Пролог: заоблачные раздумья

— Прошу прощения, мадемуазель, — тихо прозвучало за спиной. Джульетта взволнованно дëрнулась, чувствуя на оголëнном плече тепло чужих пальцев, скрытых в перчатке. И сердце еë затрепетало по-новому, расцвело, стоило взглянуть в хитрые глаза стоящего позади. — Кажется, сегодня вы так увлеклись моим представлением, что не заметили, что на вашем роскошном платье не достаëт одной детали. Замечаете? Девушка в спешке окинула взглядом свой наряд, чувствуя, как вся кровь приливает к щекам. К счастью, под рукой оказалось еë спасение — веер, — что быстро помог согнать жар с видных мест. А как тут не краснеть? Любая, чуть менее горделивая, тут же повалилась бы в обморок! Самый великий иллюзионист и, по совместительству, сердцеед Фонтейна не то, что заметил старания Джульетты в виде прекрасного внешнего вида, но и уделил особое внимание, несмотря на то, что у большинства таких же его почитательниц чуть ли не кислород кончался от одного лишь его взгляда. Это ли не льстит? — Не вижу ничего отсутствующего, господин Лини. — Закончив само-осмотр, заключила девушка, обходительно улыбнувшись. На лице парня читалось недоумение. Он в немом вопросе склонил голову, осматривая Джульетту вновь, с ног до головы. Физиономия его в момент сделалась грустной, пальцы неловко почесали затылок, зарывшись в пшеничные волосы. — Как же так? Неужели я ошибся… — Виновато произнëс иллюзионист, опуская взгляд в пол. — А…ну что вы? Вы ведь такой внимательный, я уверена, что просто не заметила пропажу! — Просто мне казалось, это ваше. — Блондин протянул ладонь, раскрыл еë, но внутри оказалось…ничего? Пришло время для девушки в непонимании вскидывать бровь. Она переводила многозначный взгляд со своего обольстителя на его странный жест и даже пыталась проморгаться, что явно забавило парня — с его стороны то и дело слышались плохо скрываемые смешки. Он издевается? — Кх…прошу прощения, господин Лини, я не- — Попробуйте прикоснуться, может, вы сможете почувствовать что-то, что не видно глазам. — Ухмыльнулся иллюзионист и кокетливо подмигнул, указывая глазами на руку. Просто прикоснуться. Надо же, сделать нужно ничтожно мало, а дыхание так и перехватило. Видимо, недалеко Джульетта уехала от других фанаток. Набравшись смелости, девушка всë же вложила свою ладонь в чужую…и поражëнно ахнула, когда к еë нежной коже прикоснулись мягкие губы. Всë же кое в чëм Лини был неправ — сейчас то, что она должна была «лишь почувствовать», всë-таки было видно. Всем, кто стоял на этой самой улице в этот самый момент. Да тут даже веер не спасëт, несите бочку ледяной воды, у нас пожар!

***

— Мадам Амели? — с любознательным выражением лица прошептал иллюзионист. — Да? — привычно звонким тоном отозвалась женщина приличных лет, обернувшись на парня. — У вашего платья такой красивый шлейф. Осмотрев себя, женщина смущëнно расплылась в улыбке. — Благодарю. Рада, что ты заметил, обычно комплиментами меня не удостаивают. Лини аккуратно улыбнулся, и Амели, взглянув в его обоятельные глаза, не могла не восхититься — точно чудо! Такой невообразимый юноша обратил внимание на преклонного возраста простую уборщицу, даже невзирая на красоту еë нанимательницы, что и пригласила фокусника выступить в этом роскошном особняке. Уж не сама ли госпожа гидро Архонт ниспослала женщине такой дар? Пригладив фартук, Амели осторожно сложила руки на подоле платья, ожидая дальнейшего общения. Однако еë объект обожания не торопился продолжать диалог, он лишь смотрел в ответ, не спуская улыбки с лица. — Мне кажется, что такой, как вы, я ещё не встречал, мадам, — аметистовые глаза сверкнули, — Обычно вокруг меня крутится целое полчище возбуждëнных дам, а вы такая скромная, молчаливая…и в этой вашей тишине я нахожу очарование и покой. Прошу, удостойте меня своим присутствием, — юноша с надеждой протянул Амели руку. Почувствовав, как морщинистая ладонь касается его, улыбка вновь озарила лицо. Лини крепко сжал чужие пальцы в своих и поклонился в знак благодарности. — Благодарю вас, mon ange.

