и я не была исключением, но все было по-другому. Может мне только казалось, но в совете словно все расслабились, перестали ожидать какого-то подвоха, будто Чишия действительно был главным источником опасности, подрывающим спокойствие. Даже прихвостни Агуни перестали ходить за мной по пятам, как это было всего неделю назад. По сути, именно этого Чишия и хотел добиться, но я даже не предполагала, что по итогу будет так скучно. С каждым новым днем мне все тяжелей было заниматься бесполезными делами. Мысли о том, что пока я брожу по округе в поисках очередных припасов, Чишия рискует своей жизнью ради исполнения нашего плана, убивали меня. Я чувствовала, что трачу время и силы зря, что вместо сортировки еды я могла бы заниматься более важными делами. Последняя капля наступила, когда Анн отчитала меня за то, что я устроила беспорядок на кухне. Из последних сил сдерживая нецензурную брань, я, топая ногами, вернулась в свою комнату, схватила подушку и закричала в нее, что есть мочи. В какой чертов момент мы свернули не туда, и вместо того, чтобы думать о том, как нам спастись, стали переживать о количестве крошек на кухне?! Я так больше не могу! Извини, Чишия, но больше играть послушную девочку, которая не сует нос в чужие дела я не стану! Я должна помочь, принести реальную пользу, поэтому мне нужен план! Но чем я могу быть полезна? Если тоже начну часто играть в игры, то это привлечет ненужное внимание. Если уйду в поисках Чишии, то это расценят как предательство и вообще убьют. Нет, тут надо действовать тоньше, но как? Чишия занимается практической стороной вопроса, значит мне остается добывать информацию. Мы ведь до сих пор даже не догадываемся где Шляпник хранит карты, а без этого знания действовать дальше просто не сможем. Более того, полезно было бы разузнать побольше про предателей. Есть ли они вообще? Много ли их? Кто они? Сотрудничает ли с ними Шляпник? Вопросов много, а ответов нет совсем, одни лишь догадки. Я устало выдохнула, падая на кровать в форме звезды. Все ли в порядке с Чишией? Жив ли он? Собирается возвращаться или придумал план получше? Когда он уходил я и подумать не могла, что так долго его не увижу. Как же сильно я скучала, без него все вокруг стало чужим. Не желая больше погружаться в грустные мысли, выбраться из которых может быть очень непросто, я вышла на балкон, чтобы освежиться. На улице уже успело потемнеть, музыка набирала свои обороты, но за время проживания на Пляже я научилась абстрагироваться от нее, иначе спать было просто невозможно. Сегодня было пасмурно, прохладный ветер трепал мои волосы. Я молча смотрела в даль, разглядывая деревья и здания в ночи. Почему-то атмосфера напомнила мне о времени, когда мы с Каори спали в банке, после нашей второй игры. Такое ощущение, что было это словно в прошлой жизни, хотя дней прошло не так уж и много. Действительно ли нам удастся когда-нибудь покинуть это место или мы застряли здесь навеки? Мое сердце не покидает глупая надежда, что, вернувшись в реальный мир я смогу застать живую и невредимую Каори, которая улыбнется мне и крепко обнимет. Посильней укутавшись в ее толстовку, которую ношу постоянно, я прикрыла глаза, снова погружаясь в грустные мысли. Нет, стоп! Так не пойдет. Я же решила придумать план, надо переставать позволять меланхоличным мыслям брать над собой вверх. Немного разозлившись, я хлопнула дверью балкона, уселась за стол, отодвигая тарелки, лежавшие тут уже пару дней. Итак, как мне узнать, где лежат карты? Не могу же я напрямую спросить об этом Шляпника. Кроме того, если начну что-то вынюхивать, слоняться по комнатам, осматривая каждый угол, то точно привлеку внимание, что не только не поможет Чишие, но и обесценит весь его труд, потому что больше от нас точно не отвяжутся. Кому Шляпник мог рассказать об этом? Агуни? Я так и не поняла в каких они отношениях. Он вроде как занимает высокую должность, является буквально правой рукой лидера, но на собраниях совета Агуни делает такое недовольное лицо, да и Шляпник может с ним начать препираться. В любом случае, этот громила точно не похож на человека, которого можно разговорить. К тому же, я его немного побаивалась. А что, если Шляпник носит карты всегда