✞✞✞

      Прищурив глаза от яркого солнца, молодой святой отец Драко Малфой закрыл бак своего чёрного мустанга и прошёл на кассу расплатиться. Он направлялся в приход, который вверили ему, — тот находился в небольшой деревушке на юге Уилтшира, где недавно скончался его предшественник, престарелый отец Микаэль. Драко было всего двадцать шесть лет, он считался самым молодым священником, которого назначили управлять собственным приходом, что не могло не радовать юного, по меркам слуг божьих, парня. Он был статен, красив и горд собой. Когда Драко был мал, на него бросали недвусмысленные взгляды девушки самых разных возрастов. Его серые глаза и платиновые волосы притягивали особей противоположного пола настолько сильно, что иногда они не давали ему прохода. Сколько сердец было разбито, когда Малфой решил пойти в семинарию…       Драко не жалел о своём выборе. Сызмальства он был скромным, богобоязненным и послушным мальчиком и во взрослом возрасте сохранил детскую наивность в распахнутых глазах. Он был похож на ангела: тонкие черты лица, хрупкие запястья, не хватало лишь нимба над головой. Драко был чист, как слеза младенца, и ничто не могло запятнать эту чистоту.       Пока Малфой ожидал куда-то запропастившегося кассира, он перебирал газеты на прилавке и зацепился взглядом за большое окно, выходящее на заправку. Там, возле припаркованного у бензоколонки кабриолета, находилась пара. Девушка в чёрном платье с обнажёнными плечами сидела на капоте и смеялась, запрокинув голову. Её кудри развевались за спиной и так красиво ловили солнце, что Драко невольно залюбовался ими. Парень, такой же кучерявый, как и девушка, что-то сказал ей, улыбнулся и, притянув её за талию, впился в сочные губы с такой страстью, что щёки наблюдавшего за этим зрелищем Драко покрылись стыдливым румянцем. Руки девушки обвили шею её спутника, и она весьма недвусмысленно прижалась к его торсу, раздвинув ноги и позволив парню вплотную встать между её разведённых бёдер. Это было так страстно и порочно, что при виде этого движения дыхание Малфоя сбилось, а пальцы, сжимающие газету, дрогнули.       Внезапно разорвав поцелуй, парень посмотрел прямо в глаза Драко и ухмыльнулся, прижимая к себе за осиную талию свою спутницу. Почувствовав себя так, словно его застукали за шпионажем, Малфой резко отвёл взгляд от парочки и судорожно нажал на колокольчик за стойкой кассира. Нервно сглотнув, он поправил воротник-стойку и попытался успокоить дыхание.       Наскоро расплатившись, Драко, не глядя по сторонам, сел в свой мустанг и поспешил направиться к месту назначения. Всю дорогу мысли об этой парочке не вылетали у него из головы, как бы сильно он ни пытался думать о чём-то другом. Их кудри и белоснежные улыбки, то, как оба наслаждались друг другом под знойными лучами августовского солнца, и то, как эти двое смотрелись свободными и счастливыми, будоражило.       Драко прибыл в городок как раз к закату, там его встретил служка и провёл в пристройку у придорожной церкви, служившую домиком священника. Распаковав свои скудные пожитки, Малфой принял душ, очистив тело и мысли, и уже собирался приступить к вечерней молитве, когда услышал раскаты грома. Отодвинув штору, он выглянул в окно и залюбовался грозовым небом. Драко надеялся, что это будет добрым знаком. Всевышний даровал людям дождь в этот знойный вечер. Открыв форточку, Малфой вдохнул разрежённый воздух и, улыбнувшись, поблагодарил Господа за ещё один прожитый день. ✞✞✞       Прямо посреди вечерней исповеди перед алтарём Драко услышал негромкий стук в дверь церкви, еле пробивающийся сквозь завывания ветра и грохот тяжёлых дождевых капель по крыше. Он замер, прислушавшись. Кого занесла нелёгкая в такую погоду? Стук повторился, и Малфой поспешил открыть створку.       