Глава 5. Книга Заклинателя

      — Вы пришли вовремя, Избранная.       Жертва пытается свести счёты с жизнью. Со стороны выглядит очень даже мило. Остаётся мне только похлопать за её решимость. Чем больше она притворяется храброй львицей, тем сильнее манит меня, будто мы привязаны прочной цепью.       — Ты мог бы и не прийти сюда. Испортил всю малину своим присутствием, — огрызается она. Ну что за прелесть?       Я показываю рукой её законное место, напротив меня. Эва от сомнения выгибает бровь и скрещивает руки на груди.       — Присаживайтесь, Эвтида.       — Я лучше так постою. Не намерена сидеть с маньяком за одним столом, — упрямой козе неймется. Будь что будет. Накажу, вытрахаю из тебя всю дурь, а после забудешь все обиды и встанешь передо мной на колени.       Мои губы растягиваются в наигранной полуулыбке, показывая ей глазами, насколько я в гневе. Эва непреклонна, стоит на месте, словно статуэтка египетской богини Хатхор и зло сверлит меня глазами. Сучка... Ну ничего, я знаю, как тебя насильно усадить за стол. Как миленькая будешь вылизывать остатки с тарелки. Я приподнимаю руку и одним щелчком, с помощью магии, накрываю на стол разными явствами. Эва вздрагивает от испуга и широко распахивает глаза, взирая на угощения. Я отчётливо слышу песнопения в её желудке, уж больно ей хочется все перепробовать. Ну давай, Избранная. Покорись моей воле. Слушайся голоса разума... Хорошая девочка...       — Утолите свой голод. Пробуйте все, что вам захочется, немедленно!       Сказано-сделано. Плавно шагая, Эвтида направляется к месту, куда я ранее указал и занимает его, не отрывая околдованный взгляд от еды. Блядь. Она облизывает губы так соблазнительно, что меня безумно забавляет её реакция или же притягивает. Впрочем, какая разница? Эва молча слушает меня и ест пищу как хищник из джунгли, накинувшийся на сытную добычу.       — Умничка. За послушание награжу вас, как подобает, — зло ухмыляюсь, глядя на неё, что уплетает еду за обе щёки и жуёт все подряд. Её тоненькие пальчики и уголки рта сверкают от жира, будто не дама сидит передо мной, а грудной ребёнок. Её шёлковые волосы взъерошены, верх платья в окрошках и пятнах. Моя неряшливая жертва отпивает апельсиновый сок до дна и снова бросается к морепродуктам, напрочь разбросав столовые приборы.       — Пожалуйста. Перестань управлять мною! — рычит она, с хищностью отрывая бедро от тушки запечённой индейки.       — Будьте покорной и...       — Хорошо. Буду! — с мольбой просит она, жадно пожирая аппетитное мясо.       Я исполняю её просьбу сию же секунду. Она расслабленно откидывается на спинку стула и дрожит, прожевывая еду и с трудом глотая. Извелась, бедняжка. Думала, что удастся подавить мои желания? Ну уж нет. Меня никому не сломить!       Пока она пытается отдышаться и привести себя в порядок, вытирая салфеткой жир с пальцев и с лица, я наблюдаю за ней и утверждаю про себя, что в любом образе ее красота совершенна. Она не похожа на тех шлюх, кого я трахал и убивал, лишая их головы и конечностей. Эва - словно алая роза, среди навоза проституток. Ей чертовски идёт платье, выбранное мной. Цвет огненно-красный отражает её настоящую сущность - безудержная страсть, что сквозит от нее ненависть.       — Дарующая жизнь...пробуйте вино из далекой Сицилии. Уверен, оно вам очень понравится, — с помощью телекинеза я поднесу ей бокал из чистого золота. Эва бегло осматривает парящуюся в воздухе посудину, но позднее решается ее схватить. Похоже, она осознает, что это реальность. Правильно, детка. Магия была, есть и будет.       — Ты...отправил ко мне почтового голубя с запиской...Все что там написано - правда? — хрипло твердит она, смакуя на вкус сладкий алкоголь с горькой примесью.       — Да. Я отвечу на вопросы, что задали мне в библиотеке.       — Тогда скажи, кто ты такой?       — Я - простой колдун, жаждующий власть над миром, — обыденно выпаливаю, отхлебнув глоток белого вина. — И у меня нет брата-близнеца. Это была всего лишь иллюзия. И таких я могу создать сотни, — я доказываю ей, одним щелчком создав двух клонов слева и справа от нее. Эва удивлённо рассматривает копию меня с ног до головы и кажется безмолвно материться, когда находит в них идентичность. Когда мои создания приближаются к ней и лапают её совершенное тело по моему хотению, я замечаю, как она замирает, а её пухленькие губы шевелятся, не силах выкрикнуть одно слово. Прелестно, я этого от нее и ожидал.       — Перестань. Меня. Трогать... — шикает она, зажмурив глаза и сжимая кулаки до бела. Эва достойно терпит прелюдии, а я немножко помучаю её. Зарываюсь в мягких волосах, разглаживаю пальцами их длину, дотрагиваюсь до её изысканой шеи, декольте. Вижу засосы, оставленные мною в библиотеке... Бережно стряхиваю окрошки с её платья. Мои иллюзии выполняют работу на отлично, и все благодаря мне. Её кожа такая холодная, а кровь бурлит в жилах в бешенном ритме. Сердце жертвы усердно бьётся из-за обжигающих прикосновений... Да кто ж устоит перед моими чарами, хех? Никто, сука.       — Пожалуйста, Заклинатель. Я сдержала свое слово. Так не нарушай свое же обещание!       Кстати, она права. Я рассеиваю иллюзии в сером дыму, после чего Эва открывает глаза и метает на меня многозначительный взгляд. Она озадаченная, ей с трудом верится в происходящее. Понимаю, дорогая моя. Впереди ждут тебя ещё много чудес. Иначе говоря, пиздец.       — Хорошо. Ты меня убедил в существовании колдовства. Теперь доволен? — увидев мою улыбку до ушей, Эва нервно выдыхает и смотрит под ноги, кусая губу до крови. — Зачем тебе я? Разве ты не планировал меня уничтожить?       — Я задавал себе тот же вопрос. Почему я не убил вас? — поставив бокал на стол, на разжатой ладони, с созерцанием магии, возникает трубка, затем ловко её хватаю и безудержно закуриваю. — После завершения ритуала, я понял одно... Что вы - необыкновенная девушка. Ваша энергия придала мне столько сил, сколько не получал за многие годы моего существования. Я нарушил ритуал чтобы узнать, из какого вы поколения...       — А разве ты не получил всю информацию обо мне? — усмехается она с неким презрением, перебив меня на полуслове. — Эвтида Олдридж, родом из США, столицы Вашингтон... — с мужской интонацией произносит стервочка. — Ты ведь Всемогущий колдун. Мог бы порыться глубже, например в моих мыслях, и разгадать тайну. Хотя, никаких тайн у меня нет. Это у тебя проблемы с головой.       — Дерзость вам к лицу, Избранная, — злорадно оскаливаюсь я. — Но не к месту. Вы слишком себя возомнили...       — Что тебя задело, а Заклинатель? — нервно усмехается она, разозлив меня пуще прежнего. — До меня, видимо, тебя никто не обижал. Ни Агния, ни Тизиан. Скука смертная. Кстати, о них... — взяв из фруктовницы горсть винограда, она парирует. — Что расскажешь о своих подчинённых? К примеру, Агния... якобы является медсестрой, но... Она, возможно, даст заявление в полицию за похищение человека. То есть, меня...       — Нет. Трудовой контракт Агнии завершён, — перебиваю любопытную жертву, дав ей насладиться на поедание сочной ягоды. — Её заботит только мирская жизнь. О нас даже не вспомнит.       Так, я вижу ясность в её выражении лица. Неужели поняла, о чем я толкую. Уважаю рассудительных и целеустремлённых жертв. А чтобы найти таких, нужно иметь беспроигрышный билет на обретение полного счастья. А счастье - это она. Моя Избранная... Не зря я оставил ей отметину на спине. Кажись, Эва её не заметила.       — Не вспомнит, значит... Неужели то зелье, что ты ей дал, стирает память?       — Проворная девчонка... — фыркаю я, затем по новой закуриваю трубку и выдыхаю кольцом едкий дым. — От вас ничего не утаить.       — Что есть, то есть. От меня не просто так отвертеться! — жмурится она, когда улавливает зловоние табака.       Хвастунишка. Так ещё нагло ухмыляется мне... Думаешь, я поведусь на твою уловку, что вспылюсь и пырну тебя кинжалом? Ни за что! Ты будешь жить в муках до конца своих дней, а сейчас - кричать от удовольствия, когда поставлю тебя на этот гребаный стол в миссионерской позе и оттрахаю до изнурения.       — А зелье всем пихаешь, или же оно создано исключительно твоим подоопечным? — интересуется она. Суешь свой носик, куда не надо. Это уже слишком!       — Оно предназначено тем, у кого язык длинный... — коротко и ясно отвечаю я.       — Тогда зелье мне нужно, чтобы забыть весь этот кошмар. И тебя в том числе...       — Что ещё скрываете от меня? — быстро меняю тему, спрашивая я максимально спокойно. Но грубую нотку она улавливает с первой буквы. — Небось, вы нагрянули в мою комнату и отыскали кое-что необычное.       — Хах, ещё чего. В твой могильник я ни за что не вступлю! — закинув виноградинку в рот, она с ненавистью твердит. — Разве что, твой покорный слуга Тизиан обманом загнал меня в эту дыру. А я ведь всего лишь хотела вернуть...

