И раскрывая для тех, кто важен

Очередная схватка Машинного Вестника и Защитника Завтрашнего дня. Их очередной танец. Каждый следит за оппонентом, выжидая и надеясь когда другой оступиться, дабы нанести удар. Шаг за шагом. Выстрел за выстрелом. Колкость за колкостью. Каждый ищет больные места, пытаясь нащупать, как на теле оппонента, так и в душе. Они оба знают насколько глубоко могут порезать слова, застрять ножом в ране и разъедать её ядом. О, они прекрасно знают об этом. Сами с этого начали. Обмен колкостями и громкими репликами, удар, след лазера, выстрел молота, активация посоха, и так по кругу. Это обыденно, это понятно, это то, к чему они оба привыкли. Они скачут друг вокруг друга, не желая отпускать, отступить. Они всегда теряли счёт времени, когда брались за что-то вместе, будь то почти забытое время работы вместе в лаборатории, с чашкой кофе до утра сидеть за столом, стоя у доски, опираясь друг на друга, зачёркивая, стирая уравнения, споры, никогда не агрессивные, озвучивание мыслей друг друга, заканчивая предложение другого, и в конце концов вместе падая на диван, вырубаясь хотя бы на пару часов отдыха для мозга... Будь то, когда они вступают в битву, без возможности отпустить, отвести глаза друг с друга, лазер хекс-когтя против мощного луча молота Меркурия, кулак металла против плоти в броне, зубы против когтей, пепел и кровь. Подход не изменился, изменились условия. Те же люди, новые ситуации. Но каждый раз наступает момент. Момент, когда кто-то из них заходит слишком далеко, снова. Балки поддерживающие крышу завода трясутся, стены в дырах, еле держатся, и местами уже в огне. Автоматоны либо уничтожены, либо завалены под обломками. Вестник пропускает удар молота, приходившийся прямо по левой стороне его лица. Лазер третьей руки успевает выстрелить, но Защитник уворачивается и прижимает заряженный молот к груди Вестника. Маска Вестника треснута ровно наполовину. Они почти дышат друг другу в лица. Защитник наконец смотрит - видит - его лицо и замирает. На Защитника направлен взгляд золотого кольца зрачка. Там где был белок глаза - аугментация, он черный с металлическим блеском. Золотой зрачок сжимается почти по кошачьи и бегает смотря то в один, то в другой глаз Защитника. В трещине маски видна вполне человеческая кожа. И, будто насмехаясь над хозяином - виднеется одинокая родинка - та что на щеке под глазом. Такая почти незаметная, обычная, человеческая. Защитник не может произнести ни слова, жадно осматривая новую открытую область. Гипнотизирующе. Поглащающе. Почти благоговейно. Так непривычно. Так знакомо. Родное. Вестник решает что с него хватит. И он заканчивает схватку печально известным, но не менее эффективным способом. Раздаётся взрыв. _________________________________ После того, как весь огонь потушен и инфорсеры собирают раненных Защитник одаривает место последним взглядом. Среди обломков ни украденных технологий, ни оружия, ни самого Вестника найти не удаётся. Обломки кое-где ещё горячие от их недавней схватки. Из под них где то торчат почти неузнаваемые части автоматонов и станков. Ни следа от Вестника. История повторяется. Защитник возвращается в Пилтовер ни с чем, где его приветствует как героя в славе и овациях. На следующее утро во всех газетах напишут об очередном подвиге Золотого Мальчика Пилтовера, о его победе над ужасным и бесчеловечным киборгом-убийцей из подземного города - сумасшедшим учёным, что полностью избавился от человечности и заменил себя машиной. И о его культе фанатиках, конечно же. Приукрасят ещё больше и так насыщенную страшилку и высветлят Золотого Мальчика. Как по сценарию. Заезженная пластинка, от которой невозможно избавится и тошнит. Джейсу уже без разницы. Джейс устал. Джейс борется с мигренью и думает лишь о золотых глазах и родинках. И о том как напиться. ______________________________ Через некоторое время на руины фабрики пробирается мальчик. Он худощав, но не по больному, его рыжие волосы в саже, щеки чуть впалые, но глаза живые и в них есть огонь. Одежда кое-где оборвана. По меркам Зауна - обычный ребенок. Но все же что-то выделяет его среди остальных. И это даже не его аугментация. Он проверяет окрестности после чего начинает звать имя "Виктор!". Он выстреливает рукой соединённой с его телом металлическом канатом в обломки и оттаскивает их, продолжая звать. Вдруг из-за одного из обломков раздаётся роботизированное с помехами "Наф.." Мальчик тут же оборачивается и бежит в ту сторону где только что доносился голос. Там стоит он - Машинный Вестник - покорёбанный, в оборванном плаще, с наполовину сломанной маской, открывающей его ещё человеческое лицо, хекс-коготь безвольно висит вдоль тела, в некоторых местах из дыр в броне течёт черная и красная жидкость. Но кажется он не придаёт этому большое значение и, судя по прищуру единственного виднеющегося глаза, слабо улыбается. Поломан, но не сломлен. "Виктор!" - мальчик врезается в тело киборга, из-за чего тот пошатывается, но через мгновение обнимает мальчика в ответ. "Защитник снова поломал тебя" "Всё в порядке- "Хекс-коготь не двигается" "Это можно починить-" "Ты истекаешь кровью" "Наполовину масло и-" "Ты еле стоишь, твоя нога неправильно двигается" "Я вполне могу двигаться-" "Твоя маска" Виктор замолкает. Он вздыхает, прикрыв глаза, а затем выдавливает