Откровение

Микаса иногда подкидывала новые поленья в огонь, чтобы тот не потух. Дети еще плескались, но ночь все больше и больше холодила воздух. – Мелочь, вылезаем, греемся и в кровать. – Леви командовал, почему-то этот тон вызывал у неё стягивающий узел внизу живота. Этот голос хотелось слышать вечно. И она невольно начала представлять его не в самом приличном свете. Дети может и были недовольны, но смирно укутались в полотенца и сели отогреваться, в обнимку. Это умиляло. Микаса радовалась, что даже с разными характерами, они были друг у друга всё это время. Слова Леви так же не покидали ее. Он хочет детей. Она тоже. Когда Армин и Энни попросили её быть крестной для ребенка, она думала, что только в этом ключе может быть мамой. Но их с Леви дети… Звучало как сказка. Каким он будет отцом? Думать пока было рано, но девушка уже точно знала, что уборки станет куда больше. Это же Леви. Габи и Фалько ушли в дом. Микаса проверила каждого перед сном, на всякий случай, и вернулась к мужчине. Костер уже пожирал новую порцию дров. – Мы не идем спать? – Я хотел посидеть тут ещё с тобой. – он похлопал по месту рядом с ним и Микаса приняла приглашение, устроившись в той же позе. Его руки нашли края кофты и ловко проникли к голому животу. Девушка пискнула. Холодные. – Почему ты вспомнила о разведке? – Посмотрела на Габи, уплетающую твоё рагу, и вспомнила Конни с Сашей в столовой. А потом и всех остальных. – большие пальцы мужчины нежно поглаживали её ребра. – Я не особо наблюдал за вами во время еды, но Браус за воровство отхватывала только так. – Ты бы слышал, как она потом чавкала в кровати. Заснуть было невозможно. – девушка засмеялась, воспроизводя в голове звуки из прошлого. – Она была хорошей и хитрой. – хоть она и не видела, но по его голосу было слышно, что он тоже улыбался. Девушка накрыла его руки своими под кофтой. – Но ты была просто невероятна в попытках перечить всем. – В основном, я перечила тебе. – Леви переплёл их пальцы. – Боюсь тебя расстроить, но твои выходки ни капли на меня не действовали. – рука девушки, высвободившись, ущипнула кожу на уже теплой руке. – Признай, что ты бесился. – Ну может немного. – рука была захвачена прежде чем нанесла еще один щипок. – Микаса, не делай то, что повлечет неприятные последствия. Девушка подняла глаза на него, Леви ухмылялся. Это лицо хотелось стереть, чтобы он не был таким прекрасным в свечении огня. Нельзя ей угрожать и быть красивым. – Какие последствия? – девушка с вызовом запрокинула голову назад, теперь макушка плотно опиралась на его грудь. Леви молчал. – Я жду, Леви. Ночь пришла с тихим шёпотом ветра в листве деревьев. Где-то вдалеке ухала сова. Девушка не успела дождаться ответа. Леви резко переложил её полностью на плед, поддерживая голову, чтобы та не приземлилась с ударом об землю. Сам лег рядом, рукой подпирая висок. В таком же положении наклонился, вторая рука мягко обвилась вокруг её шеи, губы нашли её. Жесткий, настойчивый и мокрый поцелуй. Язык пробирался внутрь ее рта, зубы кусались, оставляя ссадины. Рука на шеё плавно массировала тонкие жилки. И это всё ужасно возбуждало. Мужчина оторвался, но кисть не убрал, гладил, сжимал и отпускал. Клубок внутри кричал и ныл о разрядке. – Я дважды не повторяю, Аккерман. – снова этот капитанский тон. Леви услышал из ее уст легкий протяжный стон. Это его удивило, но ни один мускул на лице не дрогнул. – Значит нравится? – мужчина сильнее сдавил шею, не доставляя дискомфорта, лишь нащупал учащенный пульс. – Леви.. – на выдохе. Аккерман хотел собрать все эти, выходящие из ее рта, гласные и согласные. Переслушивать каждое утро и перед сном. Микаса звучала как самая приятная зависимость. Его рука снова забралась под кофту девушки и нашла грудь. Лишняя вещица была так же поднята вверх и пальцы щипнули набухший сосок. Звук из её рта стал громче. – Аккерман, веди себя тише, в доме дети спят. – он шептал ей на ухо. Девушка уже не говорила, лишь хватала губами воздух, пытаясь затихнуть. Леви продолжил игру. Наблюдать за ней вот так при свете костра было восхитительно. Он хотел сорвать с неё эти брюки и взять прямо на пыльном пледе. Нельзя. Тихо в этом случае не выйдет. Но от этого ситуация не становилась менее манящей. Сосок перекатывался меж пальцами. Её дыхание обжигало, хотелось кусать эти губы до красноты, а потом зализывать раны, но желание наблюдать побеждало. Рука медленно опускалась вниз. – Может быть я немного соврал о неприятном. – пуговки на брюках одна за одной вылезали из петель. – Будь послушной и постарайся быть тише. Девушка раскрыла глаза, смотрела