Часть 1

Это был обычный школьный день—пятница, предвкушение выходных. Девушка спокойно сидела и рисовала в блокноте какие-то незамысловатые узоры. Сегодня,к счастью, из-за последнего дня учёбы, было всего 5 уроков—счастье для 9-ти классников. Блондин плюхнулся на своё привычное место рядом с брюнеткой и стал доставать свои вещи. Сзади слышались шептания Ромки с Бяшей, а после громкий возглас: — ТЫ ЧЁ АХУЕЛ БЯШ, НЕ БУДУ Я — заорал Рома. — Давай—давай, ты сам отказался от вопроса, значит—наказание — ответил Бяша. Они играли в "правда или действие", как малые дети, ей богу. Рома отказался отвечать на вопрос Бяши и последовало наказание: поспорить с Ёсей, он крайне не хотел этого, но наказание есть наказание. Он подошёл к девушке и сказал: — Слушай, Ёсь, давай поспорим, кто лучше сделает колесо? — — Окак, давай, я уделаю тебя! — с ухмылкой сказала Есения. Антон просто сидел и наблюдал за этим спектаклем. — Это мы ещё посмотрим, кто кого уделает — ответил Ромка. — А на что спорим-то? — поинтересовалась Ёся. — Ну, а на что хочешь — ответил Рома. — О, ну если я выиграю, тогда даришь мне шоколадку — протянула Ёся с азартом в глазах. — Да без б, но если я выиграю, то готовишь мне мои любимые блины —облизнувшись, сказал Рома. Он вспомнил вкус этих самых прекрасных блинов. — Окак, а морда не треснет? — — Не переживай, не треснет — Есения готовила эти блин только по каким-либо праздникам, а тут просто так захотел, ишь ты какой. — Тоха, разбей — попросил Роман. Разбив рукопожатие, Антон сказал: — Ну вот и отлично! У нас как раз после русского и литературы физ-ра, училка нас одних там оставит ненадолго, вот и покажите свои возможности — В предвкушении урока физкультуры они отсидели два душных для Ромы, но интересных для Есении урока(они как раз проходили Есенина). ***Есеня переоделась: она была в белой футболке, серых штанах и отцовской олимпийке, под олимпийкой—митенки, как часть образа. Оглушительный звонок, отдававшийся эхом в головах учеников, сигнализировал о начался урока физкультуры. — Ну что, спорщик, дерзай — сказала Ёся. — Э, ребята на, — окинув взглядом людей—сказал Бяша.— Я это, того самого, ссать хочу, я отлучусь ненадолго вы расскажите потом, если чё случится — — Хорошо — в унисон сказали: Рома, Ёся, Антон и Катя с Полиной. Рома, не теряя ни минуты, мастерски сделал трюк, а дабы выебнуться, сделал ещё стойку на руках. Его футболка опустилась к подбородку, оголяя его торс, на котором виднелись кубики пресса. Практически все девочки школы фанатели по Роме, собравшись около этой шумихи, так завизжали, что оглушили весь зал, наверное. — Циркач хренов…— сказала Есения. Она отвела глаза в пол, щёки залились красным румянцем. Она дождалась, пока этот хуй с горы опустится на землю, ибо не могла поднять на него взгляда. ~flashbacks~ 3 года назад Простая девочка перевелась в эту незамысловатую школу. Сюда она переехала из-за работы отца, он растил её в одиночестве: мама её умерла ещё при родах, поэтому Есения ее совсем не знала. Отец—это всё, что у неё есть. Он работает в милиции. Его перевели в это село, так как стало пропадать много детей. Он понимал, что это было небезопасно для его дочери, но к Новому году удалось найти маньяка и прекратить этот страх. Убийцу упекли в самую строгую тюрьму на пожизненное. Именно тогда Есения нашла себе много новых друзей и влюбилась, как все девчонки, в главного хулигана школы. Но ему нравилась её подруга—Полина. И часто она задумывалась: чем она хуже неё? Но даже и догадывалась, что Пятифан разлюбил Полинку и влюбился в эту очаровательную новенькую. ~end flashbacks~ — Ну что, теперь твой ход — оголяя свои клычки, с ухмылкой, сказал Пятифан. Перед тем как начать, Есения отдала ему свою олимпийку и прошептала на ухо: — Я уделаю тебя, Пятифан — И таким же мастерским движением выполнила колесо, повторив за другом его стойку на руках, но Есения не учла того, что у неё такая же футболка, которая оголила её фигуру. К слову, Ёся не была такой уж худой: она худела нелучшими способами и лишь недавно вышла в ремиссию, у неё был небольшой животик, но талия уже прорисовывалась. — Хцхвхвх, не знал, что Иманова у нас—жируха — в смехе сказанул Бабурин. Весь зал озарился смехом. Молчали только Рома, Катя, Антон и Полина. Оставалось чуть-чуть и произойдёт взрыв, казалось им. Есения быстро встала на ноги, выхватив олимпийку у Ромы, в которой лежало злосчасное лезвие, и быстро ретировалась в туалет, чуть не сбив Бяшу. За ней принялись бежать девочки. Игорь остановил Полину, спросив, что произошло. Та начала всё ему рассказывать, и тут Бяша как с цепи сорвался. ***Катя бежала как могла, изо всех сил, но Еся оказалась быстрее. Закрывшись в одной из кабинок, началось то, чего больше всего боялась и Катя, и сама Есения. Только Катя знала о её проблемах, Есения высказывала ей все-все свои чувства, переживания и проблемы. Вся съеденная за день Ксенией еда оказалась выблеванной в унитазе. Она делала это бесшумно, пока Катя пыталась докричаться до неё. Потом отлетела митенка с левой руки Есении. Другой рукой она достала маленький канцелярский нож из олимпийки. Она собиралась с мыслями. «Я же обещала, больше так де делать, не надо Ёсечка», — мысленно, у себя в голове, проговаривала Есения. Но всё было напрасно. Первый, второй, третий. И уже половина руки в свежих порезах, рука приятно запульсировала, кровь вытекала, всё в больших количествах. Есения, не желая этого видеть, надела митенку. По левой руке разнеслась невыносимая боль. Ёся накинула олимпийку и вышла, на неё тут же накинулась Катя. Волосы девушки были растрёпанными, а макияж потёк от слёз. — ЁСЕЧКА, ВСЁ ХОРОШО? — Катя начала осматривать подругу, но та её прервала. — Всё хорошо, мне нужно немного побыть одной, можешь выйти пожалуйста — ослабшим голосом сказала девушка. — Да, хорошо — ответила Катя и вышла из туалета. Выудив сигарету с зажигалкой из той же олимпийки, Ксения, открыв форточку, закурила... ***— БАБУРИН ТЫ АХУЕЛ? СВИНЬЯ ЖИРНАЯ, ДАВНО НЕ ПОЛУЧАЛ ЧТО ЛИ, НА? —ворвавшись в спортзал заорал Бяша и с кулаками накинулся на Семёна. Дальше уже подключился и Ромка. Руки давно уже чесались набить жирдяю рожу, но всё произошло так быстро, что Ромка сообразил только сейчас. Ёся ему давно нравилась, за неё он мог закатать в асфальт любого, кто просто не так посмотрит на неё. Признаться ей он не мог: знал, что Иманова думает, будто бы ему до сих пор нравиться Полина, хотя парень разлюбил её ещё в 6 классе и уже 3 года сохнет по этой бойкой, но пиздец ранимой девчонке, что сейчас плачет в женском туалете. Что касается Бяши, то он тоже мог порвать за Есю любого. Он не любил её как девушку, но ценил как подругу. Привязанность к ней была настолько сильной, что Игорëшка был готов по свисту примчаться хоть в другую часть села. Ну а как не ценить подругу, которая в любое время примет к себе, выслушает и покормит, а учитывая, что парня часто выгоняли из дома, он был частым гостем, проводил с Ёськой уютные вечера, спал на раскладушке, которую даже хранили в комнате специально для него. К тому же и отец подруги души не чаял в этом барашке. — Не по-пацански поступаешь, на! — Бяша беспощадно пинал Бабурина, пока Ромка прописывал ему прямо в ебальник. Ещё пара ударов и противник отключился бы вовсе, но среагировали девочки и попытались оттащить драчунов. — Вы его убьете! — воскликнула староста, вбежавшая буквально минуту назад, но еë будто не слышали. — Как ты, мудак, посмел на неё ебло раскрыть вообще?! Горло тебе перережу, слышишь?! — Ромка рычал нанося всё новые и новые удары. Губа