Глава I.

Кровь стынет в висках, громко циркулируя, отдавая пульсацией в уши. Капли пота стекают со лба. В помещении было отвратительно холодно и тускло. Из освещения лишь одна лампочка в дальнем углу. Кто выключил половину света? Джон, еле дыша, открывает глаза. Он не знал,сколько уже без сознания. А главное—почему? Будучи прикованным к своему рабочему креслу, которое явно было модернезировано, Харрис побледнел. Тяжелые металлические оковы были на шее, запястьях и предплечьях. От частичного осознания происходящего, паника подскачила, давая резкие сигналы в мозг. Он был в своей лаборатории. Но в ней явно было что-то не так. Новые механизмы, сенсорные системы с непонятной аббревиатурой сверху. И от них, кажется,идут прозрачные силиконовые трубки. Побегав глазами, Джон обнаружил, что эти трубки заканчиваются у его запястья. На конце трубки был катетер, дабы выкачивать кровь? Непонятно. Осматривая комнату, Дейв терялся все больше. Он ненавидел не понимать,что происходит. А главное, что происходит с его телом. Контроля над ситуацией нет с самого пробуждения, это вызывало огромную панику. —Какого?...—спросил сам себя Харрис,—Лололошка! Где ты, черт тебя побери!—он повысил тон. Его голос раздался эхом по лаборатории. Рассуждать трезво совсем не получалось. Из-за такого резкого смятения, Джон совсем потерялся. Дейв подёргал руками, пытаясь выбраться. Кресло на колесиках чуть сдвинулось. —Что произошло вообще?! Лололошка!—он продолжал кричать. Лололошка почти что всегда в лаборатории, когда в лаборатории и Джон. Они почти постоянно работают вместе. Он не верил, что это все мог провернуть его "оригинал". Дейв начал задумываться. Вдруг Лололошка сидит где-то примерно в таком же положении, как и он сам? А вдруг его вовсе убили? —«Да нет, быть такого не может. Убить его практически невозможно.»—думал Харрис. Закрыв глаза, парень нахмурился. Он старался привести мысли в порядок и думать рационально, а не сводить все сразу к плохому концу из сказки. Рыцарем на белом коне он точно не станет. Особенно в таком положении. Но у него ничего не получалось. Вдруг послышались шаги. Джон навострил уши и открыл глаза, приподняв кончики бровей. Дверь открывают. Свет наконец-то включают. Дверью резко хлопают. Это был Лололошка. Увидев Дейвисона живым и здоровым, Дейв забеспокоился еще больше. Сердцебиение участилось. Скрывать свою тревогу, как раньше, уже было невозможно. Но Харрис был бессловен. —Привет, Джонни. Как чувствуешь себя?—непринужденно спросил Лололошка, натягивая на руки медицинскую перчатки. —Э? Во имя всего святого, объясни мне, что происходит? Почему я в этом...—его перебили. —Знаете, Мистер Харрис... —Джон.—Дейв перебил его в ответ. —Ты сейчас явно не в том положении, чтобы перечить. Дослушай.—Лололошка вздохнул,—Наблюдая за тобой все то время, что мы работали с вместе, изучая Орган Межпространственного Перемещения, я вычленил лишь одно—ты никудышный ученый. Ученым то тебя назвать крайне сложно. Не желая слушать ни одну из моих гипотез, ты потерял огромное количество времени. Вся теория насчет Искры не может подтвердиться без практики. —И поэтому ты решил ставить опыты на мне?! О-ох, так дело явно не пойдет! Без моих доводов ты не справишься! Да ты быстрее убьешь меня, если будешь самовольствовать в моей, слышишь? В моей лаборатории!—Джон активно эмоционировал, в то время как Лололошка был спокоен. Раньше все было абсолютно наоборот. —Джон, ну пойми, кто-то из нас должен был дойти до этой мысли и воплотить её. Ты ведь сам говорил, что без практики далеко не уедешь. Твои слова, м? Я просто был первее.—Дейвисон посмеялся. Харрис начал приходить в себя, складывая мычли в кучу, но паника, от которой становилось жарко, никуда не уходила. Джон угомонил свой пыл, ведь показывать себя с этой стороны он не хотел никогда. Да и он не помнит, чтобы у него в целом была такая безрассудная и наивно-детская частица личности. Мысли вставали на верный путь. Рассуждая в своей голове, как вообще до такого дошло, Дейв пропустил половину изречений Лололошки. Его выкинула из размышлений фраза: —Теперь у тебя нет имени. Ты номер 994. Это было унизительно для Джона. Он чувствовал себя слово лабораторная крыса. Но Харрис предпочел молчать. У него был другой план. Сейчас у него в голове лишь крутилась последняя фраза близнеца. «Ты номер 994» Далее он даже не слушал.