Глава 44

                     Антарктида.                      Доктор Джон Уатхил, был очень спокойным человеком, поэтому без всяких потерь смог практически месяц провести на Южном полюсе в команде с парой людей, на инопланетном космическом корабле ища предка всех людей…              Нет не какую-то обезьяну непонятно что делающую на Южном Полюсе, а представительницу свехразвитой человеческой цивилизации, которые правили Землей, миллионы лет назад. С некоторых пор самому Джону его работа начала казаться театром абсурда, он ищет представительницу цивилизацию что построили Атлантиду, работая на древнее божество, которое живет в головах у людей. С другой стороны, это хороший доход, плюс хороший социальный пакет.              Противостоит он другим божествам, так как первый отчего-то стал либералом. Расскажи это психиатру так сразу же очутишься в уютной комнате с мягкими стенами и ежедневными приемами таблеток антидепрессантов. Но это было правда, поэтому он отрабатывает зацепку гоа’улда по имени Сарех, ища вокруг вторых врат Земли тело девушки что замерзла два-три миллиона лет назад.              Скажи ему кто-то об этом раньше назвал бы бредом, но сейчас он на достаточно комфортабельном алкеше с горой оборудования, ищет ту самую девушку. Когда-то давно, когда Джона еще не было в этом мире Сарех забрал врата, и провел несколько десяток экспедиций, чтобы найти Древнюю, но не получилось.               Уже от места где были врата и начался поиск девушки, с помощью специализированного оборудования. (Как было десяток раз до этого)               Точек предполагаемого размещения девушки-супермена (а кто еще может прожить так долго в таких условиях), было довольно много в большинстве своем это были трупы тюленей, но определить это с помощью оборудования не было возможности. Поэтому уже целый месяц им попадалось что-то похожее на человека, но не сам человек. Но даже несмотря на это ученые были полны энтузиазма. Наверное, потому что были новичками во всей этой теме, и перед тем как двинутся дальше, их хотели проверить на рутинной задаче.              Тех же тюленей им разрешали оставлять, для передачи потом в научные институты, то что их туши не нужны сейчас не значит, что не будут не нужны никогда. Возможно Сарех в будущем поможет исправить дебилизм человека и поможет возродить виды из Черной и Красной Книги. Говорят, что есть действительно некоторые планеты, где он воскресил динозавров, в целом он выделяет ресурсы на разные гуманитарные проекты. Да, и многие компании Урваши заботятся об экологии, все же благодаря превосходным технологиям, Сарех мог снижать свое влияние на окружающую среду до минимума.               - Если это окажется очередным тюленем или пингвином, я сойду с ума. – Признался коллеге Джон.                            - Нас всех подобрали так что б мы этого не делали. – Ответил Боб Кейт, еще специалист по резке льда, в особенности, когда в руках у него промышленный лазер. Все ради того что б ускорить отсев неподходящих материалов, в помощь ему было еще несколько человек. Их задача была определить, что женщина действительно найдена и срочно доставить её в Абстерго Индастиз.              Все манипуляции производились исключительно в герметичных костюмах биологической защиты, так как было серьезное подозрение что девушка больна неизлечимым даже для Древних заболеванием, из-за чего повреждения льда, который окружает тело исключено. Лучше оставить пол лишних метра чем выпустить воздух который заражен самым опасным бактериологическим оружием в галактике. Так что тут соблюдали все меры безопасности до паранойи.              Регулярные медицинские освидетельствованиями два раза в неделю, самые лучшие лекарства, штатный медик и так далее. Кроме того, за этот месяц они заработали больше чем за пять лет работы в довольно перспективных компаниях. А после нахождения девушки их ждет очень солидная премия, с переводом на другие направления которые они выберут. Их переведут на Урваши, и сразу выделят довольно хорошую лабораторию. А это та еще мотивация, чтобы сидеть в ледяной пустыне, и самое главное плевать, на любые ситуации…              Правда длительное «заключение» все же влияет на психику, поэтому Сарех постоянно менял группы.                           Через десять минут после того как очередную глыбу льда поместили в комнату, а заносящие туда люди прошли полную дезинфекцию, сканер, установленный в комнате выдал результат – внутри льдины был человек. Женщина.                            - Есть! – Устало произнес Уатхил. – Действуем согласно протоколу. Мы не должны оставить следов своего пребывания. Я же сейчас свяжусь с Сарехом.                            