Часть 1

      Трактир гудел, как растревоженный улей. Треск очага, звон кружек, гул голосов — всё сливалось в хаос, знакомый и уютный, как старая рана. Пахло медовухой, перегаром, потом и обещаниями, что завтра будут вспоминать с тоской и головной болью.       Лив ворвалась в это бурлящее море, злая и холодная, как северный ветер. В глазах — шторм, в руках — обещание крови, если кто-то рискнёт сунуться.       — Эй, красавица! — крикнул кто-то, кого уже тянуло в могилу.       Она даже не взглянула — просто выхватила кинжал и воткнула в стол рядом с его рукой. Мужик судорожно сглотнул и больше не пытался строить планы на вечер.       А вот другой — наглый, ленивый, опасный — как раз ждал её.       Локи сидел в углу, развалившись в кресле, словно владел этим местом. В одной руке кружка, в другой — лукавая улыбка. Он наблюдал за ней, как кот за птицей, решая: сожрать сразу или помучить.       — Если ты пришла меня убить, — лениво протянул он, — то давай сразу… Но если ты пришла ссориться, лучше сначала выпей — ты несносная, когда трезва.       — А ты несносный постоянно, — парировала Лив, подходя ближе.       Она опустилась на лавку напротив, глядя ему в глаза. В янтаре плескалась ухмылка, но глубже, в тени его глаз — нечто, от чего у неё внутри всё сжималось.       — Ты выставил меня дурой на Тинге . Ты воняешь мёдом и ложью, — сказала дева, скрестив руки.       Бог сделал глоток мёда, не отводя взгляда первоклассного хищника.       — А ты холодом и местью. Разве не странно, что я всё равно хочу тебя?       — Хочешь? — в женском голосе звякнул металл. — Так возьми.       Бог поставил кружку, медленно поднялся.       — О, Лив… Ты же знаешь, как это закончится.       — Да, — она озарилась волчьей улыбкой. — Я снова буду стоять над тобой, с мечом у горла.       Толпа вокруг почуяла запах крови и затихла — разговор стал опасным. Бог Обмана и валькирия Одина. Люди замерли, затаив дыхание.       Плут вздохнул.       — Хорошо. Но сначала — выпьем за твой скорый проигрыш.       Девушка опрокинула кружку залпом, не моргнув и глазом, вытерла губы и рывком вытащила меч.       Локи ответил мгновенно. Металл встретился с металлом — искры осыпали столы. Трактир взорвался криками — кто-то делал ставки, кто-то спасал кружки.       Валькирия пошла в атаку — быстро и яростно. Бог парировал, скользя, уворачиваясь, смеясь.       — Разозлилась? — спросил он, увернувшись от удара, который срубил бы другому голову.       — Ещё нет, — рыкнула дева, продолжая наседать.       Лезвия пели. Рыжий двигался грациозно, но Лив быстрее. Наконец резкий выпад — и его меч выбит.       Валькирия прижала клинок к его шее.       — И вот мы снова здесь, — прошептала она.       Локи плавно ухмыльнулся. — Ты забыла, что я иногда играю нечестно. — Мужская ладонь взметнулась, кинжал сверкнул — и её меч вылетел из рук.       Теперь они стояли с короткими стилетами близко к друг другу.       Они начали кружить, как звери, что затеяли хищную схватку.       — Устала? — насмешливо бросил Локи.       — Нет, — ответила Лив и ринулась вперёд.       Лив и Локи вновь сошлись в яростном сопротивлении. Сталь скользила по коже, оставляя тонкие алые росчерки. Однако убивать они не спешили. Капли крови падали на пол, теряясь в гуле возбуждённой толпы.       Валькирия ускорилась. Одно мгновение — и её кинжал оказался у него под рёбрами.       — Снова, — прошептала Лив.       Бог выдохнул, глядя ей в глаза.       — Хорошо, — протянул хитро он. — Тогда давай без оружия. — Огонь моментально вспыхнул у него в ладонях.       