Дорога

      Прошло так много времени, что точно и не скажешь, когда жизнь переломилась и где этот источник вечных страданий и гонений начался. Казалось, прошла целая жизнь, хотя Уильям умер уже много лет назад. Он, заточённый в костюме, уже не жил – лишь существовал. Не такое бессмертие для себя ожидал мужчина.       Каждый шаг и каждый вздох приносил неимоверную боль. Делало ли это из него вечный источник агонии, что продолжает подпитывать его жизнеспособность? Он понятия не имел, но продолжал двигаться вперёд. В любом случае, к боли со временем привыкаешь.       Хуже всего этого только факт того, что из охотника он медленно становиться жертвой. В восьмидесятые годы город гремел, а полиция едва ли не кусала локти, когда случился инцидент с пропавшими детьми. Его задержали, но за неимением доказательств отпустили. Это был не то, что тревожный звоночек, целый колокольный звон, что нужно прекратить сей гиблое дело. Остановила ли данная ситуация Уильяма? Конечно, нет. Он лишь создал более высокотехнологичных роботов, которые были специально спроектированы для ловли и убийства детей. Элизабет пропала…       Глава семейства Афтонов всегда мечтал о силе, потому, что был слаб. Увести маленького ребёнка ничего не стоит. Втереться в доверие, отвести подальше и делать всё, что душе угодно, пока маленькое беззащитное тельце не перестанет трепыхаться. А измываться над своими жертвами Уильям любил. Эта власть и эта иллюзия силы и превосходства опьяняла намного лучше, чем крепкий коньяк.       Поэтому Афтон испугался, когда его старый друг и коллега Генри начал о чём-то догадываться. Возможно, опьяняющая власть настолько ослепила, что он не сразу понял, что убил дочь Генри, Шарлотту.       Дети малы и беззащитны. Конечно, в порыве страха кто-то из них пытался давать ему отпор, однако это лишь отсрочивало их неминуемую участь. Но вот мужчина, который со стороны напоминал медведя, уже сам мог огреть тебя лапой. Разъяренный зверь способен разорвать тебя на части. Особенно, если он родитель. Особенно, если убили его дочь.       Каким чудом Уильяму удалось сбежать дважды от Генри, мужчина сам не знал. «Если бы я делал что-то неправильно, Бог бы наказал меня», – говорил Уильям, оправдывая тот факт, что он смог избежать тюрьмы. Также он оправдывал и тот факт, что изучение ремнанта и бессмертия – не грех, а благо. Если цель — спасение души, то цель оправдывает средства, так? От одной смерти может быть спасено несколько жизней. Но его не поняли.       Даже оказавшись запертым в костюме Спринг Бонни, Уильям не думал, что его настигла кара небес. Наоборот, со временем он начал считать это высшей блажью. Сильное роботизированное тело, которое сохранилось спустя столько лет. К боли можно привыкнуть, как и к силе. Какой самообман.       И, тем не менее, сейчас Афтон сбегает, как трус. Где хваленая сила и бесстрашие? Исчезли, как только взору предстал Генри. Уильям убийством Шарлоты буквально ударил друга по левой щеке. Он надеялся, что сокрушённый горем Эмили не сможет ему противостоять. Но в правой руке оказался факел, который готов был сжечь Уильяма до основания и вернуть демона домой в свой ад.       Передвигая тяжелыми ногами вдоль улочек, скрываясь в подворотнях, Афтон шёл. Куда – не знал. Просто шёл, лишь бы быть дальше от Генри, осознавая, что его старый друг не даст ему покоя.      Находится среди людных улиц, особенно, когда смеркалось, и жители потихоньку начали возвращаться домой – опасно. Но перестать двигаться приравнивалось к самоубийству. Всё же и во второй раз можно умереть.       Наблюдая из тени за семьями, что готовились к совместному ужину или просто за одинокими людьми, которые предоставлены сами себе, Уильям слышал на подкорке сознания вопрос. Тонкий девичий голосок, который спрашивал его снова и снова, ни разу не получив ответ.       «Что тебя не устраивало в твоей прошлой жизни?»       Уилл не знал ответа. У него было всё: компания, статус соруководителя, верный друг, с которым он прошёл огонь, воду и медные трубы, уважение в обществе… и семья. Семья… Они все погибли. От большой семьи Афтонов остался лишь прах.       Что ему не хватало? Уильям не знал, да и для себя решил, что не будет отвечать на этот вопрос. Если спросить, что ему не хватает конкретно прямо сейчас, мужчина бы ответил – покоя. Как бы ни хотелось признавать, он скучал по тому времени, когда мог сесть со своей семьёй за один обеденный стол и провести с ними время. Те краткие часы, которые Уилл мог уловить сквозь поток работы.       Подняв глаза к небу, он заметил звёзды. Далекие и одинокие, холодные и печальные. Делают ли его эти эпитеты звездой? А ведь некоторые из них давно погибли, но их свет всё ещё виден. Давно погиб, но всё ещё здесь.       Усталые глаза вновь устремились на дорогу. Уильям определённо сходит с ума. А нет, он сошёл с него, когда впервые убил невинную душу.       И сейчас детский смех с дворов действовал ему на нервы, напоминал о старых хороших днях. Возвращал в прошлое. Туда, где был их большой двухэтажный дом и небольшой дворик. Туда, где он, держа Лизи за руки, кружил её. Туда, где он катал Эвана на своих плечах, слыша, как он вскрикивает и задорно смеётся. Заглянув в один из дворов, он готов поклясться, что его воспоминания ожили.       Вот он, играет со своим младшим сыном, дурачась и смеясь вместе с ним. До ушей доносится звонкий вскрик вперемешку со смехом: «Пап, хватит!» А затем женский голос с нотками недовольства: – Уильям, отстань от ребёнка!       Афтон резко поднял голову, услышав знакомое имя. То, что он видел, это не прошлое, не мираж и не галлюцинация. Это и не он вовсе. Уилл сделал шаг, второй. Скрип старого костюма, казалось, оглушил его. Но он никак не мог отвести взгляд от своей копии, что выглядела чересчур счастливой. Мужчина с мальчишкой стоял в шестидесяти метрах от него. Так близко и так далеко.       Семья… Они все погибли. От большой семьи Афтонов остался лишь прах.       Элизабет погибла внутри аниматроника Бейби. Клара пропала с радаров после развода с Уильямом. Эван погиб вследствие инцидента, известного, как «Укус ‘83». Его лобная доля была повреждена челюстью аниматроника Фредбером. Бедный мальчик скончался в больнице. Сам Уильям вновь стал заложником и жертвой пружинных замков Спринг Бонни. Но их было пятеро. Майкл.       Двадцать лет назад, когда Афтонов осталось всего двое, Уильям попросил Майка спуститься в недра «Circus Baby's Pizza World», чтобы тот нашёл свою сестру и освободил её. Вот только его старший сын ослушался приказа и сбежал. Куда и как, Уилл не знал. Но почему-то был уверен, что Майкл либо вернётся домой, не выдержав горькой самостоятельной жизни, либо сгниёт.       Однако вот он, Майк, его сын, уже взрослый мужчина, который обзавёлся своим домом и семьёй. И он счастлив. Как он смеет быть счастливым? После всего, что натворил?       Гнев Уильяма кипел. Тяжёлыми шагами, он уже не убегал от Генри. Он хотел нагнать Майкла. Ведь Майк тот, кто убил Эвана. Тот, кто оставил душу Элизабет гнить под землёй. Тот, кто сбежал от семьи, от своих грехов.       Майкл не имеет право на счастье. На новую жизнь. На новую семью.       И Уильям напомнит ему об этом.