ухмылку. "Как он отреагировал?" "Кажется, даже его застало это врасплох" "Естественно! Потому, что он придурок" - Вестник не может сдержать тихий смех. Мальчик наконец отстраняется и помогает ему встать. Они начинают идти в сторону от обломков. "Весьма точное описание для ребенка, который никогда с ним не встречался" - Вестник пытается шутить и поправляет хекс-коготь на плече. "Твоих рассказов достаточно и мне не нужно знать его, чтобы понять" - Наф крепче сжимает руку Виктора, - "он ведь может и убить тебя, однажды.." Виктор ничего не отвечает на это, продолжая уводить мальчика от разрушений. Они оба скрываются во тьме переулков Зауна. _____________________________ Наблюдающая за сценой инфорсер глубоко вздыхает, отвернувшись и прислонившись спиной к стене. Тяжесть перчаток Атласа резонирует с тяжестью в её груди. В идеале ей нужно проследить за ними. Ей прекрасно известно что она должна сообщить о в-очередной-раз-выжившем-Вестнике и о мальчике. Ей также прекрасно известно - знакомо - взросление детей-сирот в Зауне. Насколько это тяжело. Холодно. Голодно. Больно. Страшно. Не жизнь, а выживание, где может помочь лишь удача или чудо. Или быстрая безболезненная смерть. От этой мысли становится ещё тяжелее. Инфорсер снова окидывает место, где в последний раз видела рыжеволосого мальчика в сопровождении киборга. "Похоже, тебе всё же улыбнулась удача, малой" - думает она про себя. Перед глазами проносится воспоминание о Золотом Мальчике Пилти и девочке с золотыми волосами. "Джанна, они стоят друг друга, два сапога - пара, эти двое.." ухмыльнувшись своим мыслям она скрывается в дыму Зауна. _______________________________ Она возвращается в Пилтовер поздно, с витающим запахом крепкого заунского алкоголя. Шериф встречает её на пороге, скрестив руки и облокачиваясь о косяк. "Тяжёлый день?" Спрашивает она. Всегда так легко её читает. Иногда, пугающе легко. Не нужно слов - одного взгляда хватает и она протягивает к Вай руки. "Мгм..." -перчатки Атласа жёстко приземляются на пол и Вай падает в её объятия. "Что-то смогла выяснить?" - по спине начинают двигаться руки и Вай наконец-то может вздохнуть полной грудью, сняв эту тяжесть внутри. В воспоминании снова мелькает рыжеволосый мальчик из Зауна, носящийся вокруг небезызвестного киборга. Она ненавидит врать Кейтлин. Поэтому она отвечает. "Представляешь, оказывается нельзя заявится после тяжёлого дня в Пилти Бар со своим алкоголем и пытаться устроить своё кулинарное шоу из смешивания всей той дряни, что они там втюхивают. Ничего нынче не понимают в настоящей кухне!" Не озвучивание правды не является ложью, ведь так? Кейтлин хихикает, но после пытается посмотреть на розоволосую с упрёком. Ключевое слово - пытается. Но в глазах видно что она ждёт пока Вай продолжит. Что-то недосказано. Вай молчит и делает самое невинное лицо, которое только может выдавить эта подвыпившая моська. Кейт закатывает глаза. "Ладно, шеф. Давай уложим тебя спать" "После тебя, Кексик" _______________________ Солнце полностью скрывается за горизонтом. Из Пилтовера открывается прекрасный вид на звёзды. Улицы освещены теплым оранжевым светом ламп. Золото архитектуры создаёт слабые блики. Но глубоко в Зауне смог и дым скрывают красоту доступную лишь верхнему городу. Улицы покрыты дымом, который окутывает неоновые освещение улиц. А где не достаёт свет неона тьма скрывает свои тайны, грязные и ужасающие. Но всё это далеко и мало заботит взрослого и ребёнка, что сидят у печи на Эмберфлит Алее, глубоко, скрытых от глаз посторонних. Мальчик сидит на слишком высоком для него стуле и болтает ногами, рассказывая очередную историю о войнах банд и файрлайтах, о кошках с неоновыми глазами, которых он видел у причала, о новых изобретениях, которые они могли бы построить для улучшения Вестника. "Я не думаю, что громадный вентилятор действительно будет эффективным против Защитника." "Хмм.. ну да ты прав. Со всей этой бронёй и молотом он весит наверное как Варвик. Только Варвик хотя бы умный и хитрый. И устрашающий! А лицом Защитника можно только младенцев пугать... Хммм.." - Наф чешет пальцем подбородок, создавая умилительный вид активных размышлений - "Тогда огромный огнемёт!.." Вестник же сидит напротив мальчика, с изрисованной мелками в неоновые цвета кружкой со сладким молоком. Маска забыта где- то у порога. Его лицо теперь обрамляет множество разноцветных пластырей. "Теперь мы совпадаем!" - указывает на свое лицо Наф. Вестник прячет улыбку за кружкой сладкого молока. Хекс-коготь уже функционирует и не больно дергает Нафа за волосы или тыкает его в щекотные места, когда он начинает шутить над Виктором. Наф начинает безостановочно смеяться и пытается отбиться. Виктор, прикрыв глаза, просто наслаждается моментом. Ещё 4 года назад если бы Виктору сказали что ЭТО его жизнь он бы счёл того безумцем или проверил его на передозировку наркотиками. Но оглядываясь на прошлое теперь Виктор в какой-то мере рад такому стечению обстоятельств. Обстоятельств, что познакомили его с Нафом и ещё парочкой сомнительных людей. Он бы ни за что не променял это. Да, его жизнь не идеальна, он о многом жалеет в прошлом. Но он готов сражаться до последнего ради таких вот моментов. Ведь всё в конце концов- "Наф, кастрюля и поварёшка - плохая оборона против смертельного лазера, положи на место!"