Слабый свет лампад пролился на незваного гостя, и Драко застыл от неожиданности. Прямо на него смотрела своими огромными карими глазами та самая девушка в чёрном платье, которую он видел сегодня днём! Капли дождя срывались с длинных ресниц, прокладывая себе путь по припухлым щекам, мимо полных розовых губ, вниз по точёной шее к декольте, из которого виднелась подтянутая упругая грудь.       Осознав, что смотрит на просвечивающиеся сквозь ткань соски девушки, Драко резко вдохнул и поспешил перевести взгляд на её лицо.       — Чем могу помочь, мисс?..       — Гермиона. Гермиона Грейнджер, — представилась девушка. Она улыбнулась, отчего на её щеках появились милые ямочки. — Наша машина сломалась, а вокруг ни одного отеля. До ближайшей фермы ехать несколько миль, мы подумали, что можем найти укрытие здесь.       Она махнула за спину, и Драко увидел возле машины её парня, который только что захлопнул капот кабриолета и, покачав головой, двинулся к порогу.       — Это Теодор Нотт, — сказала Гермиона и вновь заглянула в глаза Драко. — Он мой хороший друг.       «Если они друзья, то как же они тогда ведут себя с возлюбленными?» — мелькнула в голове Малфоя мысль. Подошедший Теодор приветливо улыбнулся и прикрыл глаза рукой, создав козырек от дождя. Опомнившись, Драко отошёл в сторону, пропуская ночных визитёров в свою скромную обитель.       — Проходите, располагайтесь. Как я могу отказать вам в помощи, — растянул губы в улыбке Малфой. — Можете обращаться ко мне по имени. Я Драко.       — Спасибо, — произнёс Тео. — Я промок насквозь, как и мой чемодан, — он убрал прилипшую прядь с щеки Гермионы и бросил взгляд в сторону Малфоя. — Если у вас будет переодеться во что-то сухое, я был бы вам очень признателен.       Его улыбка была обезоруживающей и вызывающей какой-то трепет внутри, так что Драко лишь кивнул и жестом пригласил их присесть на лавку возле алтаря.       Гермиона дрожала от холода, пытаясь согреть себя руками, в то время как Теодор стянул свою мокрую футболку, обнажив идеально сложенное, мускулистое тело. Драко вернулся с сухой одеждой. Все, что у него было, это чёрная рубашка и брюки, которые он и отдал гостю.       — Вы можете принять горячий душ, а я пока приготовлю чай, чтобы согреть вас, — проявил гостеприимство Малфой, поражаясь тому, как гармонично смотрелась эта пара. Они сияли, находясь рядом друг с другом.       — Я бы не отказалась от горячего, — ответила Гермиона, заглядывая в глаза Драко.       На её лице играла завораживающая улыбка от которой Малфой с трудом смог оторваться. Теодор посмотрел на Грейнджер, затем на Драко и, едва усмехнувшись, подхватил вещи, направляясь в душ.       Пока Малфой готовил чай для гостей, из его головы не выходил образ целующихся Гермионы и Тео, только теперь тот был без рубашки, а её платье просвечивало насквозь. Он сглотнул и прикрыл веки, и тут же в его разуме вспыхнула картина того, как его руки обвивают талию Гермионы сзади, а губы опускаются на разгорячённую шею, кожа на которой тут же покрывается колючими мурашками от наслаждения. Кровь резко прилила к его лицу и паху, и Драко слишком резко опустил чайник на столешницу. Почувствовав дрожь в теле, Малфой, испугавшись своего видения, вознёс мольбу Господу помочь его слуге в борьбе с греховными мыслями. Сделав несколько глубоких вдохов, он вернулся в главную залу и поставил поднос с тремя чашками на лавку. За время его отсутствия атмосфера как будто стала более тяжёлой и тягучей. Сейчас, находясь в одном помещении с Гермионой наедине, Драко чувствовал себя странно взбудораженным.       