Первый шар пламени сорвался в сторону Лив. Она отшатнулась, взмахнув рукой. Синий ледяной щит вспыхнул в воздухе.       Они бросали друг в друга стихии, превращая таверну в ожесточённое поле битвы. Люди орали, бросаясь под столы.       — За ущерб платить будете?! — взвыл трактирщик, уворачиваясь от шара молний.       — Запиши на мой счёт! — рявкнул Локи, едва не угодив в потолок, когда Лив пустила под его ногами поток воздуха.       Дева метнула в него лёд, — он испарился в облаке пара. Бог отправил в неё огненный кнут, — Лив рассекла его мечом.       Но терпение Локи было на пределе. Он шагнул вперёд, и огонь взвился у неё под ногами. Валькирия упала, а он тут же оказался сверху, прижав её запястья к полу.       — Ну, кто теперь победитель, м? — пробормотал рыжий.       Они дышали часто, горячее дыхание опаляло до костей. Глаза Локи вспыхивали в свете огня.       — Я, — сказала Лив. — Два — один в мою пользу. — Она тяжело выдохнула, замечая отсветы огня вокруг, что обнимали их вместе. Сейчас, в пламени, он выглядел таким соблазнительным, заставляя деву сглотнуть. Затем она подалась вперёд и впилась в его губы. Локи не стал медлить — он принял напор, углубляя поцелуй, пока их дыхание не смешалось окончательно. Пламя вокруг вспыхнуло ярче, отражая их напряжение, жадность, голод. ***       Пока трикстер пытался расплатиться с недовольным хозяином таверны, девушка выскользнула из-за стола, уходя от внимания Бога. Пройдя на второй этаж, она закрыла дверь в комнату, но не успела обернуться, как кто-то прижал её к деревянной стене.       — Ты думала, что твоя победа будет без последствий? — его голос был низким, опасным и манящим.       Она усмехнулась.       — Я знала, что ты не сдашься.       Мужские пальцы обхватили её запястья, удерживая над головой.       — Ты хочешь войны? — он наклонился к уху, обжигая дыханием. — Ты её получишь.       Дева дёрнулась, проверяя, насколько крепко он её держит, но плут лишь сильнее сжал руки, впечатывая её грудью в шершавое дерево. Бюст резво вздымался, дыхание участилось, — не от страха, нет. От предвкушения. Она чувствовала его жар, близость, его возбуждённый член, властность, и всё это будоражило сильнее, чем победа.       — О, я на это рассчитывала, — прошептала Лив, поддразнивая улыбкой.       Глаза Локи вспыхнули опасным огнём, уголки губ дрогнули, намекая на усмешку, но он не дал ей даже мгновения передышки. Рывком прижавшись, он провёл губами по её шее — помечая следом нежную кожу алыми пятнами.       — Ты любишь играть с огнём, Лив… — говорил плут бархатным и одновременно угрожающим голосом.       Он резко разжал хватку, и валькирия попробовала выскользнуть, но он опередил её, развернув лицом и схватив за талию, прижимая к стене.       — Локи… — сказала с воздыханием она, предостерегая и подначивая его.       — Да? — он не переставал усмехаться. Его руки медленно скользнули вниз, изучая каждый изгиб тела.       Валькирия не ответила, а только плавно закинула одну ногу на его бедро, зная, что это ещё больше распалит воздух.       — Ты ведь знала, что я не проиграю. Не в этой игре…       Лив громко рассмеялась, прижимая его ближе.       — Ты чертовски самоуверен, — её голос дрожал от напряжения, а в глазах плясали огоньки веселья.       — Потому, что я знаю тебя. — Его губы скользнули по скуле, а пальцы уверенно прошлись вверх по бокам, поднимая ткань её одежды. — Знаю, что ты не хочешь, чтобы я останавливался.       Она чуть повернула голову, чтобы встретиться с ним взглядом. В глазах Лив сверкнуло упрямство.       — Я могла бы тебя оттолкнуть…       — Могла бы, — согласился он, ухмыляясь. — Но не сделаешь это.       