Часть 76

Глава 76.

Стихия Жара, рождённая слиянием чакры Огня и Ветра, являлся природой чакры, изменённой до неузнаваемости. Этот Кеккей Генкай, проникнув в тело, мгновенно иссушал всю влагу. Два года назад, воспользовавшись слабостью Песка, Туман вторгся на побережье Страны Ветра. Из-за неравенства в информации, на поле боя остались сотни иссушенных тел. Имя Пакуры, мастера Стихии Жара, прогремело в обеих странах. В Конохе, будучи давним противником Песка, уже знали, как противостоять Стихии Жара, испытав его силу на собственной шкуре. «Стихия Ветра: Вакуумная Стена». Столкнувшись с надвигающимся оранжево-красным огненным шаром, Данзо лишь сложил печать. Невидимый, но ощутимый барьер из воздушных потоков возник перед ним. Раскалённый огненный шар взорвался, разрушив технику Ветра C-ранга. Пакура мгновенно переместилась к нему, изгибаясь в стремительном движении. Сжатый кулак её правой руки, пылающий оранжево-красным пламенем, с силой обрушился на подбородок Данзо. «Твои базовые навыки шиноби, ниндзюцу и тайдзюцу, впечатляют» — Данзо, чей подбородок был разбит ударом, смотрел спокойно. В его алых глазах три чёрных томоэ Шарингана вспыхнули и исчезли. Даже успев закрыть глаза, Пакура не избежала гендзюцу Шарингана, способного использовать любой увиденный противником образ. Движения Пакуры резко оборвались, словно её сковали невидимые цепи. Её тело вспыхнуло ещё более мощной чакрой. Сияние Жара, сконцентрировавшись на её белоснежной спине, образовало четыре оранжево-красных шара, подобных четырём палящим солнцам. Но Данзо поднял правую руку и слегка сжал кулак. Мощная чакра, извергавшаяся из Пакуры, мгновенно рассеялась. «Гендзюцу… Неудовлетворительно» — произнеся это, он деактивировал Шаринган. Ниндзято со свистом покинуло ножны. Тонкое лезвие длиной в несколько сантиметров коснулось шеи Пакуры. «Ты… Подлый старик!» — глаза Пакуры пылали огнём, настоящим огнём. Оранжево-красное пламя вырвалось из её тела. Она силой воли собирала рассеянную чакру, готовясь к смертельной схватке. Характер её был поистине несгибаем. «В свитке Раса передал тебя мне и раскрыл твою слабость к гендзюцу, но это неважно» — Данзо убрал лезвие с шеи красавицы и, уклонившись от летящего огненного шара, вернулся на исходную позицию: «Я не падок на красоту, просто хочу собрать шесть женщин с выдающимися способностями, внешностью и характером. Из-за нехватки талантов в Конохе, ты, мастер Стихии Жара, также в списке кандидаток на роль Небесной Девы. Моя проверка твоих способностей будет всесторонней». Другими словами, даже если бы Раса не раскрыл её слабость к гендзюцу, он бы всё равно её обнаружил. «Хмф, если бы не Шаринган, твоё гендзюцу не смогло бы меня сковать» — когда лезвие покинуло её шею, Пакура начала успокаиваться. Как элитный джонин, выживший в Великой войне Шиноби и прошедший битву на Перевале Кикьё, она прекрасно понимала, что значит быть Каге. Она никогда не забудет, как Сарутоби Хирузен в одиночку сражался против троих и одержал верх над Расой, Чиё и Эбизо. Против Шимуры Данзо, второго человека в Конохе, известного как Тьма Шиноби, победившего Райкаге и отбившего атаку Цучикаге, у неё не было шансов. Увидев свиток, в ярости от предательства Расы, она потеряла голову и напала на этого невзрачного старика. Теперь, придя в себя, она решила сдержать гнев и забыть об этом инциденте. Пакура мечтала лишь об одном: вернуться в деревню, разоблачить истинное лицо Расы и, заручившись поддержкой двух советников, низложить Казекаге, предавшего собственных людей. «Старейшина Данзо из Конохи, если у вас