Часть 1. Глава 1

      Стук каблуков дорогих лакированных туфель эхом разносился по пустому мраморному коридору. Те, кто по абсолютной случайности шли по своим делам – кто-то с чайком в руках на поиски бодрящего, кто-то с папкой документов для очередного разбора полета предпочли скрыться в ближайших кабинетах, пусть даже не своих отделов.       Блондинка, облаченная в черный тренч и зауженные черные брюки, заставляла чувствовать огромный спектр эмоций: от восхищения незнакомых до испуга у повидавших в свое время.       Девушка остановилась у кабинета сто двадцать три и одним рывком, без стука, открыла пластиковую дверь, приковывая к себе взгляды трех сидевших за мерной беседой мужчин.       - Адель, детка, - не растерявшись, самый старший присутствующий поднялся с кожаного дивана, раскидывая в приветственном жесте руки. – Прекрасно выглядишь!       Адель дружелюбно приподняла уголки губ и, закрыв поплотнее дверь, продефилировала ровной походкой до крепкого мужчины, на висках которого прослеживалась редкая седина. Слабо обняв его, она шепнула ему на ухо что-то, от чего тот прерывисто засмеялся, покрепче стиснув девушку в объятиях.       - Итак, дорогие мои, знакомьтесь, это Адель, - оторвавшись от гостьи, он повернул ее к сидящим мужчинам.       Один был хмур, как осеннее небо за окном, второй же любопытно и явно задумавшись выпячивал нижнюю губу, оценивающим взглядом проходясь по точенной фигуре. Он явно приходился первому сыном, потому что сходство и разница в возрасте были очевидны.       - Она профессионал своего дела! Не представляете сколько успешных дел мы с ней провернули, - блаженно улыбаясь, гордо воскликнул мужчина, все еще придерживая светловолосую за локоть, - Ада, знакомься, это – Станислав Викторович, мой партнер и очень хороший знакомый, - тот указал на того, что был старше и упомянутый Станислав тут же поднялся, пожимая девушке хрупкую ладонь. – А это его сын Владислав.       - Можно просто Влад, - светловолосый парень также поднялся на ноги, галантно поцеловав тыльную сторону ладони Адель и, одарив ни чуть не смутившуюся девушку, улыбкой.       - Леша, а ты уверен, что..?       - Стас, - Алексей оборвал своего товарища жестом руки, не дав закончить и наконец предложил блондинке устроиться на кожаном стуле во главе кофейного столика, вокруг которого и была компания.       - Дядь Леш, - девушка поставила на стол свою небольшую красную сумочку и, закинув одну ногу на другую, тяжело вздохнула. – Я правда не понимаю. Мы договорились с вами еще полгода назад, что я не участвую больше в ваших авантюрах.       Мужчина в темно-сером костюме поджал губы и согласно кивнул головой, сцепив в замок руки, лежащие на ногах.       - Я понимаю, моя дорогая, но боюсь, сейчас без тебя не справиться, слишком сложный случай. Под угрозой не только бизнес Станислава Викторовича, но и мой в том числе. А этого гаденыша не берет в расход даже полиция, связей у него там больше, чем у нас всех вместе взятых, - Алексей недовольно фыркнул и поднялся, дабы дойти до стола и взять с него синюю папку.       - И чем же я могу помочь?       - Покрути с ним, - быстро нашелся Алексей, возвращаясь на свое старое место и заставляя Адель неискренне рассмеяться. – Что? Уверен, он не устоит от тебя.       - Да, но как вам это поможет? – девушка благодарно кивнула на чашку кофе, которую пододвинул ей Влад, сидевший ближе всех.       - Адель, ваш дядя не совсем правильно выразился, - Станислав Викторович поправил очки и покрутил шеей, что выдавало его нервное напряжение. – Нужно, чтобы этот сопляк влюбился, голову потерял, спать не мог, есть не мог. Чтобы его бизнес потонул к чертовой матери!       - Боюсь, я настолько не влюбляю в себя мужчин, - светлоглазая скромно улыбнулась, сделав глоток воды, а затем горячего эспрессо.       - Ты? – Влад весело усмехнулся. – Уверен, крошка, у тебя получится!       - Адель.       - Прости, что? – парень наклонился поближе, испытывающе глядя в глаза собеседнице.       - Меня зовут не крошка, я Адель, - девушка сказал это мягко, но так крепко и уверенно, что ни у Влада, ни у Станислава Викторовича не осталось сомнений. Крошка – Адель справится.       

POV Адель.

