Часть 2

Так прошёл первый день в заброшенном маленьком домике, из которого невозможно было выйти. Узи слышала, как где-то неподалёку раздавался знакомый свист железных крыльев одного из демонтажников. Она надеялась, что ей это показалось из-за стресса. Её слуховой аппарат стал настолько чувствительным, что она могла услышать даже малейший звук на расстоянии. Во время выпускного бала она получила Сверхвычислитель, а после превращения в лагере, после приступа или панической атаки, она так и не поняла, что это было. Да и не хотела понимать. Она слишком устала от всего этого. Иногда она выглядывала, чтобы не попасться на глаза демонтажникам, и проверяла, уехал ли автобус с оставшимися дронами-работниками и дронами-убийцами. Но автобус всё ещё стоял на месте. Почему он не уезжал? Она не знала. Возможно, они ждали её. Ей было стыдно в первый раз показаться им на глаза после того инцидента. Узи встала с холодного пола, чувствуя тошноту от одной только мысли об этом и от кислотного воздуха. С помощью солвера она открыла дверь и вышла наружу. Осмотревшись вокруг, она никого не обнаружила. — Пора возвращаться, — сказала она себе, осматривая себя. Её порадовало, что хвост с крыльями исчез, а символ Сверхвычислителя на правом глазу дисплея пропал. — Надо придумать отговорку, — подумала она, поправив любимую шапку, которая раньше принадлежала её матери — Нори. Насколько она помнила, когда Эн её спалил, когда она превратила стрелу в какого-то монстра, и убежала, она услышала: «А кто это был?» С одной стороны, это хорошо, что не помнят её имени, но с другой... Она ведь дочь знаменитого Хана Дверченко.

***

Эн, стоя рядом с Ви, с надеждой вглядывался в окружающий мир, ожидая увидеть знакомую фигуру с фиолетовыми волосами и фиолетово-неоновыми глазами. — Успокойся, — с легким раздражением произнесла Ви, посмотрев на Эна. — Она обязательно придет. — Надеюсь, — с грустью ответил Эн, устремляя взгляд на снег, и с надеждой ожидая ее возвращения. — Возможно, она нашла что-то, что её задержало... — начала было Ви, но замолчала, заметив приближающуюся Узи. — Узиии! — радостно воскликнул Эн, наблюдая за Узи, которая неторопливо шла к ним. — Ага, — произнесла она, не обращая внимания на демонтажников, и, зайдя в автобус, села на самое заднее место, сменив свои фиолетово-неоновые глаза на «sleep mode». — Все заходят, выезжаем! — громко объявила Ви, вместе с Лиззи и Эном заходя в автобус. Эн хотел подойти к Узи, но Ви остановила его: — Она спит, лучше сядь на другое место, — произнесла она с легкой улыбкой, занимая второй ряд, где уже сидел мужчина с бумагой и ручкой в руках. Эн, все же, сел на другой стороне, напротив Узи, также сменив свои желтые неоновые глаза на «sleep mode». Ви, оглянувшись, заметила, что они спят, и слегка улыбнулась. Затем она снова посмотрела на свои конечности, которые превратились в белые железные руки.

***

Автобус приехал к бункеру. Всех разбудил учитель и вывел их из автобуса. Узи посмотрела в сторону железных ворот бункера, игнорируя всех и вся. Ей нужно было время подумать. Она двинулась, открывая ключ-картой вороты. Все присутствующие зашли внутрь, а после них и сама Узи, идя в свой дом, не дожидаясь, когда ворота сами закрываются. Ворота закрываются в бездействий через 10 секунд. Узи дошла до своего дома, заходя внутрь. Отец был дома. — Я вернулась, — сказала она уставшим и безэмоциональным голосом, — Меня не беспокоить и выкуси! Хан тихо сказал: — Вся в мать. — продолжив смотреть телик. Узи вошла в свои обитель под названием комната, закрыв на ключ дверь. Она забралась на кровать, уткнувшись дисплеем об подушку. — Кто же я? — спросила сама себя девушка, — Я дефектный дрон или всё-таки зомби?

***

Пять дней Узи не выходила из своей комнаты, чтобы не встречаться с людьми. После того, что произошло в лагере 98.1, ей было невыносимо даже думать о чем-то. Она не хотела ни есть, ни вспоминать те ужасы. Ей хотелось только одного — чтобы рядом была мама, которая, к сожалению, уже не могла быть рядом. Узи никогда не забудет, как отец расправился с матерью. Гаечный ключ, который он использовал, стал для нее символом боли и отчаяния. А дрон-убийца, который ужалил маму нанитовой кислотой, стал для нее воплощением страха и беспомощности. Долл повезло, что она знала лицо убийцы своих родителей. Если бы Узи знала, кто дрон-убийца, который убил ее мать, она бы, возможно, смогла найти способ отомстить. Но она понимала, что это будет нелегко. В её голове роились вопросы. Кто такая Син, о которой говорила Ви? Может быть, стоит поговорить об этом с Эн, когда она наконец решится выйти из своего убежища?

***

— Хватит, Эн, — раздражённо сказала Ви, стараясь говорить спокойно. — Иногда ты просто слишком много переживаешь. Поплачь в другом месте. Эн тихо всхлипнул, сидя на полу. Его взгляд был устремлён в одну точку, а плечи дрожали. Ви видела, как он переживает, и это вызывало у неё смешанные чувства. С одной стороны, она злилась на него за то, что он так себя ведёт, с другой — ей было искренне жаль его. Ви тоже была раздражена всей ситуацией в лагере и поведением Узи. Эта фиолетовая бестия постоянно ввязывалась в неприятности, и Ви не могла понять, почему Эн так сильно привязывается к ней. — Прям парочка, — подумала Ви, отвернувшись. — Идеальная парочка неудачников. Но несмотря на раздражение, Ви не могла не переживать за Узи. Она видела, как та страдает, и это вызывало у неё тревогу. Однако Ви старалась не показывать этого Эну, чтобы не усугубить его состояние. Ви прикрыла глаза и попыталась сосредоточиться на чём-то другом. Ей нужно было быть осторожной с Син, но в то же время она не могла оставить Узи в беде.