с собой, с его-то разыгравшейся за последнее время паранойей? Вот только где? Он-то, в отличие от меня, соблюдает собственные правила про купальник. Не в трусах же ему карты таскать, честное слово. Может, Анн что-то известно? Из оставшихся членов совета только с ней я хоть как-то взаимодействую. Она мне кажется довольно доброжелательной, хоть и строит из себя иногда начальницу. Вот только доверяет ли ей Шляпник? Неизвестно. Может ли она быть заодно с создателями игр? Неизвестно. От своих мыслей меня отвлекли крики Нираги, которые раздавались с улицы. Насколько же надо быть громким, чтобы клубная музыка звучала тише тебя? Кажется, он практически не пропускает вечеринки. Как можно так много пить? Неужели не надоедает? Любопытство пересилило меня, и я снова вышла на балкон, пытаясь разглядеть пятнистую рубашку. Разумеется, он снова сидел у барной стойки и приставал к другим с разговорами. В последнее время мы профессионально игнорируем друг друга, упорно делая вид, что не знакомы. И меня это полностью устраивало. Нираги же тоже был в совете, как-то я совсем про это забыла. У него я бы могла с легкостью узнать любую информацию, вот только знает ли он что-то полезное? Не думаю, что ему доверяют важную информацию. Но как бы то не было, я в любом случае не собираюсь больше с ним когда-либо взаимодействовать. Может быть, только в крайней ситуации, когда окончательно отчаюсь добиться чего-то от других. Как же так вышло, что несмотря на то, что я так долго нахожусь в совете, мне совсем неизвестна его изнанка? Неужели я настолько слепа и ненаблюдательна, что не могу ничего конкретного сказать про остальных? Или все слишком хороши в своем деле, и мне до такого уровня расти и расти? Нет, я просто никогда серьезно не относилась к совету, даже не подозревая о том, что в будущем мне может пригодиться любая информация. Я чувствовала разочарование в себе, грустно выдохнула, опуская голову на скрещенные на перилах руки. Вот бы у меня в легком доступе был человек, который знает все про совет и не будет задавать лишних вопросов о том, почему я интересуюсь его членами. В моей голове словно лампочка зажглась. Я резко подняла голову с округлившимися от осознания глазами и пулей вылетела из комнаты в гости к одному человеку, не подумав о том, что время уже было позднее. – Хина! Ты… пришла неожиданно… – появившаяся в пороге Куина была очень растеряна. Она настороженно рассматривала меня, словно я сумасшедшая, сбежавшая из психушки. А еще стояла в достаточно неестественной позе, слишком сильно прогнувшись в спине, словно пыталась прикрыть открывшийся на ее комнату вид. Неужели, она что-то прятала внутри? Или кого-то… – Прости, но у меня к тебе срочное дело, – она продолжала смотреть на меня с глуповатой улыбкой, словно не слышала моих слов. – Мы эм… мы можем поговорить? – Куина слегка кивнула мне, но все еще будто была не здесь. – Давай зайдем внутрь? Не хочу, чтобы нас подслушивали. – Внутрь?! – резко спросила она, слегка повышая голос. Я недоуменно посмотрела, на что она попыталась объясниться. – Подожди пару минут, хорошо? – Конечно, без проблем, – Куина скрылась в комнате, закрыв за собой дверь. Что с ней такое? Очевидно, она что-то скрывает, но что? Наркотики? Любовника? Оружие? Труп? Украденные карты? Судя по ее поведению, это должно быть точно что-то незаконное. – Ты можешь войти, – раздалось за закрытой дверью. Я с предвкушением медленно зашла внутрь, ожидая увидеть что-то такое, что навсегда изменит впечатление о Куине. Но меня ждало разочарование. Комната оказалась точно такой же, как и у меня, как и у Чишии, как и у всех остальных жителей Пляжа. Единственное, воздух был какой-то странный, спертый, словно она давно не проветривала. А еще зеркало. Как же я давно не видела зеркал, жуть просто. Осторожно заглянула в него, ожидая увидеть перед собой Каори, но на удивление общего у нас с ней было отныне не так уж и много. Вместо ожидаемого облегчения это осознание принесло мне разочарование и тоску, словно я потеряла еще одну нить, связывающую меня с сестрой. За время, проведенное в Пограничье, я сильно похудела, и это было очень заметно по впалым щекам и слишком тонким конечностям, которые раньше определенно