Семëна была разбита, а из носа текла бурая струйка. Он мычал от боли, но сделать ничего не мог — все попытки отбиться были тщетны. — Тоха, найди Ёсю, на! — обернулся Бяша и, воспользовавшиеся моментом девочки, увели его от Бабурина, приговаривая, что ему хватит. — Э, на! Я ещё не закончил! — ***Антон вышел из спортзала. Встревоженный за девушку, он поспешил с поисками. Сначала он заглянул в 204 кабинет, где должен был быть следующий урок. Портфель Есении находился на своëм постоянном месте, но хозяйки в кабинете не оказалось. Возникла мысль, что девушка вышла на улицу к «повешенному», но, заглянув в раздевалку, Тоша увидел её курточку, которая опровергала его догадки. Тогда оставалось последнее место—туалет... ***Из форточки, в лицо, дул прохладный майский ветер, а из женского туалета доносились еле слышные всхлипы. Ёся прокручивала в голове недавнешние события, рука ныла, напоминая о себе. Тут послышался стук в дверь. Это был Антон, он легонько постучал в дверь, стоя по другую сторону двери женского туалета. — Уходите! — послышалось с той стороны. — Ёсь, это я…– начал было Антон, но девушка его перебила. — Уходи, Тош! — снова всхлипнув, крикнула девушка. Антон хотел уже уйти за девочками, дабы, те зашли к подруге, но дверь позади него скрипнула и к нему вышла заплаканная Ёся. На щеках чëрные полосы от туши, а красные глаза всё ещё наполнены слезами. — Ёсечка… — позвал парень и та подбежала к нему, а затем уткнулась в плечо. Парень крепко прижал девочку, отчего она с новой силой заплакала. — Тош…я правда…толстая? — сквозь всхлипы произнесла Есеня, сильнее прижимаясь к Петрову. — Как ты, вообще, можешь так говорить? Моя лучшая подруга самая красивая на свете! Самая стройная! Слышишь меня? Самая-самая! — Антон поглаживал девушку по спине. — Так считаешь только ты… — девчонка подняла глаза. — А вот и нет, дурочка! — Антошка легонько удари её по макушке. — Катя с Полиной так не считают! А пацаны и подавно! — — Роме я точно, внешне, не нравлюсь. Я ведь не Полина… — — Убери глупые мысли из головы и признайся ему уже! — Тошик поцеловал подругу в макушку, которую пару секунд назад стукнул — Сегодня же — Блондин знал, что Ёся любит Рому, ведь они часто обсуждали это. Ёся уже 3 года влюбилена в хулигана без памяти. А Рома… А что он? Он тоже влюбился и, тоже, не может признаться. Поэтому Антон, как двойной агент, выслушивает обе стороны, как они любят друг друга и не могут признаться. На весь коридор второго этажа раздался голос Бяши: — Ёська, мы ему наваляли, на! — Рома и Бяша бежали к Антону и Ёсе. Петров выпустил девушку из объятий и та прижалась к подошедшему Роме, на скуле, которого виднелся след от кольца-печатки. Вероятно, Бабурин всё же успел пару раз вмазать Пятифану. — Зачем вы подрались…не обязательно было бросаться с кулаками — — А что бы он больше на нашу красотку пасть не раскрывал! — Ромка подхватил Есению и она обвила ногами его торс, переместив руки на шею. На его руках становилось спокойней. И не были важны предстоящие экзамены, и боль в руке уже была не важна, и все проблемы с ним улетучивались. От его олимпийки исходил приятный запах сигарет. К тому же, из-за истерики Иманова очень устала, а теплота тела, к которому она прижималась, действовала усыпляюще. Тёплое дыхание Ёськи обжигало шею Пятифанова. Сердце парня забилось быстрее. Хотелось стать с этим беззащитным комочком одним целым, держать её на руках вечно и никогда не отпускать. — Ромка, Ёська засыпает, на — прошептал Бяша. — Тогда пацаны, нам придётся прогулять Алгебру. Вы как? Согласны? — Пятифанов взглянул на ребят ожидая ответа. Друзья одновременно кивнули. Они зашли в мужской туалет и сели на подоконник. Рома залезал последним, делая всё очень аккуратно, чтобы не разбудить Ёсю. Девушка уже