1.

У меня была одна девочка в классе. Она казалась мне странной. Она всегда сидела одна, отстранённая от всех. Когда все сидели и смеялись, она сидела одна и всегда смотрела на окно, наслаждаясь теплыми лучами солнца и нежным ветерком, играющийся с её волосами. Почему она сидит одна? может не хочет с другими общаться? Не находит их интересными? Я не знал её, ведь я был новеньким. Та и что творится у девочек в голове, я понятия не имею, но это желание «добиться её, добиться не такую как все» звучало у меня в мыслях и как охотник, я хотел познакомиться с ней, но не знал как. Урок литературы всегда для меня был скучным, пытаясь понять в чем основная идея книги «Мертвые души» когда в мыслях была только «она», было тяжело. Я медленно чувствовал себя пленником её чар, бегая по лабиринту и пытаясь узнать про неё. Я повернулся, чтобы посмотреть, чем занимаются другие. А другие записывали, то что писал учитель на доске, делая вид, что учатся. «Какие же лицемеры и скучные»-, подумал я, посмотрев на них с презрением. Когда учитель говорил нам писать на заметку, все устало откидывались на спинку стула. В классе было тихо. Только звук скрежета и постукивание мела об доску был слышен в этой мертвой тишине. Всхлип. Я слышу как кто-то плачет. Всхлип кажется из угла возле окна. Девочка. «Та самая» Я повернулся назад, сердце сжалось будто я перестаю дышать. Оглядывая остальных, никто не помог. "Почему они не беспокоятся? Неужели такие бесчувственные твари? Почему она плачет?". Я хотел подойти к ней, но меня окликнул учитель, сказав, чтобы я сел на место. Меня тошнило. Не от сознания, что ей никто не помог, а что я учусь с бесчувственными роботами. Или наоборот? Прошло несколько дней, но она каждый день тихо всхлипывала на уроке, раздражая меня тем, что я ничего не могу поделать, никак не могу помочь. Это чувство съедало меня изнутри будто болото медленно поглощает все живое в себя. Прошло две недели. Понедельник, и я снова в классе. В этих тусклых и желтых четырех стенах, которые словно ощущались как тюрьма и только «она» была моим глотком свежего воздуха. Снова посмотрев на неё и сжав карандаш в руках, я решил подойти к ней и познакомиться. Я точно к ней подойду сегодня или никогда. Я хотел стать её другом, чтобы поддерживать её всеми способами. На долгой перемене я мигом выбежал из школы, чтобы купить цветы. Цветы, цветы, всем же девочкам нравятся цветы? Но какие? Долго осматривая бедный ларек с пару цветами, мой выбор пал на ромашки. Надеюсь, ей понравятся ромашки. Среди серого и жестокого мира, она была моими нежными и белыми ромашками. Я зашел в магазин и купил ей пару маленьких конфет. Да, банально, но красота заключается в простоте, верно? Зайдя в класс и быстро оглядев его, я нашел её, мы пересеклись взглядами и сжав руки в карманах с конфетами, я быстро сел на место. Наконец-то, долгожданный звонок. «Сегодня или никогда» с этими мыслями я нерешительно подошел к ней. - Привет, - мой неуверенный и дрожащий голос прозвучал сквозь смех и говор моих одноклассников, но я уверен, что она услышала. Однако она не посмотрела на меня, даже не шелохнулась. Черт, или не услышала. Я решил действовать по другому. Недолго думая я протянул ей цветы и вытащив со своего кармана конфеты, положил их на стол. Я смотрел на нее, пристально наблюдая за ее реакцией как охотник за жертвой. Я слышал свое учащенное сердцебиение в ушах. Она подняла голову и посмотрела на меня, такими грустными глазами. Такими же, как смотрела на меня когда-то моя сестренка..