были больше. Болезненный вид, кожа бледная, ногти ломаются, волосы в плохом состоянии – вот какое влияние на меня оказало это «приключение». Но хотя бы жива, что уже было не мало. Потом я заметила заинтересованно-грустный взгляд Куины, направленный в мою сторону. Она застала меня врасплох, словно я делаю что-то запрещенное. Пытаясь подавить смущение, я резко повернулась к ней с натянутой улыбкой, в надежде отвлечь и ее, и себя. Куина ничего не сказала, но прекрасно поняла, что стала свидетелем чего-то личного. Мы с ней никогда не лезли друг другу в души, оставляя чужие секреты без внимания, осознавая, что у каждой они есть. Было ли в этом какое-то притворство? Сложно сказать. Каждая из нас надевала маску в общении друг с другом, отыгрывала определенную роль, строго придерживаясь негласных правил. Был ли у нас шанс отбросить всю фальшь и искренне поделиться всеми переживаниями и скелетами в шкафу? Конечно был, но вопрос в другом – нужно ли нам это? – Хина? – она сказала это так тихо, что я почти не услышала. Только по движению губ поняла, что мне не послышалось. – Ты умеешь рисовать стрелки? Я подумала, что она решила поддержать мои попытки вернуться на безопасную территорию, поэтому хотела посмеяться в ответ, но меня остановил ее внешний вид. Куина выглядела дико смущенной, поза была зажатая, ноги скрещены, а пальцы она без остановки выворачивала в разные стороны, что я даже испугалась, как бы она их не сломала. – Да… конечно, – неуверенно промямлила я, не зная, как себя вести. Куина засияла. – Ты не поверишь, что я нашла во время похода за припасами! – с горящими глазами она подбежала к шкафу и достала оттуда небольшую косметичку. – Та-дам! Я медленно подошла и взяла ее в руки. Внутри были помада, тушь, карандаш для стрелок и гель для бровей. Этого набора вполне хватило бы для повседневного легкого макияжа. – В реальном мире я обожала косметику! Скупала всю самую лучшую, большая часть зарплаты на это уходила! Могла часами сидеть у зеркала, пробуя разные техники, но почему-то именно стрелки никогда мне не давались! Хина, выручай! – она обхватила мои руки своими. – Ты можешь нарисовать мне их? Пожалуйста? – Конечно… то есть, я могу попытаться. У меня как раз есть к тебе разговор, так что будет чем заняться. Улыбка до ушей засияла на лице Куины, она бросилась ко мне с объятиями, не переставая благодарить. Теплые чувства наполнили мое сердце, Куина показалась мне очень милой в эту секунду. Радовалась мелочи, словно ребенок, хотя наверняка все было несколько глубже, чем казалось на первый взгляд. Потом она взяла табуретку, поставила ее напротив кровати и села на нее, протягивая мне косметичку. Жаль, что пришлось включить свет, при естественном освещении было бы лучше. Немного подумав, решила начать с бровей, поэтому достала гель и аккуратно стала его наносить. – Честно говоря, это первый раз, когда кто-то другой меня красит. Раньше я всегда сама этим занималась, даже как-то непривычно, – с улыбкой сказала Куина, разглядывая меня в упор, пока я была занята работой. – Правда? А мне постоянно раньше приходилось красить сестру на праздники, – я резко замолчала, понимая, что сболтнула лишнего. Мне бы не хотелось обсуждать Каори с кем-либо. Куина, конечно же, сразу заметила мое состояние. К счастью, копать глубже она не стала, за что я была ей очень благодарна. – Тогда я могу быть спокойна, раз нахожусь в руках профессионала, – она подмигнула мне, на что я ответила улыбкой. Закончив с бровями, я оценивающе осмотрела их, немного подправила некоторые моменты и приступила к стрелкам. – Так о чем ты хотела поговорить? – Тут такое дело… ты же хорошо разбираешься в членах совета? – Куина кивнула. – Так вот, кому из них Шляпник доверяет больше всего? – О, ну это просто. Разумеется, Агуни. – Но они разве не враждуют? Такое ощущение, будто Агуни метит на его место. – Враждуют они только на публику, но на самом деле у них хорошие отношения, – я задумалась, но Куина неверно расценила мое молчание. – Не веришь мне? Я лично слышала, как они обсуждали план по сдерживанию Нираги и остальных. К тому же видела бы ты их еще до того, как Пляж существовал. Враги себя так не ведут, – она помотала пальцем из