посапывала, обнимая шатена, положив голову на его плечо. Сидя в полном молчании, парни рассматривали всё, что их окружает. Через некоторое время и Бяша задремал от скуки, а затем и вовсе уснул. Тишина начинала давить. Рома решил заговорить с Антоном полушёпотом. Разговор был мягко говоря—бредовым. Они в очередной раз обсудили всех надоедливых учителей, пожаловались друг другу на оценки за последнюю написанную контрольную. — Бля… У нас ведь ещё одна контрольная – протянул Пятифан. — И не говори…заебали уже все…конец года, экзамены, зачем контрольные? — подхватил друг. — Ну вы с Бяшей не переживайте, мы вам с Ёсей поможем. Просто сядем вместе. Ты с Ёсей, а я с Бяшей — — Они в край ахуели…контрольная на контрольной…спасибо Тох, вы наши спасители — улыбнулся Ромка. — Я люблю…тебя…– неожиданно подала голос девушка на руках. Парни в миг умолкли, прибывая в ахуе. А Ёсе снилось что-то явно очень интересное. — Рома…поцелуй — — Чë… — Ромка уставился на Антона. Есения сильнее прижалась к парню. — Антон…он меня послал…— девушка хмыкнула. — Ч… призналась… а он… — — Антох, она о чëм? — Пятифанов вопросительно изогнул бровь. — Короче твои чувства к ней взаимны. Вы влюбились в одно время…теперь она меня убьёт… — Петров скривился, представляя, что сделает с ним девушка, как только проснётся и узнает обо всём. -Не убьёт, я не позволю! Ну Антоха, ну помог! Спасибо друг! Команда Вольтрона! — на лице Ромы засияла улыбка и он выставил кулачок, на что Тоша улыбнулся и ответил на жест друга. — Только ей плохой сон снится — заметил Антон. — того гляди заревет опять… — — Чем я хуже Полины…? — подруга снова захныкала и шатен поглаживал её по спине в надежде успокоить. — Как думаешь, стоит ей признаться, Тошик? — — Я ей тоже самое сегодня предложил. Три года по друг другу сохните блин, а я как двойной агент, выслушиваю и выдать никого не могу, но тут она сама спалилась. Кстати, лучше её разбудить — посоветовал блондин. — К тому же скоро звонок — — Солнце, эй, просыпайся — парень легонько похлопал зеленоглазую по спинке — Ёськаа… — Ёся услышала бархатный прокуреный голос и через несколько секунд поняла, что происходит и где она находится. Прозвенел звонок. Громкий звук давил на уши и отдавался головной болью, отчего Есения скривилась. — Голова болииит… — протянула она. — Конечно, на! Столько плакать. И не так болеть будет! — воскликнул проснувшийся Бяша. Рома поставил Ёсю на пол. — Вы зачем в женский туалет всей гурьбой зашли? — спросила шатенка. — Это муж… — начал было Антон, но его перебили. — Чё, блять?! — девушка быстро выбежала из туалета, забежав в женский выкрикнув из-за двери — Позовите Катю с Полиной! Через пару минут в туалет зашли подруги захватив с собой салфетки, чтобы стереть остатки макияжа на лице. — Ты как? — обеспокоенно спросила Катя и потянулась обниматься. — Твои дружки наваляли Бабурину, так что он получил по заслугам. — Дураки…только ран нахватали… — вздохнула Есеня. Её мучила мысль, что пора признаться Пятифанову в чувствах. Она и решила посоветоваться с девочками — Слушайте…как думаете, стоит уже признаться Роме? Он ведь по Полинке сохнет досих пор… — — Конечно стоит! Он гоняется за тобой уже давно! Меня он разлюбил! Правду говорю! Слышала как они с Тошей это обсуждали! — уверяла Морозова Иманову. — Допустим верю…короче, у меня уехал отец на два дня, а я спать одна боюсь, а Ромка это знает и поэтому, в такие дни, ночует у меня. Может признаться ему на ночёвке? — предложила Ёся и девушки поддержали её идею. *** Через пару минут троица уже направилась к классу, где каждая села на своё место. — Тош, можешь сесть на один урок с Бяшей? Я буду действовать — с ухмылкой попросила подруга. — Решилась признаться? — глаза парней расширились от шока. — Да, сегодня на ночёвке. Отец уехал, а