Сразу же началась работа по сворачиванию экспедиции, сразу же после подтверждения того что объект найден. Разморозка объекта была не их задача, так что никто не хотел работать с биологически опасными материалами, их дело было маленьким, и оно было выполнено. На 100%, теперь остается обеспечить безопасность груза. В комнате куда попадают образцы было двухступенчатая аутоинтефикация. При входе или выходе из комнаты человек попадал в тамбур где его костюм полностью обеззараживали, две двери сразу открываются только при использовании сразу двух ключей ответственных за это. Один из них руководитель экспедиции, второй у врача. Сарех ждал этой новости 50 лет, поэтому у всех руководителей проекта на протяжении 50 лет был его личный номер, с разрешением звонить в любое время.              У очень малого количества живых существ в галактике было такое разрешение. Но у руководителей приоритетных направлений такие разрешения были, и Сарех детально объяснял, что он хочет слышать, а что не хочет.               Именно он должен был следить за всеми показателями в комнате. Меры безопасности для открытия двух дверей были исключительными, по мимо двух ключей требовалось еще и два пароля. Да и ключи как на постах управления ядерными боеголовками требовалось поворачивать одновременно.               Все ради безопасности, при сообщении об извлечения объекта из-за льда, происходит автоматическая блокировка всех дверей. Кроме одного коридора, который ведет к комнате со всей аппаратурой. По этому коридору на антигравитационной платформе несколько человек доставляют объект изучения. Проходит процедура после которой обязательная дезинфекция всего коридора и одежды людей.              После этого они идут в специальную чистую комнату, где у них берут анализы крови. Врач, все с теми же мерами предосторожности – входит в комнату в защитном костюме, и берет кровь у пациентов, а также другие анализы. С учетом оборудования что тут есть это не удивительно. И уже после отрицательных тестов их отпускают. Кроме того, каждый день буквально под микроскопом они разглядывают свои костюмы химической защиты, на случай проколов или других повреждений которые можно получить.              Чем-то это было схоже с проверкой парашютов перед прыжком парашютистов, только тут ответственность была даже не одна жизнь, а миллионы. Поэтому кстати системы космического полета алкеша были блокированы, да что там они были практически демонтированы, на всякий случай. Конечно в случае заражения им обещали лечение с помощью гоа’улда, но это не обнадеживало. Меры безопасности были направлены что б не уцелела ни одна молекула болезни.                           Как только Сареха было сообщено о нахождении женщины, он сразу же отдал необходимые распоряжения.                            - Уберите все следы вашего присутствия, после чего подождите 24 часа, в карантине. Если все будет в порядке, тогда я активирую программу возврата на базу. – Сказал гоа’улд.                            - Принято.                            - Ваша оплата переведена на ваши счета, которые находятся на Урваши. Я вас поздравляю с миссией которую я вел 50 лет, и потратил просто огромные ресурсы делая все тайно. Ваши лаборатории будут ждать вас, у вас будет приоритет в распределение ресурсов.              - Операция еще не завершена…                            - В любом случае вы справились. До встречи.              Все были счастливы что это произошло, что именно они вписали свои имена в историю. Теперь они раздумывали какие работы будут делать, некоторые мечтали работать с разными доисторическими видами, чтобы возродить их. Это было довольно интересно.              Все работники были землянами, они родились на Земле, Абстерго оплатило их образование, и со временем им раскрыли что вся компания лишь прикрытия для галактического военачальника, который просто присматривает за Землей.              Было множество вопросов. Но со временем все приняли это, даже парочку раз были на Урваши, это действительно был рай – высокотехнологическая планета, без пробок, настоящий рай. Технологически Урваши была впереди всех в галактике. И земляне были на стажировке в некоторых лабораториях, и всегда были приятно удивлены отношением людей и симбионтов там. Все профессиональны, никакого глупого микроменджмента.              Некоторые профессоры прямо говорили, что это из-за специфического «коммунизма» который распространяется на планете. Базовые социальные потребности удовлетворяются бесплатно, потому что это действительно стоит очень мало для бюджета государства. Но и это означает что множество случайных людей с плохим характером, просто не работали, а прожигали свою жизнь.              Конечно иногда возникали проблемы, некоторые ученые были «странными», со своими тараканами в голове. Но обычно это было нормально.              Врач их группы, стажировался в одной из больниц Урваши, и если честно обучение там было странным. Многие болезни побеждены, но ученые постоянно моделируют новые, чтобы получить обновления для нанитов. Исследуют новые бактерии и патогены, и как те могут воздействовать на человеческое тело.              