стороны в сторону. – Но Агуни вечно выглядит таким суровым, будто врежет, если подойдешь к нему. Не думаю, что смогу с ним поговорить… Что насчет остальных? – отвлекаясь от работы, посмотрела на Куину. Она задумчиво подняла взгляд, легонько шлепая пальцем по губам. – С остальными сложней. Могу точно сказать, что тебя с Чишией он подозревает в заговорах. – Это я и так знаю, – недовольно выдохнув, закатила глаза. – А если кто-то узнает, что мы с тобой такое обсуждаем, то ты и на меня беду накликаешь. А ведь я только вступила в совет, мне нельзя облажаться! – я убрала руки с ее лица и сложила их на груди. – Да ладно тебе, пошутила просто, – Куина прикрыла рот рукой и похихикала. – А вообще, Мира часто крутится возле него. А где Мира, там и Кудзурю. – Кудзурю? – она ударила себя рукой по лбу. – Хина, ты что издеваешься?! Тебе уже стыдно должно быть, что за все это время ты так и не выучила имена своих коллег! – Именно поэтому я без тебя никуда, – задобрила я ее похвалой. Куина строго помотала головой, мешая мне работать, но все-таки пояснила. – Кудзурю, он же адвокат, он же мужчина в очках, как еще тебе описать? – Ты что, шутишь? Серьезно думаешь, что у меня есть шансы на диалог с ним? – Между прочим, ты просила назвать тех, кому Шляпник доверяет, по поводу твоего разговора с ними речи не было, – я в этот момент как раз закончила обе стрелки, но после таких заявлений мне захотелось их стереть из вредности. – Но вообще, почему ты думаешь, что не сможешь пообщаться с Кудзурю и другими? Они такие же люди, как и ты. Уверена, ты со своими расспросами сможешь их повеселить, не только ты скучаешь в последнее время. – Ну не знаю, – задумчиво протянула я, случайно пачкая тушью нос Куины. – Ты вообще видела его? Сидит вечно с таким лицом, будто сдерживается, чтобы не обделаться, – она несколько секунд посмотрела мне прямо в глаза, а потом рассмеялась, да так заразительно, что у меня не было никаких шансов сдержаться. – И после таких слов ты мне говоришь, что боишься к нему подходить? – немного отдышавшись спросила она. – Да это мне теперь страшно отпускать тебя к людям, вдруг обидишь бедного дяденьку ненароком. У него, между прочим, тонкая душевная организация и слишком развито чувство справедливости. Ляпни что-нибудь про то, что тебя беспочвенно обвиняет Шляпник, и все его внимание будет приковано к тебе. – А тебе не кажется, что он какой-то подозрительный? – Как и все в совете! – она пожала плечами. – Но я понимаю, о чем ты. Слишком уж он тихий, держится в стороне, молча наблюдает за всеми. Никого не напоминает? – Куина поиграла бровями, а я с улыбкой от нее отмахнулась. – А потом ты еще удивляешься, почему Чишию подозревают в заговорах, когда сама занимаешься тем же самым. – Я, кстати, не задумывалась о том, что у них действительно есть что-то общее… Может, мне и правда стоит попробовать побеседовать с этим Кудзурю. – Раз нашла ключик к сердцу Чишии, то и с ним справишься? – она бросила на меня многозначительный взгляд, а я легонько треснула ее по плечу, с трудом сдерживая улыбку. – Как у вас с ним дела, кстати говоря? Расскажешь, почему он ушел на самом деле? – я ненадолго задумалась, рассматривая результат своей работы. – Он не соврал Шляпнику о причине своего ухода. Чишия действительно отправился за сборами карт, потому что на Пляже их все еще слишком мало. – Хина, ты же знаешь, мне можно доверять. Ни за что не поверю, что он просто хочет повыситься в рейтинге. Особенно не после того, как ты пришла ко мне с такими странными расспросами, – я молчала, смотря в одну точку и перебирая в руках помаду. – Послушай, – она взяла меня за плечо, привлекая внимание к себе. – Я не доверяю Шляпнику, в последнее время его поведение становится все безумней! Я чувствую затишье перед бурей, после которой все поменяется, и в момент, когда все будет разрушено, я хочу оказаться на стороне победителей. Я не жду от тебя подробностей плана, просто знай, что я на вашей стороне, – Куина подмигнула мне, а я загрузилась на пару минут. – Хорошо, буду иметь в виду. Я не давала ей никакого конкретного ответа, не могла обещать большего. Но даже такой ответ удовлетворил Куину, и она коротко мне кивнула, поддерживающе улыбаясь. Я