на него, будто пыталась возразить. Молчит. Леви приподнял край нижнего белья и пальцы проскользнули к нежным складкам. Девушка громко выдохнула и прикрыла глаза. – Какая же ты мокрая.. Мужчина с легкостью скользил пальцами, распределяя влагу повсюду. Член в штанах моментально затвердел. Не сегодня. Сейчас только её удовольствие. Бусина клитора нашлась быстро, движения стали прерывистыми. Он дразнил её и видел, как Микаса тает под ним. Ее рука ухватилась за плед на земле, губы мычали, боясь открыться и выпустить звук. Леви склонился к уху. – Ты не представляешь, что я хочу с тобой делать. – Леви, пожалуйста.. – урывчастые слова, больше подобны к стонам. Рука опустилась ниже, Микаса послушно приняла один его палец. Поцелуй приглушил звук, исходящий из ее рта. Продолжая оставлять губы на лице девушки, Леви задвигал пальцем, пытаясь подготовить теплые влажные стенки для второго. Меняя положение, нащупывал место, что заставляло Микасу прикрывать рот собственной рукой. Ухмылка не сходила с его рта. Девушка извивалась под ним и это было высшей наградой. Второй палец вошел плавно и мягко. Глаза Аккерман закачивались. Пальцы белели, сжимая то плед, то собственный рот. Огонь медленно потрескивал, согревая и пряча звуки. Смазки было много. Леви хотел её всю. Сладкая, манящая и сексуальная. Вылизать, укусить и довести до оргазма. Большой палец нашел клитор. Движения руки — слаженный механизм. Мечами капитан прекрасно управлял. Женское тело тот же меч, только куда приятней и любимей. – Родная, я хочу, чтобы ты кончила. – Леви прикусил мочку её уха, два пальца внутри отточено двигались, большой палец массировал набухший клитор. Ноги Микасы затряслись, девушка ухватилась за ворот его рубашки, впилась губами, кусала, облизывала, снова кусала и стонала ему в рот. Леви почувствовал спазмы и начал двигаться быстрее, пытаясь продлить её удовольствие. Искры летели с его глаз. Блаженнее этой женщины в руках не было ничего больше. Она обмякла, пальцы аккуратно вышли. Девушка наблюдала за тем, как каждый исчезал в его рту. На вкус как самый прекрасный плод. Разум то и дело воспроизводил в голове её милое личико. – Я отведу тебя в душ и уберу тут всё. – она лишь робко кивнула. Ну и куда сейчас смущаться, когда ты так кончала в моих руках? Но Леви пропустил возможность по насмехаться, вместо этого, бережно застегнул назад каждую пуговицу на её брюках. Микаса принимала душ в полном забвении. В голове звучал томный голос Леви. Тело помнило каждое движение его пальцев. Почему она так реагировала и позволила произойти этому прямо на улице? Что он с ней сделал? Она бы никогда не подумала, что может вот так наслаждаться кем-то. Леви растоптал все рамки приличия, залез к ней в сердце и поставил там кушетку. Выселять его не моглось и не хотелось. Тело желало большего, а лицо краснело от одних лишь мыслей. Девушка почистила зубы и вышла уже в пижаме, которую Леви принёс ей из их спальни. На диване в гостиной послышались всхлипы. Микаса немедля подошла к Габи. Та крутилась и плакала во сне. Аккерман аккуратно присела рядом и потормошила девочку за плечи. Шатенка проснулась с испугом, выпячивая глаза и громко хватая воздух. Сидящая рядом Микаса притянула её к себе в объятия и крепко прижимала к груди. – Всё хорошо. Ты в безопасности. Я тут. – бесконечный шепот лился из ее губ. Габи вцепилась в рубашку, держалась сильно, боясь потерять, но успокаивалась. Девушка гладила её по волосам. – Микаса, прости, я тебя разбудила. – тоненький голосок прорывался в перемешку с сопением и глубокими вздохами. – Ничего, я не спала. Успокаивайся, я рядом. – темноволосая оставила поцелуй на макушке девочки, та сильнее прижалась, обхватив её спину. – Только не говори Леви, он волнуется за нас. – просьба звучала так по-детски. – Но ведь поэтому надо как раз и сказать. – Микаса искренне переживала за Габи. Леви бы лучше понял девочку и смог бы помочь. – Нет! Пожалуйста. У него только всё наладилось, а тут я. – девочка отвела голову назад и со слезами смотрела на неё. – Вот же дурёха.. – Аккерман сильнее прижала её к себе. Леви еще не был в душе, значит он на улице и скоро должен вернуться. Увидев их, начнет расспрашивать, что произошло. Рассказать все равно придется. – Мы скажем Леви и я пообещаю, что с ним будет всё хорошо. Так нужно сделать, Габи. Девочка грустно вздохнула, но кивнула где-то у Микасы около сердца. Такая взрослая, но совсем ребенок. Оберегать и любить — они заслуживают этого. – Я выйду к Леви и сразу же вернусь назад, хорошо? – девушка немного отступила назад, чтобы увидеть согласие в