***

Тишину теплой летней ночи разрезал звук мощных перепончатых крыльев. Мягко приземлившись в невысокую траву, самка опаловоглазого антипода втянула ноздрями воздух. Ее жемчужная чешуя переливалась под лунным светом, а черные глаза без зрачков были подобны ночному небу, дарившему сияние далеких звезд. Грациозный зверь взрыл одной лапой землю, и комья вперемешку с травинками глухо покатились к хвосту. Дракон огляделся по сторонам и спокойно приблизился к небольшому скоплению кустарника. Там, сокрытое ветками и листочками, хранилось ее главное богатство: кладка из двух светло-серых яиц. Самка аккуратно подтолкнула самым кончиком чешуйчатого носа третье яйцо, треснувшее этим утром. Издав рокот, схожий с человеческим плачем утраты, она посмотрела в небо. У нее было еще два. Два шанса, два лучика надежды на то, что она не станет последним опаловоглазым антиподом в этом мире. Аккуратно свернувшись вокруг гнезда, дракон слегка расправила одно крыло, спрятав свои сокровища. Зачем ей теперь эти мощные крылья, если небо отобрано? Большие бездушные птицы заняли его, напугав ее сородичей неестественным ревом. Мирные по своей природе, опаловоглазые антиподы уступили без борьбы, ушли дальше от шума и яда, который выделяли эти странные существа. Но как могли они ограничить собственную суть? Драконы были созданы для свободного полета, и любая неволя делала их слабее, низводя до обычных ящериц. Эти острые когти должны высекать искры из скал, а не вспахивать мягкую землю. Эти абсолютно черные глаза должны пожирать линию горизонта, разделяющую небо и водную гладь бескрайнего океана, а не тревожно блуждать по близлежащим пригоркам. Этот рык должен внушать оказавшимся рядом людям благоговение и почтение перед полумифическими существами, а не терзать человеческое сердце, все еще способное уловить боль и горечь одиночества. Самка выпустила воздух через ноздри с низким рокотом, будто оплакивала собственных сородичей. Но хрупкая надежда все же оставалась. Еще около недели ожидания — и под ее крылом запищат два маленьких дракончика, отбирая друг у друга еду и споря за внимание матери. Эти двое должны выжить. Она помнила, что ей предстояло делать потом. Она уже это делала. И у нее получится снова, лишь бы эти два светло-серых яйца, так напоминающие обычные камни, благополучно проклюнулись в срок. Дракон мягко опустила голову, спрятав ее под крыло, и сомкнула чешуйчатые веки, расслабившись и слившись с тишиной теплой летней ночи.