Мораль столь развитой цивилизации пошла далеко и если честно была странной. Поэтому вся группа предпочитала работать на Земле, но нужно было развиваться, и они могут сами стать кем-то в научном сообществе. Конечно, к ним будут относится специфически, что они просто археологи которым повезло найти Древнюю, но все были готовы работать, и реализовать свои проекты.              Все члены группы получили прекрасное образование уже на Урваши, ведь это закачка знаний в голову. Довольно любопытный способ все узнавать, это сильно ускоряет получение новой информации. Старшие коллеги рассказывают, что со временем стало настолько много информации, что чтобы ученому пришлось бы сделать какое-то изобретение нужно было потратить лет 300 на обучение. Поэтому и существуют нейросети, и система закачки знаний, это ускоряет прогресс. И еще позволяет всем иметь высшее образование, системы что есть у простого гражданина настолько совершены, что на Земле в фантастике не придумали.              Теперь они добились чего-то уже на Земле и могут переехать на Урваши, так же они могут подать заявку в разведывательный корпус, и стать «Кирками», которые исследуют новые планеты, в далеке от гоа’улдов.              - Кстати, может во что-то поиграем сутки еще сидеть, говорят на Урваши вышла новая игра, хотя мы и в старые не сильно играли.              - И за кого там нужно играть? Пожалуйста только не Осада Терры, в Вархаммере, там слишком много всякого дерьма, и это до прихода Мортариона!              - Вам не кажется странным что Главу Золотой Стражи зовут Константин, как и Кустодес?              - Еще спроси почему еще Сарех ввел в литературную и игровую вселенную свою фракцию и назвал их некронами. Это же было полностью абсурдным, а еще дал столько бонусов им, бедный Ультрамирин должен превозмогать чтобы убить некронов.              - Разве это не то, что постоянно делает Ультрамарины, они же постоянно превозмогают, а потом просто умирают, потому что неправильно превозмогают.              Да, многие знали о Вархаммере фантастической вселенной где возможно все, и на самом деле это был обычным тренажером для джаффа, что стал популярной вселенной в виртуальной реальности, многие играют в неё чтобы почувствовать, как кровь стучит по жилам. Правда она слишком реалистичная, и может быть довольно жесткая.              У каждого была любимая фракция, но все колективно ненавидели Арлекинов, хотя те были как бы за «хороших», но каждый игрок однажды захотел застрелить этих ублюдков, и это никогда и ни у кого не получалось. Хотя есть истории о том, что какой-то джаффа, однажды убил целый отряд Арлекинов, но это легенды. Дело в том, что Арлекины созданы только для чистой ненависти, чтобы даже лоялисты и хаоситы объединились в своей ненависти.              Да, что там к ним присоединялись все эльдары. Арлекины не были игровой фракцией, как и Альфа-Легион, они были элементом хаоса, когда разработчик мог сказать в любой момент – вы в плане Арлекинов и начинается какая-то дичь.              Стоит помнить, что вся игра это развитый военный симулятор, который должен будет тренировать военных чтобы те становились эффективнее. Джаффа и становились эффективнее, а игроки становились хардкорщиками.              Конечно были гораздо более простые игры, в которых все с удовольствием играли, все же рынок виртуальных игр был огромным, а существовало множество удобных инструментов, чтобы даже новичок смог создать свой мир и историю. Но и конкуренция была большая, Вархаммер так популярен из-за того, что он любимая игрушка Сареха, к его мнению все же прислушиваются.              У Системного Лорда есть в собственном царстве уважение, но оно не такое подавляющее как он хотел бы думать. Симбионты низкого ранга развивают собственные научные программы, так что за каждого ученого или разработчика разгораются битвы. Так что команда тех, кто нашел Древнюю рассчитывали на хорошие предложения о собственной работе.              Древние легендарная раса что придумала большинство технологий, которыми пользуются гоа’улды, и это устаревшие технологии, а самое важное – Звездные Врата, настоящее чудо. И то это настолько мощная технология, что никто и ничего не знает об исследования этих технологий. Но вот если обладать технологией Звездных Врат, можно ускорить любых исследований в сотни врат. Вся галактика будет изучена очень быстро. Вся галактика будет их задним двором, а там могут быть другие галактики. Власть над всей вселенной.              Все проблемы Земли по сравнению с такими перспективами казались такими мелкими, ведь восходила цивилизация что требовала по праву технологий, абсолютно все.              Урваши идет! Расступитесь!              

