Глава 1.

Девушка замедлила шаг, приближаясь к своему дому. Усталость, тяжёлая и липкая, как смола, обволакивала её с головы до ног. Каждый шаг давался с трудом, будто земля под ногами стала мягкой и вязкой. Весь день она провела в кондитерской — с утра до позднего вечера пекла торты и пирожные, а потом долго и аккуратно раскладывала их по витрине, чтобы каждый прохожий мог восхититься их красотой. Но сейчас она едва могла думать о красоте. Мысли путались, как нитки в клубке, а в голове звенела тихая, но навязчивая мелодия усталости. Её квартира находилась на шестом этаже старого здания. Лифт был давно сломан, а управляющая компания попросту игнорирова жалобы измученных жильцов. Так что каждый вечер девушке приходилось подниматься по широкой лестнице с коваными перилами, стараясь не уронить сумку, набитую продуктами. Сегодня ступени казались ей бесконечными, как будто дом решил сыграть с ней злую шутку. Она остановилась на площадке, прислонилась к холодной стене и закрыла глаза. Глубоко вдохнула. Через два дня ей предстояло сделать важный заказ — свадебный торт. Большой, красивый и сложный. Мысль об этом заказе одновременно вдохновляла и пугала. Она чувствовала, как где-то глубоко внутри поднимается волна тревоги, но тут же подавила её. «Справишься, — прошептала она себе. — Ты всегда справляешься». Ключ в замке скрипнул, как всегда, будто приветствуя её возвращение. Дверь открылась с тихим щелчком, и София шагнула в прихожую, где воздух был пропитан запахом пыли, ванилина, и старых книг. Она сняла пальто, повесила его на крючок рядом с зеркалом и на мгновение задержала взгляд на своём отражении. Волосы, собранные утром в аккуратный тугой пучок, теперь растрепались, а на щеках и лбу остались следы муки, словно призрачные отпечатки её трудового дня. Девушка устало улыблась, провела рукой по лицу и глубоко вздохнула. «Ну, здравствуй, — мысленно обратилась она к своему отражению. — Ты выглядишь так, будто весь день сражалась с тестом, а не пекла его». Усмехнувшись своим мыслям, она прошла на кухню, чтобы разобрать сумку с продуктами. Итак, познакомимся же с этой незнакомкой. София Делакруа — простая девушка, живущая на почти на самой окраине Парижа. Она работает в небольшой кондитерской, учится на вечерних курсах и мечтает о чём-то большем. Каждый вечер, возвращаясь домой, она погружается в мир искусства: слушает классическую музыку, приятно и до мурашек ласкающую слух, проникающую в самые дальние уголки души. Рисует в своём альбоме портреты и пейзажи, а по выходным старается не пропускать ни одной постановки в театре. Её комната — это маленькая вселенная, где стол завален книгами и быстрыми зарисовками, в углу пылится чехол со старой скрипкой, а на полках стоят новенькие, ещё не открытые тома. София была хороша собой. Тёмные, слегка волнистые волосы мягко спадали на плечи, а глаза, глубокие и тёмные, словно горький шоколад, казалось, хранили в себе тысячи невысказанных историй. На шее она всегда носила широкую ленту, которая подчёркивала её нежность, а на правой руке — чёрную перчатку, доходящую до локтя. Эта деталь придавала её образу лёгкую загадочность, словно она была героиней старого романа. Её фигура, не хрупкая, но изящная, дышала естественной грацией, а голос, низкий и мягкий, напоминал звучание виолончели. Характер Софии был добрым и терпеливым, но в случае нужды она умела постоять за себя. У неё была мечта — однажды услышать орган вживую. Этот огромный, величественный инструмент, чьи звуки, как она представляла, должны были наполнять пространство, словно дыхание самого собора, всегда завораживал её. У Софии была любимая книга — «Призрак оперы» Гастона Леру. Она перечитывала её уже несколько раз за последние годы, каждый раз находя в ней что-то новое. В гостиной, где обычно царила мягкая полутьма, сегодня горел единственный настольный светильник. Его свет падал на книгу, лежащую на заваленном столе. София всегда читала перед сном, чтобы успокоиться после долгого дня, и сегодня не было исключением. Она прошла в комнату, с трудом разгибая затёкшие мышцы, и опустилась в кресло. В пятый раз перечитывая этот таинственный роман, она уснула, едва дойдя до тридцатой страницы. Ей приснился сон. Она была одной из певиц парижской Гранд-Оперы — той самой, где разворачивались события «Призрака оперы». Огромный театр, с его мраморными колоннами, широкими лестницами и бесконечной суетой артистов, предстал перед ней во всём своём величии. По залам разливалась музыка — то нежная, как шёпот, то мощная, как гром. София чувствовала, как органные звуки обволакивают её, словно тёплое одеяло, и уносят в мир, где реальность смешивается с фантазией... * * * Но сон резко оборвался. София с трудом разлепила веки и обнаружила, что книга, которую она читала, теперь безобразно валяется на полу у её ног. Она подняла её, аккуратно поставила на полку рядом с кроватью и, сладко потянувшись, улеглась спать...