🎶Rihanna - Breaking Dishes

      Эва на секунды замирает, с онемевших рук падает полупустая гроздь, а на лице преображается маска отрешения. Теперь наступает моя очередь ухмыляться и радоваться её несчастью.       — Ожерелье... — она осторожно дотрагивается до шеи. — Как я могла забыть про него?       — Какая досада. Думал, вы не вспомните о нем... — кратко смеюсь я, на что Эва зло сверлит меня глазами.       — Где оно?! Немедленно верни его мне! — её огрубевший голосок неприятно врезается мне в слух.       — Нет. И вряд ли вы его увидите.       Эва встаёт и опирается ладонями на стол. Одичавшая, но такая сломленная, метает на меня взгляд, пылающий огнем. А я поглощаю её огонь и восполняю себя новой силой.       — Ты - чёртов псих! Сейчас же вернёшь его мне, иначе я за себя не ручаюсь!       Она нарушает наш договор. Так где ж твоё обещание, Избранная? Эва не перестаёт ворчать и тыкать на меня пальчиком. Я на мгновение закрываю глаза и глубже вдыхаю кислород, иначе говоря, запах моей жертвы. Эвтида пахнет райскими цветами, но её ненависть подавляет их, и вместо цветов нащупываю гниль. Я стараюсь держать себя в руках и упрямо молчать, прикусив язык за зубами.       Пока моя жертва устраивает балаган, разнесся все кругом в пух и прах, я бросаю курение и попиваю чай с бергамотом, расслабленно сидя за столом. Я контролирую зло, спокойно реагирую на ярость Избранной, но внутри все сжимается. Похоже, терпение скоро лопнет, и гнев волной окунает меня полностью. Вряд ли удасться Эве остановить мой пыл.       — Почему ты молчишь, а? Ну же, останови меня. Угрожай, черт тебя подери! Я буду крушить все подряд, пока ты мне не вернёшь ожерелье! — рявкает она, бросая фруктовницу в стену. — С ним у меня связаны приятные воспоминания! Оно для меня многое значит! Не будь душнилой и отдай его мне! Пожалуйста!       — Нет, Эвтида. Ожерелье теперь принадлежит мне. Забудьте о нем.       — Твою мать! — кричит Эва так, что от её эхо стены дрожат и крошаться. — Будь все проклято! Такая бессердечная тварь, как ты, недостойна своих родителей! — она стремительно подходит ко мне и взмахивает рукой, выбив из моих рук чашку с остатками чая. Содержимое пачкает мои брюки, а во мне кипит неизгладимая злоба. Вот, сучка! Я пробуждаюсь и становлюсь бездушным монстром, резко встаю и оказываюсь перед ней. Затем заряжаю ей жгучую пощёчину, после чего она визжит и опирается на стол, лицом вниз.