Гермиона стояла у алтаря, и на неё падал свет от тускло горящих лампад. Она выглядела так греховно притягательно и одновременно хрупко и невинно в своём чёрном платье с приспущенными плечами и локонами, падающими на спину. Драко осторожно подошёл к ней, словно боялся спугнуть. Его тихую поступь заглушал плотный ковёр. Он и сам не знал, почему сейчас чувствовал внутри дрожь, как будто совершал что-то запретное, но противиться этому не мог. Гермиона повернулась к нему, и Малфой заметил в её тонких пальцах незажжённую сигарету.       — Не могу найти зажигалку, — сказала она тихим голосом, глядя на Драко снизу вверх.       Он уже собирался ответить, но почувствовал, как на его плечо легла тёплая ладонь, а в следующий миг справа от него появилась рука с огнивом. Повернувшись, Малфой увидел лукавую улыбку Теодора. Грейнджер благодарно посмотрела на Нотта и прикурила. По зале тут же разнёсся терпкий аромат вишнёвого табака.       — Она такая рассеянная временами, — произнёс Тео прямо возле уха Драко, отчего тот вздрогнул, все ещё ощущая вес ладони на своём плече.       Они оба находились к Малфою так близко, что он чувствовал тепло, исходившее от их тел, и не находил в себе сил шагнуть в сторону, словно его магнитом тянуло к этим двоим.       — Но это делает её ещё более прекрасной, не правда ли? — продолжил Теодор, направив свой хитрый взгляд на Гермиону.       — Да, — заворожённо согласился Драко, не осознавая, что произнёс это вслух.       Гермиона выдохнула терпкий дым в сторону и передала сигарету Тео, не отводя своих глаз от лица Малфоя.       — Ты когда-нибудь целовался, Драко? — спросила она, делая крошечный шаг вперёд, её ладошки прошлись по торсу Малфоя и остановились на груди.       Судорожно вздохнув, Драко с трудом сглотнул, чувствуя величайшее напряжение, охватившее всё его тело, и не понимая, почему ситуация вдруг приняла такой резкий поворот. Близость пьянила, заставляла мысли течь в греховном направлении, и это пугало, но и дарило остроту от ощущения чего-то запретного. Полные губы Гермионы манили к себе, тонкие ключицы и плавные изгибы шеи вынуждали взгляд возвращаться к ним снова и снова.       — Я… — во рту пересохло, а пальцы дрожали, он не находил слов. — Я…       Малфой почувствовал, как его щёки залила краска от откровенного вопроса.       — Ну же, не бойся, ответь, — шепнул Теодор Драко на ухо и сжал его плечо. — Мы никому не расскажем.       Драко тонул в глубоком взгляде Гермионы, словно его утягивала в свои бурные воды река. Пламя свечи колыхнулось от небольшого сквозняка, и это словно вернуло Малфоя в реальность.       — Я не думаю, что это уместный вопрос, — выдохнул он, отводя глаза в сторону и коря себя за мысли, которым позволил наполнить свою голову.       — Я же вижу, как ты смотришь на неё, — сказал Теодор, поворачивая лицо Драко к себе и заглядывая в его глаза с расширившимися зрачками. — А она на тебя, — добавил он, заставляя Малфоя испытать жар во всём теле.       — Знаешь, я никогда не исповедовалась, — призналась Гермиона, побудив Малфоя обратить на неё свой взор. — Но перед тобой я готова открыть свою душу.       Драко отступил назад, но уперся спиной в твёрдую грудь Тео. Он словно попал в оковы их обаяния, шаг в сторону означал погибель, но и если он останется на месте — тоже.       — Я не понимаю, — пробормотал Малфой, чувствуя растерянность от их напора.       — Видишь ли, моя подруга заприметила тебя ещё давно, — Теодор сжал пальцы на предплечьях Драко.       — Что?..       — Ты посещал семинарию, которая находилась напротив моей школы, — пояснила Гермиона, поглаживая Малфоя по груди. — Ещё тогда я задумывалась, каково это ощутить твои поцелуи, а сегодня, когда я увидела тебя на заправке, чувства и мысли вернулись.       — Но я видел вас с Тео вдвоём, — Драко нахмурился. — Разве вы не…       — Мы не пара, — сказал Теодор. — Но я готов исполнить любое её желание, — обворожительно улыбнулся он. — А Гермиона пожелала тебя.       — Это грешно, — замотал головой Малфой и положил свои ладони на запястья Гермионы, но не смог найти в себе силы, чтобы убрать её руки от себя.       — Разве любовь грех? — спросила она, заглядывая в его глаза.       — Любовь — нет, но это…       — Что есть секс, как не проявление любви? — произнёс Тео и протянул свои руки под предплечьями Драко. Он медленно высвободил запястья Грейнджер из пальцев Малфоя, и они упали по бокам, затем опустил вниз верх платья Гермионы, освободив её полную грудь, отчего у Малфоя перехватило дыхание. — Посмотри, как она прекрасна, — раздался горячий шёпот возле шеи Драко, и мурашки разбежались от того места, к которому прикоснулись губы Теодора. — И она так ждёт тебя.       Драко не мог оторвать взгляд от напряжённых сосков Грейнджер, он дрожал, чувствуя, как внутри разгорается жар такой остроты, которого он до этого момента ни разу не испытывал. Малфой понял, что сейчас его пытались сбить с пути истинного, который Драко выбрал давным-давно, и один лишь Господь был в силах остановить это.       — Плоть слаба, но дух мой не сломится, — зажмурившись, пробормотал Малфой, сжимая руки в кулаки.       — Отпусти себя, Драко, — тонкие пальцы Гермионы обхватили его запястья и положили ладони на свою оголённую грудь. — Позволь себе хоть раз в жизни испытать, каково это.       Как только его подушечки коснулись твёрдых сосков, Малфой издал жалобный стон отчаяния. Голова закружилась, из лёгких словно выкачали весь кислород. Его губы налились кровью и горели от желания впиться в призывно раскрытый рот Гермионы.       — Поцелуй меня, Драко, — прошептала она на расстоянии сантиметра от его лица.       Веки Малфоя распахнулись, и он увидел перед собой блестящие глаза Грейнджер. От неё исходил аромат возбуждения, который пробивался сквозь запахи церковных свечей и вишнёвого табака. И это сносило крышу напрочь.       — Ну же, решайся, — Теодор провёл носом по его шее. — Я помогу.       — Я никогда ещё не… — дрожащим голосом произнёс Драко.       — Тш-ш, я знаю. Я покажу, — Гермиона проникновенно заглянула в его глаза, а в следующий миг её тёплые губы опустились на его уста.       В блаженстве Малфой сомкнул веки и поддался искушению. Всю жизнь он следовал пути, который указал ему отец, считая это своим собственным выбором, безропотно соглашаясь на все его желания. И только сейчас, ощутив вкус поцелуя, Драко понял, что настоящим грехом было добровольно отказаться от подобного.       Жарко выдохнув, он сжал грудь Гермионы и подался вперёд, углубляя поцелуй. Все его мысли заволок туман похоти и вожделения. Почувствовав прохладу, он понял, что Теодор стянул с него сутану, и услышал шелест ткани, опустившейся на пол.       Гермиона разорвала поцелуй, но только для того, чтобы провести горячим языком по его теперь уже оголённой груди. Драко ахнул и откинулся на живот Теодора, чувствуя твёрдость его пресса.       — Грех скрывать такую красоту под рясой, святой отец, — прошептала Грейнджер, опускаясь перед Драко на колени.       Её пальцы подцепили нижнее белье, которое топорщилось от возбуждённого члена. Малфой закусил губу, боясь сделать вдох. Всё, о чём он думал сейчас, это её прекрасное тело и взгляд, полный похоти и вожделения. Глаза Гермионы остановились на эрегированном органе Драко, и она облизнулась.       — Позволь показать тебе, как может быть приятно, — произнесла Гермиона и обхватила тонкими пальцами ствол.       Её губы опустились на головку, а язык пробежался вокруг. Малфой дёрнулся от неожиданности и громко застонал. Его глаза закрылись в блаженстве, и он откинул голову на крепкое плечо Тео, который мягкими движениями поглаживал его грудь, прижимая к себе. Водоворот чувств захватил Драко, он ощущал так много всего сразу: влажный тёплый рот Гермионы внизу, грубые сильные руки Теодора и его лёгкие поцелуи в шею. Малфой горел, но одновременно с этим его наполняло безграничное счастье от блаженного удовольствия, которое он испытывал. И если он будет проклят за эту ночь, то так тому и быть.       Гермиона качнулась вперёд и вобрала его член полностью в свой рот, Драко громко выдохнул и толкнулся ей навстречу, опуская свою ладонь на её затылок.       — Вот так, ей нравится, сделай так ещё раз, — подсказал Тео, и Малфой совершил новое движение, отчего Гермиона застонала, пуская своим горлом вибрации по его возбуждённому органу.       — О Господи, — простонал Драко и опустил голову вниз.       То, что он увидел, было воистину божественно: блестящие глаза Гермионы, встретившиеся с его взглядом, её полные губы, обхватывающие член, и грудь, покачивающаяся от движений. Платье, сползшее на талию Грейнджер, закрывало вид на ягодицы, которые с этого ракурса казались ещё сочнее.       Малфой почувствовал, как сзади Теодор прижимается к нему, и ощутил, какой он уже твёрдый внизу. Вопреки ожиданиям, это не отпугнуло Драко, а наоборот, послало новую волну возбуждения по всему телу. Он так грешен, Господи, его уже ничто не спасёт, ибо Малфой испытал настоящее чудо истинного удовольствия.       Чувствуя, что приближается к разрядке, Драко простонал и сжал пальцы в волосах Гермионы. Она тут же отстранилась, с громким звуком выпустив из своего рта его член. От её распухших губ к головке тянулась тоненькая ниточка слюны.       — Сделай ей приятно, — направил Тео и надавил на плечи Малфоя, опуская теперь его на колени перед Гермионой.       Грейнджер легла на пушистый ковёр, и Драко тут же прильнул губами к её груди. Он ласкал её языком и гладил руками бархат кожи, пытаясь вобрать в себя её образ, сохранить его в своей памяти навечно, чтобы вспоминать одинокими ночами в своей келье. Это был самый потрясающий момент его жизни. Тяжёлое дыхание вперемешку со стонами Гермионы кружили голову. Малфой провёл языком по ложбинке меж её грудей и опустился поцелуями ниже, попутно стягивая с неё платье вместе с бельём.       Когда он выпрямился, то не поверил своим глазам — настолько эта картина не вписывалась в привычный мир Драко: прекрасная девушка лежала у алтаря в свете лампад, её кудрявые локоны были разбросаны на алом ковре, а бёдра призывно разведены, завлекая туда, где находилось блаженство.       — Поцелуй её, — шепнул Тео и раздвинул колени Гермионы в стороны, раскрывая её ещё больше.       Губы Драко закололо от прилившей крови, когда он понял намёк Теодора. Драко облизнулся и провёл руками по бёдрам Грейнджер, плавно опускаясь между её разведённых ног.       Краем глаза он заметил, как Тео подобрался поближе к Гермионе, и она взяла в руку его твёрдый член. Теодор зашипел сквозь зубы и толкнулся в её кулачок. Малфой, ощущая запах её возбуждения, прильнул к влажному входу Грейнджер и попробовал её. Это было невероятно, терпко и сладко одновременно. Она была на вкус как само желание. Драко провёл языком по небольшому бугорку и услышал стон, вырвавшийся из груди Гермионы. Он воспринял это как хороший знак и сделал так ещё раз. Грейнджер подмахнула бёдрами и положила свою ладонь на его голову, прижимая ближе к себе.       — Добавь пальцы, — произнёс Тео, пытаясь отдышаться.       Малфой оторвался от Гермионы и провёл ладонью по внутренней стороне её бёдра, подбираясь к месту, которое ранее было для него под запретом. Он чувствовал, как член налился кровью и готов взорваться, ему нужно было выплеснуть свое возбуждение, но Драко также хотелось доставить Гермионе удовольствие взамен того, которое она подарила ему. Он ввёл палец внутрь и ощутил жар, исходивший из неё.       — Добавь ещё один и продолжай, — подсказал Теодор, затем наклонился и впился поцелуем в губы Грейнджер.       Драко последовал его совету и вновь прильнул к розовому бугорку, возобновляя ласки. Гермиона под ним извивалась и постанывала сквозь поцелуй, одна её рука беспрерывно двигалась взад-вперёд, сжимая член Тео в кулаке, другая вцепилась в платиновые волосы Малфоя, притягивая его лицо к себе.       Воздух наполнился тяжёлым мускусным запахом возбуждения от трёх тел. Драко не останавливался, он, словно путник, прошедший через пустыню, теперь пытался напиться у оазиса.       Гермиона дёрнулась, и помещение разорвал её приглушенный вскрик, она задрожала, напрягаясь, а в следующий миг Малфой почувствовал, как она сжимает его пальцы внутри, но не стал останавливаться, продлевая момент её наслаждения. Через мгновение его потянули за плечи. Драко выпрямился, откинувшись на пятки, и Грейнджер, вся мокрая от пота и разгорячённая, села на него сверху, потираясь своей промежностью о его член. Малфой застонал и прижался губами к её напрягшимся соскам. Сейчас он желал лишь одного: очутиться в ней, ощутить, каково это — быть с женщиной.       Грейнджер оттянула его волосы, заставляя голову откинуться, и заглянула в его глаза. Драко заметил, что её радужки стали почти чёрными от возбуждения, и это было самое прекрасное, что он видел в жизни. Гермиона слегка привстала, а затем, направив его головку к своему входу, плавно опустилась на член Малфоя, не отрывая своего взгляда от его лица.       Драко увидел звёзды. Он замер на несколько мгновений, не в силах пошевелиться, боясь, что экстаз окажется слишком острым, и пытался вдохнуть воздух в слипшиеся лёгкие. В голове билась одна мысль, что так приятно может быть только в раю. А затем Грейнджер сделала движение вверх и снова вниз, и Малфой, застонав, подался вперёд. Он сжимал её талию и ягодицы, оставлял страстные поцелуи на шее и плечах, вдыхал её аромат и толкался внутри неё сильнее, быстрее, он уже не мог остановиться, словно сам дьявол дергал его за ниточки — сопротивляться было бесполезно.       Сквозь дымку возбуждения Драко почувствовал, как Гермиона прижалась к нему всем телом, а следом горячие руки Теодора приподняли её бёдра сзади. Глаза Малфоя расширились, когда он понял, что сейчас произойдет. Грейнджер улыбнулась ему и оставила нежный поцелуй в уголке губ.       — Ты не представляешь, насколько я грешна, святой отец, — шепнула она. — Потому что одного мужчины мне мало. Я хочу вас обоих. Одновременно.       Кровь резко ударила в голову Драко, когда он ощутил, как член Теодора входит в Грейнджер сзади. Стало ещё теснее, и уже Малфой боялся пошевелиться от переизбытка чувств. На лице Гермионы расплылось неподдельное наслаждение, глаза закатились, а рот блаженно приоткрылся в экстазе. Теодор обхватил её за талию и толкнулся сильнее. Он посмотрел на Драко из-за плеча Грейнджер и подмигнул.       — Продолжай, ей нравится, — сказал он, озорно ухмыльнувшись.       