Часть 158

Глава 158.

«Ха... Ха... Ха...» Трое ниндзя, пробежав неизвестно какое расстояние, наконец остановились. Как только Шестихвостый вернулся в тело Утакаты, юноша тут же рухнул на небольшой островок. Он был полностью истощён, в нём не осталось ни капли сил. «Ну и ну, никакого чувства собственного достоинства», – нахмурившись, произнесла Теруми Мэй, поправляя растрепавшиеся во время бегства волосы и макияж. Маска с лица Ханахи растворилась, словно вода, открывая её прелестное лицо. Двое её спутников, до этого гадавшие о её личности, облегчённо вздохнули. «Не ожидала, что ты дочь Третьего Мизукаге. Впрочем, это логично, иначе как в твоём возрасте можно попасть в личную гвардию?» Политика секретности Скрытого Тумана позволяла шиноби знать только своих непосредственных командиров и главу деревни – Мизукаге. Лишь выходцы из влиятельных кланов, такие как Теруми Мэй и Утаката, были осведомлены о структуре деревни, её ключевых фигурах и всех зарегистрированных в Тумане джонинах. Личность Ханахи была окутана тайной, о ней знали лишь Третий Мизукаге, старейшины и ещё несколько человек. Теруми Мэй и Утаката знали только, что в резиденции Мизукаге шестнадцатилетняя девушка-джонин служит в личной гвардии. «Надеюсь, вы никому не расскажете о нашей встрече», – Ханахи поклонилась и, ступив на поверхность воды, покинула остров. «Постой! Ты не вернёшься в деревню? Сейчас клан Юки остался без лидера. С твоим происхождением ты могла бы стать главой клана и положить конец Кровавому Туману!» – Теруми Мэй вспомнила, что Туман сейчас воюет с Конохой и нуждается в каждой боевой единице. После смерти Третьего Мизукаге клан Юки замкнулся в себе и практически устранился от политической жизни деревни. Хоть и не хотелось этого признавать, но кланы Хозуки, Куросуки и Юки были главными кланами Тумана, его основой. Ягура, хоть и стал Четвёртым Мизукаге, так и не получил официального признания этих трёх кланов. Кровавый Туман был следствием борьбы между новыми кланами, возглавляемыми Четвёртым, и старыми, влиятельными семьями. Теруми Мэй верила, что если одна из сторон уступит, то деревня сможет избежать братоубийственной войны. «Я хочу жить обычной жизнью. Изменить деревню – слишком грандиозная цель. Я всего лишь слабая девушка, мне это не под силу» — выслушав идеалы Теруми Мэй, Ханахи лишь покачала головой. Порыв тумана – и она исчезла из виду. «Чёрт! Даже если я буду одна, я всё равно изменю Кровавый Туман!» – Теруми Мэй топнула ногой от досады. Незаметно для неё самой, изменение жестоких традиций деревни стало целью её жизни. «Хорошо ей, свободно и беззаботно. Хотел бы я так же», – Утаката, наконец придя в себя, встал и с завистью посмотрел в сторону, где исчезла Ханахи. Он всегда был ленивым. Став джинчуурики и получив силу уровня Каге, он совсем потерял мотивацию к развитию. Если бы не семья, учителя, друзья и другие обязательства, он, возможно, уже давно бы последовал примеру Ханахи и отправился странствовать по миру. «Глупец, теперь мы с тобой одно целое. Обычная жизнь тебе больше не светит», – раздался детский голос Рокуби, который услышали и Утаката, и Теруми Мэй. «Эй, полегче с моим телом! Мне до сих пор жутко больно», – Утаката прислонился к рифу. Рана на груди, оставленная Данзо, больше не кровоточила, но боль от бешеной гонки, когда Шестихвостый гнал его до полного истощения, всё ещё давала о себе знать. В результате сейчас всё его тело словно разваливалось на части, каждая мышца будто истыкана тысячами крошечных иголок, причиняя невыносимую боль. «Если бы я хоть на мгновение замешкался, сейчас бы вам оставалось только собирать