не хотела продолжать эту тему, боясь сболтнуть лишнего и все испортить, поэтому молча сконцентрировалась на ее губах, нанося бледно-розовую помаду. – Если все-таки решишься на разговор с Кудзурю, то он часто обитает в кабинете, который находится недалеко от зала совещаний. Но будь осторожна, не наткнись на Шляпника, ему твое появление там точно покажется подозрительным. – Как же мне подгадать время? – Шляпник завтра днем уезжает на игру, разве не слышала? Так что лучшей возможности у тебя не будет, – Куина несколько раз прижала губы друг к другу, распределяя цвет более равномерно. Легкий блеск красиво заиграл на свету. – Давай так, завтра в три я смогу отвлечь всех остальных, чтобы никто вас не отвлекал, и ты сделала свое дело, идет? Я почувствовала небольшую перемену в ее ответах после того, как мы немного затронули наш план. Куина стала более вовлеченная, дала достаточно четкую инструкцию, стала переживать о последствиях, даже предложила свою помощь. Похоже, настроена она действительно серьезно. Немного помедлив, я слегка кивнула. – Ну вот, готово, – объявила я после того, как внесла финальные штрихи в макияж. Куина радостно улыбнулась и с предвкушением подошла к зеркалу. – Вау… – она осторожно дотрагивалась до своего лица. – Хина, просто потрясающе! Спасибо тебе! – девушка восторженно взяла меня за руки. – У тебя настоящий талант! – я смущенно улыбалась, чувствуя, как гордость за свою работу переплетается с неловкостью от похвалы. Получилось действительно здорово, Куина стала выглядеть свежей и моложе, взгляд стал более выразительный, а губы так и манили попробовать их на вкус. – Рада, что смогла угодить, – я осторожно провела пальцем по краешку ее рта, стирая излишки помады. – Но время же уже позднее, придется смыть все это и ложиться спать. – Ну уж нет! – запротестовала Куина. – Я еще даже толком не успела насладиться новой собой! Пойду на вечеринку, надо же выгулять новый макияж, – она кокетливо постреляла глазками, а я понимающе посмеялась в ответ. – Хочешь со мной? – Ой, нет, я лучше пойду спать. А ты будь осторожна, а то кто-нибудь украдет такую красоту, – ответила я, направляясь к выходу. – Спасибо тебе еще раз. – Тебе спасибо, – я помахала на прощанье. – Кстати, хотела спросить, – в последний момент успела остановить закрывающуюся перед моим носом дверь. – Почему ты прятала косметику, когда я только пришла? – лицо девушки немного помрачнело. – По привычке, – пожала плечами Куина, довольно громко захлопывая дверь.***
Понятия не имею, чего жду от этой встречи. Только одно знаю точно, если что-то пойдет не так, то я поставлю под угрозу весь наш план. Вряд ли Чишия сможет когда-нибудь мне это простить, но пути назад не было. К тому же, меня не покидала странная уверенность в том, что я справлюсь. В конце концов, я была таким же членом совета, как и Кудзурю, так что мы с ним на равных. Подойдя к залу совещаний, я стала осматриваться. Никогда надолго после них не задерживалась, сразу убегая к себе, так что, можно сказать, что я здесь совсем не ориентируюсь. Куина сказала, что он должен в это время сидеть в кабинете и разбираться с бумагами, только вот я понятия не имела, где этот кабинет находится. Здесь было слишком много одинаковых дверей, на которых ничего не написано. Еще меня не покидало противное чувство, что я нахожусь здесь незаконно. Жду, когда меня схватят и обвинят в предательстве. Но ведь так не должно быть! Я просто пришла поговорить с коллегой, ничего в этом страшного нет, и даже если меня действительно здесь увидят, то ничего предъявить не смогут. Но несмотря на то, что собственные доводы звучали убедительно, это не мешало мне нервно оглядываться по сторонам, вздрагивая от каждого шороха. Вдруг я услышала шаги, направляющиеся в мою сторону, и приложила огромные усилия, чтобы сделать невозмутимый вид, а не трусливо юркнуть в первую попавшуюся комнату, чтобы меня не заметили. На удивление, это был никто иной, как Кудзурю, с чашечкой чего-то горячего. Кажется, удача сегодня на моей стороне. – Добрый день, – стараясь скрыть волнение за легкой улыбкой, начала я. – А я вас повсюду ищу. Кудзурю остановился на небольшом расстоянии от меня. Я ожидала, что он удивится или