я боюсь спать одна. Он ведь всегда остаётся со мной в такие дни — пояснила шатенка. Антон пересел к Бяше. И вот, рядом с Есей приземляется Пятифанов. — Что случилось? — тут же задал вопрос он. — Понимаешь…отец снова уехал… — Есения не успела закончить, так как Ромка подставил к её губам палец. — Я понял, приду в 5. Вещи собрать надо — Ромка мило улыбнулся и поцеловал девушку в нос. ***— Блять… И что теперь с этим делать? — уставшим, полностью убитым голосом произнесла девушка, рассматривая свои порезы. Глаза всё ещё слезились и были, чертовски, красными, к тому же, желание лить слëзы никуда не делось — обида прожигала изнутри, вырываясь наружу через всхлипы. Девушка взглянула ниже и обратила внимание на свою одежду. Чëрные короткие шорты, и обтягивающая белая футболка — ничего особенного. Смотря на своё отражение, перед глазами вспыхнули картинки прожитого дня. От воспоминаний девушка снова всхлипнула и поплелась к шкафу. Открыв дверцы шкафа она достала: широкие штаны в клетку и большую чёрную футболку, которую забрала у отца, так как очень любила её. Сверху она накинула олимпийку, дабы, скрыть порезы. Ёся взглянула на часы, которые показывали 16:40. Рома должен быть с минуты на минуту. Окинув взглядом комнату, шатенка мысленно готовилась к признанию. Она отправилась на кухню и, решив отвлечься от навязчивых мыслей, принялась готовить ужин. В холодильнике стоял подготовленный фарш, из которого получились шикарные котлеты, которые сейчас жарились на сковороде. Раздался дверной звонок. Ёся побежала в прихожую и открыла дверь, а затем накинулась на Пятифанова с обнимашками. — Я же только из холода! Заболеешь! — парень отцепил от себя Иманову и снял верхнюю одежду. — Блять! Котлеты! — девушка побежала на кухню и сняла котлетки с огня. За ней в кухню прошёл шатен — Кушать будешь? — Не откажусь — он улыбнулся и сел за стол. Еся положила ему макароны, которые успела сварить, а к ним котлету. — Приятного аппетита — произнесла она, ставя тарелку перед Ромой. — А ты не будешь? — спросил тот и только сейчас заметил в чем стоит подруга. Обычно она встречала его в коротких шортах и любой футболке. Сейчас на ней конечно её любимая футболка, но вот к штанам и олимпийке были вопросы. — Нет, я уже поеда и не голодна — зеленоглазая улыбнулась. — Что-то не особо верю.— сказал Пятифанов и встав, подошёл к ней. Он поднял её футболку над талией. — Прекрасная фигура! — — Почему ты так говоришь? Это ведь не правда! — возразила девушка. — Это чистая правда, тебе не стоит врать на счёт того что ты поела — уверил её Рома. — Ладно, поем так уж и быть — сказала Ёся, но в своей голове она уже продумала план. Во время еды они мило беседовали и смеялись. Рома расхваливал еду и уминал за обе щеки. После еды было принято решение попить чай. Парень встал и куда-то вышел, а затем вернулся с шоколадкой. — Ты выиграла спор — сказал он, протягивая лакомство. — Есть мы всё равно будем вместе — улыбнулась Ёся. После ужина они отправились в комнату Ёси, о чём-то параллельно беседуя. Через минут 10, Ёся сказала: — Ром, я отойду ненадолго, подождёшь? — спросила Ёся, она была готова свершить свой план. — Куда я денусь? — С улыбкой спросил Рома. Ёся пошла в ванну, которая была совмещена с туалетом. Там она закрыла за собой дверь и принялась за дело. Как и в школьном туалете, она снова выблевала всю еду беззвучно, с её глаз потекли слёзы, она понимала, что Рома врёт ей, дабы, не обидеть девушку. В её душе начала скапливаться ненависть на него, на этот ёбаный спор, на то, что заставил поесть, на то, что нагло врёт ей. Взгляд устремился на концелярский нож, лежавший на краю ванной, она долго боролась у себя в голове снова и снова, но всё же не сдержалась. Опять…первый, втрой, третий, вся правая рука в порезах. Рука