Часть 257

Глава 257.

В центре огромного вулкана чудовищное черное существо вытянуло сотню драконьих голов с фиолетовыми глазами, холодно вглядываясь в пространство над собой. Пять Каге заметили, что взгляд этого демонического создания направлен не на них, а полностью сосредоточен на жрице Мироку. Над головой Моурё возник жуткий черноволосый юноша с вздувшимися по всему телу венами и глазами, глубокими и темными, словно черные дыры. Это был Йоми. «Наконец-то ты пришла... Как выросла. Вы все так похожи друг на друга». Пять Каге переглянулись, понимая, что этот человек уже на пределе своих сил, вся жизненная энергия в его теле иссякла. Он напоминал неудавшегося джинчурики, который вот-вот превратится в пепел под воздействием чудовищного жара. «Почему? Ведь мы — единое целое, но ты постоянно препятствуешь моему приходу в этот мир?» Голос Йоми был ледяным. За его спиной взорвалась черная чакра, и пять огромных драконьих голов с фиолетовыми глазами устремились в небо, направляясь к пяти Каге с чудовищной силой, способной разорвать всё на своем пути. Бум! Бум! Бум!.. Карура вступила в бой. Используя Стихию Магнетизма, она управляла слоями песка, формируя в воздухе одну линию обороны за другой. Она не только блокировала все пять драконьих голов, но и опутала их щупальца песком, текущим словно вода. «Песчаный Саркофаг!» Сжав правую руку, она скрутила и оборвала все пять драконьих голов с фиолетовыми глазами. Они полетели к подножию горы, истекая пурпурной кровью. «Для Казекаге ты, пожалуй, едва дотягиваешь до уровня». Символом всех поколений Казекаге была именно эта Стихия Магнетизма, объединяющая нападение и защиту, а Третий Казекаге был признан самым выдающимся среди них всеми остальными деревнями. Странно, что такой могущественный человек просто исчез. Впрочем, учитывая, что в Скрытом Песке уже пропали три Казекаге подряд, ситуация становилась всё более непостижимой. «Лучше закончить это сражение как можно быстрее. У меня дурное предчувствие» — Карура, контролируя песчаную платформу, на которой стояли все присутствующие, нахмурила свои нежные брови, выглядя немного измученной. «Кажется, сила госпожи жрицы и этого чудовища происходит из одного источника, а возможно, изначально принадлежала этому монстру» — в этот момент внезапно заговорил Райкаге, обращаясь с вопросом к Мироку. «Что ты имеешь в виду?» — Данзо сделал шаг вперед, заслонив собой жрицу от Райкаге. «Я подозреваю, что всё это — заговор. Армия призраков, Моурё, жрица — возможно, они с самого начала были заодно». Слова Йоми были очень запутанными. По мере того, как Моурё и жрица приближались друг к другу, становилось очевидно, что силы света и тьмы, хоть и были полными противоположностями, имели ощущение общего происхождения. Это чувствовал не только Данзо, чувствительный к энергиям, но и Теруми Мэй с Карурой. «Нет, хотя в далеком прошлом мы были едины, мы разошлись, когда жрица пожертвовала собой, чтобы запечатать меня» — Йоми снова заговорил. Легким взмахом руки он выпустил из своей ладони двенадцать тонких щупалец, которые устремились в лаву под ними. Вместе с извержением вулкана двенадцать золотых марионеток, каждая верхом на драконьей голове с фиолетовыми глазами, взмыли в воздух, окружая пятерых Каге и жрицу. «Позвольте мне поприветствовать свою вторую половину. Здравствуй, госпожа жрица этого поколения!» Йоми поклонился Мироку, чьи глаза уже полностью превратились в глубокий фиолетовый цвет, и предался воспоминаниям. «В далеком прошлом мы были единым божеством. Первая жрица в мире шиноби была благословлена божеством и получила часть его силы, а я в бесконечной бездне, используя её координаты в этом мире, вернулся в мир людей» — говоря это, Йоми внезапно выразил ненависть и зависть в своих глазах, вскрикнув Мироку: «Если бы мы просто объединились, мы могли бы стать целостным божеством, править этим миром и восстановить моё тысячелетнее царство. Почему ты отвергаешь меня, отказываешься стать богом!» Чувствуя ярость Моурё, двенадцать золотых марионеток верхом на драконьих головах, вооруженные каменными мечами, ножами, копьями и другим оружием, медленно приближались к присутствующим. «Ты пытаешься запутать меня своими выдумками?» — хотя Мироку была молода, она всё же была правительницей страны и презрительно отнеслась к словам Моурё. «О, ты забыла? Или пытаешься скрыть своё происхождение перед Пятью Каге?» — тело Йоми разорвалось, и драконьи головы под двенадцатью золотыми куклами взревели к небу, устремившись к серебряноволосой жрице на песчаной платформе, окруженные пламенем и сиянием. В критический момент свет вокруг Мироку почти материализовался, образуя огромный светящийся купол, защищающий всех присутствующих. «Я устал от его бреда» — внезапно заговорил Данзо. Он тихо вдохнул, и природная энергия вокруг него начала бурлить, превращаясь в почти материальные лучи света, проникающие через семь отверстий его тела. Его тело постепенно покрылось полупрозрачной змеиной чешуей, словно превращаясь в энергетическую сущность. Пурпурные отметины мудреца появились вокруг его глаз и распространились на щеки, образуя загадочный символ «клина». В центре его лба образовалась трещина, из которой вырос белоснежный драконий рог, изгибающийся над головой по дуге. «Ты...» — казалось, Моурё узнал режим отшельника. Глубокий голос, полный ненависти, прозвучал из головы Йоми: «Дезертир Такамагахары, предатель мириад божеств. Значит, вот как. Ты действительно предал свою позицию и планируешь убить меня? Но ваша величайшая ошибка — привести жрицу ко мне!» Произнеся эти последние слова, Йоми полностью исчез. Черный поток, смешанный с раскаленной лавой, взметнулся к небу, обрушиваясь на пятерых Каге, парящих в воздухе. «Высвободить! Построение! Разрушить!» Мироку немедленно вмешалась, применив технику запечатывания. В вулкане всё ещё оставалась сила храмового построения, и пурпурное сияние проявилось в темных скалах, образуя фиолетовую полусферу, окружающую сотню голов Моурё. Она вращалась, формируя огромный запечатывающий барьер, который постепенно сжимался. «Бесполезно. Так называемая печать лишь предназначена для нашего слияния». Сотня голов Моурё взревела, и фигура жрицы внезапно исчезла, появившись в центре барьера, где её тут же поглотил черный поток. Могущественная сила, чьё божественное сознание было сброшено внеземным существом, возродилась как остаточная мысль, разделившись на два разума и сознания, чтобы вернуться в человеческий мир. Они наблюдали друг за другом, определяли местоположение друг друга, постоянно перерождаясь между миром мертвых и живых. Этими противоположностями и были жрица и Моурё. «Добро и зло, свет и тьма — эти слова не могут описать нас. Я есть... Бог!»