Малфой со стоном подался вперёд, ощущая внутри Гермионы член Тео. Они двигались по очереди, попеременно толкаясь внутрь и выходя наружу. Голова Грейнджер откинулась на плечо Теодора, в то время пока Драко ласкал её грудь. Малфой чувствовал, что ещё мгновение и он вознесётся на небеса и присоединится к сонму ангелов в царстве божьем.       Дышать становилось всё труднее, а сдерживать порывистые движения ещё сложнее. Их вздохи наполнили полутьму помещения, шлепки трёх разгорячённых тел создавали восхитительную мелодию, доселе не звучавшую в этой священной зале. Драко крепче прижал к себе Гермиону, ощущая, как его семя рвётся наружу, и со стоном, полным блаженного удовольствия, излился в неё, содрогнувшись всем телом.       Мышцы Гермионы пронзили спазмы, и она, изогнувшись, впилась в плечи Драко напряжёнными пальцами, оставляя следы страсти и экзальтации. Её стон совпал с низким шипением Теодора за её спиной, и они вместе кончили.       Ощущая слабость в конечностях, Малфой осторожно опустился на ковёр одновременно с Грейнджер и Ноттом. Перед его глазами плясали хоровод мириады звёзд. Он никогда ещё не чувствовал себя настолько возвышенно и хорошо. Пока Драко пытался отдышаться, Гермиона ласково водила по его мокрой от пота шее своими аккуратными пальчиками, выписывая одной ей известные фигуры, а Теодор в это время целовал её плечи и убирал влажные локоны, спадающие на лицо.       Когда пелена спала и взор прояснился, Малфой облизнул пересохшие губы и почувствовал укол совести в груди. Он совершил грех прямо перед алтарём, на глазах у Господа. В его взгляде промелькнула тревога.       — Не думай об этом, — шепнула Грейнджер, разгладив морщинку между его бровями, словно прочитала мысли Драко. — Нам было хорошо, а это самое главное.       Она улыбнулась, оставила мягкий поцелуй на его губах и, поднявшись, прошла в коридор, который вёл к жилой комнате и душевой. Малфой проследил за ней взглядом, наслаждаясь её изгибами, и повернулся к Тео, который надевал бельё.       Нотт достал из кармана брюк пачку сигарет и с нескрываемым удовольствием затянулся горьким дымом, выпуская его через нос. На его лице возникла лукавая усмешка, когда он увидел взгляд Драко, полный вины и сожаления.       — Она долго искала тебя, — произнёс Тео, и Малфой удивлённо посмотрел на него. — Мы с ней уже пять лет вместе. Ну как, мы друзья с привилегиями, знаешь, — ухмыльнулся он. — И она постоянно вспоминала тебя. Я думаю, она влюблена в тебя, Драко, — сказал Нотт, не отрываясь от серых глаз. — И если хочешь знать мое мнение, я бы на твоём месте бросил это богом забытое пристанище и уехал с ней.       Малфой принял сидячее положение и, нахмурившись, обвёл взглядом помещение. Серые обшарпанные стены и простые деревянные скамьи навевали тоску. Он вспомнил свои одинокие ночи в семинарии, ежедневные молитвы и проповеди. А ведь он был ещё так молод. Он не видел мир, не знал до этого дня, каково это — держать в объятиях женщину, как могут быть приятны прикосновения и поцелуи. Сколько ещё он потерял, безропотно повинуясь воле отца?       Нотт потушил сигарету, убрав окурок в пачку, и натянул брюки.       — Дождь кончился, — произнёс он, выглянув в окно. — Как ты догадываешься, наша машина не сломана, — ухмыльнулся Теодор, рассматривая сидящего на полу Малфоя. — Мы уезжаем. Решение за тобой. Что ты выберешь, Драко? Это, — он развёл руками, обводя взглядом залу, — или её?       Малфой сглотнул, чувствуя, что его тело обуяла дрожь волнения и предвкушения. Гермиона в этот момент показалась в проёме двери в своём чёрном платье с открытыми плечами и растрёпанными локонами.       — Её, — сказал Драко. — Я выбираю её. ♥︎♥︎♥︎