Часть 57

Глава 57.

«Что ты имеешь в виду, Хирузен?!» В зале заседаний четверо старейшин сидели на своих местах. Один из них, черноглазый старец с суровым лицом, гневно смотрел на Сарутоби Хирузена, занимавшего главное место. «Данзо, успокойся. Мы все уже одной ногой в могиле, так зачем же так горячиться?» – Утатане Кохару попыталась сгладить ситуацию, вставая и произнося примирительные слова. Только что предложение Данзо об отправке войск на фронт было отклонено Хокаге. Хотя он и понимал, что повторное командование армией может быть сопряжено с некоторыми трудностями, он не ожидал, что его товарищи, стремясь предотвратить усиление сторонников войны, захотят заставить его смириться с гибелью своих подчиненных. «С Орочимару на передовой, войска Страны Воды не смогут продвинуться ни на шаг», – Хирузен затянулся трубкой, озвучивая свою позицию. В зале заседаний, помимо них, присутствовали Намикадзе Минато, Юхи Шинку, глава Анбу и исполняющий обязанности командира отряда джонинов Нара Шикаку – все они являлись опорой фракции Хокаге. Только Данзо, после смерти Абураме Тацумы, практически лишился своих элитных подчиненных. Кё не имела права участвовать в собраниях такого уровня. Он сидел в одиночестве напротив Хокаге, и никто не поддерживал его стремление вновь возглавить армию. Разговор постепенно перешел к теме мирных переговоров. В то время как Страны Ветра, Земли и Молнии вновь признали положение Конохи в мире шиноби, они хотели мирным путем заключить новый договор со Страной Воды, и даже если не союз, то хотя бы перемирие. Благодаря возмужанию Саннинов и молодого поколения, представленного Минато, все были уверены в возможности добиться победы без боя. Никто не обращал внимания на взгляд Данзо, который становился все более ледяным. Он подпер подбородок правой рукой, и крестообразный шрам на нем стал особенно заметен. Это было свидетельством бесчисленных сражений, которые он прошел бок о бок с Сенджу Тобирамой во время Второй Мировой Войны Шиноби. «Вы… все забыли…» В зале заседаний Минато все это время молчал. Поэтому, когда Данзо заговорил, он первым перевел на него взгляд. «Мир в Конохе был достигнут не договорами, а жизнями и ранами, которые мы, вместе с теми, чьи имена высечены на Мемориале, получили в боях». Произнеся эти слова, Данзо убрал руку с подбородка и с силой ударил ею по массивному овальному столу. Раздался громкий, резкий звук ломающейся мебели. Охранявшие вход Анбу мгновенно появились и окружили сидящего на стуле черноглазого старца. «Третий Хокаге!» Под изумленными взглядами Хирузена и остальных, Данзо резко встал, не спеша надел лежащее на стуле черное пальто и повернулся к выходу. Шикаку и другие молодые шиноби не смели произнести ни слова. Кохару и Хомура открыли рты, но были подавлены ледяным видом старца. С самого детства они жили в тени Сарутоби и Данзо. «Данзо, я все же Хокаге. Не думаешь, что должен объяснить мне свое сегодняшнее поведение?» – в этот момент Хирузен пришел в себя, и его обычно мягкий и добродушный взгляд стал острым. Сильнейший профессор мира шиноби, Хокаге, в одиночку сокрушивший Страну Ветра. Данзо остановился и повернулся. Присутствующие увидели его багровый правый глаз. Зловещий и холодный, он пылал черным шестилепестковым узором. Но сидящий в центре, облаченный в церемониальные одежды Хокаге, несмотря на неподвижность, излучал не менее острую ауру, которая даже подавляла исходящую от Данзо. Анбу в комнате чувствовали, как их закаленные тела дрожат от страха, мышцы деревенеют, глаза боятся моргнуть, дыхание замирает. Инстинктивно им хотелось раствориться в пространстве между двумя высшими чинами деревни, словно один лишний вдох мог стоить им жизни. «Киноэ, Отсу, Цучи, Ното, Каноэ, Шин, Рэн… Еще детьми они, стоя на коленях перед каменным изваянием нашего учителя, вместе со мной поклялись защищать деревню ценой собственной жизни. Они погибли с улыбками на лицах, без единого сожаления. Ибо это было делом всей их жизни. Получив эти глаза, я верил, что смогу защитить остальных, но Тацума… Тацума все равно погиб, добывая последние крупицы информации. Корень… Без имени, без чувств… Я считал, что моя система подготовки идеальна. Что они – настоящие шиноби, готовые пожертвовать всем ради миссии. Но я ошибался. Они жертвовали собой лишь потому, что были частью Конохи, а не благодаря моим попыткам искоренить их чувства. Как лидер, я признаю, что предал идеалы Корня. Но как шиноби Конохи, как ученик Второго Хокаге Сенджу Тобирамы, я сделаю все возможное, чтобы заставить Скрытый Туман заплатить за пролитую кровь» — произнеся эти слова, Данзо деактивировал Мангекё Шаринган. С этого момента воля оригинального Данзо больше не имела над ним власти. Седовласый старец вышел за дверь. Никто не посмел его остановить. Все взгляды обратились к Хокаге. Сарутоби Хирузен молча взял свою трубку и глубоко затянулся. … «Данзо-сама!» За дверью стояли Кё и, по непонятной причине, Узуки, сдерживаемые четырьмя Анбу. Когда Данзо ударил по столу, скрытые в здании Хокаге Анбу немедленно пришли в движение. Даже агенты Корня не рискнули себя обнаружить. Подчиняясь приказу, они задержали двух женщин, которые также услышали шум. «Отпустите!» Ледяной тон заставил четверых Анбу мгновенно убрать свои мечи и отступить на пару шагов, освобождая женщин. «Кай!» — освободившись от хватки Анбу, Кё произнесла короткое слово, снимая с себя печать. Узуки же оставалась обездвиженной – печати Анбу были ей не по зубам. «Что ты здесь делаешь?» — лицо Данзо смягчилось при виде этих двух. Он коснулся указательным пальцем лба Узуки, снимая наложенную на нее печать. «У меня есть вопрос к вам, господин», – Узуки все еще не могла поверить в происходящее. Стоя за дверью, она услышала звук удара по столу и гадала, кто осмелился на такое. Затем увидела выходящего Данзо и его противостояние с Хокаге. Пылкая речь старца тронула сердце юной Куноичи, воспитанной на идеалах Воли Огня, до глубины души. «Какой вопрос?» Разговаривая, все трое направились к выходу из резиденции Хокаге. По пути им встречались многочисленные Анбу, но никто не осмелился показаться перед Данзо. «Я хочу знать, есть ли способ стать такой же сильной, как мои семпаи, в кратчайшие сроки», – спросила Узуки. Кё, услышав это, усмехнулась и погладила Узуки по длинным фиолетовым волосам, собираясь сказать, чтобы та не строила иллюзий. Но Данзо опередил ее, ответив твердым голосом: «Способ, конечно, есть. Вопрос в том, готова ли ты на жертвы».