Часть 89

Глава 89.

В 47-м году от основания Конохи произошло множество событий. В начале года Намикадзе Минато в битве на мосту Каннаби сразил двадцать шесть шиноби Скрытого Камня ранга джонинов, практически в одиночку сокрушив целую страну. Это стало настоящим триумфом. Затем, в Стране Дождя, появились двое, кому суждено было изменить мир шиноби. Обладатель Ринненгана и человек из Мира Дао. Гако, заняв место Данзо, одолел Райкаге, отбросил Цучикаге, а теперь, в ходе столкновения со Скрытым Туманом, всего за три месяца, в одиночку преодолев тысячи километров, он сделал имя «Тьма Шиноби» известным всему миру. Однако сила Мизукаге превзошла все ожидания. Во главе с Орочимару армия джоунинов Конохи сдерживала клан Хозуки, клан Кагуя, клан Юки и даже десятитысячное войско под предводительством Ягуры Каратачи. Но с появлением на поле боя Мизукаге фронт полностью рухнул. То, что Третий Мизукаге принадлежит к клану Юки, предполагали во всех странах. Но никто не мог представить, что Стихия Льда может быть настолько мощной. Ледяные небеса! Даже небо покрылось льдом. Пространственно-временное ниндзюцу Намикадзе Минато, доселе не знавшее преград, столкнулось со своим вторым криптонитом. Ситуация была даже более отчаянной, чем в сражении с Третьим Райкаге. Если броня Райкаге из Стихии Молнии превращала все атаки Минато в щекотку, то Ледяные небеса буквально замораживали пространство. Каждое перемещение с помощью Техники Летящего Бога Грома требовало в десять раз больше чакры. После того как Третий Мизукаге спустился с небес и вступил в битву, передовая армия Конохи потерпела семь поражений подряд и отступила на тысячи километров. Того, чего не смогли добиться объединённые силы Стран Ветра, Земли и Молнии, достиг Скрытый Туман. Они продвинули линию фронта на территорию Страны Огня. Разгневанный Даймё лично прибыл в Коноху, чтобы потребовать объяснений от Третьего Хокаге. Именно в этот момент на поле боя появилась «Тьма Шиноби». … «Довольно жалкое зрелище, не правда ли?» — Данзо прибыл всего на день позже Мизукаге. Мгновенно меняющаяся обстановка на поле боя не отпускала его взгляда. Во временном лагере, Орочимару, облачённый в униформу джонина, сидел с тонкой раной на шее. Леденящий холод исходил от неё, превращая кровь в ледяные крупинки и мешая ране затянуться. Будь на его месте любой другой джонин, кровь уже превратилась бы в ледяные шипы, пронзив его насквозь. Только невероятная живучесть этой змеи спасала его от смерти. «Как я и думал, среди Третьего поколения Каге, за исключением Казекаге, все – невероятно сильные ветераны» — Намикадзе Минато, до этого момента уверенный в своих силах, вновь испытал чувство поражения. В отличие от Орочимару, у него не было ран, но правая рука приобрела синевато-багровый оттенок. Это был результат применения Техники Летящего Бога Грома и попытки поразить Третьего Мизукаге Расенганом в грудь. Его сильнейшее ниндзюцу лишь разрушило тонкую ледяную броню Мизукаге, а его собственная рука после соприкосновения стала такой. Остальные — тройка Ино-Шика-Чо, Хизаши Хьюга, Шисуи, Какаши и другие — дрожали и были бледны. Их дыхание заставляло пламя в очаге меркнуть. Данзо чувствовал себя так, словно находился на ледяной вершине Мира Дао, покрываясь мурашками от холода. Хуже всех пришлось Югао. Её молодое лицо стало почти прозрачным от пережитого. Несколько смертельных схваток с Семью Мечниками Тумана вселили в неё уверенность, и она, переоценив свои силы, вместе с товарищами напала на Мизукаге. В результате она была повержена одним ледяным дротиком и до сих пор не могла прийти в себя. У Данзо, глядя на бледное личико своей ученицы, чуть сердце не разбилось: «Доложите Сарутоби о ситуации. Если он не пришлёт Цунаде, пусть готовится собирать тела своих шиноби». Он взял Югао за руку, прощупал пульс, но, увы, помочь ничем не мог. В прошлой жизни, в Доме Радостей, он слыл непревзойдённым мастером в женских недугах, но его знания ограничивались обычными простудами. Против же этого холода, проникшего в костный мозг, практически слившегося с жизненной силой, вряд ли кто, кроме Цунаде, мог что-то сделать. Это был практически смертный приговор. «Дайте мне ещё немного времени, я найду способ противостоять Стихии Льда» — Орочимару, казалось, не верил в безнадёжность ситуации, или, быть может, просто не хотел, чтобы бывшие товарищи видели его в таком жалком состоянии. Данзо коснулся прекрасных фиолетовых волос своей ученицы. Кончики уже покрылись инеем. Он корил себя за то, что не настоял на присутствии Цунаде. Нужно было хоть силой, хоть уговорами, но тащить её на фронт. Тем временем, Кё закончила писать донесение. Данзо пробежал его глазами, поставил подпись и печать. «Минато, хоть твоя правая рука и повреждена, но ты здесь самый быстрый. Сбегай в деревню, к утру вернёшься?» — вопрос прозвучал, но тон был утвердительный. Как наследник Воли Огня, златовласый юноша, естественно, не мог отказаться. Здоровой левой рукой он принял свиток и в мгновение ока исчез из лагеря. Бам! Бам! Бам! Данзо как раз собирался сказать пару утешительных слов своей ученице, когда раздались оглушительные раскаты грома. Мощные вибрации сотрясали землю, словно небеса разверзлись в грозовой ярости, угрожая стереть лагерь с лица земли. «Это Киба!» – мгновенно определила команда Какаши, имевшая самый богатый опыт сражений с Семью Мечниками Тумана. «Эй, древесные крысы, вылезайте, дайте дедушке размяться!» – громогласный рык заглушил даже раскаты грома и донёсся до Данзо. «И вам каждый день приходится терпеть этот шум?» – с явным недовольством спросил Данзо. Бледный вид Югао не давал ему покоя с тех пор, как он вошёл в палатку. Гром на расстоянии – это одно. У него не было уверенности в возможности мгновенного убийства. Но теперь Мечники Тумана стояли у самых ворот, открыто насмехаясь. Даже у такого обычно спокойного человека, как Данзо, лопнуло терпение. «Увы, наши тела пострадали от Стихии Льда. Мы можем извлекать лишь десятую часть чакры. То, что армия ещё держится, – заслуга Иноичи, который связал всех джонинов ментальной сетью для совместных действий», – с горькой усмешкой ответил Нара Шикаку. Впервые он ощутил, насколько ничтожна мудрость перед лицом абсолютной силы. «Эх, вы совсем не щадите старика», – Данзо поднялся. Кё тут же подала ему снятый с его спины меч. «Там собрались все Семеро Мечников Тумана. Позвольте мне сопровождать вас», – Учиха Фугаку, до этого молчавший, активировал свой Шаринган, оценив ситуацию снаружи, и вызвался в бой. На протяжении всего пути Данзо намеренно демонстрировал дружелюбие к главе клана Учиха. И хотя Фугаку не понимал истинных мотивов старика, отношения между ними уже не были такими напряжёнными, как прежде. «Не нужно. Подождите здесь. Я скоро вернусь» — Данзо принял меч, а рослый Хэй распахнул полог палатки: «Югао, приготовь горячего чаю. Мне нужно будет согреться после прогулки».