вновь приятно запульсировала, Ёся поднялась и начала смотреть на своё опухшее от слёз лицо, кровь капала на пол. Дабы это предотвратить, Есения взяла какую-то тряпочку и вытерла всё, поднеся окрававленую руку к раковине. Она достала из ящичка перекись и бинт, обработав раны, она было принялась перематывать их, но услышав шаги и открывающуюся дверь в ванную. Бинт выпал из рук, а она в надежде, что Ромка не заметит, спрята руки за спину, но её попытки оказались тщетными. — Ёся, а ну-ка, покажи свои руки —строго сказал Рома. Слёзы вновь покатились с глаз Есении, она не давала руки. — Еся, покажи! — он дёрнул её за руку, но та оттолкнула его, тогда Рома приложил больше силы. Он крепко сжал хрупкие запястья девушки в своих руках. Смотря на это всё, он прибывал в ахуе. Там были старые и свежие порезы, и шрамы… — Зачем? Для чего ты уродуешь себя, тебе это не поможет. Ты просто нахуй сдохнешь и все — Рома начал повышать голос, а у девушки всё сильнее лились слезы. — Зачем?! Я спрашиваю, зачем?! — Девушка заливаясь слезами заорала: -ДА КАКОЕ ТЕБЕ ДЕЛО ДО МЕНЯ?. У ТЕБЯ ТВОЯ ПОЛИНА ЕСТЬ, О НЕЙ И БЕСПОКОЙСЯ. СДОХНУ Я, ВСЕМ ЛУЧШЕ БУДЕТ. БЛЯТЬ. Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ, ТЫ НИЧЕГО ОБО МНЕ НЕ ЗНАЕШЬ, СУКА. ВРЁШЬ МНЕ В ГЛАЗА, ЗАСТАВЛЯЕШЬ МЕНЯ ЕСТЬ, ЗАЧЕМ ЭТОТ ЁБАНЫЙ СПОР. НЕ БУДЬ ЕГО, Я БЫ БЛЯТЬ БЫЛА ДО СИХ ПОР В РЕМИССИИ, ВСЁ ИЗ-ЗА ТЕБЯ — Еся будто выговарилась, она и правда не хотела сейчас разговаривать, как-либо с Ромой на эту тему. Она обессиленная упала на колени, истекая кровью, сильнее заплакала. Ромка опустился на корточки, схватив перекись и бинты, говоря ей: — Придурошная, какая, нахуй, Полина, я тебя люблю уже 3 ёбаных года. Я не вру тебе. У тебя действительно прекрасная фигура, она мне очень нравится, правда я не знал что у тебя, такой пиздец. Я сам не хотел этого спора, это наказание от Бяши, правда. Прости меня, я не хочу тебя потерять — Рома говорил уже спокойно, размеренно; стараясь аккуратно обрабатывать раны, пытаясь не сделать ей больно. Ёся заплакала ещё сильнее и вжалась к нему в плечо, он как раз уже закончил с бинтованием ран. — Тише, тише, всё хорошо, я всегда буду рядом. Ты правда можешь доверить мне всё — успакаивал "зеленоглазку" шатен. Ёся потихоньку начала успокаиваться и засыпать на руках Ромы. Спустя 5 минут она окончательно уснула и он отнёс в её комнату, а сам пошёл в душ, смыть всю грязь, накопившуюся за день. Приняв душ, Рома переоделся в свою запасную одежду, вышел на балкон, который находился в комнате Ёси. Там он достал из кармана олимпийки сигареты, поджёг кончик и вдохнул едкий дым. Рома заметил, что это не его олимпийка, да и не его сигарет, только через время. Это были Ёсины. — Она курит? — шёпотом спросил он сам себя. Пятифан решил, что спросит об этом позже. Докурив сигарету, Рома вошел в комнату и лёг рядом с Есенией, прижимая её крепче к себе и сам того не заметил, как погрузился в царство морфея... ***Есения проснулась с головной болью, она глянула на время, было уже 8 вечера. Она аккуратно встала, чтобы не разбудить рядом мило посапывающего Рому. Но тщетно, план провалился и он проснулся. — Эй ты куда, солнце? — спросил Рома. — В душ хотела сходить — сказала сонная Есения. — Не-не-не, только под моим присмотром, а то вдруг опять что-то с собой сделаешь — сказал Рома. — А ещё чё тебе, за Полиной своей следи — уже более грубо сказала Ёся. — Ты чего, вообще не помнишь что я тебе сказал? — спросил Рома, вопросительно выгнув бровь. — А что ты говорил? — Еся прикинулась дурочкой, дабы избежать разговора. — Ай, ладно ничего — отчаянно сказал Рома. Но, уходящая в ванную Ёся, сказала вслед: — Я тебя тоже люблю — зачем она это сказа никто не знает. — Что ты сказала? — уже прикинулся дурачком Ромка. — А, что я говорила? Я