разозлится, или покажет любую другую эмоцию, но его глаза были абсолютно пустые, лишенные каких-либо красок. Он молчал, но взгляд заскользил по мне, словно сканер, бесстрастно оценивая с головы до пят. Я чувствовала себя раздетой донага, не просто физически, а до глубины души. Он словно рентгеном просветил все мое тело насквозь, не оставляя мне ни малейшего шанса на защиту. В Пограничье я уже испытывала похожие чувства, когда мы впервые встретились с Чишией, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что происходило сейчас. Кудзурю не просто анализировал меня, выясняя мои мотивы и цели, он буквально надругался над моей душой, выворачивая ее наизнанку. – Что ж, с удовольствием готов уделить вам время, – его тихий бархатистый голос нарушил затянувшуюся тишину. – Прошу, следуйте за мной, – он обогнул меня и медленно пошел вперед, слегка постукивая небольшими каблуками своих лакированных ботинок. Только оказавшись вне зоны влияния его глаз-сканеров я поняла, как сильно была напряжена, облегченно выдыхая, расслабляя напряженные мышцы. Что с этим парнем не так?! Не может обычный человек распространять настолько тяжелую ауру. И это мы еще были на большой нейтральной территории! А что же случится в его тесном кабинете? Меня же в прямом смысле раздавит, ведь даже воздух сгущается в его присутствии! Больше идея расспросить Кудзурю мне не казалась такой хорошей. Изо всех сил борясь с трусливыми мыслями бросить все и убежать, я пошла за ним, в панике стараясь придумать стратегию поведения. – Прошу, – спустя некоторое время ходьбы, отвлекая от потока мыслей, он открыл передо мной дверь, вежливо пропуская вперед. Я слегка кивнула в ответ, проходя в темную комнату, заставленную книжными полками. Сразу в глаза бросалось то, что порядок был не просто идеальным, а даже навязчивым. Отсутствие каких-либо мелких вещей делало пространство безжизненным, словно много лет никто сюда не заходил, книги на полках стояли идеально ровно, будто кто-то расставлял их по линейке, стул стоял точно по центру письменного стола, занавески на окнах идеальные, словно кто-то отутюживал их каждый день, да здесь даже пыль была расставлена по алфавиту! Хотя, о чем это я, ни о какой пыли, разумеется, и речи не шло. Логово маньяка, помешанного на чистоте и порядке, иначе и не назовешь. – Можете присесть, не стесняйтесь, – он галантно отодвинул стул, ожидая, пока я присяду, а затем плавно придвинул его обратно. – Чувствуйте себя как дома. Я едва сдержала истеричный смех, чуть не вырвавшийся наружу. Он издевается?! Да в этой комнате можно чувствовать себя как угодно, но точно не как дома. Уютом тут даже не пахнет. Или он специально так говорит? Позволяет себе издеваться надо мной, прекрасно понимая мое состояние. Еще эта напускная вежливость… Знали мы с Каори одного джентльмена, который по итогу чуть меня не придушил. – Не желаете чего-нибудь выпить? Я, к сожалению, не знал о гостях, поэтому заварил лишь одну чашку чая. Но, быть может, вы не против более крепких напитков? – он раскрыл небольшой шкафчик, в котором стояло несколько бутылок виски. Я не разбиралась в алкоголе, но выглядели они дорогими. Откуда это здесь? – Спасибо, но ничего не нужно, – я постаралась мило улыбнуться. Споить меня решил? Ну уж нет, я так просто не дамся. – Вы очень добры. – Что ж, тогда, – он сел за стол напротив меня. – Внимательно вас слушаю. – Извините, но мне показалось, словно вы не удивлены моему приходу, хотя о встречи мы не договаривались, – я не хотела начинать сразу с дела, поэтому решила разбавить напряжение более нейтральной темой. Хотя, напряжение наверняка чувствовала лишь я. – Ох, ну что вы, я прекрасно понимаю, что неотложные дела могут появиться в любой момент, – он немного опустил голову, смотря на меня поверх очков нечитаемым взглядом. – Особенно, когда на Пляже из совета практически никого не осталось. После его слов по спине пробежали мурашки. Он сразу понял, что время для беседы я выбрала не случайное. В целом, это было довольно очевидно, но я и так сидела как на иголках, а теперь так вообще вздохнуть страшно. Представляю, как по приезде Шляпника, Кудзурю сразу побежит докладывать, что я пыталась что-то вынюхивать. Меня