Человек в снегу

Тихо звенели медные колокольчики на расписных хомутиках у двойки лохматых, сибирских лошадей. Весело ехали крытые низенькие сани, такие, какие обычно использовали для перевозки людей. На козлах сидел выпрямившийся ямщик, не старый и не молодой, в большом тёплом расписанном цветами светло-бежевом тулупе, подгоняющий тех самых двух низкоросленьких лошадок. Он под нос насвистывал себе какой то плясовой мотивчик, вроде тех, что молодняк поёт на праздниках. Тем временем ночь медленно входила в свои права. На лес надвигалась тьма вместе с холодом, желая заморозить и скрыть всё от глаз живых. И без того стояла полутьма- всё небо было в непросветных тучах, а на землю опускался, словно пепел, белый снег. Ямщик на козлах чему-то усмехнулся, потянулся вправо, взял простой железный тяжёлый фонарь с крючка на конце козлов, достал из него свечу и зажёг её огнивом из своей сумки. Небольшое яркое пламя затрепыхалось и заплясало. Он повесил её на специальный выступ. Кони ехали дальше нескорой рысцой. То и дело всхрапывал мерцающий снег под их копытами. Вокруг прикланивались многолетние ели и сосны, пахло мягкой хвоей и морозной свежестью снега. Скоро должна была быть небольшая деревня со станцией. Нужно будет остановиться там переночевать. Вдруг, овещаемые лишь еле-видным светом фонаря, из-за поворота показались следы. Странные такие, длинные, словно шедший был очень устал. Может быть охотничьи? Свежие были следы, их ещё не замело начинающейся вьюгой. Ямщик поехал чуть медленней- было интересно. Однако, выстрелов он не слышал. И звука рубки тоже не слыхал (мало ли какой крестьянин дрова на кляче своей вёз). Он ехал, внимательно смотря по сторонам. Минут через пять, он увидел силуэт неподалёку, и аккуратно затормозил коней. Силуэт тот был темно-синим, почти черным тулупом, свалившимся в снег. А если приглядеться, даже можно было разглядеть человека. -Эге, ты жив?- он остановил коней и слез с козлов, подходя к человеку. -Нет- человек в снегу перевернулся, но попыток подняться не делал- я сплю. Уезжай отсюда куда ехал. Голос человека был тихим и хриплым. В нём звучалась какая- то непомерная слабость и боль. Он был явно уставшим, но не походил ни на крестьянина (пускай и был тощим даже по крестьянским меркам), ни на охотника (хоть и выглядел неслабо, да и саблю имел на боку). Он уже был весь бледным от холода- уже даже не покрасневшим, а белым. Глаза, словно стеклянные, смотрели на потемневшее небо. Походил на сына купца- одет в тёплый волчий тулуп, покрытый тканью с синей, словно светящейся росписью узоров, лисья шапка малахай на голове и валенки, в которые уже давно засыпался снег. Он был весь в снегу. Несмотря на то, юноша бережно держал в руках свёрток, напоминающий доску по форме. На поясе у него был ремень для кавказкой шашки на боку. Поверх того был замотан синий расшитый кушак. -Не, браток. Не поспишь ты тут- ямщик подошёл и подхватил того на руки, и, не ощущая ни сопротивления от обмороженного, ни большого веса, свойственного купцам. Отнёс он его в свои крытые сани, на лавку. Ящик с письмами стоял на полу, так что не мешался. Возничий укутал того в одеяло и меха, лежавшие там. -Сиди грейся, молодняк, скоро деревня- Он вскочил на козлы и шуганул коней. Те помчались почти галопом, пусть и казались до того усталыми. "Молодняк" сидел и смотрел на затылок ямщика пустым взглядом. Он хотел бы подумать, но не получалось. Мысли зажёвывались и улетали в глубь сознания. Может, холод сказался. Чуть погодя, он, подотогрев руки и ноги, высунулся из комнатки, и, закрыв глаза, попытался ступить из саней. Впрочем, он был остановлен сильной рукой извозчика. -Ты с дубу рухнул?!