***

             Я отправился на нужный астероид, который был защищен таким количеством боевых платформ, что это казалось просто аномальным. Прибыл Тор и самое главное представитель от нокс, называется впервые с ними встретились.              Мы обменялись приветствиями, я сообщил что нашел женщину-древнюю, и что мне нужна будет помощь. Она больна крайне заразной болезнью, которая прикончила даже такую развитую расу как они, так что моя паранойя должна быть умножена на 10.              Тор сказал, что такое просто невозможно, но я превзошел сам себя, превзойдя всех и вся. Например, никто не контактировал с блоком льда, и я намеревался уничтожать каждую молекулу, льда и одежды, женщины которой мы достали. И самое главное с помощью телепортации, я теперь обладаю некоторыми технологиями, поэтому могу закачивать воздух через системы телепортации, а уничтожать углекислый газ, с помощью тех же систем.              А если что астероид можно уничтожить десятком разных способов.              Я не допущу, чтобы этот галактический Ковид убил еще кого-то, достаточно того что ковид-19 убил меня. Больная тема. Поэтому я так ненавижу биологическое оружие.              - Итак, ферлингов не пригласите? – Я знал, что где-то летала эта раса, возможно в другой галактике, только у них были собственные проблемы.              - Нет. Мы благодарны что ты не стал ничего утаивать.              - Если честно, лучше если древняя может увидеть гораздо более дружелюбные лица чем мое.              - Не пробовал не выглядеть как огромный скелет? – Спросил меня Морин, нокс которого отправили на эту миссию. – Зачем тебе это вообще было делать.              - Для гоа’улдов важны визуальные образы, а многие узнаваемые образы были уже заняты, так что я решил быть огромным скелетом, и теперь это можно сказать мой самый важный визуальный образ, и теперь все мои подчиненные от этого кайфуют.              - Твоя жена нет. – Указал Тор.              - Исара? Ей нравится быть королевой скелетов.              - Ей нравятся котики.              - Тор, моя жена что изменяет тебе с тобой? – Я достал голограмму Тора из скандинаских мифов, и стал сравнивать. – Ну голограмма была хорошая.              - У тебя всегда было прекрасное чувство юмора.              - О, я еще не начинал. Анубис полувознесшееся существо и его теперь нельзя убить! – Ошарашил я двоих, они переглянулись. Двое знали, что я не вру, так как могли это чувствовать и анализировать.              - Это тоже такая ироничная шутка? – Спросил Морин.              - К несчастью нет, Вознесшаяся Ома Дессала Вознесла Анубиса, так как он её обманул, и это очень дерьмово. Насколько дерьмов… Не так как могло быть, он может захватывать людей, однако не обладает всеми знаниями Вознесшегося Существа, но его практически невозможно убить, так как он живая энергия, с потустороними способностями. Так что я предупреждаю вас что если он обнаружит адрес Ноксов, или сможет проникнуть на асгардский корабль, то может захватить вашего представителя, все станет очень плохо. Возможно он не хотел привлекать внимания, но уже начинает выходить из тени и может рисковать, так что я вас предупреждаю, а еще прошу некоторую помощь в производстве оружия, которое может бороться с очень специфическим материалом, который может поглощать энергию. Из этого материала состоит экзоскелет являющийся стандартным в армии Анубиса.              - Слишком много плохих новостей, я доложу об этом Высшему Совету Асгарда, мы должны все проверить, но ты нас никогда не обманывал, и вряд ли станешь сейчас.              Да, у нас были довольно сердечные отношения с Асгардцами. Что поделать, но я иногда приношу им дерьмовые новости.              - Я и несколько старших Лордов Систем попробуем разобраться с этой проблемой, однако нам нужна будет помощь, можешь не передавать нам полные технологии, но нужно что-то чтобы остановить его войска, ведь он может как энергия проникать в компьютеры Древних.              Тор пару раз моргнул, и матюгнулся на асгардском, нокс удивленно посмотрел на главнокомандующего Асгардским флотом.              - А этот день был таким хорошим, и астрологи предсказывали мне хорошую неделю.              - Так ты же в моей галактике. Тут другие звезды.              Это была давняя шутка, когда Тор узнал о том, что есть те, кто верят в плоскую Землю. Так что шутка про астрологов стала вполне типичной.              - Нельзя издеваться над больными. – Сказал Нокс.              - Это земляне над ними можно.              Мы прибыли в нужное помещение, там было стекло толщиной в метр, и каждые 10 сантиметров, был зазор для щита, и еще на каждом были личные щиты. Тор сказал, что я не могу быть более параноидальным.              Я принял вызов, я могу быть таким параноиком, что он ужаснется. Хотя если честно не хочу, это плохо для моего реноме. Да, я о нем вообще-то забочусь.              