нет больше ко мне дел, я, пожалуй, пойду», – произнесла она. Данзо покачал головой. Шутки в сторону! Он ещё не успел всесторонне, от и до, проверить способности Пакуры и не собирался так легко её отпускать. В конце концов, она – посланница из другой деревни, и в следующий раз такого удобного случая для личной встречи может не представиться. Он поднял ниндзято. Незримая, но ощутимая сила, исходящая от клинка, словно сетью, опутывала все жизненно важные точки на теле Пакуры. Любое неосторожное движение – смерть. Эта мысль молнией пронзила сознание Пакуры в тот самый миг, когда Данзо начал двигать мечом. В древние времена, гласили легенды, когда чакра ещё не была известна миру, среди самураев существовали непревзойдённые мастера меча – «Святые Меча». Их клинок, даже не покидая ножен, мог показать противнику картину его собственной гибели. Данзо, систематизировав, усовершенствовав и превзойдя техники Стиля Меча Конохи, созданные Вторым Хокаге, вероятно, стал «Святым Меча» своего времени. «Теперь я проверю твои силы, способности и предел твоей выносливости, стараясь при этом не причинить тебе вреда», – произнёс он. Звяк! Как только слова слетели с его губ, ниндзято словно растворилось в воздухе. Перед глазами Пакуры возникло видение: она лежит на земле, её сухожилия на ногах перерезаны. Взрыв! На грани жизни и смерти чакра Стихии Жара достигла своего пика. Пять оранжево-красных огненных шаров, подобных палящим солнцам, образовались за её белоснежной спиной… … Резиденция Хокаге. Сарутоби Хирузен глубоко затягивался трубкой, Митокадо Хомура подпёр голову рукой, а Утатане Кохару хмурила брови. Не только трое старейшин, но даже обычно невозмутимые Намикадзе Минато и Нара Шикаку, ознакомившись с докладом, почувствовали, что ситуация выходит из-под контроля. В докладе Данзо изложил три основных пункта. Первый: Орочимару убил Мангецу Хозуки, и члены организации «Семь Мечников Тумана» жаждут мести. После нескольких открытых столкновений на фронте с Конохой, где они столкнулись с невероятной боевой мощью команды Какаши, Шисуи и Югао, они решили сменить тактику. Разделившись на мелкие группы, они обошли отряды Орочимару, охотящиеся за мечами, проникли в Страну Огня и начали сеять хаос и смерть. Второй: Деревня Скрытого Тумана, игнорируя намёки своего даймё, сосредоточила ещё больше сил и готовится к полномасштабному вторжению. И наконец, третий: гений клана Каратачи, Ягура, стал джинчурики. По слухам, он полностью подчинил себе Треххвостого, став первым в истории совершенным джинчурики. В конце доклада красной кистью была добавлена приписка: Ягура Каратачи – ярый сторонник войны и уже подал официальное прошение старейшинам деревни о личном участии в боевых действиях. «Кто бы мог подумать, что в самом конце войны, когда казалось, что всё уже решено, обычно сдержанная Деревня Скрытого Тумана решит пойти ва-банк!» – с мрачным видом произнёс Нара Шикаку, нарушив тягостное молчание. «Орочимару-семпай, конечно, очень силён, но если джинчурики ринется в бой, не щадя себя, наши войска на фронте, ослабленные предыдущими сражениями, могут не выдержать», – добавил он. Минато не знал, на что способен совершенный джинчурики, но он хорошо знал свою жену, Узумаки Кушину – несовершенного джинчурики. В прошлый раз, когда она тайком покинула деревню, ему удалось усмирить её лишь благодаря Мангекё Шарингану, чья сила способна подавлять Биджу. «Может, стоит позвать Данзо на совет?» – с некоторой неуверенностью спросил Митокадо Хомура после долгой паузы. Он не знал, что Данзо сейчас очень занят и не может прийти.