3. Накелз

— Спишь? – всплыло вдруг на дисплее смартфона. Нет, блядь, играю на тромбоне, - первая мысль, возникшая в голове раздражённого ежа. Стрелки часов давно ушли за полночь, и он всё пытался заснуть, да сука бессонница снова накинулась на балбеса с иголками и всё никак не хотела его отпускать. — Нет, мой мальчик, – с приторный улыбкой ответил Соник, желая задушить нахуй Майлза. – Что такое? — Завтра Наклз в школу придёт, – пришло сразу же. Видать Тейлз сидел и судорожно ждал сообщения от нового друга. Так… Наклз, Наклз, Наклз… а кто такой этот ваш Наклз? Соник всерьёз начал ломать своё пустое ведро в попытке вспомнить о загадочном Наклзе. Нет, в натуре, кто это? Хеджхог никогда не отличался вежливостью. Ладно, че мы все тут сиськи мнём. Он скотина ещё та, ему насрать на всё и вся. А потому он без зазрения совести спросил: — Эт кто? — Ты дебил? – резонно. – Я же говорил тебе о нём кучу раз! Это мой лучший друг! А, этот. Мистер Вселенная? Второй Шварценеггер? Чувак, чьи мускулы спокойно рвут арбузы? Лютый тип, из-за которого дочери становятся раком, а сыновья геями? Господи, поверить только. Тейлз о нём как об секс-символе отзывался. Хотя, зная хвостатого, вероятно он просто его захвалил. Блин, а если он так хвалит Наклза, то может и Соника тоже? Хеджхог с самодовольной улыбкой представил картину, как увлечённый Тейлз рассказывает одноклассницам об синем еже. Накаченный, с голливудской улыбкой, прямо-таки… — Ты там уснул? Да блядь, всю малину испортил! Раздражённый Соник ответил отрицательно. — Я тебя завтра с ним познакомлю. Просто заранее уведомляю. Ну классно. А теперь всё, иди в жопу, доктор Прауэр. Синяя каракатица отправляется в чудесный мир снов, где он будет… Да твою же мать. Бессонница. Что за ночь, то а? Сонику хотелось отмудохать подушку в приступе гнева. Но единственное, что он смог сделать – это ничего.

***

— Вот он, – Тейлз указал на высокого, крупного парня как на экспонат в музее. Соник натурально охуел от увиденного. Майлз не преувеличивал, банки Наклза спокойно могли даже фуру смять. Он ещё и одевался так, что всем напоказ их выставлял. Хвастунишка! Хотя ему шла эта чёрная майка. Но увидев впервые красную ехидну, у Хеджхога появился другой вопрос. — Ты рэпер? — Чё бля? – Наклз сделал тупое лицо. О, а ему идёт. Он такой тупорылый сразу. Наклз, ебать его в жопу, Экидна! Чудовище Франкенштейна, мутант-переросток, грёбаная машина по переработке бетонных плит в мускулы. Наклз пиздец сильный, ну вот без прикола. Он, наверное, самый сильный чувак в их школе. А ещё он тупой. Ну вот олигофрен. На него смотришь и думаешь, как он не забывает дышать по утрам? Но вощета он крутой чувачок, добренький такой и смешной. А Соник у нас живёт по принципу: смешной, забираем. Блядь, неужели даун на авторе будет каждую главу уделять на представление одного лишь персонажа? Да, сомнения? Пиздец. Задал такой вопрос Соник неспроста: у Наклза были длинные, чуть ли до жопы не доходящие, дреды. А ещё золотая серьга в правом ухе. Соник долго ломал голову, всё пытался вспомнить, какое ухо прокалывают геи. И искренне ёж надеялся, что, если и правое – Наклз просто слепошарый и промахнулся. Иначе же… Лежит Соник поздней ночью, когда вдруг ему пишет его лучший друг Наклз… — У меня есть три новости для тебя, друг мой, плохая, хорошая и посредственная, – писал ему ехидна… — Начни с посредственной… — Я гей… — А хорошая?.. — Ты мне нравишься… — А плохая?.. — Я реально сильнее тебя… Наклз и Тейлз смотрели на Соника как на идиота, который просто ушёл в себя, скорчил мечтательную морду и заткнулся наконец. — И вот его ты хочешь к нам в волейбольную команду? – Наклз указал на ежа большим пальцем. — Какую ещё волейбольную команду? – ступил вдруг лисёнок. Наклз недовольно зыркнул на друга. — Сценарий, – стал серьёзнее ехидна. Прауэр тут же ударил себя по лбу, а где-то со стороны донеслись недовольные возгласы. — Мистер режиссёр, вот скажите, а зачем нам вообще спортивная арка? – с искренним непониманием спросил лис. — Как ты не понимаешь, – Эггман потёр довольно усы, – мы снимаем кино для маленьких девочек, а в каждой подобной школьной истории должна быть спортивная арка! — Но какого хуя мы снимаем про волейбол?! – возмутился вдруг Наклз. – Куча других видов спорта есть: баскетбол, футбол, на худой конец литробол! А мы снимаем этот бабский спорт! — Это ещё почему он бабский?! – теперь уже возмущался лысый. – Я в свои годы ого-го играл в него! Это ты просто у нас маскулинная гора говна, ходишь тут и выпендриваешься. — Мужики, – встрял вдруг синий ёж, – мы всё ещё снимаем… — Твою мать, перезаписываем! – гаркнул Эггман и сел обратно в своё режиссёрское кресло.

***

— Наклз Экидна, будем знакомы, – с простой, но тёплой улыбкой Наклз протянул руку Сонику. — Соник Хеджхог, приятно познакомиться. Обменялись любезностями, можно и как Брежнев, друг друга поцеловать. Жаль только законы не позволяют. — Слу-у-шай, у нас тут проблемка есть, – Наклз почесал репу, отвёл взгляд. – У нас завтра игра с параллельным классом, а у нас резко тип ушёл из команды. Ну вот прикинь совпадение! Короче, нам нужен новый игрок. Ты как вообще, в волейбол умеешь играть? — Играю лучше всех! – самодовольно улыбнулся Соник и поставил руки на пояс. — О, вот это настрой! – Экидна улыбнулся в тридцать два зуба. Красная ехидна прямо-таки засветился от счастья. И пока он радовался, Хеджхог пристроился к Майлзу и шёпотом на ушко спросил: — Чё такое волейбол?

***

Наклз и Соник стояли в школьной уборной. — Теперь запомни. Ты теперь волейболист. Ты теперь с командой, а кругом враги, – говорил Экидна. Классно. Вздохнув, Соник запихал руки в карманы синих штанов, опёрся спиной на кафельную стену и спросил: — И че будет нам за выигрыш? — Да ничего, просто этим мудакам из 10Б утрём нос, – Наклз как муха потёр ладошки, довольно ухмыляясь. — Я их даже не знаю, – Хеджхог пожал плечами. – Какой мне смысл играть тогда? — Ну я пивас тебе куплю. — За дело! Парни громко шлёпнулись ладошками, сделав крепкое рукопожатие. Кто бы мог подумать, что с этого диалога начнётся их дружба? И кто бы мог подумать, что синяя лошара завтра будет участвовать завтра в жёстких соревнованиях? А сегодня лишь четвёртое сентября…

Блядь.