Лив резко схватила его за волосы, заставляя поднять голову.       — А если я заставлю тебя попросить?       Локи тихо усмехнулся, вжимаясь в неё сильнее.       — Попробуй.       Девушка рвано вдохнула, когда его ладони окончательно избавили её от одежды, оставляя кожу обнажённой и открытой холодному воздуху. Лив дёрнулась было в сторону, но Локи тут же поймал поймал её, прижимая к стене.       — Ты уверена, что хочешь играть со мной в это? — прошептал он у её губ, едва касаясь, дразня.       — Ты забываешь, кому бросил вызов, — валькирия приподняла подбородок, её дыхание стало неровным, но голос звучал твёрдо.       Локи усмехнулся и одним движением перехватил её руки в одной своей ладони, а второй медленно скользнул вниз, между ног, прямиком к её влажному центру. Лив вздрогнула, но не отвела взгляда. Она выгнулась с лёгким стоном, чувствуя его горячее прикосновение.       — Должен признать, — его голос стал глубже, хриплее, пальцы активнее, — мне нравится, когда ты бросаешься в бой.       — Тогда смотри внимательно, — её губы дрогнули в лукавой усмешке, и в следующий момент она резко вырвалась из хватки, срывая с него часть одежды с той же грацией, с какой сражалась на поле боя.       Рыжий едва слышно выдохнул сквозь зубы, член болезненно давил, отдавая диким возбуждением.       — Осторожнее, валькирия…       — А ты заставь меня быть осторожной, — голос был вызовом, жарким, как пламя, и плут не собирался проигрывать в этой схватке. Не ответил ничего — вместо этого щёлкнул пальцем, представая полностью голым. Валькирия прикусила свою губу, обводя божественное тело голодным взглядом.       Он плавно отстранился, но лишь для того, чтобы схватить за её бёдра и поднять, прижимая к стене.       — Ты требуешь слишком многого, — его голос стал низким, почти рычащим. — Думаешь, я не смогу заставить тебя быть осторожной?       Дева обвила его ногами, впиваясь ногтями в его плечи.       — Думаю, что тебе это понравится, — выдохнула она ему в губы, прежде чем прикусить его нижнюю и провести по ней языком.       Локи тихо выругался, но не оттолкнул её — наоборот, его горячий член упёрся ей между ног. Валькирия застыла, а потом качнула бёдрами навстречу, стирая его контроль на съедение бесам.       — Ты беспощадна.       Лив улыбнулась, её взгляд стрелял бешеной дерзостью.       — Ты же любишь меня такой…       Бог не стал спорить. Он захватил её губы в поцелуе, и это было ловушкой. Он толкнулся в неё, будто жар моментально проник в нутро. Она выгнулась навстречу его пламени, стон валькирии подарил ему головокружение.       Но через секунду новые толчки были бурей — горячей, стремительной, не знающей пощады. Плут не искал нежности, не пытался сдерживаться — слишком долго копилось напряжение, слишком многое было сказано в насмешках и вызовах.       Лив чувствовала, как с каждым его движением внутри неё нарастает что-то необузданное, дикое. Её руки то и дело прижимали его плотнее, или ногти царапали спину, оставляя тонкие красные следы, но Локи только сильнее прижимал её к себе, стремясь слиться с ней воедино.       Бог оттолкнулся вместе с ней от стены, через секунду бросил её спиной на кровать. Дева томно дышала, прижимая ногами его бёдра, умоляя его возобновить движение.       — Вот так. Хорошая девочка, отдай себя мне полностью…       Она буквально заскулила, когда он начал дразнить клитор горячей головкой. Он был огнём, выжигающим всё на своём пути, и она сама бросалась в этот пожар, не желая спасаться.       