Часть 101

Глава 101.

Лагерь Конохи. Данзо, улучив свободную минуту, наставлял своих учеников. Учиха Шисуи и Узуки Югао состязались в искусстве владения мечом. Раньше Югао не продержалась бы и пары минут против Шисуи. Но сейчас, под пристальными взглядами шиноби, собравшихся в лагере, девушка с фиолетовыми волосами, мастерски управляясь с непомерно длинной катаной, демонстрировала удивительную гибкость и невероятную интуицию. В чистом фехтовании она фактически подавляла сильнейшего гения клана Учиха. Нити идеально контролируемой энергии клинка, изящные, отточенные движения, умение предугадать действия противника – все это способствовало тому, что прозвище «Фиолетовый Клинок» стало широко известно среди шиноби ее деревни. Пусть оно и не гремело так, как имя Какаши, но по известности не уступало имени Анко – ученицы Орочимару. «Невероятно», – подумал самый юный обитатель лагеря, мальчик из клана Учиха. Итачи, наблюдая, как его старший брат, объект его безграничного восхищения, уступает позиции, ничуть не волновался. Он видел едва уловимые изменения в «потоке» боя. И действительно, как только Югао ударила Шисуи в плечо, за ее спиной внезапно возник второй Шисуи, приставив клинок к затылку девушки. Но Югао, давно привыкшая к технике мгновенного перемещения своего товарища, использовала заранее подготовленную «Уцусеми», оставив на месте лишь серую куртку. Взвизгнула сталь, холодный блеск рассекал воздух, атака сверху, снизу, со всех сторон. «Танец Луны» – самая известная техника Стиля Фехтования Листа – в руках девушки обрела поистине грозную мощь. Однако вместо двух Шисуи появились три, и каждый из них был настоящим. Два огненных клинка рассекли ложные образы Югао, а оставшиеся три Шисуи одновременно приставили свои мечи к ее шее, груди и спине. «Неплохо. «Разбросанные Цветы» только в твоем исполнении обретает истинную красоту», – сказал Данзо, наблюдавший за спаррингом своих учеников. Он жестом остановил Какаши, манипулировавшего молниями, и, закончив урок, подошел к Шисуи и Югао. «Мне еще далеко до вашего уровня, учитель», – ответил Шисуи. После того, как они стали свидетелями мастерства Данзо, подавившего своими техниками даже Мизукаге, ни один из владельцев особых мечей не осмеливался хвастаться своими навыками в присутствии старика. «Югао тоже хороша. Просто ей мешает юный возраст, ей не хватает чакры и физической силы. Пусть как следует питается в ближайшие несколько лет, подрастет», – добавил Данзо. После пробуждения Мангекё Шарингана запасы чакры Шисуи увеличились в десятки раз. Несмотря на то, что ему было всего десять лет, он уже входил в число сильнейших шиноби лагеря. Чакры у прославленного гения Какаши было в десять раз меньше, чем у Шисуи, а у Югао – в пятьдесят. В этом и заключалась разница между обычным гением и гением с читами. «Вот этот прием нужно выполнять так…» – продолжил Данзо. В отличие от Какаши, чей боевой стиль уже сформировался и кто не желал отказываться от Шарингана, Шисуи и Югао обладали огромным потенциалом. Данзо щедро делился с ними всеми секретами своего мастерства, не скрывая ничего от других обитателей лагеря. Каждый шиноби, владеющий особым мечом, считал, что эти уроки принесли ему неоценимую пользу. «Хоть методы Данзо и радикальны, но его преданность деревне не сравнится ни с чьей», – с восхищением произнес Намикадзе Минато, глядя на старика, без остатка отдававшегося обучению в центре лагеря. После того, как вчера вечером Данзо с помощью Техники Летящего Бога Грома вернул всех с острова Демонов, он объявил, что, пользуясь