Часть 53

Глава 53.

Специальный тренировочный полигон Корня. Данзо, закутанный в чёрное пальто, стоял перед тремя новыми кандидатами в Анбу Корня. Конечно, Шисуи уже нельзя было считать кандидатом. Если бы он захотел, то мог бы в любой момент покинуть Корень и вступить в ряды настоящих Анбу. Никто из троицы не носил маску, ведь это правило касалось только внешнего мира. Личности членов Анбу должны были оставаться в строжайшей тайне, но вне заданий они были обычными шиноби Конохи. Югао Узуки была одета в безрукавную униформу Анбу, обнажая белоснежные руки, но невольно прикрывала правое плечо, где смутно проглядывалась метка, похожая на проклятую печать. Еле заметное сине-красное свечение, напоминающее три искривлённых следа от клинка, исходило от неё. Это Данзо только что собственноручно нанёс ей эту метку. Поскольку это был его первый опыт в подобном деле, он немного не рассчитал силу, и, похоже, ей было довольно больно. В отличие от неё, Какаши сохранял невозмутимое выражение лица, и, если бы не тёмные круги под глазами, выглядел бы ещё лучше. На его плече красовался рисунок из трёх переплетённых фигур, напоминающий горный хребет. Пусть метка и выглядела немного грубовато, от неё исходила аура непоколебимой силы. «Шисуи-семпай, а какая у тебя метка?» – Югао Узуки, стиснув зубы и стараясь не подавать виду, опустила левую руку, демонстрируя свою метку. Притворившись любопытной, она обратилась к Шисуи, сидящему справа от неё. Тот был одет в рубашку с коротким рукавом, которая как раз скрывала его плечо. «Узнаешь позже», – ответил Шисуи. Для шиноби каждый дополнительный козырь в рукаве повышал шансы выжить и выполнить задание. Хотя Шисуи был уверен, что с его Мангекё Шаринганом его не остановили бы даже пять Каге, он не собирался удовлетворять любопытство Югао. Если бы вопрос задал Какаши, он бы, возможно, и приоткрыл завесу тайны. «Так, все сюда», – в этот момент на тренировочном полигоне появилась Кё, протягивая Данзо три листка индикаторной бумаги для определения чакры, и обратилась к троице. «Хотя из ваших досье мне известны ваши специализации в техниках, необходимо пройти стандартную процедуру. Покажите мне ваши свойства чакры». Индикаторная бумага была довольно ценным материалом, недоступным для Академии Шиноби, поэтому в досье генинов свойства чакры не указывались. Но для чуунинов, стремящихся к дальнейшему развитию, определение свойств чакры было необходимым шагом для освоения преобразования формы и природы чакры. Джонины, как правило, владели как минимум двумя преобразованиями природы чакры. Одна из причин, по которой Хирузен Сарутоби стал Хокаге, заключалась в том, что, подобно Второму Хокаге Тобираме Сенджу, он обладал особым телосложением, позволяющим использовать все семь типов чакры. Данзо тоже, только после пробуждения Мангекё Шарингана, с помощью «Цуки-но-Кагами» смог восполнить недостающие два типа чакры, а также определить скрытое пространственно-временное свойство. «Мне не нужно, я уже проверял в клане. У меня ветер, огонь и молния», – заявил Шисуи. Будучи самым выдающимся гением клана Учиха со времён Мадары, Шисуи с детства получал все необходимые ресурсы для развития. Он использовал индикаторную бумагу ещё в три года, а в семь лет уже начал тренировать второе свойство – молнию. Сейчас же он изучал техники Стихии Ветра: Вакуумную серию Данзо, и вскоре должен был освоить все свои природные свойства. «Шисуи-кун, это специальная бумага Корня, иначе Данзо-сама не поручил бы мне лично её доставить», – поскольку они находились в