***

             Полярная камера сияла холодным, гигиеничным светом. Всё, что могло отдать теплом — приборы, броня, даже дыхательные фильтры — было спрятано за многослойными экранами. В центре — армейский контейнер с той самой льдиной: внутри неё, по результатам сканера, спала женщина — Древняя. Воздух в зале был почти вакуумным, и от этого каждое движение казалось долгим и значимым.              На пультах у мониторов стояли роботы-манипуляторы — тонкие, гибкие «пальцы» и грубые, таскающие платформы. Они не подходили к льду близко сами: все операции выполнялись дистанционно, через цепочку инструментов. Вокруг площади стояли люди в гермокостюмах, но за стеклом наблюдать разрешили только троим: Сареху, Тору и представителю ноксов. Их лица в экранах видеомониторов были бледны и напряжены.              — Мы начинаем по протоколу «Аяна», — сухо произнёс руководитель операции в наушнике. Его голос передавал серийные команды; в ответ — мягкое жужжание сервоприводов. — Никто, ни на миллиметр, не приближаться. Все остальное — автоматизировано.              Сарех, привыкший к власти и к тому, что решения принимают быстро, не шевельнулся. Он смотрел на экран как на алтарь, его тонкие пальцы думали быстрее, чем глаза успевали следить. Тор, сложил руки на груди; нокс стоял прямо, спокойный и собранный, взгляд его — холоден и внимателен.              Первый этап — изоляция и дегазация. Специальные шланги подключили к камере, и началось медленное откачивание воздуха через систему каталитического окисления. Никто не хотел рисковать микроскопическими пузырьками, которые могли хранить дыхание Древней и вместе с ним — древние микроорганизмы. Вакуум снижал давление настолько медленно, чтобы внутри льда не образовались кавитационные пустоты — пена и пузырьки могли «вырвать» носимые микробы наружу. Каждый миллиметр льда проверялся спектроскопами: на них фиксировали следы летучих соединений, органики и любой аномалии.              Дальше роботы-манипуляторы принялись срезать внешний лед слоями — не лезвием, а тонким лучом микролазера, испаряющим лёд до нужного профиля. Эти лучи были камертоном — они не нагревали материал внезапно, а испаряли молекулу за молекулой, образуя микроскопические капилляры, по которым сразу же шёл поток газа в абсорбционную линию. Вся вода превращалась в пар и тут же проходила через фильтрацию: плазменные стерилизаторы, катализаторы высокой температуры, и только потом — в углеродный инжектор, где остатки подвергались полной деструкции.              — Следите за микропузырьками в зоне 3B, — прошептал Сарех. — Любая свободная полость — уничтожается. Вдох — это микроскопическая бомба. Не хочу иметь никакого контакта с этим дерьмом, не хочу даже держать ультимативное биологическое оружие.              Тор согласно кивал, Сарех всегда ненавидел биологическое оружие, он мог создать оружие которое удивляет любой разум, но даже длинной палкой не трогал биологическое оружие. И за это его ценили, еще с Ашенов, было много вопросов. Сарех сказал, что любые исследования по «этому дерьму», он вести только совместно и под любым контролем, так как не хотел, чтобы хоть кто-то подозревал его что он как-то связался «с этим дерьмом». Тор и нокс соглашались, потому что – болезнь что убивает Древних и не имеет лечения звучит достаточно дерьмово. Просто эпично дерьмово.              На мониторах мелькали цифры: концентрации органики, уровни ионов, показания биосенсоров. Инженер, который руководил «скелетными руками» роботов, сделал знак: на экране образовалась сеть линий — траектории, по которым шли инструменты. Они словно штриховали лёд тончайшими штрихами, каждый штрих — отдельная программа стерилизации: ультрафиолет, ионная бомбардировка, затем — химическая промывка с дезинфицирующими агентовыми растворами, которые разлагались на летучие нейтрализаторы и сразу же перерабатывались.              Особое внимание уделяли ледяным осколкам. Любая крошка — потенциальный контейнер. Роботы улавливали фрагменты, захватывали их в стерильные капсулы и направляли в инкамераторы. Там материал нагревали до температуры, на которой уже не существовало ни одной биологической молекулы, затем пылеобразное остаточное — пиролизировали и распыляли в нейтральную среду. Ничто не ускользало.              — Мы не оставляем «следов присутствия» в природе, — тихо произнёс Тор, и его голос, хотя и был мягок, не допускал вопросов. — Ни трещинки, ни пузырька.              - Не обольщайся, у нас будет еще женщина, которая будет дышать, и испражняться, но да именно все это я планировал сделать. Все дерьмо, должно быть просто испарено, а потом я испарю это астероид. Я его взорву своей самой большой бомбой, потому что я люблю взрывать бомбы.              - Я знаю. – Раздраженно сказал Тор.              Параллельно с механическим «размораживанием» шла другая операция: нейронная диагностика. Микронные зонд-пипетки, управляемые через длинные гибкие стержни, вводили в область шеи и висков тончайшие капилляры. Через них проходили растворы с антисептиками и стабилизаторами, которые не только убивали бактерии, но и поддерживали ткани: антиоксиданты, криопротектанты, препараты, которые устраняли оксидативный шок. Всё это делалось микроскопическими дозами, пропорционально веса предполагаемого организма — и опять же — дистанционно, с оглядкой на каждое колебание биоэлектрических сигналов.              Сарех наблюдал за показаниями с жадностью: его лицо не показывало эмоций, но в глазах плескалась твердость. Он отдавал приказы в виде одного-двух слов, и машины выполняли. Представитель ноксов временами клацал языком, задавая вопросы о допустимых рисках, о биозонах и о возможностях обратной телепортации — если бы потребовалось сразу же эвакуировать весь объект в нестандартную среду. Ответы отторгались строгими цифрами и графиками: все решения — за протоколом.              Он был выдающимся параноиком, который готовился к этому событию 50 лет, 50 долгих лет, он разрабатывал протоколы которые должны превзойти даже 10й уровень биологической опасности, создавал он это совместно с тысячами ученых. И это его величайший монумент его паранойи.              И он радостный, от осознания того что побеждает.              Сам момент, когда лёд стал тонкой прозрачной оболочкой и внутри начали угадываться очертания лица — был почти священным. Роботы прекратили поверхность испарять и переключили питание на медленное локальное нагревание, контролируемое датчиками теплопроводности. Каждое десятое градуса контролировалось. Дыхательная гортань покрыли временными мембранами с нанофильтрами, чтобы даже если Древняя вдохнёт — это «дышало» через систему очистки. Пульс её, если его можно было так назвать, фиксировался в едва слышимых импульсах.              — Подготовить интерфейс связи, — приказал Сарех. — Я хочу видеть её биосигналы в реальном времени.              Когда лед окончательно исчез, и кожа показала первые следы розовато-голубого свечения, роботы включили мягкую перфузию — физиологические растворы с увлажнителями, чтобы ткани не лопнули от резкой смены состояния. Параллельно шла работа по полной нейтральности: весь воздух, над которым теперь нависало лицо, шёл через цепочку стерилизаторов и каталитической деструкции. Ничто внешнее не попало внутрь. Ничто внутреннее не должно было уйти наружу.              Наконец — тонкий вдох. Он был маленьким, почти едва заметным, но монитор отразил его как вспышку жизни. Вокруг стальные приборы, свет и машины — всё это казалось неуместной панелью вокруг древнего чуда. Сарех не позволил себе улыбнуться — он лишь коротко кивнул.              — Контрольная панель зеленая. Продолжаем по плану — держать в стерильной стазис-камере, постепенную реабилитацию и постоянный мониторинг, — произнёс он. — Никаких контактов до полного очищения и сертификации.              Тор опустил руку к груди, воздух у него в груди будто слегка звенел. Нокс тихо выдал набор формальных требований: к какому совету обращаться в случае биологического всплеска, какие данные отправлять на три независимых аналитических платформы.              Сарех решил делится всей информацией, о том, что происходит, не только ради своего реноме, но и ради безопасности.              Роботы уже перекладывали первые инструментальные образцы — образцы тканей, фрагменты клеток — в герметичные блоки, каждый промаркированный и направляемый в разные лаборатории: на Урваши, на корабли Ноксов и в блок Сареха. Всё, что могло представлять опасность, немедленно уничтожалось — или, напротив, надёжно сохранялось в условиях полной изоляции для изучения. Ни одна льдинка, ни одна соринка не осталась у ног тех, кто смотрел через стекло.              