***

— Ах, месье Лини, это выступление было просто замечательным! — вздыхала женщина лет тридцати, положив руку на сердце. — Ха-ха, вы мне льстите, мадам! — задорно усмехнулся иллюзионист, облокотившись рукой на лестничные перила. — Вовсе нет! Спросите кого угодно — все это подтвердят! — продолжала Мадлен, настойчиво и резко схватив парня за свободную руку, заставив его пошатнуться, чуть ли не падая. — О-ох, мадам, прошу вас, будьте поосторожнее… — протараторил Лини, приводя сбитое дыхание в норму. — Ой! — спохватилась женщина. — Простите-простите! Я честно не специально! Блондин лишь сладко посмеялся в ответ, скрестив свои пальцы с женскими. Мадлен запнулась и умолкла. Она приоткрыла рот, уставившись на парня перед ней. И Лини, в тот момент приоткрывший веки, мог поклясться, что в еë глазах пульсировали сердечки. — Месье… — тянущимся шëпотом произнесла Мадлен. — с этих пор называйте меня мадемуазель. Иллюзионист поражëнно распахнул глаза, внутри победно усмехаясь. Новая рыбка клюнула на приманку.

***

Амайа сидела на мягкой перине облачка, уперевшись руками в его пушистые края. Еë глаза взволнованно бегали по картинам, вырисовывающимся перед глазами. Еë уши ловили каждый шелест, каждое слово, что доносились оттуда, а взглядом она вцепилась в образ, вечно мелькавший перед глазами. Парень-то молодой, жизнь впереди…а столько разбитых сердец после себя оставил. Зубы заскрежетали, когда девушка хищно прищурилась, всë ещё вглядываясь в таинственного блондина. — Сколько же проблем и работы ты мне принëс, петушара… — прошипела она. В тот же момент еë окликнули: — Г-госпожа купидон! — верещала молодая девчушка-ангел, несясь в сторону Амайи с бумагами в руках. — В-вот отчëты о разбитых сердцах за этот месяц… Купидон, резко махнув крыльями, раздражëнно выхватила отчëты из рук помощницы. В ту же секунду с еë губ слетел разочарованный, почти слезливый вздох. Девчонка, стоявшая напротив, встрепенулась и взволнованно посмотрела на свою госпожу. Она собиралась что-то сказать, как еë опередили: — Как же меня всë достало. — тихо проронила Амайа. — …что? — не веря своим ушам переспросила помощница. Еë госпожа…никогда так не выражалась. — Он достал. — выделяя первое слово, отчеканила девушка, выставляя перед девичьим лицом отчëт. За половину из всех перечисленных девушек, что были брошены, был в ответе один человек. — Видишь это? Этот беспредел? Видишь?! Я уже не выдерживаю! Мне так надоело искать всем этим наивным курицам новую любовь, чтобы зашить их душевные раны! А всë из-за него! Сорвавшись на крик, Амайа наконец вернулась в сознание. Она окинула взглядом дрожащего ангелочка перед собой и набрала воздуха в грудную клетку, стараясь совладать с гневом. Наконец, вернув себе возможность хладнокровно мыслить, она произнесла слова, повергшие в шок еë помощницу ещё больше: — Я больше не буду это терпеть. Я отправляюсь на землю, и я проучу этого выродка.