      Трое мужчин хотели от меня невозможного, а я все еще пью ненавистный эспрессо, периодически освежая рецепторы водой из чистейшего стакана и думаю о том, что дяде пора поменять кофемашину на ту, которая будет в состоянии приготовить хотя бы сносный капучино.       - Это в идеале, - махая руками, в одной из которых все еще была зажата папка. – Достаточно будет просто сделать так, чтобы мы были на шаг впереди. Рассказывать о его планах, сотрудничествах, конкурсах. Поверь, более монотонного задания, чем это у нас и не было. Просто, в качестве возлюбленной тебе будет проще это делать, - дядюшка говорил это так просто, словно мы обсуждали покупки к ужину, и я прикрыла тяжелые веки.       - Дядь Леш, но мы договаривались, - наклонившись к родственнику, я тихо попыталась воззвать его к памяти, а тот в свою очередь наклонился ко мне.       - Хотя бы посмотри о ком мы, - он подмигнул мне и его серые глаза загорелись блеском предвкушения. – Не захочешь, так и быть.       Дядя отдал мне папку и трое пар глаз выжидающе уставились на меня, словно я экзотический лемур, случайно потерявшийся в московских каменных джунглях.       Собрав маску непроницаемости на лице, я, помедлив, открыла папку, заранее решив, что ее содержимое не изменит моего обещания себе, а потом все перевернулось. Казалось, что легкие налились раскаленным свинцом, а руки чуть не выронили пластиковый предмет, с тыльной страницы которого на меня смотрело до боли знакомое лицо.       - Он изменился, - я не узнала свой голос. Он не был таким хриплым даже в период сильной ангины с осложнениями.       - Да, внешне может быть, - дядя, явно оставшийся довольный результатом, закинул одну ногу на другую и надменно продолжил, - но остался таким же щенком. Пробивным, дерзким, жадным.       Последние эпитеты я пропустила мимо ушей, внимательно читая приведенные ниже факты: Андрей Косолапов. 27 лет. Архитектор. В отношениях с Марией Егоровой.       Сглотнув вязкую слюну, я захлопнула папку, заметив, что рядом сидевший Влад вздрогнул от неожиданности, явно задумавшись о чем-то своем.       - Когда это нужно сделать?       - Я же говорил, она – профессионал, - дядюшка широко улыбнулся и Станислав Викторович, сидевший доселе в напряжении, выдохнул, запахнув раскрывшийся пиджак. – Чем быстрее, тем лучше, дорогая.       - А если он меня узнает? – я усмехнулась, не моргающим взглядом глядя на панорамное окно, дождь за стеклом которого шел непроглядной стеной.       - Не узнает, детка, ты очень изменилась за десять лет. Придумаешь себе историю, и он вообще не сопоставит никогда в жизни.       Я неоднозначно мыкнула, прикусив губу и поднявшись вместе с материалами.       - Хорошо, но это последний раз, - я папкой указала на своего родителя и тот поднял руки в примирительном жесте. – Кто поможет мне с информацией?       - А вот, - Станислав Викторович пихнул в плечо сына и Владу пришлось согласно кивнуть.       - Мы в одной компании бываем, о каких-то передвижениях я могу тебе рассказать, о каких-то узнаю и тоже расскажу, - парень улыбнулся, и я кивнула.       - Извините, мне нужно ехать, как только я соберусь вступить в игру, я сообщу, - прихватив сумочку, я быстро направилась к двери, собираясь поскорее убраться отсюда, чтобы вдоволь пожалеть себя и свои израненные воспоминания, но строгий голос заставил обернуться, вцепившись в дверную ручку.       - Детка, только не поступай необдуманно.       Оставив без ответа бессмысленное нравоучение, я закрыла дверь с другой стороны и быстрым шагом дошла до лифта. Холдинг дяди был огромен: одиннадцать этажей, пять зеркальных лифтов, больше тысячи сотрудников. Добраться до подземного паркинга и сесть в четко припаркованную красную Ауди заняло у меня семь минут.       Папка небрежно опустилась на пассажирское сиденье, но спустя минуту снова оказалась у меня в руках.       - Так вот какой ты стал, Андрей Кириллович, - прошептала я, проведя указательным пальцем по фотографии.       Внутри обнаружился конверт с десятками фотографий: от кафе до спортзала. Где-то парень хмуро смотрел в телефон, где-то скучающе обнимал девушек, где-то сосредоточенно тягал штангу с весами и нигде, кроме одной фотографии, не улыбался. Челюсть хрустнула от злости, и я выдернула фото из общей массы, запихнув его в бардачок меж документов.       Я усмехнулась собственным мыслям и, прогрев машину, умчалась в свою небольшую, уютную квартирку на Вознесенском переулке, дабы обдумать все до мельчайших подробностей. Я не имела больше права проиграть.