молчала — сказала Ёся. — Блять как же ты бесишь — протянул Рома и утянул Ёсю в поцелуй. Сначала Иманова опешила, но после, сама углубила поцелуй. Их языки изучали рты друг друга, переплетаясь между собою. Ёся хотела отстраниться, но парень с новой силой впился в губы, переместив руки на талию. Но вот воздух закончился и они отстранились. Они расселись по разным краям кровати, оба красные, как помидоры. Первой подала голос Есения. — Ну, я пошла в душ — сказала, до жути красная Ёся, боявшаяся смотреть на Рому. —Да, хорошо — сказал Рома его сомнения, что она что-то с собой сделает, исчезли. Есения вбежав в ванную была настолько рада, что буквально прыгала от счастья. Она не верила, что это не сон. Она ждала этого три, ебаных, года. Три года, она мечтала о нём, представляла различные сцены. Целых три года, в её голову пробирались грязные мыслишки, снились пошлые сны с его участием. Ёся решила отдаться ему. Она уже завладела им и хотелось стать полностью его… ***Через 20 минут Есения вошла в комнату в одном полотенце. Затем, подойдя к шкафу, скинула его и надела пижаму. Рома лежал на кровати и девушка приземлилась рядом с ним. В её бедро упиралось что-то твердое. — Ром… — Прости, я наверное отойду, чтобы тебе не было неприятно — начал было вставать парень, но его остановила девушка. — Я хотела сказать, что тоже хочу…— Продолжать было незачем. Они слились в поцелуе, не медля ни секунды. Ёся ненадолго оторвалась от любимого, дабы, снять футболку. Рома последовал её примеру, а затем, нависнув над ней жадно впился в губы. Когда воздух закончился, он переместился на шею, оставляя мокрую дорожку из поцелуев. Девушка запустила руки в его волосы. Рука Пятифан сжимала грудь и длинные пальцы сжали сосок, отчего с губ сорвался первый стон. Горячее дыхание обожгло ухо, когда парень бархатным голосом произнёс: — Нравится, солнце? — Да. Роман прикусил мочку уха. Втянул в поцелуй. Залез в девичьи трусики. Девушка стонала в поцелуй. Языки сплетались. Пятифан дышал ровно, а стоны становились всё громче. — Пожалуйста…давай… — жалобно просила Есения, но парень, кажется, решил её помучить. Уже не в силах держаться он стянул с себя штаны, освобождая набухший член от ткани. Введя два пальца в девушку, он подготавливал её к следующим действиям. Другой рукой, достав презерватив из кармала олимпийки, что лежала на тумбочке, Рома легко расправился с упаковкой и надел его на член. Девушки почувствовала, как в горячую плоть что-то упёрлось. Сейчас будет больно… Парень аккуратно вошёл и замерел, давая Есении привыкнуть. Из её глаз брызнули слезы. — Я знаю, малыш, что больно… Скоро будет приятно… — Ромка успокаивающе поглаживал девушку по спине. Чуть подождав он сделал первый толчок, за ним ещё один, и ещё. Стоны боли сменились на стоны наслаждения. Ёся помогала возлюбленному бëдрами, двигаяся навстречу его члену. Через несколько толчков девушка уже была на пике. Темп ускорялся и Пятифанов по прежнему ровно дышал. Через ещё пару толчков девушка кончила, изогнувшись, а затем её тело обмякло. Ромка кончил следом, стянув презерватив, рухнул рядом. Еле как поднявшись, оба оделись, а после девушка рухнула на кровать. Ромка, положив в пакет, чтобы не запачкать спермой рюкзак, убрал отходы бурной ночи. Утром он, конечно же, его выкинет. Ну это Ромка так думает, но если он забудет…этот пакетик ещё долго пролежит в потайном кармашке. Парень упал на кровать и Есения положила свою голову ему на грудь, но прежде поцеловала в губы. После парень поцеловал её в лобик и пожелал сладких снов. Лица Имановой было не видно, но парень знал, что она улыбнулась. Ёся сказала: -Сладких снов, Ромашка, люблю тебя! — -А я тебя сильнее, больше жизни… Ответа не последовало, Ёся уже посапывала. Эта ночь была лучшей в их жизни.