Глава 1. Товарищи по счастью

      Ли Хэ Соль терпеть не может две вещи: обувь и будильники. Обувь отвергает с детским упрямством — ей хочется чувствовать мир каждой клеточкой, впитывать холод камня, мягкость травы и грязь луж. И на обувь у нее просто нет лишних денег. Но, признаться, ещё больше её забавляет смущать людей. Ах, эти взгляды — укоризненные, насмешливые, недоумённые. Ради этого стоит жить. Чтобы удивлять и удивляться. А вот будильники... Тут всё проще: они не оставляют выбора, ломают границы сна, вытягивают из забытья без малейшего сочувствия.  Нет, нельзя мириться с таким произволом. И Хэ Соль не мирится. Будильник – враг. Без всяких там «но». У каждого человека должно быть что-то, что он не любит просто так, без объяснений. Хэ Соль не любит будильники.  Просто потому что хочет.       Однако сегодняшний утренний террорист вовсе не металлический негодяй, дребезжащий на тумбочке… Оркестр? Скрипки? Фанфары? Боже правый, откуда эта симфония?       — Проснись и пой… — бормочет девушка, недовольно морща нос. Но сон не сдает позиций. Он держит в плену, в сладкой, тягучей неге. Ах, если бы не головокружение, не ноющие от холода ноги, не странное, липкое ощущение тревоги — всё было бы даже приятно. Глаза нехотя открываются.  И мир рушится. Перед ней — просторная комната с высоким потолком. Стены серые, безжизненные. Кровати в три этажа. И люди. Десятки людей.  Сотни?  Все в одинаковых зелёных костюмах. С номерами. Хэ Соль трет глаза. Нет, не помогает.  Она пробует ещё раз. Но всё остаётся по-прежнему реальным. Последнее, что она помнит, вообще не поддаётся здравому смыслу: ночное шоссе, ледяной ветер, странная машина из которой вылез какой-то тип в розовом костюме и маске.       — Космонавт недоделанный, — пробормотала она тогда, и, конечно, села в ту машину. А дальше — провал. Ни одного воспоминания. Хэ Соль щиплет себя за руку.        — Ай!  Как неожиданно: боль настоящая. Значит, всё это… всерьёз? Девушка оглядывается. Рядом с её койкой маячит мужчина лет сорока с видом человека, который вот-вот решит, что жить дальше смысла нет. Ей хочется встряхнуть его, сказать что-то дерзкое, что-то такое, что заставит его вспомнить, что он живой.       — Доброе утро… — она подмигивает. — Ну…наверное, утро. И улыбается. Совсем чуть-чуть, невинно, с лёгким смущением. Мужчина же бросает на неё взгляд полный вселенской тоски и удаляется без ответа. Хэ Соль не обижается. Может, у него вчера был трудный день. Или трудная жизнь.       — «Мрачноват, но интересен», — думает девушка, сощурив глаза. Номер 456. Она его запомнит.  Хэ Соль опускает взгляд на свою футболку. 404. Ошибка?  Забавно. Она медленно встаёт с постели. Босые ноги касаются ледяного пола, и девушка невольно вздрагивает.  Это даже хорошо. Холод помогает. Помогает думать.       — Ну и ну, — шепчет она, всматриваясь в толпу таких же растерянных людей, — весёленький курорт. Вдох. Выдох. Хэ Соль здесь чувствует себя чужой. Пришельцем.        — Спокойно, земляне, — она поднимает руки, будто сдаётся. — Я не с целью завладеть вашей планетой. Двигаясь вдоль ряда кроватей, Хэ Соль ищет хоть что-то знакомое. Её внимание привлекает парень с рыжими волосами, сидящий на полу. Он дрожит, будто его собираются скормить Ктулху. Номер 9.  Что, черт побери, значат эти номера? Хэ Соль присаживается рядом с рыжим, скрещивая ноги в позе лотоса.       — Простите, господин, а вы знаете, где мы? Рыжий вздрагивает:       — Я… не знаю, что тут вообще происходит.       — О, отлично, — радуется Хэ Соль, хлопнув его по плечу.— Значит, мы уже команда! Двое, которые ничего не понимают! Её спокойствие заразительно.       — Номер Девять, мы друзья, радость моя. Поздравляю! Парень сжимает колени, словно надеется, что если сильнее обхватит себя руками, то исчезнет, испарится, уйдёт в другое измерение, где нет серых стен, нет других людей и уж точно нет девушки, нагло ухмыляющейся над его тревогой.       — Друзья? Команда? — переспрашивает он, моргая. — В смысле?       — В смысле, господин, что, коли уж судьба забросила нас в неведомую западню, пристало бы объединить усилия!  Рыжий хлопает глазами.       — Скажите хоть, как вас зовут, пока я не сбежал в поисках менее жизнерадостного собеседника.       — Ли Хэ Соль, — девушка картинно кланяется. — Последняя из рода Мечтателей, Мисс Удача, Леди Сумасшествия и самопровозглашённый враг обуви.       — Леди Сумасшествия… — медленно качает головой. — Кажется, вы выбрали для себя правильное прозвище.       — Я старалась.       — Меня зовут Чжу Джи Мин, приятно познакомиться.       — Приятно. Господин Чжу, — тянет Хэ Соль, словно пробует имя на вкус.  Её первый друг здесь. А это уже кое-что хорошее. Хэ Соль обводит взглядом бесконечные ряды кроватей.  