затишьем на фронте, проведет для своих учеников урок фехтования. Присутствовать разрешалось всем шиноби Конохи. Данзо надеялся, что это поможет им выжить в будущих жестоких сражениях. «Вот уж не думал, что скоро смогу выйти на пенсию», – лениво произнес Нара Шикаку, наблюдая за оттачивающими мастерство Шисуи, Югао и Какаши. Он прислонился к стволу дерева, безразлично поглядывая на тренировку. «А что, жизнь прекрасна! Давайте-ка лучше соберем партию в карты!» – воскликнула Цунаде, греясь на солнышке. Она помахивала фляжкой с саке и колодой карт, подзывая своих партнеров по игре. Даже Пакура, раненная и прикованная к постели, чувствовала это редкое для зимы тепло и уют, царившие в лагере. … Пока все в лагере наслаждались покоем и радостью, в шатре клана Учиха царила гнетущая атмосфера. «Глава клана! Шиноби Скрытого Тумана целенаправленно охотятся на членов нашего клана, совершенно игнорируя остальных!» – возмущенно доложил один из шиноби. Разведкой Конохи руководили два клана, обладающих особыми доудзюцу: Учиха и Хьюга, которым помогали кланы Инузука и Абураме. Но после столкновения с врагом шиноби Тумана нападали исключительно на тех, кто носил символ клана Учиха – веер. За последнее время, несмотря на отсутствие крупных сражений, потери клана Учиха превысили потери, понесенные во время битвы Данзо с Мизукаге. Фугаку, глава клана, с невиданной яростью смотрел на тела своих соклановцев, у которых были вырезаны глаза. «Так больше продолжаться не может! Я лично пойду к Данзо. Нужно как можно скорее закончить эту войну со Скрытым Туманом!» – решительно заявил Фугаку под одобрительные взгляды своих подчиненных. Он поднялся и вышел из шатра. И тут же увидел, как Данзо обучает фехтованию его сына. Четырехлетний Итачи, держа в руках учебную катану – тонкую, длиной всего пару десятков сантиметров, – с удивительной серьезностью и точностью повторял движения, демонстрируя отличную технику. «Данзо-сама! Мне нужно доложить вам кое-что важное», – Фугаку прервал урок, и Данзо нахмурился, всем своим видом выражая недовольство. У Фугаку невольно сжалось сердце. «Поговорим в другом месте», – сказал Данзо. Как командующий, он не мог игнорировать капитана разведки. Шикаку, наблюдавший за ними, бросил значительный взгляд на своих товарищей и направился вслед за ними в главный шатер. … «Так, значит, вы хотите развязать войну, чтобы уменьшить потери вашего клана за счет жизней других шиноби?» – прозвучал резкий вопрос. Фугаку поспешил оправдаться. Такое обвинение он не мог принять. «Никак нет, господин! Просто деревня больше не может позволить себе бесконечно противостоять Скрытому Туману», – ответил он. В этот момент в дверь постучал Шикаку и спросил у Данзо, можно ли ему войти. «Не волнуйтесь, глава клана Учиха. Война со Скрытым Туманом обязательно будет. Но для этого нужно одно условие и одна небольшая просьба к вам». «Просьба?» … Страна Земли. Поле боя. Всё тело Кицучи было покрыто ранами. Его квадратное лицо заливала кровь – его собственная и кровь его товарищей. Куда ни глянь – везде трупы. Около пяти тысяч тел в красно-коричневой форме шиноби Ивагакуре. На вершине горы из трупов лежал темнокожий старик с широко раскрытыми глазами. Хотя жизнь покинула его, от него всё ещё исходила сокрушительная мощь, не позволявшая никому приблизиться. «Наконец-то он умер!» – рядом с Кицучи рухнул на землю шиноби, его тати был покрыт щербинами, а одна рука оторвана. По сравнению с другими, ему ещё повезло. Из пятидесяти джонинов, включая Кицучи, в живых осталось только четверо.