Часть 2

Ши Цинсюань отчаянно метнулся к выходу. Мелькнула запоздалая мысль о небезопасности такого решения, ведь Непревзойденный может решить, что небожитель предаст его, и напасть. Но нет, Цинсюань благополучно добрался до брата, чье мрачное лицо не сулило ничего хорошего. По легкому холодку, коснувшемуся взмокших лопаток под тканью, Повелитель ветров безошибочно угадал присутствие демона за спиной. Не было слышно шагов, его никто не преследовал, Непревзойденный будто появился из сгустившегося воздуха. — Брат! — как ни в чем не бывало лучезарно улыбнулся Ши Цинсюань, мысленно молясь, чтобы Владыка Черных вод накинул на себя личину, — Что тебя привело к нам? — К вам? — Ши Уду скривился так, будто у него разом заныли все зубы, — У меня дело к Мин И. Ты здесь чего ошиваешься? Сердце Ши Цинсюаня бешено колотилось, рискуя проломить грудную клетку. Он старался вести себя непосредственно и изо всех сил удерживался от того, чтобы не оглянуться на друга. Безжизненное, но прекрасное лицо демона отпечаталось в сознании словно выжженная по древу картина. Как он выглядит сейчас? Как безучастный, но дышащий Мин И или как холоднокровный могущественный призрак? — Поговорите потом, — кожей ощущая нарастающие панику и гнев демона, капризно вздернул подбородок Повелитель ветра, — Мы заняты, гэ, нельзя же так бесцеремонно врываться! Он, как обычно, ляпнул прежде, чем осознал, что сказанное может быть превратно истолковано.  — И чем это интересно? — от негодования голос Ши Уду перешел в свистящее шипение, — Чем вы вдвоем занимаетесь в таком виде? — А? — Цинсюань непонимающе оглянулся на Мин… на… эээ, на демона, и, не найдя в его привычном облике ничего примечательного, оглядел себя и тут же зарделся. Вот оно! Шпилька перенесла его во дворец друга из спальни в одних нижних одеждах… получается, тот холодок был не от Непревзойденного, а от недостатка ткани на полуголых плечах! — Цинсюань, мать твою, чем вы тут занимаетесь?! Отвечай сейчас же! — взревел окончательно взбешенный Ши Уду, — Какого хера ты краснеешь, как девица? Немедленно прекрати! — Мы! Просто! Просто… просто заняты и всё! — отрезал внезапно разозлившийся Повелитель ветра, — Поговорим позже, ясно? До встречи, гэ!  И с грохотом захлопнул дверь перед подавившимся воздухом братом. Ши Цинсюань слишком хорошо знал не-Мин И и потому рассудил, что поговорить с ним, успокоить мнимо спокойного демона куда важнее. Наверняка он с ума сходит от напряжения. В воцарившейся тишине Владыка Черных вод молниеносно скинул личину и пристально, не моргая, уставился на растрепанного, как синичка после бури, небожителя перед собой. Тот поплотнее закутался в тонкую ткань нижних одежд и пригладил волосы. Затем украдкой прикусил губу и задумчиво спросил: — А Сюань это же имя? — Да. — Надо же, почти как у меня… а фамилия?  — Не скажу. — Точно, прости, — Цинсюань тихонько рассмеялся, — У вас же, демонов, сплошные секреты! Тогда буду звать тебя А-Сюань, ты не против?  — Почему ты не ушел с ним?  — Куда? Красиво очерченная верхняя губа демона дернулась. «Бесится», — со знанием дела подумал Цинсюань и простодушно пояснил: — Зачем? Я не собираюсь сдавать своего лучшего друга на суд этих гадких подхалимов. Пусть даже мой лучший друг — значимая фигура среди нечисти… — Твой лучший друг мертв. Несколько сотен лет как. Тон, которым демон произнес это, хлестнул Ши Цинсюаня по самому сердцу. Повинуясь душевному импульсу, небожитель осторожно коснулся края черного, как безлунная ночь, рукава: — Как это случилось? Расскажешь? Непревзойденный со сложно уловимой смесью эмоций смотрел в светлые чистые глаза и молчал. Но руки не отнимал. Цинсюань знал, что он выжидает, следит за реакцией, боясь открыться, и взъярился: — Твои обидчики все еще ходят по земле, верно? Ты поэтому стал призраком? Я им покажу, этим ублюдкам! Погоди, только сходим за веером, я его у себя забыл… Ледяной взгляд потеплел. По-крайней мере, так показалось Цинсюаню. Градуса примерно на полтора. Это как если бы в вас вонзили не пятьдесят ледяных игл разом, а сорок восемь. Небожитель приободрился и как ни в чем не бывало по привычке взял друга под руку и потащил за собой:  — Ну что, ко мне, а потом пойдем и прихлопнем мерзавцев? Или стоит привести их на Небесный суд? Лучше последнее, тут все такие убийственные зануды! Хуже наказания не придумаешь. Какое ханьфу для этого надеть, как думаешь? Мне кажется, для возмездия подойдет небесно-голубое, как гладь озера поутру… Одолжи пока свое, не пойду же я по столице голым? — Иди голым, мне без разницы. Да и никого тут не удивишь. — Кроме гэ, ахаха! Он ударится в неистовство и превратится в огнедышащего дракона! — В водного. — Ну в водного огнедышащего! Будет гонятся за нами и клацать зубами. Пошли же, я весь в предвкушении надрать… все места твоим обидчикам! Непревзойденный не сопротивлялся, лишь швырнул в говорливого небожителя черное, очевидно, одно из своих, ханьфу, и накинул на себя личину Владыки Земли. Так они и вышли под теплые лучи солнца, заливающие небесную столицу, в шутку толкаясь и беззлобно переругиваясь. Этим же вечером Цинсюаню предстояло увидеть прошлое демона, едва не лишиться рассудка от горя, но решиться на то, чтобы выдать брата Небесному суду.  А пока он весело вплел в свою прическу жемчужную шпильку и посмотрел на идущего рядом Непревзойденного, радуясь тому, что не натворил глупостей с перепугу и сохранил дружбу своего не-Мин-сюна. А дальше они разберутся. Сами.