Часть 29

Глава 29.

Очевидно, Ооноки проигнорировал Данзо, даже не сделав вид, что работает над его просьбой. Тридцать тысяч воинов Ивагакуре, высадившись на побережье, без промедления двинулись к Кумогакуре. Их наступление было стремительным и сокрушительным. Даймё Страны Молнии был вынужден искать убежища в Стране Дождя. Страна Молнии, чья экономическая мощь уступала лишь Конохе, располагалась на самых высоких землях мира шиноби и славилась богатейшим животноводством. Омываемая с трёх сторон морем, она процветала благодаря развитой рыбной промышленности. Кроме того, разнообразный климат способствовал произрастанию редких и ценных лекарственных трав. По сравнению с бесплодной и каменистой Страной Земли, Страна Молнии казалась настоящей золотой жилой. Неудивительно, что Ооноки так тщательно продумал свой план. Его войска уже оккупировали значительную часть Страны Ветра, но эти земли оказались ещё беднее, чем его собственная страна. Кроме того, он ударил в спину своего бывшего союзника, Киригакуре, захватив множество островов, но и там добыча оказалась скудной. Проблема заключалась в том, что Страна Земли и Страна Воды находились на противоположных концах мира шиноби. Чтобы перебросить дополнительные силы, приходилось идти вдоль побережья Страны Ветра, огибая Страну Огня, что чрезмерно растягивало линию фронта и делало подобные действия невыгодными. Ооноки, посовещавшись со старейшинами деревни, изучая карту мира шиноби, в конце концов, остановил свой взгляд на Стране Молнии. Конечно, главной причиной такого решения стала недавняя крупная битва с соседней Конохой, в которой «профессор» мира шиноби преподал ему суровый урок. Намикадзе Минато с лёгкостью расправлялся с Райкаге, но против многочисленной армии Ивагакуре, состоящей из бойцов примерно равной силы, он был поистине неудержим: убивал всех на своем пути, будь то ниндзя или призванные звери. Ооноки, перебрав все варианты, вместе со своими советниками провёл секретное совещание и разработал трёхэтапный план. Первым шагом стало заключение мирного договора с непобедимой Конохой. Осторожный и расчётливый Сарутоби Хирузен не разочаровал Ооноки, и обе стороны «дружелюбно» забыли о погибших на поле боя шиноби. Затем Ооноки отозвал войска из Страны Воды и Страны Ветра, объединив их с элитными отрядами, ранее противостоявшими Конохе. Получившаяся армия, насчитывавшая двадцать одну тысячу восемьсот человек, была объявлена «тридцатитысячным войском» и начала проводить демонстративные учения, создавая видимость огромной силы. Наконец, наблюдая, как спровоцированный мирным договором Райкаге вступает в схватку с Конохой, хитроумный Ооноки, подобно искусному рыбаку, отправил свои войска на кораблях в самые богатые районы Страны Молнии, чтобы воспользоваться плодами чужой борьбы. Все шло по плану. Видя, как его армия захватывает города и добывает несметные богатства, парящий в воздухе старик-Цучикаге не мог сдержать самодовольную улыбку. «Когда я поглощу ресурсы Страны Молнии», – думал он: «Я поведу за собой четырёх Биджу и снова сражусь с тобой, Сарутоби Хирузен, чтобы оспорить титул сильнейшего в мире шиноби». Мечты Ооноки о светлом будущем прервал его сын. «Цучикаге-сама, Данзо из Конохи прислал запрос с требованием объяснений» — Кицучи, чье лицо напоминало квадратный камень, бросил свиток парящему в воздухе Ооноки. Тот недовольно фыркнул, и в его руках вспыхнул белый свет, превративший свиток в пыль. «Мы достигли своей цели. Больше нет необходимости притворяться перед Конохой. Когда мы уничтожим Кумогакуре, первыми, чьи головы украсят наши знамена, будут Данзо и Намикадзе Минато». «Намикадзе Минато, похоже, преследует отступающие войска Кумогакуре. Он уже достиг границы Страны Мороза и Страны Молнии». Услышав это, Ооноки взмахнул своей короткой рукой и с воодушевлением приказал: «Пусть Роши и Хан приготовятся. Мы выдвигаемся вместе, чтобы перехватить Райкаге. Я не позволю ему вернуться домой!» «Есть!» Несмотря на уверенность в собственных силах, Намикадзе Минато и Райкаге были теми противниками, которых Цучикаге боялся больше всего. Как бы ни был велик урон от мага, столкнувшись с ассасином, обладающим божественной скоростью, он может лишь сохранять дистанцию. Чтобы справиться с такими противниками, необходимо взять с собой двух телохранителей. Особенно это касается Джинчурики Пятихвостого, самого быстрого шиноби в мире шиноби, чья чудовищная сила не уступает Цунаде из Конохи. … Страна Горячих Источников. В лагере Конохи Данзо вновь облачился в униформу джонина. Рядом с ним находились угрюмый Джирайя и Нара Шикаку, координирующий действия отрядов: «После моего ухода оборона этого лагеря будет зависеть от вас». С серьёзным выражением лица Учиха Фугаку решительно кивнул. Рядом с ним стояли четверо элитных джонинов, пробудивших три томоэ, и его старший сын: «Не беспокойтесь, старейшина. Пока существует клан Учиха, этот лагерь не падёт». Выражение лица Данзо осталось неизменным, но в памяти всплыли воспоминания оригинала. У его носителя была одна небольшая цель и одна большая. Малая цель заключалась в том, чтобы стать Хокаге, но, судя по текущей ситуации, это было практически невозможно. Большая цель была невероятно амбициозной – наследовать волю Второго Хокаге, учителя Данзо, Сенджу Тобирамы… уничтожить клан Учиха. Видя, что стать Хокаге практически нереально, оригинал вторую половину своей жизни посвятил достижению этой большой цели. К сожалению, возможности человека ограничены. Хотя он и считался шиноби уровня Каге, уничтожить сильнейший клан Учиха в мире шиноби было не по силам не только ему, но и всем пяти Каге вместе взятым, без веской на то причины. «На поле боя нет разделения на кланы. Каждый шиноби – житель Конохи» — слова Данзо заставили обычно невозмутимое лицо Фугаку слегка измениться. Это было напоминанием о том, что его позиция и формулировка были неверны. Сейчас лагерь должны были защищать джонины Конохи, глава полиции Конохи Учиха Фугаку, а не глава клана Учиха. «Есть, Данзо-сама». Несколько джонинов Учиха, стоявших рядом, выразили недовольство, но, встретившись с холодным, безразличным взглядом Данзо, отвернулись, покорившись. Услышав ответ Фугаку, все заметили, как Данзо удовлетворенно кивнул, а затем неожиданно подошел к ребенку: «Ты Учиха Итачи?» Хмурый мужчина. Но в чём именно заключалась эта хмурость, сказать было трудно. Казалось, всё в этом человеке было окутано мраком, он словно источал недобрые предзнаменования, внушая страх. Это было первое впечатление Итачи от разговора с Данзо. «О твоём таланте ходят слухи даже в Корне» — не дожидаясь ответа ребенка, Данзо задал ему тот же вопрос, который Сенджу Тобирама когда-то задал оригиналу в молодости: «В море плывет корабль с десятью соотечественниками. Один из них заражен смертельной инфекционной болезнью. Если позволить ему жить, остальные девять тоже заразятся и умрут. Если бы ты был капитаном, что бы ты сделал?» Почему он задает мне такой вопрос при первой встрече? В голове Итачи промелькнул вопрос, но в следующее мгновение он ответил, следуя своей природе, без колебаний.