штаб-квартире, Кё не носила маску, демонстрируя своё миловидное лицо с двумя полосками на щеках. Её улыбка, яркая, как цветущая персиковая ветвь, напомнила Какаши о погибшей Рин. «Специальная?» – заинтригованный Шисуи первым подошёл и взял листок, вливая в него свою чакру. Он почувствовал, как бумага в его ладони стала холодной, после чего одна её часть загорелась, другая раскололась, а третья сморщилась… «Ничего особенного», – с разочарованием в голосе произнёс Шисуи, увидев знакомую картину. Данзо взмахнул рукой, и невидимый поток воздуха притянул бумагу к нему. Ощутив лёгкое тепло и холод, он едва заметно кивнул. «Отлично. У всех, кто пробудил Шаринган, есть чакра Инь», – констатировал Данзо. «Чакра Инь?» – Шисуи, будучи выходцем из могущественного клана, конечно, знал о существовании Инь и Ян, но его отец говорил, что членам клана Учиха не нужно развивать эти свойства. Пробуждение Кеккей Генкай даровало им сильнейшую чакру Инь, то есть… силу глаз. Однако, прошло уже много времени, и Шисуи успел позабыть об этом. «Эта индикаторная бумага реагирует на Инь и Ян изменением температуры, но, в отличие от пяти основных стихий, видимых изменений не проявляет. Хорошо, следующий», – сказал Данзо, передавая бумагу Кё. Та аккуратно взяла её и сохранила. Какаши и Югао Узуки обменялись взглядами. Никто не решался подойти первым, и на мгновение повисла неловкая тишина. «Ты, подойди», – Данзо выбрал девушку. Кивнув, она приблизилась. «Ветер, вода, земля – три стихии. Неплохо», – подумал Данзо, не показывая своих мыслей на лице. Отсутствие редких Инь и Ян означало, что без особого шанса она, скорее всего, так и останется на уровне джунина. Югао Узуки облегчённо вздохнула, но на её лице читалось разочарование. Она знала о своих свойствах чакры, но о Инь и Ян слышала впервые. Её учитель, Косуке-сан, хоть и был учеником Второго Хокаге, являлся всего лишь вольнослушателем, этаким недоучкой. Но я всё равно лучшая среди своих сверстников, – подумала девушка, но тут же увидела, как на бумаге в руках Какаши проявились признаки всех пяти стихий: огня, ветра, молнии, воды и земли. Она изумлённо распахнула глаза и рот. Даже Данзо был слегка ошеломлён. Он одновременно ощутил тепло и холод, исходящие от бумаги. Это означало, что у этого мальчишки была предрасположенность ко всем типам чакры. Ещё один Второй или Третий Хокаге? – пронеслось в голове у Данзо. «Наличие Ян объяснимо – он ведь сын Белого Клыка. Но Инь…» – взгляд Данзо упал на левый глаз Какаши, скрытый под протектором. И он, кажется, понял: «Получается, Шаринган, вне зависимости от того, пробуждён он самостоятельно или пересажен, наделяет владельца чакрой Инь? Или же это особая конституция тела членов клана Хатаке позволяет им генерировать силу глаз?» Данзо передал бумагу Кё. Прикоснувшись к ней, девушка не смогла скрыть своего удивления. «Кажется, что-то добавилось», – пробормотал Какаши, давая понять, что он тоже пользовался индикаторной бумагой раньше. «Отлично. У меня уже есть идеи для вашей тренировочной программы. А теперь давайте познакомимся. В конце концов, вы теперь товарищи по команде, соратники, которым предстоит вместе убивать», – Данзо сел на принесённый подчинёнными стул, и на его лице появилась редкая улыбка. «Начну я. Данзо Шимура, глава Корня. Специализируюсь на кендзюцу стиля Конохи. Не буду скромничать – после Второго Хокаге я лучший фехтовальщик в Конохе. Советую тебе поскорее забыть всё, чему тебя учил Косуке, потому что это всё – мусор», – последняя фраза была адресована Югао Узуки.