I

— Тебе стоит вернуться на свою орбиту. Давай не будем повторять тот полëт в Солнце. Ладно? Земля молча проводила Меркурий взглядом. Может, она драматизирует, но прозвучало так... холодно. Никакого тебе «Ты в порядке?», ни «Всë хорошо?», ни «Как дела?». Вернись на орбиту, по пути желательно не сдохни.

Больно. Ауч.

Это совсем не в характере Меркурия. Да вообще все ведут себя странно. Почему еë никто не слушал? Почему все отмахивались? Она ведь не пыталась перетянуть на себя внимание, совсем нет... Неужели так всë и выглядело со стороны? Земля сорвала всем игру. Неудивительно, что даже Луна обиделась. С одной стороны, Земля чувствовала вину. Луна так хотела сыграть наконец в карты со всеми, а еë тупая планетка, которая за всë время ни разу ей не предлагала присоединиться, опять всë испортила. С другой... Земля тоже была зла! Всë чего она хотела — спросить о Юпитере! Только и всего! Если бы ей сразу нормально ответили, игра бы не сорвалась. Разве это не важно, узнать, что же это за планета была такая...?

Тэйя.

Земля наконец впервые сдвинулась с места с тех пор, как улетел Меркурий. Она вздохнула и отправилась на орбиту, полная противоречивых чувств. Ну конечно. Только для Земли это и важно. Остальные давно забыли, что упомянули какую-то там Тэйю. А разве не заметно, что их друга очень волнует данная тема?

Действительно. Сильно. Волнует.

Краткий момент ясности закончился, и сознание Земли снова помутнилось: зрение затуманилось, перед глазами заплясали пятна, а в голове зазвучал противный звон и чьи-то голоса, что резали слух. Планета на автоматизме продолжала путь. У нее уже даже не было сил вникать в тот галлюциногенный бред, что ей подбросило воспаленное сознание. Хотелось или упасть замертво, или, по крайней мере, впасть в кому на неделю так точно. Сквозь дымку не то сна, не то кошмара, не то видения, планета иногда видела Солнце и... Юпитер. Земля приложила максимум усилий, задействовала всю силу воли, чтобы закрепить в голове мысль о том, что с Юпитером нужно поговорить, как он начнет возвращаться к себе на орбиту. Ну, Земля надеется, что он это сделает. Солнце ведь не выгонит его снова? Ведь не выгонит, да?!

***

Молчание между Юпитером и Солнцем затянулось. Светило смотрело прямо ему в душу, весьма недовольно и осуждающе. Юпитер знал, что заслужил его гнев, но он обязан был убедить Солнце позволить ему остаться: — Солнце. Я понимаю, что ты сейчас ненавидишь меня. И я не прошу прощения. Но подумай о других: разве ты не видишь, что система без моей гравитации медленно рушится? Спутники и скалистые вряд ли протянут долго, когда мимо то и дело пролетают астероиды... — То есть вот теп-е-е-ерь тебя это волнует?! — спросило Солнце, полным сарказмом голосом. — Меня это давно волнует! — Вдруг сорвался Юпитер. Планета не сдержала нахлынувшую горечь, что обжигала горло и делала голос хриплым. Юпитер не понимал, что на него нашло в тот момент. Может, сказалось одиночество. Может, разговор с Ураном и Марсом: — Да. Я совершил три ужасные ошибки. Случайно уничтожил зародыши планет, пока менял орбиту. Случайно выбросил из системы Икс, пока пытался удержать его на месте. Солгал, что он сам ушëл. И я молчал об этих ошибках всю жизнь. Так и есть. Может, я и ужасная планета из-за этого. Но. Мне, черт возьми, не плевать, Солнце. Мне не плевать! Если бы это было так, разве я бы вернулся?! Думаешь, мне очень хотелось ощутить на себе всë ваше осуждение?! Нет! Я был рад уйти, для меня это был способ искупить вину, оправдать себя хотя бы в собственных глазах. Только вот от этого остальным никакой пользы, а сплошной вред. Так уж сложилось, Солнце, что я, которому якобы плевать, всë время следил за поясом астероидов, чтобы эти камни не повредили небольшим планетам и спутникам. Ты не можешь отрицать, это факт, подтвержденный тем, что когда я ушëл, пояс начал разлетаться. Если ты не хочешь чтобы всë было засорено ими окончательно, ты оставишь меня. Иначе, ты не можешь меня осуждать, ведь обречешь многих на травмы и может даже смерть, что сделает тебя таким же, как я. Так что задумайся, Солнце. С каждым сказанным словом выражение лица звезды всë больше сменялось на сомневающееся. Был ли этот предатель прав, называя его эгоистом? Разве является Солнце таковым? Неужели и вправду оно чуть не угробило собственнвю систему из-за своих обид? Или это Юпитер искусно водит его за нос... Впрочем... Спутники говорили, что, действительно, без этой планеты им стало неспокойно. То есть, он и впрямь молча контролировал пояс астероидов всë это время. Чертов Юпитер. Никогда ничего не говорит. Ведь самое обидное — что? Именно это и самое обидное! Так ничего и не говорил, до самого последнего момента! А ведь они знали друг друга всю жизнь. Вдруг, размышления прервала Каллисто: — Солнце, при всем понимании и уважении, но я не могу понять даже сомнений. Очевидно, что Юпитеру придеться остаться. И кажется, он давно всë осознал и раскаялся, тебе так не кажется? Солнце, нам нужен Юпитер, нравится тебе это или нет. Солнце слабо возразило, впрочем, уже приняв решение: — Вы предвзяты. Это все же ваша планета. Европа вступилась: — А вот и нет. Я лично не предвзята. Это ведь мы с Ганимедом зачинили революцию против планет, в том числе против Юпитера. И это мы привели Икс. Тем не менее, сейчас даже мы понимаем, что выгонять самый большой объект в системе после звезды было плохим решением. Солнце, мы говорим искренне. Ради нас, сделай это. Ио подхватил: — М-мы не говорим, что тебе н-нужно простить Юпитер! П-просто позволь ему остаться! Светило раздраженно вздохнуло и закатило глаза, проворчав: — Только ради общего блага, ладно. Но, неуважемая пятая планета, это не значит, что я вас прощаю. Марш все на орбиту!

