Часть 1

Тренировочный двор переполнен. До летнего турнира осталось всего несколько дней, и каждый мужчина в Минас Тирите был полон решимости проявить себя. И, как мотыльки, слетающиеся на свет лампы, каждая женщина в Минас Тирите толпились вокруг площадки, хихикая в ладоши, наблюдая, как мужчины скрещивают клинки, посылают стрелы в мишени и уничтожают деревянные тренировочные манекены. Мужчины слишком хорошо знали свою аудиторию. Группы из них задерживались у боковой линии, подмигивая женщинам, дико напрягаясь и громко хвастаясь своими способностями, раздувая голые груди, как квакающие лягушки. Однако объект твоего внимания определенно был не среди флиртующей, шумной толпы. В конце концов, Боромир всегда был целеустремленным — во всем, что он делал. *** Он прижал тебя к закрытой двери оружейной, так грубо, что ряды оружия содрогнулись в своих стоя по обе стороны от тебя. Ты содрогнулась вместе с ними, твои кости размякли и превратились в жидкость, когда его язык скользнул между твоими губами.       — Разве ты не должен… разве ты не должен тренироваться для турнира? — задыхалась ты, когда он наконец отстранился, его борода щекотала твою кожу, когда он прокладывал жаркие поцелуи по твоему горлу. Он уже стянул твое платье, обнажив твою грудь пустой комнате, и теперь он массировал ее, мозолистые пальцы играли с твоими сосками и нежно пощипывали — ровно настолько, чтобы ты задыхалась под ним.       — Мне не нужно. Было бы неприлично, чтобы наследник Наместника выигрывал все испытания.       — Такое хвастовство неприлично, — возразила ты, твой смех превратился в стон, когда зубы Боромира впились в твою кожу. — Не попытаешься ли ты выиграть хотя бы один вызов, во имя своей невесты? Он усмехнулся, его голос скользнул по твоей коже, как бархат.       — Тебе это понравилось бы, а? Если бы я вознаменовал победу в твою честь? — Без предупреждения он поднял тебя к стене, твои ноги обхватили его талию. Он застонал от этого движения, гортанно и низко, жидкое тепло скапливалось между твоих ног при звуке— *** Боромир хрипло взрыкивает, атакуя тренировочный манекен, его клинок оставляет глубокие зарубки на деревянном торсе. Ты смотришь, завороженно, как он размахивает и размахивает, неустанно, его внимание полностью поглощено его рутиной. Он полуголый, сбросив тунику и нижнюю рубаху в палящую летнюю жару. Теперь ты бесстыдно смотришь на капли пота, которые катятся по его груди, по его широким грудным мышцам и по его блестящему животу. Его мускулы резко меняются, когда он размахивает клинком то одной рукой, то двумя руками, то над головой, то по широкой дуге. Его лопатки сгибаются, его бицепсы вздуваются, его живот напрягается. Ты рефлекторно сглатываешь, твое горло внезапно пересыхает. *** Живот Боромира напрягся, когда ты взяла его член в рот. Вы поменялись местами — теперь он был тем, кто прижат к двери оружейной, его ноги дрожали, его дыхание было хриплым. Ты лизала его медленно, дразня, наслаждаясь прерывистыми стонами, вырывающимися из его губ. В замедленной съемке ты отстранилась и плюнула по всей длине его члена, слюна беспорядочно стекала с твоих губ и подбородка, когда ты снова взяла его в свой рот.       — Быстрее, — пропыхтел он, его широкая рука сжалась в твоих волосах. — О, быстрее, коварная ты женщина… *** Быстрее и быстрее он размахивает своим клинком, и еще быстрее, пока ты не начинаешь слышать его тяжёлое дыхание даже с твоей позиции далеко на обочине. Его брови нахмурены от сосредоточенности, челюсть сжата. Внезапно треск раздается эхом по двору — деревянная, соломенная конечность тренировочного манекена раскалывается под его клинком и летит по пыльной земле. Снова его клинок размахивает, и снова, и с еще одним громким треском манекен падает, сломленный, расколотый, в грязь. Боромир гордо отступает, грудь тяжело вздымалась. Он выгибает спину и поднимает руки над головой, сначала левую, затем правую, снисходительно растягивая свои горящие мышцы, пока ты не замечаешь, что облизываешь губы. Но эта приятная картина перекрывается, приближающийся группой мужчин, смеющихся и поздравляющих Боромира с победой над его могучим деревянным противником. Он отклоняет их похвалы с отработанной легкостью, хотя он откидывает голову назад и смеется вместе с ними, что само по себе является прекрасным зрелищем. Однако вскоре вокруг него собирается слишком много поклонников, полностью заслоняет тебе обзор. Ты хмуришься, ощетинившись от внезапной преграды. *** Член Боромира скользил в твое горло и выходил из него, слезы наворачивались на глаза, когда ты открываешь рот шире, чтобы вместить его. Его голова была откинута назад к двери оружейной, его губы приоткрыты в бесконечном, безмолвном стоне. Его лицо покраснело, его глаза были зажмурены. О, он выглядит невероятно, опьяненный удовольствием, полностью развращенный, слишком далеко зашедший, чтобы стонать или шипеть тебе подбадривания — и ты знаешь, что он не продержится долго. Твое сердцебиение забилось между ног в предвкушении, ты быстрее замотала головой, его мускулистые бедра напряглись под твоими руками — Шаги эхом разнеслись по залу. Ты замерла рядом с ним, головка его члена тяжело пульсировала на твоем языке, возбуждение перешло в холодную панику —       — Лорд Боромир? Солдаты ищут вас. Дверь оружейной приоткрылась, недостаточно, чтобы выдать твое присутствие, но достаточно, чтобы Боромир качнулся вперед, его член так глубоко вдавился тебе в горло, что ты содрогнулся вокруг него, впиваясь ногтями в его кожу, чтобы молчать…       — Ах, прости меня, парень, — сухо позвал Боромир, крепко держась, чтобы дверь не открылась дальше. — Иди и начинай тренироваться. Я скоро присоединюсь к тебе и другим мужчинам.       — Но… — голос солдата дрогнул. — Мне понадобится оружие из арсенала, мой господин. Твое горло невольно сжалось вокруг члена Боромира, и он стиснул зубы так сильно, что ты почти почувствовала это на своей коже — несмотря на слезы, жгущие твои глаза, ты не осмелился отстраниться из страха, что тебя услышат, — и он наконец собрался с силами.        — Тебе не нужно настоящее оружие. Возьми… возьми деревянный турнирный меч с тренировочной площадки, — выпалил Боромир. — Вперед!       — Да, мой господин! — Солдат поспешил подчиниться, его шаги отступили назад, туда, откуда он пришел. Его грудь тяжело вздымалась, Боромир откинулся назад, дверь снова закрылась за его спиной.       — Валар, — выдохнул он, проведя дрожащей рукой по лицу. — Это было… Его член выскользнул из твоего рта, и ты вздохнула, твое сердце колотилось, челюсть болела.       — Слишком близко, я знаю. Но он покачал головой.       — Невероятно, — закончил Боромир, наклоняясь, чтобы обхватить твое лицо ладонью. — Невероятно, любовь моя, как же хорошо ты приняла меня в свой ротик… *** Он атакует второй манекен с той же методичной яростью, что и первый, а ты опираешься на маленькую ограду, довольная тем, что целый день наблюдаешь за своим женихом. Боромир не проявляет никаких признаков усталости, хотя его испещренный шрамами торс мокр от пота, а волосы прилипли к затылку. Тебе хочется провести губами по его горлу и попробовать теплую соль на его коже —       — Вам очень повезло, миледи. — Группа знатных дам присоединяется к тебе у ограды, и самая элегантная из них кивает в сторону мускулистой фигуры Боромира, многозначительно приподнимая брови, глядя на тебя. — Самая счастливая невеста в Гондоре, я бы сказала! Ты улыбаетесь ей в ответ, чувствуя как раскраснелись щеки.       — Да, так и есть, — признаете вы. — Очень повезло. Одна из молодых женщин хихикает, обмахивая себя преувеличенно большой рукой.       — Он выглядит довольно… восхитительно, не правда ли?       — Вы же не против, что мы так говорим? — быстро добавляет другая женщина, бросая на остальных предостерегающий взгляд.       — Не волнуйтесь, — уверяешь ты ее, поднимая руки в знак мира. Ты снова переводишь взгляд на Боромира, который мотает головой, откидывая мокрые от пота волосы с глаз. — Я полностью согласна. *** Всё тело Боромира напряглось, когда он излился в твоё горло. Ты издала приглушённый крик, и он попытался отстраниться, но ты опустила голову ниже на его член, проглатывая всё.       — Ох… — Он простонал надрывно выдыхая твое имя, делая его вкус еще слаще. Наконец ты откинулась на пятки, тяжело дыша, и вытерла свои припухшие губы. Боромир опустился на колени рядом с тобой, тоже с сбитым дыханием, с платком в руке. Он вытер слюну и свои следы, все еще оставшиеся на твоих губах, и убрал твои влажные от пота волосы со лба.       — Невероятно, — снова выдохнул он. Твоя кровь пульсировала в твоих жилах, твое возбуждение теперь было почти невыносимым, но ты сделала глубокий, приземленный вдох. Быть будущей невестой наследника Наместника Гондора подразумевало обязательства, в конце концов.       — Теперь поторопись, — сказала ты ему. — Одевайся, любовь моя. Ты должен быть на тренировочной площадке, помнишь? *** Первая женщина снова весело рассмеялась.       — Вам нужно быть осторожнее, могу я дать совет? — говорит она тебе. — Он может быть красивым, но воинам часто не хватает настоящих благородных манер. Несколько других дам согласно кивают, обмениваясь понимающими взглядами.       — Мы, конечно, не хотим вас пугать, — ободряюще говорит другая. — Только предостерегаем. Пока они говорят, твой взгляд снова устремляется на тренировочный двор, в тот же момент, когда Боромир поднимает глаза и наконец встречается с тобой взглядом. Его лицо светлеет, хотя краска ползет по его шее, уже покрасневшей от физических нагрузок. Он думает об оружейной — так же, как и ты. Этому воспоминанию всего несколько часов, и оно так живо играет в твоей голове, что ты почти все еще чувствуешь его вкус на языке.       — Спасибо за вашу заботу, — говоришь ты женщинам, качая головой. — Но Лорд Боромир столь же благороден в манерах, как и по крови. Он… — Ваш голос спотыкается, когда вы видите, как его язык неосознанно скользит по губам, прежде чем он прочищает горло и возвращается к работе с мечом. — Он джентльмен до мозга костей. Настолько… настолько вдумчивый и щедрый, насколько это вообще возможно. ***       — На тренировочной площадке? — повторил Боромир, качая головой. — Моим солдатам не нужно ждать, пока я подготовлюсь к турниру. Они могут бить друг друга палками столько, сколько пожелают. Ты виновато отвернулась.       — Ты уверен? Я бы не хотела, чтобы ты… Он прервал тебя глубоким томным поцелуем.       — Я в долгу перед своей невестой, — выдохнул он тебе в кожу, его голос тихо рокотал в груди. Не говоря больше ни слова, он встал, вытащил из стойки высокий щит и засунул его под ручку двери оружейной, заперев ее. — И я не собираюсь прерываться, пока не получу тройную отдачу.