А потом…       Трикстер выпрямился, немного отстранился, перекинул её ноги себе на плечи и прикусил лодыжку. И внезапно наклонился вперёд, почти складывая её пополам. Лив выдохнула с придушенным вздохом.       Бог Обмана вошёл в неё стремительно, взрывая в ней сладкий стон и эндорфиновую бомбу.       Руки девы так же быстро оказались прижаты за головой. В каждом его толчке — злость, страсть, власть и подчинение, но не сломленность. Они оба боролись за контроль, но в этой борьбе уже проигрывала Лив. Локи выглядел как голодный зверь, питающийся сексуальной энергией. Его глаза — огонь. Его член — пожар. Его аура — космос.       Валькирия закатила глаза от наслаждения, пронзив пространство рваными стонами, что превращались в длинную мелодию. Случился первый оргазм. Бог Обмана не останавливался. Ему мало.       Стоило ускорить движение, Лив продолжила принимать сладостное мучение. Круг наслаждения начался заново. Локи тяжело дышал, не отрывая хищного взгляда от её прекрасного вида. Она не сдаётся, отвечает ему телом, выдыхая стоны с его именем.       Бог Обмана был близок; она такая сладкая, такая мягкая, такая страстная. С его уст всё чаще срывались взаимные стенания. Он получал её, она отдавалась, она раскрывалась ему полностью.       Её голос похож полукрик, Лив задрожала всем телом, зажмурила глаза и кончила второй раз. Пульсация одна за одной выбивала из реальности.       — Локи!       — Лив…       Бог сам не заметил, как его тело сковал оргазм, сильно, крепко, будто цепи душат его, и он излился горячей струёй прямо внутри.       Они оба застыли на миг, захваченные волной последнего удовольствия. Лив ощущала, как её тело всё ещё сотрясает дрожь, а Локи держал её так крепко, будто боялся, что она исчезнет. Его дыхание было тяжёлым, горячим, смешиваясь с её.       Он не сразу ослабил хватку, оставляя её прижатой к себе, словно ещё не готов был отпустить этот момент. Его губы скользнули по виску, оставляя ленивые, едва ощутимые поцелуи, такие непривычно нежные после всей той грубости, что была между ними.       — Ты — безумие, — наконец пробормотал он, касаясь лбом её лба.       Лив слабо рассмеялась, пальцы прошлись по его спине, зная, что там остались следы её ногтей.       — А ты думал, что будет иначе?       Он улыбнулся, медленно отпуская её ноги, но не торопился отступать.       — Нет, — его голос был низким, насыщенным удовлетворённостью и чем-то ещё, более глубоким. — Я всегда знал, что ты сведёшь меня с ума.       Лив прикоснулась к его щеке, заглядывая в эти проницательные, хитрые глаза, в которых сейчас горело нечто большее, чем просто страсть. Она тяжело дышала, ощущая, как его пальцы лениво скользят по её коже, будто запоминая каждую линию, каждый изгиб. Это было безумием — таким сладким, таким губительным.       — Взаимно, — голос дрогнул, но она не отвела взгляда.       Локи улыбнулся — опасно, самодовольно.       — Тогда скажи мне, Лив… Ты когда-нибудь представляла, что будет, если Один разоблачит нас?       Она знала ответ. Они оба знали. Это будет конец. Для неё, для него, для всего, что они успели украсть у судьбы.       — Да, — прошептала она, ведя пальцами по его губам. — Но мне плевать.       Локи тихо рассмеялся, склоняясь ближе.       — Вот за это ты мне и нравишься, Золотко…       Ночь сомкнулась над ними, скрывая их грехи. Где-то вдалеке завыл ветер, за окном посыпался снег, кружась в медленном танце. Асгард спал, укутанный в холодное безмолвие, не ведая, что в этой комнате пылал огонь, который не должен был разгораться.       Лив закрыла глаза, на миг позволяя себе забыться. Ещё немного. Ещё несколько украденных мгновений, пока за стенами этого мира их вновь не превратят во врагов.