К кому бы еще поприставать…       — Ну-с, курорт и правда не из лучших. Ни шведского стола, ни бассейна, ни даже приветственного коктейля. Номер 9, бедолага, явно не знает, как реагировать на шутки Хэ Соль. Но, к его чести, с места не сбегает — это уже говорит о некой скрытой храбрости.       — А знаете, вы мне даже нравитесь, — говорит Джи Мин, чуть расслабляясь. — Правда, не уверен, что это хорошо. Хорошо.       Мигают флуоресцентные лампы, и двери со скрипом разводятся в стороны.       — О-о, начинается, — бормочет Хэ Соль, устраиваясь поудобнее. Входят люди в розовых костюмах. С масками на лицах. Один из них делает шаг вперёд и поднимает руку:       — Добро пожаловать, участники…       — Участники? — бубнит Джи Мин, побледнев. — Чего участники?       — Может конкурса красоты? — фыркает Хэ Соль, поднимаясь с пола. Босые ноги снова касаются холодного бетона, но она даже не дергается. Привычно.       — Идём. — кивает на толпящихся людей, уже возмущавшихся произволом организаторов. — А то упустим всё веселье.       — Веселье?! Вы... в своём уме?       — Ум, милейший, — дразнит Хэ Соль, выпрямляясь и с притворной задумчивостью глядя вверх, — понятие крайне относительное. Что, если он у меня слишком хорош, чтобы переживать по пустякам?       — Это не пустяки! — парень хватается за голову, а потом, не в силах больше сидеть, вскакивает на ноги. — Это же, это… нас, может быть, убьют!        — Или хуже! — подхватывает она.       — Что может быть хуже?!       — Не угостят шоколадкой, например…       — О господи.       — Право слово, мы же не знаем, что нас ждёт. Может, это соревнование по поеданию пиццы? Или… — девушка щёлкает пальцами, будто осенённая озарением, — или бой подушками?       — Или нас заставят бежать по минному полю, — мрачно добавляет Чжу Мин.       — Вот! — восклицает Хэ Соль. — Оптимизм! Схватываете на лету, радость моя.       — Я ничего хорошего не жду.       — Вот и зря.       — Вам предстоит принять участие в шести играх, — продолжает «космонавт», — где вы сможете выиграть крупную сумму денег. Зал ахает. Кто-то даже откровенно охает.       — А какая общая сумма приза? Где-то наверху открывается панель, и с механическим гулом спускается гигантская свинья-копилка.       — 45,6 миллиарда вон. Они переглядываются. Парень — смертельно бледный. Девушка — совершенно безмятежная.       — Нам что-то предстоит, — говорит Джи Мин сипло.       — Конечно, милейший! — Хэ Соль подмигивает. — Игры! Джи Мин сглатывает.       — А если это опасно? Хэ Соль задумывается, на мгновение даже принимая вид человека, действительно размышляющего о серьёзности ситуации. Затем улыбается:       — А если это весело?       — Это не шутки! — он начинает причитать. — Нас же похитили! Вас что, ничего не пугает?        — Пугает, конечно. Цены на яйца в последнее время.        Парень вздыхает так тяжело, что кажется, одним этим вздохом он мог бы сдуть целую парусную регату.       — Ладно, господин Чжу Джи Мин, я правда не знаю, что тут происходит. Но если уж мы здесь, предлагаю не терять присутствия духа.        — Похоже, у меня нет выбора.       — Правильный настрой! — одобряет девушка. — Мы же с вами команда.       — Команда обречённых?       — Команда победителей, господин! — она протягивает руку. — Может перейдём на ты? После долгой паузы Джи Мин пожимает её. А розовый «космонавт» всё продолжает вещать…       — После каждой игры у вас будет возможность проголосовать за продолжение или прекращение игр. Если большинство решит прекратить игру, она будет остановлена, и вы сможете уйти с накопленными деньгами.        Игроки шумят. Радостно.       — Если вы хотите участвовать в играх, просим подписать заявление о согласии. Если вы хотите уйти, это возможно сейчас. Но только сейчас. Толпа слегка замирает, а затем вспыхивает ещё громче.       — Ого, демократия!  Хэ Соль берет товарища за руку и тянет к очереди на подпись.        — Ты серьёзно собираешься остаться?       — Конечно. Не каждый день предлагают заработать миллиарды.       — А если это смертельно опасно? Она кивает, словно признавая его аргумент.       — Знаешь, в жизни и так всё смертельно опасно. Можно подавиться пирожком и умереть.       — Великолепная перспектива, спасибо. Очередь продвигается быстро. Люди подписывают бумаги без особых раздумий. Но Хэ Соль никуда не торопится. Она вальяжно взлохмачивает свои короткие волосы и с академическим интересом начинает изучать каждый пункт.       — Господин Кружок, а где мелкий шрифт?  Розовый «космонавт» поворачивает к ней свою безликую маску.       — Здесь всё честно.       — Господин Кружок, а как подписываться-то?       — Как обычно. Девушка хитро щурится, в последний раз пробегается глазами по контракту и уверенно выводит:       «Люблю, целую, ваша Ли Хэ Соль». И, пока «космонавт» забирает согласие, она с невинным видом прячет ручку в карман.