глазах шатенки. Та снова кивнула и легла в постель. Микаса вышла на веранду, почти столкнувшись с мужчиной. – Ты чего не в кровати? – девушка не ответила, вместо этого закрыла за собой входную дверь и подтолкнула его к креслам. – Габи плакала во сне, не хотела, чтобы я говорила тебе, ведь ты будешь волноваться. Я уговорила, но при условии, что останусь с ней. – Леви внимательно слушал, оперевшись на перекладину ограждения. – Я заварю вам ромашковый чай, а после ложитесь вместе в нашей спальне, я посплю на диване. – он всегда делал всё так правильно. Все решения взвешены, никаких эмоций снаружи. Она любила его за это и за то, что могла видеть и слышать всё, что скрывалось от остальных. Микаса кивнула и поцеловала его в щёку. Леви вернулся с ней и они разошлись в коридоре. Габи лежала, смотря куда-то в сторону окна. Слёз не было, но лицо выглядело уставшим. Девушка снова села рядом. – Мы с тобой сейчас выпьем отменный чай и пойдем спать на кровать. Леви останется тут. – девочка поднялась, сев на диван, и откинулась на спинку. Микаса повторила её позу. – Тебе тоже снятся кошмары? – Браун умостила голову на её плече. – Да, иногда снятся. Особенно перед годовщиной. – ни к чему было врать, они обе проходили это. – Как ты справлялась всё это время? – вопрос застал врасплох. Честность. Ответом должна быть честность. – Никак. Просыпалась в холодном поту и слезах, принимала душ и шла встречать рассвет. Иногда совсем не спала. Никому об этом не говорила. Боялась так же, как и ты, доставить неприятности. – Микаса поглаживала её плечо, опуская руку ниже. Сейчас это единственное, чем она могла помочь. Но присутствие рядом это лучше, чем переживать всё в одиночку. – А потом приехал Леви.. – А потом ко мне приехал Леви. Я рассказала всё ему и он остался. Кошмары не прекратились, но появился человек, который может помочь справиться с ними. – девушка попыталась донести ей эту мысль как можно лучше. Нельзя закапывать себя с головой в ужасы этого мира. – Фалько такой правильный всегда. Идёт только вперед. Мне это нравится, но я будто тяну его в обратную сторону. И не хочу рассказывать о своих снах, потому что он будет волноваться больше, чем нужно. – Габи смотрела в пол, в руках крутила лоскуток одеяла. – Милая, но если ты не расскажешь, оно накопится со временем. Думаешь, ему будет легче потом? Попробуй объяснить ему то, что сейчас говорила мне. Он хороший парень и поймет тебя. – девушка услышала шаги, Леви принес чашку с чаем для Габи. Она поблагодарила и взяла теплый напиток в руки. Микаса оставила их, идя на кухню за своей. – Пей чай, он поможет. – Леви угнетало положение новостей, которые он услышал. Всё время с детьми он старался оградить их от плохих воспоминаний. Пытался исправить ошибки прошлого и внести в жизнь этих двоих другие, здоровые заботы. Но отголоски войны никогда не пропадут. – Спасибо. – Габи сидела неподвижно и сёрбала травяной напиток. Леви присел рядом. – Если тебе будет плохо, будут кошмары или другие переживания, я хочу, чтобы ты писала мне. То, что теперь я не рядом, не означает, что я вычеркнул вас из жизни. – девочка кивнула, смотря ему в глаза. Он не удержался от жеста и потрепал её волосы на макушке. – Я пойду в душ. Выйду, чтоб вы уже спали, ясно? Снова кивок, но уже с улыбкой на лице. Теперь Леви был точно уверен, что притягивает к себе только бедовых женщин. И за что ему такая награда? За помощь Микасы был очень благодарен, хотя и уверен, что иначе она бы не поступила. Аккерман защищала всех. Их дети будут гордиться своей матерью. Он обещал об этом не думать, но обещание было неустойчивым. Тем более после слов девушки. Теперь мысль о Аккерманах в большем количестве грела сердце. А процес их создания грел член. Леви принес удовольствие Микасе, а про себя не думал. Но сейчас, когда проблемы были решены, а душ шумел над головой, орган требовал разрядки. Мужчина оперся травмированной рукой в стену, другой обхватив член. В голове гудело. Сладкий вкус Микасы вновь призрачно возникал на языке. Её тело под ним, молящее об оргазме. Пальцы внутри неё, такой мокрой и желанной. Рука двигалась по стволу, постепенно ускоряясь. Ноги подкашивало. Держаться стало труднее. Губы стиснулись, пытаясь не издать разоблачающие звуки. Глаза стелились пеленой. А перед ними голая и сексуальная женщина, что овладела им до безумия. Струи спермы смешивались с водой, стекая вниз. Леви почувствовал легкость, наслаждение и мгновенную усталость от этого дня. Пора было заканчивать. Выйдя из душа, проверил спящих девушек и сразу же лёг на диван. Сон пришел в доли секунды.