Введение ( Можно читать как до, так и после )

Детство: Крепость из книг   Аркадий родился в семье военного историка Николая Шилова — фанатика дисциплины, который видел в сыне «продолжение имперской славы». Его игрушки заменили на карты сражений, сказки — на биографии полководцев. В пять лет отец выбросил его плюшевого медведя в камин:   — Цари не плачут. Ты — мой солдат.   Мать, тихая библиотекарь, пыталась смягчить мужа, но умерла, когда Аркадию было десять. Её последний подарок — книга «Жития святых» с засушенной сиренью — стала его талисманом. Тогда же появился первый «голос» — мальчик, который прятался в шкафу и рисовал крепости на обоях. Юность: Бегство в историю   Университетские годы превратили внутренние трещины в пропасти. Аркадий блестяще изучал военную стратегию, но паниковал на экзаменах. После провала на первом публичном выступлении (он забыл речь и закричал на аудиторию) возник «полковник» — холодный, безупречный маскарад.   К 25 годам Шилов защитил диссертацию о Петре I, но его уже называли «сумасшедшим гением». Коллеги шептались о странностях:   — Он ночует в архиве, разговаривает сам с собой, а на лекциях внезапно рычит, как зверь.  «Казак» родился в пьяной драке с сокурсником, который посмеялся над его теориями. Тогда Аркадий впервые понял: его «голоса» могут защитить. Зрелость: Одиночество как система   К встрече с Аней Шилов превратил свою жизнь в режим «военного лагеря»:   1. Работа — единственная реальность. Лекции он читал как сводки с фронта, а студентов проверял «на прочность»:   — Если выживете — достойны истории. Нет — вам место в архиве мусора. 2. Альтер-эго стали ролями:   — «Полковник» вёл переговоры с деканатом.   — «Бабушка» (голос матери) варила борщ и штопала рубашки.   — «Казак» отпугивал слишком настойчивых коллег.   3. Кабинет — его крепость. Здесь на стене висела сабля деда, а в ящике стола лежали детские рисунки, которые он называл «стратегическими картами».   Травмы, которые стали альтер-эго   - «Полковник» — воплощение отца. Он запрещал слабость, кричал на студентов, требовал порядка.   - «Бабушка» — память о матери. Гладила по волосам, пекла пироги и шептала: «Аркаша, не надо так жить».   - «Казак» — защитник. Рождался в моменты угрозы, глумясь над теми, кто смел усомниться в Шилове.   - «Мальчик» — запертый в пятилетнем возрасте. Рисовал, плакал и спрашивал: «Папа, когда мама вернётся?»   Попытки бегства   1. Психиатры. После срыва на конференции (он назвал оппонента «предателем Родины» и разорвал его доклад) Шилов попал в клинику. Диагноз «диссоциативное расстройство» он отверг:   — Это не болезнь. Это… штаб. Лечение бросил, сжёг рецепты.   2. Изоляция. Студенты боялись его, коллеги избегали. Единственные «отношения» — переписка с архивными хранителями, где он подписывался разными именами.   День перед встречей с Аней   Он сидел в кабинете, допивая третью рюмку водки (разрешал только «казаку»), и правил статью о Бородинской битве. Внезапно «мальчик» вырвался наружу:   — Я устал… Можно поиграть? Шилов разбил кружку об стену, закричав:   — Молчать! Солдаты не играют!  Но ночью, под столом, он нарисовал мелком замок с надписью: «Ключ потерян».