осенила необычная догадка, которая могла бы помочь спасти мое положение, подставив самого Кудзурю. – Вы правы, все члены совета отправились на игру, кроме нас с Куиной, потому что мы пару дней назад продляли свои визы. Но, что насчет вас? – я немного придвинулась к нему, складывая локти на стол. – Почему вы не отправились вместе со всеми? – он не торопился отвечать на мои вопросы, наблюдая за мной. Очевидная манипуляция молчанием, но я использую ее в свою пользу. – Честно говоря, ни разу не слышала, чтобы вы участвовали в игре… – на самом деле, я не имела ни малейшего понятия кто, когда и с кем играет, но Кудзурю об этом знать необязательно. – Неужели вы так хорошо скрываетесь? Или может нашли способ, позволяющий обходить главное правило Пограничья? Он молчал, но в его глазах что-то сверкнуло, больше они не были как у мертвеца, в них появилась жизнь. Наверное, я немного увлеклась и переборщила, но зато теперь он точно прижат к стенке. Как же сильно я рискую, самой не верится… – А вы действительно не так просты, как кажетесь, – Кудзурю откинулся на спинку стула, стуча пальцем по столу. – Но готовы ли вы получить ответы на вопросы, которые задаете? Сможете ли вы правильно распорядиться полученной информацией, или подставите и других, и себя? Это… очень странный ответ для человека, который является обычным игроком, как и все мы. Он ввел меня в ступор. Либо Кудзурю действительно предатель и ему интересно, что я буду делать с этим знанием, либо он понял, к чему я веду, и решил со мной поиграть, вывести на чистую воду и обвинить в предательстве уже меня. Черт… что же делать? – Я не до конца понимаю... – При всем уважении, но уже поздно прикидываться дурочкой, – его губы дрогнули в легкой улыбке. – Позвольте дать вам совет: раз уж начали, то нужно идти до конца, иначе вы выставляете себя в менее выгодном свете. – Позвольте тогда мне дать вам ответный совет, – я игриво улыбнулась, принимая правила его игры. – Для такого человека как вы, который ценит нормы приличия, не очень-то вежливо отвечать вопросом на вопрос, – Кудзурю ненадолго задумался, фокусируясь на чем-то сзади меня, а я почувствовала себя очень находчивой. – Что ж, раз уж вы так настаиваете, – выдыхая он вновь сел ровно, оказавшись слишком близко ко мне. Я не была уверена, что смогу выдержать его напор, поэтому притворилась, что поправляю одежду, отстраняясь как можно дальше. – Как бы вы отреагировали, если бы ваши самые смелые догадки подтвердились, и я действительно бы оказался предателем? Я настолько опешила от такой прямоты, что даже забыла про контроль над эмоциями, на мгновение предоставляя возможность Кудзурю любоваться моим глуповато-удивленным лицом. У меня же еще и рот открыт был наверняка! Какой позор… – Первая моя реакция была бы удивление, конечно, – после небольшого ступора снова вступила в игру я, стараясь отвечать уверенно. – Но потом я бы попыталась выяснить цели, которых вы хотите достичь. – Если бы я был предателем, то не стал бы напрямую рассказывать вам про свои цели, поскольку они неоднозначные и у каждого свои. Я бы сказал вам лишь то, что в реальном мире очень много несправедливости, а в Пограничье есть возможность начать строить общество с чистого листа, – Кудзурю говорил спокойно и размеренно, а я так сильно боялась отвлечь его или упустить даже самую малую часть информации, что практически не дышала. – Далее я бы спросила у вас про количество предателей на Пляже, – я словно ходила по тонкому льду, который может треснуть в любой момент, очень тщательно подбирая слова. – Если бы я был предателем, то и на этот вопрос не ответил бы вам однозначно. Просто сказал бы, что я не один, – это меня напугало, но я решила позже обдумать все то, что Кудзурю мне сказал. – Я бы поинтересовалась, представляете ли вы обычным игрокам опасность? Я имею в виду, стоит ли нам ходить и оглядываться, переживая что вы или ваши друзья убьют нас или подставят? – Нет, что вы, если бы я был предателем, то в бессмысленном убийстве других игроков не было бы никакого смысла, – он поправил очки. – Более того, это противоречит моим жизненным принципам. Хоть Кудзурю меня и не прогонял, я чувствовала, что лимит моих вопросов был практически