- крик раздался как гром. Тот подтолкнул его на себя, после разворачивая и усаживая рядом- жизнь совсем не дорога?! Вон какой детина, да с саней слетель хочешь? И так себе всё отморозил, хочешь чтобы волки тебя ещё съели, перееханного?! - Ямщик с горяча отчитал его. И плевать ему было что это незнакомый ему человек! -Я не просил себя спасать- тот, чуть погодя, сказал это. Глаза его были приопушенны и скрыты за пробивающимися из-под шапки волосами, цвета светлой соломы- я не хотел дальше ехать. -А что? Хотел в лесу уснуть?- Тот подуспокоился, съязвил и глянул на человека. -Я просто хочу спать- тот сказал это почему-то твёрдо. Где то на грани сознания его что-то защемило, и начали наплывать чувства, замерзшие до того. Голова начала побаливать. Хотя, ему плевать. Может, он уже завтра умрёт от обморожения. Какая разница. Юноша оперся о спинку козлов и полулёг, глядя на небо. -Даже звезд нет. Бога даже не видно...- голос прозвучал глухо и тихо, почти неслышно, но практически истерично. -Ты веришь в бога? -Не знаю. Но если он есть, то он довольно странно справляется со своими обязанностями. Положив руку на свёрток, человек прикрыл глаза. Уже через минуту он спал мирным сном. ... -А как зовут? -Всеволод... Лучше Сева. А вас? -Ерофей. И дома нет у тебя? -Нет. -И семьи нет? -Нет. Примерно через 10 минут он очнулся. Ерофей, конечно, решил его расспросить. Он снова тихо выругался себе под нос, а после чуть сильнее подтянул поводья. Лошади резко рванулись, вставляя съехавшие полозья саней в брозды, после спокойно начали идти. Ерофей рассмотрел сидящего рядом юношу. Меховая шапка была надвинута на макушку. Из под неё проглядовали волосы цвета светлой соломы. Тулуп был перевязан ремнём, спрятанным под кушаком. На ремне висела кавказская шашка с резными ножнами. Он держал в руках что то покрытое тканью, широкое и продолговатое, как доска. Что то было внутри, но что- неизвестно. Верёвка с этой "сумкой" была перекинута через плечо. Тулуп был волчий, с большим поднимающимся воротником, тёмно синий, обшитый по краям поддола и рукавов ярко-синими, как светящимися, завитушками. Из под тулупа проглядывал глубоко-голубой, с фиолетовым отливом кафтан. Глаза у него были голубые, словно лёд. Холодные и усталые. -Вам больше делать нечего, кроме как спасать уже умершего? Сева выровнялся. Было почти невозможно понять что выражало его лицо. Страх, грусть, удивление и озадаченность виднелись в нём. Он поправил меха на плечах и положил одну руку на свёрток на коленях. Словно не хотя, чтобы Ерофей как то реагировал, он продолжил: -Мне некуда ехать. Где вы меня оставите?- тот взглянул на ямщика. Ерофей снова чуть насупился от взгляда человека, после слегка нахмурился. -Оставлю я вас у себя, куда ж я вас еще дену. Всеволод посмотрел на Ерофе. Тот был статен и силён, красив по лицу, с выразительными густыми бровями и с пепельно-русыми волосами, чуть выше плеч. Редко увидишь человека с такими. На голове у того была настоящая меховая мурмолка, тулуп был большой, овчинный. У него были валенки и большие тёплые рукавицы. Он был схож с обычными ямщиками, но явно побогаче- всё было куда более красиво и качественно, чем у крестьян. -У себя значит...-тот почти неслышно пробормотал это себе под нос спустя время. Он перевёл взгляд на снег. Колокольчики на хомутах лошадей снова красиво позвякивали. Ерофей хмыкнул на его слова, а после чуть дернул поводья лошадей, чтобы они стали идти быстрее.