***

Марс нервно дергался то в одну, то в другую сторону и бормотал: — Земля, чëрт побери! Можно было помолчать один раунд?! Зачем сдался тебе Юпитер? Но не-е-ет, плевать, что играем, что нужно всем сосредоточиться. Если Земле нужен Юпитер, то она даже ждать конца игры не будет, сразу начнет лезть с вопросами, ведь все просто обязаны сразу всë бросить ради неë! Меркурий слабо возразил: — Ну... Не думаю, что она со зла. — Да понятно, что не со зла, и что наверное не нарочно. Только вот все равно раздражает! Согласись, Луна? Спутник не ответил. Конечно, ей было до сих пор обидно за то, что только появилась возможность сыграть в карты с планетами, как Земля сразу переняла всë внимание и сорвала игру, хотя она знала, как Луне это важно! Очень обидно! Но... В уголок сознания начали закрадываться сомнения. Стоило ли срываться на Землю? Меркурий ведь прав. Она, как минимум, ненарочно. Как максимум, может, у неë был и вправду важный вопрос к Юпитеру. В конце концов, Земля выглядела очень не в себе с тех самых пор как... Икс упомянул эту загадочную Тэйю, о которой, со слов Титана, кроме Икса знает только...Юпитер. Ой. Так вот зачем он Земле! Венера, что удивительно, не разделяла настроений Марса: — Разве мы не сами намеренно не отвечали Земле, и разошлись, стоило ей стать настойчивее? Я вот именно что нарочно. Потому что она, очевидно, хочет узнать у Юпитера о Тэйе, что неизвестно, как отразиться на ней. Так что я не вижу смысла злиться на Землю или ещё чего-то там, ведь в этом и заключался наш план. Марс запнулся: — А я не из-за этого. Да я вообще не думал о Тэйе и всëм таком. Просто Земля как всегда... Венера одарила его взглядом «ты идиот»: — Если вы не заметили, Земля давно так себя не вела. После того, как она чуть не поджарилась до хрустящей корочки в пекле Солнца, она была, ну, типа, куда лучше? На это раз должна была быть реальная причина. И она очевидна. Меркурий решился спросить: — Так. Ладно. Венера, ты игнорировала Землю, чтобы она не узнала о Тэйе, в отличии от нас. Так почему мы не хотим, чтобы она узнала? Более того, вроде как мы без сговора не упомянаем перед Землей Тэйю уже очень давно. Честно говоря, я даже почти еë не помню... Венера чувствовала себя окруженной кучкой умственноотсталых: — Это потому что ты такой мелкий, Пискля. Чем меньше планета или спутник, тем короче, как правило, память. Очевидно, про Тэйю никто не говорил, ведь она умерла ужасной смертью. Никто не хотел травмировать психику Земли. Никто не хотел, чтобы она вспомнила, что было до того столкновения. Честно говоря, я начинаю подозревать, что Земля что-то вспомнила, потому и ведет себя странно, отстраненно, что ли? Я не хотела, чтобы она узнала ещё больше, и позволила всему случиться так, как случилось. Еще и наивно полагала, что с вами тоже самое, дураки, блин. Марс замялся: — Теперь я чувствую себя мудаком. Меркурий согласился: — Тоже самое. А Луна почувствала, что о еë присутствии все благополучно забыли. Между тем в ней пронеслась буря эмоций, потому что ЧТО?! Луну обманули. Может, из каких-то благих намерений, но тем не менее. Итак, спутник не выдержал: — ВЕНЕРА, ТЫ ЖЕ СКАЗАЛА МНЕ, ЧТО НИЧЕГО НЕ ЗНАЕШЬ ОБ ЭТОЙ «ТЭЙЕ»!