🎶The Neighborhood - A Little Death

      Пока Эва не пришла в себя, я подхожу к ней сзади и обездвиживаю её, грубо хватая затылок. Она брыкается и стучит кулаками по столу, рычит, посылая меня километровыми матами. Давай, мать твою. Кричи, унижай, делай все что заблагорассудится.       — Я ненавижу тебя! Ублюдок!       — Взаимно, непокорная! — шиплю я яростно, затем беру её за локоны и тяну их к себе. Наклоняюсь и ядовито шепчу на ушко. — Я относился к вам по-хорошему. А вы упустили свой шанс!       — Да пошёл ты на хрен!       — Пойду. После вас... — говорю ей нечеловеческим голосом, после чего Эва на время перестаёт сопротивляться. Моя ипостась выходит наружу, но она не видит её. Я - само воплощение дьявола!       — Не смей! Иначе ты пожалеешь! — рявкает стервочка со слезами на глазах. Абсолютно все равно. Сама напрашивается, а мне остаётся только исполнить блядский долг.       — Вы ослушались меня, так вкусите же моё наказание!       Я беспощадно задираю подол платья и срываю трусики, как ненужную тряпку. Шлюха извивается, даёт мне отпор, царапая ноготками мои кисти рук. Я ничего не чувствую, её сопротивления бесполезно. Коленями раздвигаю её стройные ноги и встаю меж бёдер. Приспускаю брюки и резко ввожу окаменелый член в горячее, но влажное лоно, заставив жертву выгибаться и вскрикнуть.       — Боже, помоги мне! — всхлипывает Эва, а я трахаю её по-свойски, бесчеловечно. Вдалбливаюсь до упора, прижав её голову к поверхности стола, другой рукой за поясницу. Блядь...как же мне хорошо, и как она хороша собой.       — Никто вам не поможет! Смиритесь с поражением, Избранная! — рычу я устрашающим голосом, отчего у любой жертвы может застыть кровь в жилах. У Эвы все сжалось от страха. Я пугаю её нечеловеческим тоном, трахаю жестко и размашисто. Отпускаю затылок, острыми когтями оставляю порезы меж лопаток, после чего Эва кричит, разрыдаясь от боли.       — Хватит! Я больше не могу! Отпусти меня, пожалуйста!       Поздно очнулась, дорогая моя. Я заберу твою энергию в любом случае. Вонзаю когти вокруг отметины и...сиреневый свет возгорается извнутри тела. Я запрокидываю голову и отчётливо ощущаю, как её божественная сила переходит ко мне через отметину. Не перестаю сучку трахать, пока не кончу в неё до конвульсий. Эву бьёт мелкой дрожью, получает мощный оргазм, затем теряет сознание. А вслед кончаю и я.       Вновь чувствую себя могущественным как в первые дни воскрешения, когда заполучил статус колдуна...

══════⊹⊱≼≽⊰⊹══════

Май. 1889 год.

      — Где я?       Осматриваю горизонт и не понимаю, куда я очутился. Что за тёмное место, и...кто меня спас?       — Амен Кроуфорд...Следуй за мной...       Что? Какая-то женщина зовёт меня... Но я её не вижу и... Не понимаю...чего она хочет...       — Слушай мой голос...Он твой путеводитель к свершению Судного дня...       Я не понимаю...На каком языке она говорит? Но тупо следую за её голосом во мгле, где нет ни живой души, ни света.       — Люди лишили меня жизни, оклеветали...Выгнали с позором...       Женщина жалобно плачет и говорит невнятные слова. Мне остаётся только слушать и...       — Я не понимаю тебя... Но следую за твоим голосом. Возможно я найду выход и вызволю нас из этой тьмы.       Незнакомка всхлипывает и с ненавистью тараторит.       — В мире живут много грешников... Так накажи их и спасай свой планету от лжи и беззакония.       Недалеко от меня неожиданно возгорает таинственный свет. А вместе с ним демонстрационная старая стойка с какой-то загадочной книгой. Из неё исходят искры необычного цвета и веет трупным запахом. Тыльной стороной ладони накрывают нос и с крайней осторожностью подхожу к стойке. Замечаю на обложке, прошитой золотой нитью, опечаток ладони.       — Если приложу ладонь, что же будет? Возможно, я выберусь отсюда и начну жизнь с нуля.       Будь что будет. Несмотря ни на что, я поступаю так, как считаю нужным. Приложив ладонь, я нервно жду результата. Секунды идут, а я в ступоре стою и не двигаюсь... Неужели все тщетно?       Вдруг во мне вселяется нечто, и я падаю в бездну, потеряв контакт с окружающим миром.