свои останки», – раздался голос позади Утакаты. Синий энергетический хвост Шестихвостого материализовался и с силой ударил юношу по голове. «Только что, в момент смертельной опасности, мы оба полностью перевоплотились в Биджу, не так ли? Разве джинчуурики в таком состоянии не должны быть непобедимы?» Идеальный джинчуурики не только может свободно использовать практически бесконечную чакру своего Биджу, но и, благодаря единению разума и тела, способен мгновенно развеивать любые Гендзюцу. По сути, это безупречная, неистощимая боевая машина. Но Утаката никак не мог понять, почему, даже если он не ровня Тьме Шиноби, он всё равно должен был иметь хоть какую-то возможность дать отпор? «Шаринган – одна из сил Рикудо Сеннина, и он – наша, Биджу, погибель. Зловещая сила глаз того мужчины почти равна половине силы Учихи Мадары», – пропищал детский голос Рокуби. Как существо, лично ставшее свидетелем того, как два героя Конохи пронеслись по миру шиноби и захватили всех хвостатых, Шестихвостый произносил имя Данзо с едва заметной дрожью в голосе. Он и не подозревал, что двое ниндзя Скрытого Тумана в этот момент совершенно оцепенели. «Сила Тьмы Шиноби не достигает и половины силы Учихи Мадары!!!» – Теруми Мэй внезапно схватила синий энергетический хвост, появившийся за спиной Утакаты, и начала неистово трясти его. Её прекрасное лицо исказилось гримасой, близкой к безумию. На каком, спрашивается, основании их Первый Мизукаге когда-то стоял вровень с Хокаге Конохи, образуя пятерку великих деревень шиноби? И с какой стати они вообще осмелились воевать с Конохой? Зачем они вообще сюда пришли? Чтобы добровольно сложить головы? Где я? Кто я? … В отличие от Теруми Мэй, запутавшейся в собственных мыслях, Утаката полностью обессилел. Он лежал на песке, не желая даже пошевелиться. Ладно, решил он, вернусь после окончания войны и скажу Ягуре, что столкнулся с Тьмой Шиноби, был тяжело ранен и восстанавливался до самого «послевоенного» времени. … Страна Волн. Данзо вынырнул из моря. На покрывавшем его тело слое костяной брони Сусаноо виднелись несколько трещин. Оказалось, что Биджудама на близком расстоянии способна пробить его защиту. Но, только и всего. Вокруг него всё ещё мерцало несколько тонких, словно стены из мыльных пузырей, щитов. Пассивная техника «Тонкое Облако» поглотила остаточную энергию Биджудамы и Сусаноо. «Господин, вы в порядке?» – Кё во главе отряда Корня спустилась с обрыва, превратившегося в песчаную отмель, на побережье Страны Волн. Сражение между Сусаноо и Биджу для обычных шиноби представляло ещё большую опасность, чем схватка шиноби уровня Каге. По крайней мере, последние старались экономить чакру. «Хотелось бы сказать, что подобная атака не способна повредить даже волосок на моей голове, но…» – Данзо рассеял Сусаноо, и защитные щиты «Тонкого Облака», окружавшие его жизненно важные органы, исчезли. Он поднял правую руку. Его ладонь, прежде крепкая и сильная благодаря Мокутону, теперь была бледной с синеватым оттенком. При малейшем соприкосновении с влагой на тыльной стороне ладони образовывались крошечные ледяные кристаллы. «Дочь Третьего Мизукаге… Эта сила… Уже проглядывают зачатки Закона Льда. Вот это действительно выдающийся талант». Данзо сжал руку в кулак, направив силу Мокутона к груди. Холод, который должен был въесться в него, словно яд, был вытеснен через кончики пальцев и превратился в небесно-голубой энергетический кристалл: «Сможешь её найти?» Кё склонила голову, вдохнула аромат ледяного кристалла с кончиков пальцев Данзо и коротко кивнула: «Она ещё в пределах моего диапазона восприятия. Я могу её отследить».