Камера постепенно заполнялась мягким звуком работы насосов. На мониторах полосы биосигналов указывали — «Аяна» жива, но её пробуждение было устроено аккуратно: как будто призыв к жизни из глубокой тишины. Сарех отдал ещё распоряжение — на всякий случай телепортационную полосу держать в стратегическом резерве: если бы инфекция пошла не по сценарию, всё и все — раз и «уехали бы» в плазменный резервуар и уничтожены там же.              Ночь опустилась за стенами базы, но внутри лаборатории время текло по своей осцилляции. Команда знала: они сделали всё, что могли, чтобы столкнуть древний дар с будущим, при этом не позволив будущему отравиться прошлым. И где-то глубоко в сердце стерильной камеры, оставшейся теперь наполовину человеческой и наполовину машинной, медленно открывались глаза, к которым века не прикоснулись.              - Вот, моя великая паранойя вновь помогла сделать все правильно. – Указывает Сарех, слегка хвастаясь.              Тор просто закатил глаза, он то привык к нему, а вот нокс слегка удивленно на это смотрел, вместе с этим разум Сареха нельзя было прочитать, так что нокс не понимал множество контекстных шуток, что родились из 50 летней дружбы между Тором и Системным Лордом.              - Да-да, конечно. Ты самый великий. Пропустим эту часть.              

***

             Первые секунды — не звук и не свет, а память о свете.              Сознание возвращалось к ней медленно, слоями. Сначала дыхание — робкое, словно она снова училась вдыхать. Затем ощущения: прохладная, почти невесомая поверхность под спиной; слабое покалывание в пальцах; неестественная тишина, в которой даже её собственное сердце звучало как далёкий колокол.              Цира Урбанус открыла глаза. Свет не ослепил — он просто был. Прозрачные купола, мягкие золотистые отблески, колонны и сферы приборов. Всё вокруг дышало технологией, но не той, что она помнила: это был мир, выросший из дисциплины и страха.              Она попыталась пошевелиться — мышцы отзывались болью, как от долгого сна. Движение привлекло внимание: где-то позади вспыхнуло несколько индикаторов, и кристально чистый голос сообщил что-то на непонятном языке. Роботы мягко отступили.              Перед ней стояли трое. Один — серый гуманоид, который был довольно низким, и на нем не было одежды, с половыми органами. Второй — мужчина в чёрном мундире, с холодным, но не враждебным взглядом. Он выглядел как альтерра, но явно им не был. Третий — тоже походил на альтерранца, только явно был представителем другого вида, и теперь у неё был вопрос.              Когда она заговорила, голос прозвучал хрипло, но слова сложились чисто, с интонацией древнего языка Атлантиды:              — Кто вы? – Спросила Цира Урбанус, она видела, что те сделали все чтобы обезопасить себя от возможной инфекции.              - Я Сарех. – Ответил мужчина, с просто ужасным акцентом, однако возможно произошел какой-то дрейф языка. – Я из расы гоа’улдов, это Тор из расы асгардов, Морин представитель нокс. Две их расы были союзниками альтерран некоторое время пока большинство из них не вознеслось. Мои ученые нашли тебя на планете Терра, и возродили. Мы обеспечили должный уровень безопасности, чтобы ты никого не заразила.              - Вы знаете где мой народ?              - Все они уже Вознеслись. – Ответил Сарех, Тор был печален. – Это был их путь, кажется с твоего сна прошло несколько миллионов оборотов планеты, на которой ты спала. Так что, прошло много времени.              Цира сдержанно кивнула. Тут начал говорить Тор:              - Мы готовы предоставить вам возможность свободно передвигаться, однако у нас есть возможность вылечить ваш недуг, однако средства могут быть несколько… специфическими.              - Какие?              - Сарех не человек, то что вы видите лишь внешний фасад, его вид змееподобен, и он симбиотический, или же паразитический. Они могут контролировать нервную систему носителя, подавляя того. Его вид дает долголетие собственным носителям, он предлагал, чтобы вы временно приняли симбионта в свое тело и могли бы вылечится. С другой стороны, есть лекарство, созданное на основе симбионтов, оно работает как универсальная панацея, однако может уничтожить иммунную систему. Мы можем провести эксперименты с третонином и симбионтов чтобы понять, могут ли вылечить эти средства. Мы сейчас это проверяем.              - Вы хотите, чтобы во мне было змееподобное существо что может контролировать человеческое тело?              - Понимаю, что это может быть шокирующим, но Древние, так мы называем ваш народ, болели вашей болезнью миллионы лет назад. Наши исследования будут долгими. Есть два таких варианта, мы готовы гарантировать что вам не будет причинено никакого вреда. Именно поэтому Сарех позвал нас. – Мягко сказал Морин. – Мы не будем на вас давить и если вы решите окончить свою жизнь, то не будем вам мешать.              - Я предоставлю вам всю информацию, у вас есть еще время, чтобы принять решение. Так что все будет в порядке. Мы можем предоставаить вам специализированный костюм, чтобы сдержать бактерии, которые вы можете генерировать.              Цира лишь кивнула, понимала свое зависимое положение, и использовала свои телепатические способности, чтобы просканировать их. У Сареха и Тора была какая-то защита, а вот у Морина были собственные способности, он готов поделится информацией, да и самой девушке многое нужно узнать, а для этого нужно быть довольно сдержанным.              - Мой народ улетал в другую галактику, что с ними случилось там?              - Кажется они развивались, случилась война, и остатки твоего народа вернулись. Однако у них не было такого большого количества чтобы противостоять уже моему народу. Люди — это вторая эволюция твоего вида, однако недостаточно развита в плане псионических способностей. Они стали рабами гоа’улдов на Терре, и были рассеяны как рабы по всей галактики, можно сказать сейчас людей максимальное количество, по всей галактике. – Пояснил Сарех и начал краткий экскурс в историю. Рассказал, как гоа’улд Ра нашел Землю, и сделал её центром собственной Империи.              Вместе с этим рассказал о ТокРа, что идеологически не устраивало то что гоа’улды это феодальное общество, и они хотели более технократического. Хотели заняться социальной эволюцией, и это получилось на Урваши, через пень колоду конечно.              ТокРа постоянно мешали в итоге первая итерация больше боролась с системой ради борьбы, а не строила свой новый мир. Ошибка, но с другой стороны и выбора не было.              Сарех пошел другим путем и приобрел множество высокотехнологических союзников. Как раз за счет союзнических связей, он и мог финансировать собственные вооруженные силы и так сильно развил собственные технологии. А также заключал удобные союзы, которые обеспечивают получение более развитых технологий. Даже связь с нокс, это часть легкой интриги, раньше он не мог нормально связаться с галактическими пацифистами, теперь он может это сделать.              А раз может – это хорошо.              Ему нужно было развивать технологии, и требовался кто-то кто на более высоком уровне может разбираться в технологиях Древних. Тех, кто обладает нужными кодами доступа, и не нужно использовать множество других способов, как получить специализированную помощь, от тех же Асгардов, что сами едва могут понять, что имеют ввиду Древние. А ведь хранилище информации было им давно передано.              Насколько это было масштабным проектом?              Все же Сареху нужно было уничтожить Анубиса, и лучше иметь древнего в качестве союзника, может Цира Урбанус, ему что-то подскажет.              Весь проект обошелся ему в огромную цену, однако это были разумные инвестиции, просто союзнические отношения с древней, уже хороший старт. Если он спасет её жизнь, это будет еще лучше.              Вряд ли Урбанус рассчитывала на такое, когда вводила себя в стазис, но при этом она должна была осознавать, что весь мир изменится, поэтому и была такая спокойная. Она ожидала, что её все же найдет кто-то из сородичей. Но и были такие варианты.              Мозг Древней быстро моделировал всю ситуацию, и она понимала, что сейчас ситуация изменилась, и нужно адаптироваться.              Благо — это то что могли делать альтерране, быстро адаптироваться, к изменением обстановки.              То, что она очнулась в неизвестном для неё мире не значило для Циры ничего, она и так пошла в неизвестность. Теперь нужно столкнутся с неизвестностью.