Блять, если бы не этот пьяный водитель за рулем камаза. Все бы отдал за сестру, но прошлое не вернуть. Моя одноклассница с грустными глазами тихо взяла конфету, открыв ее она положила в рот и начала тихо жевать. Зачем тихо жевать, когда мы одни в классе? Странная или это прием, чтобы привлечь к себе внимание? Ей понравились конфеты, понял я это когда она похлопала в ладоши. Я нежно улыбнулся, чувствуя как груз спадает с плеч и помечая у себя в голове её теперь любимые конфеты. Посмотрев на цветы, она оторвала один лист цветка и положила себе в рот. Я испугался. Я схватил её за руки, боясь, что она поперхнется или отравится. Она зажмурила глаза и чуть покачала головой. Она явно не в себе, но я всегда не против показать и объяснить людям, что я и сделал по отношению к ней, говоря, что это «цветы». Она начала плакать. Я забеспокоился. Что за? Что не так? Замешкавшись, но не теряя минуты, я обнял её. Кажется она сейчас услышит моё сердце, которое будто вот-вот выпрыгнет. Почувствовав её хрупкое тело в своих объятиях, я почувствовал электрический ток. И это приятное ощущение внутри будто я готов был охранять мой нежный и хрупкий цветок от всех, кто посмеет коснуться. Она успокоилась, приятная дрожь прошлась по всему моему телу. Я предложил ей стать друзьями навсегда. Мне кажется, я влюбился, однако не хотел этого пока признавать. После нескольких дней общения с ней в школе, я узнал о ней. Узнал, что её родители погибли в автокатастрофе. У неё остались только старшая сестра, брат и она. Ей было 15. Я всё больше и больше замечаю её странности, такие как: идя по парку, она разговаривает с растениями, сидя в кафе, она берёт салфетки и плетёт из них косу, а потом украшает их, сыпя перец и соль туда. Она странная или это какое-то психическое заболевание? Не смотря на её странности, я всё равно влюблён в неё. Но это чувство будто за мной наблюдают со стороны под лупой не покидало меня. Капли дождя тарабанят землю и мой красный зонт, пока я наступая на лужи иду в школу. Улыбка на моем лице не спадает, пытаясь подавить лыбу, я наслаждался природой и атмосферой вокруг. Давно мне не было так уютно и хорошо, только если не в детстве. Это теплое и сладкое словно мёд чувство внутри, заставляло меня порхать. Я снова увижу её. Зайдя в класс, я не нашёл её. Может быть она опаздывает, я готов был ждать вечность как Хатико лишь бы снова посмотреть в эти медные глаза, которые сковывали меня в пелену любви и ощутить эти трепетные, приятные чувства внутри. Но она таки не пришла. «А где та девочка сидевшая на последнем ряду?» - Постукивая карандашом по столу, я повернулся и спросил у своих одноклассников. Они странно посмотрели на меня и проигнорировали. Ну и к черту их, у меня всегда не складывались отношения со сверстниками кроме неё. Я подошел к учителю и задал тот же вопрос. Он снял очки, потёр виски и взяв телефон, позвонил кому-то. Пока он разговаривал, смотря на меня и прожигая дыру во мне, я ощутил дежавю. Я узнал этот пристальный, наблюдающий взгляд за мной будто под лупой. Все уже ушли. Я остался один. Я ждал её как пёс своего хозяина. Открыв шкаф и положив туда книги, мне в глаза попалась записка, которая была аккуратно связана лентой. Я открыл её и прочитал: "Привет. Прости, я не знаю как тебя зовут. Я хочу сказать тебе спасибо за проведённые с тобой моменты. За место, в котором были: длинные стулья, высокие, коричневые, толстые палки, зелёные цветы без цветка. Я узнала как называется это место... парк, если не ошибаюсь. Спасибо за поддержку и понимание. Если ты все еще не понимаешь, то помнишь, ты спрашивал у меня, почему я ношу толстовки с длинными рукавами? Под этими рукавами были шрамы. Они были настолько заметны и уродливы, что мне приходилось их тщательно скрывать. Эти шрамы дошли и до груди. Прости слишком