исчерпан, так что старалась по максимуму использовать оставшееся время. Хотя, от переизбытка адреналина голова стала соображать совсем плохо. – Еще я бы спросила у вас, в каких вы отношениях со Шляпником? – быстро поняла, что прозвучало двусмысленно, поэтому поспешила исправиться. – То есть, сотрудничаете ли вы с ним? Знает ли он о вас и использует ли в своих целях? – Я бы сказал, что не сотрудничаю со Шляпником. А по поводу того, догадывается ли он или нет… – Кудзурю пожал плечами. – Кто знает, что в голове у безумцев, – его ответ меня порадовал. – В таком случае, я бы спросила у вас… Может, вам известно что-нибудь о местонахождении карт, которые собрали жители Пляжа? Я знала, что рискую, задавая этот вопрос, ведь по факту я напрямую выдавала весь наш план. Но что-то в ответах Кудзурю, общей обстановке и странном разговоре давало мне понять, что этот человек простой наблюдатель и не станет вмешиваться в события, вставляя мне палки в колеса. В какой-то степени этот вопрос был моей благодарностью за его ответы. – И снова вы не получили бы от меня конкретного ответа. Я бы сказал вам лишь то, что он не носит их с собой, но в то же время они все время рядом с ним. Кудзурю посмотрел на меня с долей снисходительности, и я поняла, что он по-настоящему наслаждается происходящим. Тешит свое эго, сталкивает нас со Шляпником лбами, чтобы самому смотреть за всем этим представлением из первых рядов. – Что ж, я думаю, что скоро придут наши коллеги, и безжалостно прервут наше общение, – он поднялся со своего места, поправляя одежду, явно намекая, что мне пора уходить. – Позволите последний вопрос? – он слегка повел рукой, в знак согласия. – Вы не боитесь, что я кому-нибудь расскажу о нашем разговоре? – Кудзурю в ответ посмотрел на меня, как на маленького ребенка. – Мы всего лишь фантазировали, так что вы вольны делать с этой фантазией все, что пожелаете, – он едва заметно улыбнулся. – Вот только я не советовал бы забывать вам о последствиях любых наших действий. Если очень захочется, то можете поделиться хоть со всем Пограничьем, но тогда и я, в свою очередь, поделюсь кое-какой информацией, если вы понимаете, о чем я, – Кудзурю слегка наклонил голову, выискивая в моих глазах понимание. Конечно же, я поняла. Все очень открыто и честно: разболтаешь мой секретик, тогда я расскажу всем твой. И если информация о предателях очень неоднозначная и чуждая, то мои вопросы о картах – вполне понятные и прямолинейные. – Спасибо вам за разговор, я очень интересно провела время, – вежливо улыбнулась я. Кудзурю галантно отодвинул стул, помогая мне встать. – Вам спасибо за столь необычную компанию. Позвольте проводить вас до вашей комнаты? – Вы очень добры, но это лишнее, – мне хотелось поскорей остаться одной, чтобы расслабиться и все обдумать. – Что ж, тогда с предвкушением буду ждать дальнейших событий. Всего хорошего, – я попрощалась в ответ, быстрым шагом направляясь себе в комнату. Сердце стучало как сумасшедшее, ответы Кудзурю сильно напугали меня, ведь они подтвердили догадки Чишии. На Пляже действительно есть предатели, вот только они не играют на чьей-то стороне, у них была своя собственная кампания, об истинных смыслах которой мы могли только догадываться. – Хина! – откуда-то из-за угла ко мне подбежала встревоженная Куина. – Какое счастье, что вы уже закончили! – Что случилось? – Только что с игры вернулись члены совета, – она схватилась за меня в попытках отдышаться. – Но что-то пошло не так! – О чем ты говоришь?! – я трясла подругу от нетерпения. – Я не знаю! Но все какие-то переполошенные! – Вот черт… – в моей голове сразу промелькнула мысль о том, что они как-то прознали про наш с Кудзурю разговор. – Вперед, нам надо уйти подальше отсюда! – Это еще не все, Хина! – Куина схватила меня за руку, останавливая и разворачивая к себе лицом. – Чишия был с ними. Сердце подпрыгнуло до самой макушки, мир сузился до одной точки. Чишия. Я резко развернулась и побежала в сторону выхода. Слышала, что Куина бежала рядом и что-то говорила, но ее слова тонули в гуле, наполнившем голову. Я должна добраться до него! Черт, хоть бы с ним все было в порядке! Должно же быть!Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!