Часть 207

Глава 207.

Скрытый Туман. Орочимару, облаченный в жёлтое кимоно и украшенный серьгами в виде магатама, лучезарно улыбался. Рядом с ним, помимо Ямато, стоял белокурый зеленоглазый ребёнок. «Изначально я планировал лишь найти секретные техники Стихии Льда, но не ожидал такой приятной находки». Вести о кровавой бойне, устроенной Ягурой в кланах, владеющих Кеккей Генкай, конечно же, не могли ускользнуть от такого змея, как он. Во время войны он собрал почти все Кеккей Генкай Скрытого Тумана, а сам обзавёлся телом, владеющим Стихией Льда. Однако личное освоение Кеккей Генкай не могло сравниться с многовековым наследием клана Юки. Он хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы найти несколько секретных техник Стихии Льда, но не ожидал, что сможет заполучить ещё и Шикоцумьяку. «Насекомые, мое терпение не безгранично» — внезапно Орочимару остановился, нахмурившись, и посмотрел на большое дерево позади себя. Ямато, стоявший рядом, мгновенно развернулся и применил Стихию Дерева. Желтовато-коричневые деревянные полосы, вырвавшись из его пальцев, оплели ствол дерева и устремились к противнику, скрывавшемуся за ним. Свист! Свист! Свист!… Используя комбинацию техник Шуншин и Каварими, преследователи из Конохи уклонились от внезапной атаки. «Это же… Стихия Дерева Первого Хокаге!? Орочимару, эти эксперименты были официально запрещены! Ты, мерзавец!» — это был Асума. Будучи выходцем из знатной семьи с богатым наследием, он, конечно же, был знаком со Стихией Дерева, Кеккей Генкай, усмирившим некогда хаос царивший в мире. Он и не подозревал, что именно его отец одобрил этот проект. Противником был один из Саннинов Конохи, а состав группы преследования оставлял желать лучшего. Какаши, Сарутоби Асума, Юхи Куренай, Митараши Анко, Ширануи Генма, Майто Гай, а также Эбису, действовавший в другом районе, – всего три команды, и только один джоунин. «Третий действительно думает, что я не посмею напасть?» — увидев этих юнцов, среди которых был и его ученик, лицо Орочимару помрачнело. «Зачем ты это делаешь, учитель?!» — Анко до сих пор не могла поверить в происходящее. Её учитель стал ниндзя-отступником и покинул деревню. «Анко, раз ты решила не идти со мной, будь готова к смерти» — Орочимару запечатал часть её памяти с помощью проклятой печати, поэтому Анко сейчас совершенно не помнила секретов своего учителя. На острове Демонов, когда она пережила активацию проклятой печати, Орочимару спросил её, хочет ли она покинуть Коноху вместе с ним. Тогда, находясь в полубессознательном состоянии, Анко покачала головой. Именно этот жест заставил Орочимару окончательно отказаться от своей ученицы. Ззз! Ззз! Какаши, заметив, что Орочимару погрузился в воспоминания, решил, что это хороший момент для атаки. Райкири активировался, чакра пробудила клетки, а Шаринган обеспечил идеальный контроль над молниеносным выпадом. Несмотря на молодость, он был настоящим джонином. Ямато и Кимимаро выступили вперёд, готовые принять удар на себя, но Орочимару уже успел переместиться и встретил Райкири лицом к лицу. Раздался громкий хлопок! Какаши отбросило назад, он пропахал в земле глубокую борозду. «Для твоего возраста ты весьма неплох, но тебе ещё далеко до того, чтобы сражаться с ниндзя моего уровня» — втянув свою неестественно извивающуюся правую ногу, Орочимару с холодной усмешкой посмотрел на шестерых юнцов. Анко яростно вскрикнула, её руки, словно змеи, наконец, освободились от оков сентиментальности и устремились к её бывшему учителю. «Не делай глупостей!» — Какаши, с трудом поднимаясь, успел только крикнуть, как его товарищи уже бросились в атаку. Юхи Куренай применила Гендзюцу, из земли бесшумно поднялись ветви, опутывая противника. Асума выпустил изо рта облако пепла, сочетая его со Стихией Огня в комбинированной технике. Гай же, обогнав Анко, первым нанес удар ногой по Орочимару. Раздался оглушительный хлопок, словно воздух взорвался. Невидимый, но ощутимый поток чакры сформировал непроницаемую сферу, отбрасывая все атаки обратно. «Невозможно! Моё гендзюцу совершенно неэффективно?» – Юхи Куренай, уверенная, что уже сковала Орочимару, смотрела на него с нескрываемым изумлением. «О, ты говоришь об этом?» – Орочимару взглянул на иллюзорные лианы, обвивающие его тело, и издал зловещий смешок, сложив печать. Гендзюцу рассеялось, а Куренай и пятеро её товарищей вдруг обнаружили, что не могут пошевелиться. «Отражение гендзюцу? Это же Зеркальное Отражение! Не может быть, это техника Шарингана…» — Куренай, посвятившая свою жизнь искусству иллюзий, мгновенно узнала эту технику. Пятый Хокаге назначил Учиху Микото учителем Курамы Якумо. Данзо, помня о том, как Куренай целый год служила ему секретарем, упомянул и её имя в рекомендательном письме. До замужества Учиха Микото была джонином Конохи, известной как беспрецедентный гений гендзюцу. В сочетании с её Шаринганом с тремя томоэ, она считалась сильнейшим пользователем гендзюцу во всем мире шиноби. Она не могла отказаться от просьбы Хокаге и, став учителем двух девушек, первым делом обучила их технике Зеркальное Отражение. Суть техники заключалась в рассеивании вражеского гендзюцу, направленного на себя, и отражении его эффекта обратно на противника. Звучало просто, но на деле требовалось мгновенно распознать тип гендзюцу, сложенные противником печати и через какой орган чувств оно воздействует, чтобы точно выполнить отражение. Для всего этого требовалась сила Шарингана. «Кто сказал, что для этой техники нужен Шаринган? Если разница в уровне владения гендзюцу достаточно велика, это можно сделать с легкостью. Хотя, у меня тоже есть Шаринган…» – Орочимару усмехнулся, его глаза вспыхнули алым светом, усиливая отраженное гендзюцу. Майто Гай, не имевший никакой подготовки в гендзюцу, первым не выдержал, с криком потерял сознание. Именно этот опыт в будущем подтолкнет его к разработке метода противостояния гендзюцу, основанного на наблюдении за движениями ног противника. Вслед за Гаем, под воздействием ментальной атаки иллюзии, пали Асума, Ширануи Генма и Анко. Остались только Какаши, обладатель Шарингана, и специалист по гендзюцу, Юхи Куренай. «Пора отправить вас в последний путь. Считай это окончательным разрывом с прошлым», – Орочимару выпустил изо рта змею, которая, в свою очередь, изрыгнула меч. Схватив меч за рукоять, он приставил лезвие к белой шее Куренай. Выступила алая кровь. На бледном лице Орочимару появилась холодная улыбка. Он понимал замысел Третьего, но он больше не был шиноби Листа, а стал настоящей змеей, сбросившей старую кожу. «Надеюсь, Пятый не будет в обиде, когда узнает об этом» — во всем Листе он опасался только Данзо. В этот момент правый глаз Орочимару самопроизвольно превратился в Мангекё Шаринган. В его видении возникли расплывчатые образы Райкаге и Казекаге. «Что это? Неужели…?»