глубоко порезала наверное, забудь и отпусти меня». Я упал на колени, хватаясь за дверь металлического шкафа, теплые и соленые слезы полились из моих глаз. Я услышал шаги. Ко мне подошли моя мама, мой учитель и врач. Врач? Зачем нам врач, когда я здоров? Мой учитель разговаривал с моей мамой. Тема была о той девочке. Я не помню о чем было конкретно в этом разговоре, ведь мне насильно вставили укол и я заснул. Действительно как собака. Но перед тем как закрыть глаза, я увидел её. Она сидела на стульчике и смотрела на меня, всё также грустными глазами, а после я отрубился. Очнувшись, я увидел белую комнату и оглядевшись вокруг, заметил маму напротив. Вид у неё был ужасный и усталый. Работает много - подумал я. Волосы растрёпанные, ногти сломаны, макияж потёкший. - мама, что случилось? Она мне задала тот же вопрос. Я обрадовался, потому что, в последние недели у меня никто не спрашивал мои дела. Столько всего нужно ей рассказать. Я хотел взять её за руки, но я не смог. Руки были связаны. На мне была белая пижама с длинными рукавами. Зачем? Для чего? Набрав в легкие воздуха и с эйфорией выдохнув, я ей ответил: - Мама, я влюбился. Мама, эта девочка учится у меня в классе. Мама, давайте заберем её. Она странная, но необычная с медными и грустными глазами. Я люблю её. Я думаю это любовь. Мама сказала, что в классе нет девочки, которую я описал. Мой разум потемнел, а взгляд потух. Я засомневался, ведь мама всегда говорила и говорит правду. Вскоре маму увезли, а мне вставили иглу и я обратно заснул. Нет же, я точно знаю и уверен, что моя любовь, чье имя я даже не успел узнать, ведь мне скорее была интересна её личность была у меня в классе. «Я что сошел с ума?» эти мысли частенько крутились у меня в голове, но я отгонял эти мысли. Чушь какая-то. Мои дни проходили в скукоте и в грусти. Иногда мама приходила навещать меня, вид у неё был усталый. Из-за работы наверное. Тяжело быть взрослым. Я хотел обнять её, но я не мог, мне мешала эта белая одежда с длинными рукавами, которая раздражала меня с каждым днем. Мама рыдала и говорила, что мы сможем и мы не должны сдаваться. Я не понимал о чем она. После обеда мне давали жёлтые таблетки. От которых потом тошнит и кружится голова. А по вечерам делали укол, от чего я засыпал без задних мыслей. Шли дни, недели, месяцы и мама перестала меня навещать. Ещё одна женщина, которую я ждал, каждый раз смотря на дверь с надеждой в глазах. Но она не появлялась. «Работает и устает, наверное»,-каждый раз думал я перед тем, как закрывать глаза и погружаясь в царство Морфея. Вскоре, врачи сказали, что у неё был рак печени четвертой стадии. Она молчала об этом, чтобы я не беспокоился. А мне было противно от самого себя, что я такой слабый и застрял здесь. Наверное, она потеряла сознание дома и нашли её спустя несколько дней мертвой. Отца у меня нет, он ушел от нас с мамой к другой семье, когда я только появился на свет. Сестры нет, мамы нет, отца нет. Только моя любовь и я, но я ощущаю себя одиноким по сей день. Дорогой дневник, перед тем, как закончить я хочу сказать пару слов. Я очень соскучился по маме и сестре. Сильно. А ещё я скучаю по той девочке. Я всё ещё не понимаю, где я. Зачем мне делают укол и дают жёлтые таблетки? Почему на мне эта белая пижама? И почему мои руки связаны? Потихоньку мне начиналось нравится, как мне делали укол. Оставаясь один со своими мыслями, в бездне тишины я слышал правду, от которой бежал. Перед тем как отрубиться, я видел её. Она такая же прекрасная, как и в первые дни, как и всегда. Видя её облик, я успокаиваюсь и улыбаясь, спокойно и с новыми мечтами о ней засыпаю. «Неужели, я действительно сошёл с ума?»