Глава 1. Конец?

Когда умрёт человек, то будет ли он опять жить? Во все дни определенного мне времени я ожидал бы, пока придет мне смена.

***

      Ноги предательски задрожали. Это был конец — она знала это точно. С самого начала девушка понимала, что это всё не должно было начинаться, как и не суждено было закончиться. Липкий страх впервые овладел ею. Глаза слипались, и она еле оставалась в сознании. Правая рука полностью онемела, кровь хлестала так, что покрывала её от предплечья до пальцев. Оставаться здесь, в полном одиночестве, ожидая своей кончины — дерьмовый конец, на самом деле.       Внезапно возникло чувство, что кто-то присутствует рядом. Но у неё не было сил, придавать этому особое значения.       Рене могла поклясться, что видела силуэт, возвышающийся над ней. Непонятная сила и мощь исходили от него, одновременно вызывая отторжение. Это галлюцинации? Ей хотелось слиться с чем-то, спрятаться, вжаться в землю. Главное — не чувствовать себя уязвимой.       Уязвимой перед самой неизбежностью.       Смертью.       Фигура подошла ближе, и девушка смогла разглядеть мужчину, который явно отличался от обычных людей. Он был высоким, на три головы выше неё. Его кожа была слишком бледной, а глаза чернее самой ночи. В обычной ситуации она бы удивилась или испугалась. Но сейчас это ощущается как что-то очевидное, то что и должно быть.       Она бы не сказала, что была верующей. Бог существовал лишь для тех, кто в него верит. Но в данный момент, что-то в груди дрогнуло, и она могла почувствовать что всю свою жизнь она верила в него. Странно. Это предсмертный бред?       Жизнь не проносится перед глазами, хотя всегда казалось, что перед смертью мы будем вспоминать моменты своей жизни. Но в голове было пусто. И если признаться, это лучше чем забить свою голову воспоминаниями о которых уже не вспомнишь.       Иронично. Ведь о тебе тоже никто не будет вспоминать.       Да, Рене?       Он приближался всё ближе, и она заметила ухмылку на его лице. Казалось, он насмехался над ней, смеясь над её жалким видом.       Наконец, подойдя вплотную, он молча склонился к ней, словно пытаясь запомнить её образ перед неизбежной кончиной.       Последнее, что увидела девушка, это как в его руке появилась коса.       Она наконец-то почувствовала долгожданный покой. Как будто что-то невесомое заключило её в объятия. Казалось, что она была окутана невидимой броней, словно изящной защитной оболочкой, которая оберегала её от суровых реалий внешнего мира. Эта невидимая защита дарила ей ощущение уюта и спокойствия, позволяя оставаться в тишине своих мыслей, вдали от суеты и тревог. Она словно парила в своем собственном пространстве, где каждый взгляд и каждое слово извне теряли свою силу, не в силах пробиться сквозь эту тонкую, но прочную стену.       Впервые она почувствовала себя по-настоящему защищенной. Только это уже было бессмысленно.

***

      Азраэль бы не сказал, что был тем, кому следовало доверять.       По крайней мере, ему бы польстило слепое доверие. Даже если бы оно было не оправдано. Ведь какая уже разница, если кто-то настолько был готов ему доверить поручение или тайну. Ему это только на руку. Он не против.       — Азраэль? — произнесла Сера, её голос звучал мягко, но с ноткой напряжения. Она внимательно наблюдала за ним, словно проверяя, как он отреагирует на её немного нестандартную просьбу. В её взгляде читалось нечто большее, чем просто доверие; это было скорее ожидание. Не то чтобы она сомневалась в нём. Нет. Она даже доверяла ему больше, чем Адаму. Но в этом плане он был более... гибким. Более склонным к компромиссам.       — Ты ждешь от меня положительного ответа, полагаю? — он очаровательно улыбнулся. Конечно, Сера может не сомневаться в его надежности. Он знал, что её уверенность в нём была крепче стали, и это только подогревало его интерес к ситуации.        — Я прекрасно понимаю, как людям сейчас непросто, — продолжил он, его голос стал чуть более серьёзным. — Но не в этом и их вина? Они сами создали для себя такие условия, а значит и в состоянии разгребать их сами.        Сера кивнула, её лицо оставалось спокойным, но внутренний конфликт был ей не чужд. Она не сомневалась, что получит от него такой ответ. Она и сама прекрасно всё понимала. Ей не нужно было, чтобы кто-то пережёвывал это по новой. Но она ждала лишь повиновения; ведь кто он такой, чтобы ей отказать?       — Я всё понимаю. Но ведь это всё во благо? Разве этого не достаточно? — её голос звучал настойчиво, как будто она пыталась убедить не только его, но и саму себя.       — Во благо кого? Небес? — Азраэль наклонил голову в сторону, как будто пытался разглядеть в её глазах ответ на свой вопрос. Он знал, что её намерения были благими; она искренне верила в то, что делает. Но его собственные идеалы и принципы ставили под сомнение эту благость. Это всё бред, иллюзия решения проблемы. Сколько ей нужно времени чтобы она пришла к этому выводу?       Сера сделала шаг ближе, её глаза горели решимостью.       — Во благо тех, кто страдает. Разве ты не видишь? Мы должны хотя бы попытаться исправить.       Ему показалось, или он услышал тут слова Эмили?       Азраэль вздохнул, он понимал её страсть и желание помочь, но в глубине души знал: иногда во благо одних приходилось приносить в жертву других.       — Ты знаешь, что я всегда готов помочь, — произнёс он наконец, его голос стал мягче. — Но давай не будем забывать о последствиях. Каждое действие имеет свою цену.       Сера замерла на мгновение, осмысливая его слова. Она знала, что он прав; но в этот момент она была готова рискнуть всем ради того, чтобы изменить ситуацию к лучшему.